[16.06.2018] Ich geh Dir hinterher

Ответить
Thrud Thorsdottir
дочь войны, жена войны
Аватара пользователя
Репутация: 1678
Статус: дочь войны, жена войны
Информация: Труд Торсдоттир
33 у.о. | aeons; Девана, Вилкмерге; богиня мудрости, покровительница природы и охотница, дева битв и воинской храбрости, сейдкона, действующий агент NCB Interpol
На форуме: лисонька
Сообщения: 4275
Зарегистрирован: 08 дек 2017, 00:03
Контактная информация:

[16.06.2018] Ich geh Dir hinterher

#1

Сообщение Thrud Thorsdottir » 14 июн 2018, 23:45

Изображение
ВРЕМЯ И ДАТА:
16 июня 2018 года,
ранний вечер.
МЕСТО ДЕЙСТВИЯ:
Норвегия, леса где-то в окрестностях
дома громовержца.
ДЕЙСТВУЮЩИЕ ЛИЦА:
Thrud Thorsdottir, Nuada Airgetlám
& Fenrir (aka NPC).

СИНОПСИС:
Всё начиналось вполне неплохо: просто безобидная тренировка и желание познать друг друга чуть лучше, ведь кто из воинов не стремится совершенствоваться. Но всегда полезно помнить, что в каждом живут свои чудовища, и иногда - нечасто, но всё же - они вырываются наружу, сметая всякие доводы разума.
Чёрные птицы из детских глаз
Выклюют чёрным клювом алмаз,
Алмаз унесут в чёрных когтях,
Оставив в глазах чёрный угольный страх. ©

Thrud Thorsdottir
дочь войны, жена войны
Аватара пользователя
Репутация: 1678
Статус: дочь войны, жена войны
Информация: Труд Торсдоттир
33 у.о. | aeons; Девана, Вилкмерге; богиня мудрости, покровительница природы и охотница, дева битв и воинской храбрости, сейдкона, действующий агент NCB Interpol
На форуме: лисонька
Сообщения: 4275
Зарегистрирован: 08 дек 2017, 00:03
Контактная информация:

[16.06.2018] Ich geh Dir hinterher

#2

Сообщение Thrud Thorsdottir » 15 июн 2018, 01:12

Серая спина Фенрира маячила чуть впереди. Он вскачь нёсся сквозь чащу, особенно не разбирая дороги, огромными лапами сминая травы да мох, и валькирия бежала за ним, стремительная, как стрела, что отправили к мишени с тетивы, перепрыгивая через поваленные деревья и одним махом перелетая через небольшие овраги да балки. Дремучий лес заливался звоном и восторженным гулом от того, как суть божества, связанного кровью своей и душой всей с природой, ярко полыхала, сплетаясь с изумрудной густотой листвы, а Труд бежала, бежала, не чувствуя ног, и её единственной целью было нагнать волка, как его единственной - не дать ей себя поймать.
Этот дикий, хмельной восторг страсти был самой жизнью, и нельзя, невозможно было упустить даже каплю её.

В последнее время дева щита и Локисон изумительно спелись, отчего мрачный вальравн, едва-едва смирившийся с наличием у хозяйки любимого коня, исходился жгучей ревностью. Вилкмерге не зря носила своё имя; она тоже была волком - пусть не целиком, но звериная суть в ней была сильна, и Хродвитнир был от этого в полном восторге, распробовав вкус совместной охоты или таких игр, как они вели сейчас.

И всё же Торсдоттир догнала его, мазнув кончиками пальцев по шерсти; а волк рассмеялся лающим хохотом, чтобы рвануть в сторону, едва не сбив свою спутницу с ног, и, проскользнув под ветвями, выбрался на некрупную поляну посреди леса. Зелёная, зелёная трава густо пахла свободой и летом. Сейдкона ловко скользнула следом за чудовищем, сейчас не слишком-то отличавшемся от обычного волка - разве что очень крупного.
Перевернувшись на брюхо, Фенрир махнул хвостом - один раз, впрочем, но совершенно отчётливо, и довольно растянулся на мягкой траве. Присев рядом, женщина потрепала его по загривку и спине, отчего волк зажмурился, открыв чудовищную пасть. Где-то недалеко журчал родник; тут было много источников, чьи воды впадали в озеро у дома громовержца, было легко и по-особенному, по-звериному весело.

- Опять будешь железками своими размахивать? - Лениво поинтересовался волк, пристраивая лобастую голову на лапы. - Неймётся тебе.
- Я Тюра позвала, - бесхитростно улыбнулась дева битв, - танец с оружием ничуть не менее сладок, чем просто танец. Тренироваться с кем-то куда веселее, чем самой, а драугры, как хороши бы не были, мне не противники. Братья же мои балуют меня вниманием нечасто.
Фенрир зевнул, продемонстрировав отменный набор клыков. Даже в своей антипатии к законнику он слегка подостыл, придя к выводу, что все в той истории хороши были, а доблестный бог - так и вовсе всего лишь исполнителем выступил. Если кому и следовало говорить большое спасибо, так это мёртвой вёльве, что своим пророчеством такого наворотила, но Тор был решительно против, чтобы Валу откапывали заново, и Локисон решил, что и нахель её. В конце концов, крепче спит - спокойнее будет, никаких других одиозных шедевров не сложит.
- Словно этот тебе соперник, - проворчал он, впрочем, весьма беззлобно.
Женщина с огненными волосами лишь рассмеялась, легко и звонко:
- От того, что он смертен, хуже меч держать он не стал. - И, запрокинув голову, крикнула, приложив ладони ко рту: - Хей! Я жду тебя!

Лейкни, примостившийся на ветвях ели, сердито захлопал крыльями, взирая на точёную фигуру валькирии бусинами внимательных чёрных глаз.
Чёрные птицы из детских глаз
Выклюют чёрным клювом алмаз,
Алмаз унесут в чёрных когтях,
Оставив в глазах чёрный угольный страх. ©

Týr Hymirson
Очарование и ужас
Аватара пользователя
Репутация: 1714
Статус: Очарование и ужас
Информация: Тюр
45y.o. | ~20 млрд; глава АМБ, маг, целитель; Известен под именами Нуада МакЭтлиу, Нодент, Аргетлам; воплощённая война, бог законности, неба, воздуха, зимы и стужи.
На форуме: зануда всея Асгарда
Сообщения: 9655
Зарегистрирован: 28 ноя 2017, 15:55
Контактная информация:

[16.06.2018] Ich geh Dir hinterher

#3

Сообщение Týr Hymirson » 15 июн 2018, 23:59

Он пришёл раньше. Даже успел разогреть мышцы и сходить умыться к роднику; пить из него, наверное не стоило - от холодной воды начало саднить горло, но на такую мелочь внимания Хюмирсон не обратил. Не услышать эту парочку было сложно; огромный волк нёсся сквозь лес с грацией носорога, а суть богини звенела на весь лес листвой, ручьями и радостью. Бывший бог чувствовал её и наслаждался чужой силой, потеряв даже саму возможность прикоснуться к своей.
- Вы быстро, - Аргетлам неспешно пробирался через брешь в кустах, проложенную Фенриром. Он выглядел неважно, но лёгкость и плавность движений туата сохранил за собой; шагов слышно не было, словно он был призраком, а не человеком. За плечами была видна рукоять бастарда, которого Труд раньше не видела.
- Я ждал вас минут через десять. - В тонких пальцах тлела сигарета. Машинальнно растерев её в пыль, бывший бог осмотрел двоих, ожидающих его. Каждый из них не любил прикосновения - по разным причинам, - Тюр всё ещё сомневался в том, стоит ли лишний раз тревожить Труд, или пугать Хродвитнира протянутой рукой. Тряхнув головой, ас улыбнулся собственным сомнениям - и обнял валькирию.
- А меня? - Язвительно уточнил волк, у которого телячьи нежности вызывали откровенную скуку.
- Ты не в моём вкусе, - хладнокровно отозвался Хюмирсон, проводя рукой по рыжим волосам. Он не сводил глаз с лица женщины, что занимала все его мысли. От него пахло свежей водой, опасностью и чем-то неуловимо сладким, смущающим разум. - Слишком много конечностей для единственной ипостаси, повышена лохматость, и наличествует прискорбная склонность к поспешным решениям. - Законник педантично перечислял, чем ему не угодили обнимания с огромным волком, а в мыслях Труд звучал мягкий смех. - Впрочем, последнее я готов признать имеющим право на существование, но есть ещё одна сложность, я даже не знаю, как сказать...
Фенрир как-то странно посмотрел на бывшего бога, понимая, что за тысячи лет на привязи он упустил многое. Смерть меняет всех и всегда, но этому она явно не пошла на пользу.
- Ладно, - скорее для проформы проворчал волк. - Развлекайтесь со своим железом, я пойду ещё кости разомну. Присоединяйтесь потом.
И он выломился с полянки через кусты, оставив вторую брешь в зарослях рядом с первой.
- Слон в посудной лавке, - Аргетлам улыбнулся, выпуская валькирию из рук и расстёгивая ножны.
Рукоять клинка была увита рунами, переплетающимися с древнеирландским; не узнать работу сильнейшего из асов было бы сложно. Вот только имени меча видно покуда не было. Бывший бог подхватил изрядно отросшие волосы кожаным ремешком и выщелкнул бастард, отливающий алым, из ножен. На воздухе клинок запел на низкой, протяжной ноте, словно взывая к кому-то. Родник отозвался ему, меняя рисунок звука и вторя пению оружия. Кровь небес был связан с обеими сторонами Нуады - старший брат озаботился тем, чтобы клинок из ангельской стали, закалённый на крови аса, соответствовал его владельцу. Но самым главным его преимуществом, пожалуй, было отсутствие жажды крови.
- Готова? - Уточнил бывший бог? И напал первым, дав Труд лишь мгновение размыслить над ответом. Клинок он держал в левой руке, страхуя правой особенно опасные удары.
Offer me your sacrifice
There's no escape
Fall into my arms again
Into my cold embrace
Изображение Raise your hand to hail your king
While the world is crumbling
See they flags, they rise and fall
For the god of war

Thrud Thorsdottir
дочь войны, жена войны
Аватара пользователя
Репутация: 1678
Статус: дочь войны, жена войны
Информация: Труд Торсдоттир
33 у.о. | aeons; Девана, Вилкмерге; богиня мудрости, покровительница природы и охотница, дева битв и воинской храбрости, сейдкона, действующий агент NCB Interpol
На форуме: лисонька
Сообщения: 4275
Зарегистрирован: 08 дек 2017, 00:03
Контактная информация:

[16.06.2018] Ich geh Dir hinterher

#4

Сообщение Thrud Thorsdottir » 17 июн 2018, 01:18

Шаги туата были тихи, но лесная хозяйка всё равно услышала его поступь; здесь, в доме своём, что она любила не меньше, чем Асгард, Труд была сильна и ведала многое, неизвестное даже зверям. Повернувшись, она следила за тем, как ас подходит ближе, как растирает меж пальцев сигарету; и затем улыбнулась ему вдруг, поднимаясь навстречу.
Объятия Нуады были теплы, и женщина ответила на них лёгким касанием кончиков пальцев к красивому лицу. На миг весь мир просто перестал существовать, растворившись в глубине чёрных его зрачков, но потом вернулся, став чуть острее; сладковатый, тревожный запах бывшего короля распалял желание чего-то необъяснимого.

Фенрира, окликнув его, вёльва попросила не уходить далеко, ибо с увлёкшегося волка стало бы умчаться куда-нибудь в Тронхейм и до смерти перепугать людей, и чем исправлять вмешательство в психику подобного размера, сейдкона едва ли представляла. Очень сложно убедить смертных в естественном происхождении волка размером с хорошую лошадь.
И уж едва ли тот факт, что это не его истинный объём, сильно исправит ситуацию.
Чудовищный зверь, проворчав что-то про то, что уж сам разберётся, утопал прочь, но дева щита была уверена, что просьбу он выполнит, ибо убираться назад, в волшебные цепи, Локисон отнюдь не рвался. У него был характер хтонической твари, доставшийся тоже от матери, но идиотом Хродвитнир никогда не был. Идиоты в северном пантеоне в силу естественного отбора попросту не выживали.

Обернувшись, Вилкмерге взглянула в лицо бывшего бога - на то же одно мгновение, что он дал ей будто бы подумать, - и снова вспыхнул этот пронзительный взор цвета весеннего неба, а затем Труд легко ушла в сторону, не отражая удар, но пропуская его мимо себя. Лёгкая, как мотылёк, она ускользала от выпадов, дразня своей недосягаемостью, ирреальностью; тревожно затих лес, вслушиваясь в зачинающуюся песню доброй схватки.
- Всегда, - прошелестел ветер, в котором не угадать было её мелодичного голоса вовсе.

Резко начертанное лицо валькирии было бесстрастно, на нём не было ни следов улыбки, ни сосредоточенности; она училась сражаться, как училась ходить, суть войны впитав с молоком матери, и в бою себя чувствовала столь же легко, сколь посреди девственного леса. Меч лег в её левую руку; это пристрастие к тому, чтобы её делать ведущей, из всего Асгарда прежде разделял разве что Один, и сейчас она была рада увидеть зеркальность движений в грациозной гибкости Тюра.
Сталь звякнула о сталь сперва будто задумчиво, немного напряжённо, а после - чарующе запела; клинки почувствовали забаву, как чувствовали её хозяева, и стремились схлестнуться вновь. Сладость и соль, сплетавшиеся воедино.

Дева щита была легче и быстрее, но бывший бог силою мог поспорить с ней даже теперь, и ей приходилось избегать его рубящих ударов, что отражать было тяжело. Кружа вокруг противника, точно ласка, женщина пробовала на вкус его стремительные жесты, заставляя обороняться от лёгких, змеиных почти уколов. Артефакты пели, разбрасывая лёгкие грозовые искры вокруг - они помнили руку создавшего их кузнеца и таили в себе часть его могущества.
Вдох и выдох, ровные удары сердца. Увлечение смертельного танца, пусть даже он был лишь почти-настоящим, захватывало полно и верно; дева битв растворялась в своей стихии, точно кровь - в полноводной реке, и багряная дымка вилась за нею по земле.

Приняв удар на клинок, ближе к рукояти, дева битв сбросила его, уводя чужие руки вниз, и вновь попыталась достать Тюра быстрым уколом в живот, направленным чуть под углом.
Чёрные птицы из детских глаз
Выклюют чёрным клювом алмаз,
Алмаз унесут в чёрных когтях,
Оставив в глазах чёрный угольный страх. ©

Týr Hymirson
Очарование и ужас
Аватара пользователя
Репутация: 1714
Статус: Очарование и ужас
Информация: Тюр
45y.o. | ~20 млрд; глава АМБ, маг, целитель; Известен под именами Нуада МакЭтлиу, Нодент, Аргетлам; воплощённая война, бог законности, неба, воздуха, зимы и стужи.
На форуме: зануда всея Асгарда
Сообщения: 9655
Зарегистрирован: 28 ноя 2017, 15:55
Контактная информация:

[16.06.2018] Ich geh Dir hinterher

#5

Сообщение Týr Hymirson » 18 июн 2018, 00:51

Звон стали звучал восхитительной музыкой. Вечность, что короче мига, бывший бог вслушивался в изменения мира а после отдался битве с той, что стала ближе смерти. Он не мог тягаться в скорости и ловкости с богиней - только не сейчас, но ему и не нужно было этого. Он сам был оружием; убийцей, специалистом по деликатным операциям, каждая из которых была опаснее этой тренировки во сто крат. За время, пока сила его не подчинялась, он научился убивать богов, владея только тем, что у него было. Смертное тело позволяло своему хозяину делать немыслимые по меркам людей вещи, за которые он после расплачивался весьма болезненно. Но это обычно случалось уже после того, как миссия выполнена.
Тем не менее, подобная схватка была непривычна ему и заводила в ту же ловушку, что и тренировки с Тором: не только боги сдерживали свою руку, убийца богов тоже помнил о том, что творцов осталось ничтожно мало в масштабе вселенной - и нужно сохранять их жизнь любой ценой. Так было и сегодня, Аргетлам не хотел убивать Труд, поэтому некоторое время ушло на понимание того, как должно вести себя с ней. Однако, Норны (или Тор?) внесли свою коррективу и здесь: песнь клинков воодушевляла на битву так, как это делал сам Война!
Проводив взглядом валькирию, Тюр принял другую стойку и скользнул в сторону, уходя от ответного удара. С каждым шагом их кружение напоминало танец, что вёл обоих не так давно. Мироздание охотно откликнулось, вплетя новую мелодию в основу бытия, а звона стали было не слышно за песнью клинков. Два силуэта сходились и расходились; Хюмирсон даже рисовался немного перед женщиной, что согласилась разделить с ним ложе, да позволила быть с нею, пока он сам того хочет. Это и привело его к ошибке, когда с мечей полетели искры, а сам он едва не лишился оружия. В последний момент он перебросил меч в правую руку и крутанулся на пятках, остриём едва не задев валькирию. Коварство крылось в том, что он владел обеими руками абсолютно одинаково; клинок оказался перехвачен обратным хватом, который предназначался для единственного удара. Успех раззадорил воина, Аргетлам поспешил закрепить его, воспользовавшись разницей в росте и весе. Как бы быстра и ловка не была Труд, от натиска Войны она могла спастись лишь отступив - или воспользовавшись силами. У неё были все шансы обыграть смертного за счёт выносливости, да только времени на растягивание удовольствия убийца богов не давал, выщерившись по-волчьи.
Неожиданно он заговорил, не сберегая дыхание - насмешка, оружие трикстеров, была не обидной, но весьма поучительной:
- А сейчас ты сменишь позу на нижний горизонт, - и правда, возник соблазн это сделать. Рисунок боя, подобно рисунку танца, выплетался ведущим, ведомый же лишь шёл следом. - А теперь - на полуденный.
Можно было решить, что бог пользуется предвидением, вот только магии в нём было не больше, чем в коте Шрёдингера - стабильности и определённости. Выщерившись опять, Аргетлам ринулся прямо под меч валькирии, понимая, что она будет делать в следующий момент. Кулак, в котором был зажат меч, встретился с телом женщины и мерзкий хруст чьих-то костей нарушил гармонию битвы. Кажется, то была рука Нуаду, который тут же отскочил, ожидая ответного удара.
Offer me your sacrifice
There's no escape
Fall into my arms again
Into my cold embrace
Изображение Raise your hand to hail your king
While the world is crumbling
See they flags, they rise and fall
For the god of war

Thrud Thorsdottir
дочь войны, жена войны
Аватара пользователя
Репутация: 1678
Статус: дочь войны, жена войны
Информация: Труд Торсдоттир
33 у.о. | aeons; Девана, Вилкмерге; богиня мудрости, покровительница природы и охотница, дева битв и воинской храбрости, сейдкона, действующий агент NCB Interpol
На форуме: лисонька
Сообщения: 4275
Зарегистрирован: 08 дек 2017, 00:03
Контактная информация:

[16.06.2018] Ich geh Dir hinterher

#6

Сообщение Thrud Thorsdottir » 18 июн 2018, 12:30

Почти танец, почти - единение, что на уровне снов и видений; пантеон, в котором война возводилась на престол главного из занятий и лучшего из дел, не знал ничего лучше, чтобы укрепить привязанность друг к другу - здесь сражались, чтобы жить, и жили, чтобы сражаться; и те, кто могли не бояться друг друга в дуэлях, не знавали и страха плечом к плечу. Тюр был хорош, Тюр, быть может, был даже прекрасен; Труд не слишком заботилась о собственной гордости, так что без труда могла признать, что он был лучше её; сильнее и опаснее. Она была ловче и выносливее, но то сейчас преимущества не давало, и бывший король упорно теснил её назад, выплетая стальное кружево.
Мечи продолжали разбрасывать искры.
Женщина ушла в сторону, пытаясь забраться за его спину, но укол её клинка вновь встретил чужое лезвие; она отошла. Хмельное веселье, плеснувшее было в душе, сменилось сосредоточенным вниманием, но Вилкмерге каждый раз одёргивала себя, когда пыталась смотреть на его оружие. Стоило перестать воспринимать противника целиком, понимать, каким будет следующее движение и как его отразить, как его меч нашёлся бы в её сердце с разницей в две секунды. Это не входило в планы девы битв ещё, в целом, достаточно продолжительное время.

Он заговорил, и скользнула тень неудовольствия в прозрачном взоре.
- Помолчи, - хлестнуло по лицу бывшего бога порывом ветра, пропахнувшего хвоей и свежестью леса, но валькирия не открывала рта, и кто говорил, было неясно.
Быть может, вплетённая златой нитью в саму суть природы, она не нуждалась в собственном голосе.

Хруст и острая вспышка сломанной кости заставили Труд отшатнуться назад, перебрасывая меч в другую руку, но ладонь её дрогнула, и клинок полетел в землю, глубоко вошёл в мягкую траву, издав сомневающийся, удивлённый звон. Ничего необычного не было в пропущенных ударах и собственной крови; после родственных перепалок с братьями дева щита нередко бинтовала и их, и себя саму, ибо без боли не бывает никакого роста и движения вперёд; но сегодня что-то было не так. Пропущенный удар что-то подстегнул, что-то злое и тёмное, что было внутри, и пытавшаяся его усмирить воительница… Терпела неудачу.
Собственная сущность толкала её прочь, вытравливая сознательное и спокойное.
В мыслях мерзко пульсировал какой-то полубезумный ритм, женщина, продолжая пятиться назад, замотала головой, точно зверь, пытаясь вытряхнуть, изгнать странные ощущения, мешавшие ей сосредоточиться на противнике, но вместо этого мир окончательно поплыл. Насыщенность цветов и звуков постоянно менялась, всё становилось то очень ярким, то сероватым, невыразительным, и вдруг затем снова - яростный блеск.

Она припала на одно колено, закрывая лицо сгибом локтя, и стало заметно, что женщина мелко дрожит, в дыхание её неглубокое, прерывистое, с лёгким свистом на каждом вдохе через приоткрытые губы.

Разум торопливо перебирал варианты, пытаясь понять, что случилось; может быть, чужой меч оказался ядовит для её сущности, и сейчас могучий организм аса лихорадочно боролся с вмешательством; может быть, так странно отозвались последствия танца с Нуадой; но затем накатило новой вспышкой, на этот раз - запахов, сильных и тревожных, и сознание угасло. К бывшему королю обернулись жёлтые злые глаза, не имевшие ничего общего с ликом молодой богини, и миг спустя встала вместо женщины волчица, одевшаяся в серую шкуру с тёмной полосою по могучей спине.
Закричал ворон, и его громкое карканье разлетелось по поляне предвестником беды.
Всё замерло.

Зверь оскалился, прижимая острые уши к голове, и это было не предупреждением - это было настоящей угрозой; гортанный, низкий звук стелился над землёй. Она прыгнула, стремительно, прямо с места, но метила отчего-то не в горло, и со звуком стального капкана сжались на чужом запястье челюсти, заставляя выпустить оружие.
Чёрные птицы из детских глаз
Выклюют чёрным клювом алмаз,
Алмаз унесут в чёрных когтях,
Оставив в глазах чёрный угольный страх. ©

Týr Hymirson
Очарование и ужас
Аватара пользователя
Репутация: 1714
Статус: Очарование и ужас
Информация: Тюр
45y.o. | ~20 млрд; глава АМБ, маг, целитель; Известен под именами Нуада МакЭтлиу, Нодент, Аргетлам; воплощённая война, бог законности, неба, воздуха, зимы и стужи.
На форуме: зануда всея Асгарда
Сообщения: 9655
Зарегистрирован: 28 ноя 2017, 15:55
Контактная информация:

[16.06.2018] Ich geh Dir hinterher

#7

Сообщение Týr Hymirson » 18 июн 2018, 22:57

Ответного удара не последовало. Почему так вышло, Аргетлам понял не сразу, ведомый ритмом боя; он видел, что с валькирией что-то не так, но некоторое время двигался назад, по инерции ожидая удара, броска, чего угодно. Но их не последовало, крик вальравана заставил аса вздрогнуть и подобраться: острый запах беды полоснул по нервам; Хюмирсон едва успел сориентироваться, как руку, ещё ноющую от удара, пронзила боль. Бывший бог зарычал, человеческого в его рыке не было совсем. Только теперь он до конца осознал, что произошло.
- Да ладно, - в певучем голосе отчётливо услышалась усталость. - Рука? Серьёзно?
Плоть под клыками стала приобретать отчётливый металлический привкус - и это определённо была не кровь. Язык волчицы ожгло зачарованным серебром, чёрное колдовство, что таковым не являлось, смешалось со слюной и прокатилось по пищеводу. Злая отрава была сладка, словно вересковый мёд - и так же горчила. Она приносила безумие, какое, должно быть, испытывал каждый раз бывший бог при очередной вспышке голода. Тюр жил с этим веками и научился балансировать на грани до последнего, не соскальзывая в бездну кровавой ярости. Но могла ли с этим справиться валькирия, вечно закованная в броню разума и долга?
Стряхнуть зубы со скользкой от крови серебряной руки было просто, непросто было сориентироваться, что делать дальше. Законник кружил вокруг волчицы, спрятавшись за клинок и вокруг стало очень холодно: владыка стужи тянул силу из окружавшего их леса. Кусты осыпались прахом, трава в одно мгновение вытянулась по пояс и увяла, оставив тонкие стебли. Пар срывался с губ вместе с болезненным стоном - смертное тело отказывалось вмещать в себя всю эту энергию, но она была необходима сейчас. Потянувшись через связь, Тюр позвал:
- Труд? - Зов был слабым, едва различимым в треске мороза вокруг. Он чувствовал, что разум вёльвы спит, но ничего разумного в голову не приходило. Убивать её он не хотел, но вот так, в смертном обличьи, он мог сделать только это. Вот разве что?..
Идея показалась если не идеальной, то близкой к хорошей. Очередной круг, сопровождаемый песнью меча, закончился рядом с клинком валькирии и второй меч опустился рядом, приглушённо звякнув и запев на другой ноте. А после тело бывшего бога поплыло, меняясь. Суставы выворачивались, кости стонали от изменения: смертное тело без единой капли сил, не могло пройти трансформацию безболезненно; и всё же, у него получилось. В последнюю очередь он думал о том, что убивает этим себя - достучаться до Труд ему было важнее. Мгновения показались ему вечностью, но спустя их, перед волчицей стоял матёрый волк, скалящий зубы в ответ. Он был седым, почти до белизны и на локоть больше волчицы в холке; стальные глаза светились разумом и силой, а утробный рык был слышен, наверное, всем обитателям леса, включая Фенрира. В отличие от Вилкмерге, Хюмирсон сохранил рассудок и теперь гадал, что дальше. Тело его действовало на рефлексах, уходя от битвы и стараясь держать дистанцию. Он высчитывал время для броска, чтобы обездвижить волчицу - и бросился, намереваясь подмять под себя.
- Хватит! - Рыкнул он. Попытки не убивать были одна провальнее другой и только ухудшали ситуацию. Однако, волк не мог не оценить запах молодой самки, что была прекрасна в своей ярости - и это придавало ситуации некоторую сладость. Проиграть ей было бы забавно.
Offer me your sacrifice
There's no escape
Fall into my arms again
Into my cold embrace
Изображение Raise your hand to hail your king
While the world is crumbling
See they flags, they rise and fall
For the god of war

Thrud Thorsdottir
дочь войны, жена войны
Аватара пользователя
Репутация: 1678
Статус: дочь войны, жена войны
Информация: Труд Торсдоттир
33 у.о. | aeons; Девана, Вилкмерге; богиня мудрости, покровительница природы и охотница, дева битв и воинской храбрости, сейдкона, действующий агент NCB Interpol
На форуме: лисонька
Сообщения: 4275
Зарегистрирован: 08 дек 2017, 00:03
Контактная информация:

[16.06.2018] Ich geh Dir hinterher

#8

Сообщение Thrud Thorsdottir » 20 июн 2018, 15:05

Катавшийся по овражку Фенрир замер, приподняв голову, и насторожил уши, внимательно вслушиваясь в звуки леса. Стало как-то неправильно, неестественно тихо; крик ворона, прозвучавший набатным звоном, тем более не сулил ничего хорошего. Верхняя губа зверя чуть заметно поползла вверх, обнажая длинные, чуть желтоватые клыки, и он тихо зарычал, сам себя пытаясь убедить, что ничего там случиться не могло, и двое двуногих идиотов просто заигрались, о чём Лейкни им и сообщает прямым текстом.
Но следом его слух уловил волчьи голоса, лай и злой, гортанный звук на одной ноте; Хродвитнир, сам не отдавая себе отчёта, вскочил на лапы, мгновенно забыв про чудесную ветку, с которой играл, обгрызая её концы. Ни один зверь не мог навредить госпоже природы, он сам, бывший зверем лишь внешне, но имевший полностью божественную часть сути, едва сдерживался от того, чтобы не валяться перед ней на спине, обтекаемый золотыми волнами сейда, и этот рёв мог принадлежать только самой Вилкмерге - или тому, кто остался с ней. Выматерив Хюмирсона и по отцу, и по матери, и до седьмого колена, волк бросился бежать, не чуя под лапами земли.
Быстрее, ещё быстрее.

Огрызнувшись, волчица отскочила в сторону. Прямой хвост замер параллельно земле, прижатые уши выдавали её злобу; он не нравился ей, крупный сильный самец, появившийся неизвестно откуда, и она говорила об этом оскалом и низко опущенной лобастой головой. По серой шерсти серебрился опустившийся иней, заметно похолодало, и это тоже подхлёстывало её гнев, обозначенный низким, гулким звуком из самой глотки. Ловкая и быстрая, она не давала себя поймать, но не торопилась и нападать, целеустремлённо кружа вокруг волка. На чёрных губах были заметны запёкшиеся капли крови, отдававшие неприятным привкусом, и тёмное, злое волшебство, прораставшее от проклятого серебра в её теле, не помогало разуму очнуться.
Укутанная палой осенней листвой, Труд - настоящая Труд - спала, а зверь, прежде живший с ней в мире, властвовал безраздельно. И ему не нравилась реальность, которую он видел пред собой.

Волчица огрызнулась вновь. Клыки соперника скользнули по её боку, но она снова ускользнула достаточно далеко, чтобы не оставить на себе ран, а сама вдруг сделала попытку укусить за лапу, на этот раз - за левую, метнулась вперёд, но миг спустя отпрыгнула, точно решив не рисковать. Снова они кружили друг против друга, злые волчьи тени, пытавшиеся найти слабость друг в друге, чтобы в чужое тело погрузить зубы, но никак не выходило. Волк был слишком силён, чтобы она повалила его на землю, а волчица - слишком быстра, чтобы он подмял её под себя, и это всё больше поднимало им обоим шерсть на загривке.
Хотелось крови, зелёной травы под лапами, заячьей спины перед глазами; хотелось свежей воды на шершавом языке и волчьих песен; а он - он мешал, мешал убежать прочь, заставляя отвечать на его выпады. Жёлтые глаза светились, точно янтарь, освещённый полуденным солнцем. "Оставь меня в покое!" - Кричали её движения.
Вновь попытка укусить: она подобралась достаточно близко и теперь почти вцепилась ему в заднюю ногу, намереваясь рвануть на себя.

Но не вышло.

В волчицу врезалось что-то крупное и очень тяжёлое, что пахло землёй, корой и мокрой шерстью, и её проволокло по выдохшейся поляне несколько метров, а за телом осталась глубокая борозда. Фенрир был сильнее, быстрее и ловче их обоих; он был волком от рождения и лучше асов знавал собственное тело. А ещё он был огромен - даже в своей нынешней, приближенной к реальности ипостаси. Вцепившись в холку волчице, он тряс её, как игрушку, и рычал, явно намереваясь выбить из неё дурь самым простым способом - как вытряхивают пыль из мешка.
Извивавшаяся в его хватке сука выла, царапала когтями травы, но особых шансов у неё не было.
Он приложил её об землю ещё раз и лёг сверху всей своей тушей, продолжая зубами сжимать холку. Волчица затихла, не в силах даже вдохнуть достаточно воздуха, не говоря уж о том, чтобы рычать дальше.

С ели кувыркнулся вальравн, неожиданно перекидываясь в свою около-человеческую ипостась, и бросился куда-то в сторону журчащего ручья.
- Ебанулись? - Совершенно недружелюбно поинтересовался Локисон у второго волка, лизнул лоб волчицы и, услышав от неё обиженный хриплый лай, переместил лапу повыше.
Лай задушенно утих.
Чёрные птицы из детских глаз
Выклюют чёрным клювом алмаз,
Алмаз унесут в чёрных когтях,
Оставив в глазах чёрный угольный страх. ©

Týr Hymirson
Очарование и ужас
Аватара пользователя
Репутация: 1714
Статус: Очарование и ужас
Информация: Тюр
45y.o. | ~20 млрд; глава АМБ, маг, целитель; Известен под именами Нуада МакЭтлиу, Нодент, Аргетлам; воплощённая война, бог законности, неба, воздуха, зимы и стужи.
На форуме: зануда всея Асгарда
Сообщения: 9655
Зарегистрирован: 28 ноя 2017, 15:55
Контактная информация:

[16.06.2018] Ich geh Dir hinterher

#9

Сообщение Týr Hymirson » 22 июн 2018, 09:51

- Труд, - рявкнул Тюр снова, всё ещё пытаясь дозваться до разума валькирии, но разум спал.
Мысленно выругавшись, Хюмирсон низко зарычал, давая волчице понять, что отвяжется от неё очень не скоро. Он хорошо понимал опасность происходящего - в первую очередь, для Труд, которая могла остаться волчицей на всю оставшуюся вечность. И здесь не помогло бы проникновение в разум, подобное тому, что одна молоденькая вёльва не раздумывая совершила для него. Запутавшаяся в своих силах и потерявшая ориентиры в жизни, она была сейчас в той же точке своего существования, что и он, возродившись в теле смертного. Бывший бог помнил, насколько тяжело проходить через это, насколько тяготит такое существование и какой соблазн спрятаться от этого и просто не быть.
Он звал через незримые нити, связывающие их вернее всех брачных клятв: фюльгья принадлежала ему так же, как он ей, служа проводником и неся в себе часть его сути. Но слышал лишь ярость растревоженной волчицы, которая набатом отдавалась в его голове, делая серые глаза серебряными. Он был жуток в этой своей ипостаси, отдавшийся волчьим инстинктам, желающим заполучить эту волчицу себе. Злобно рыкнув, он увернулся от новой атаки, едва не распростившись с лапой вновь. Владыка стужи взвыл, тоскливо и отчаянно, силясь если не дозваться Труд, то хоть заставить волчицу покориться ему. Прижав уши, он зарычал снова, собираясь ответить на её бросок, но не успел - Фенрир выломился из кустов, оставив третий проход на поляну. Хюмирсон остановился посреди движения, как если бы был человеком, но в исполнении волка это было скорее комично. Хродвитнир оказался здесь удивительно вовремя, чтобы остановить назревающую драку и Тюр был рад его появлению.
- Ебанулись, - согласился он, садясь. Теперь Труд точно не сбежит, а вальраван, быть может, добудет воды, чтобы остудить пыл волчицы. - Варианты были убить её, сдохнуть самому, сбежать, оставив её такой навсегда. Сам понимаешь, выбор не лучший.
- И ты выбрал самоубиться? - Язвительно произнёс Локисон, всё ещё не веря в возможности смертного.
- Может, и самоубиться, - задумчиво вслушиваясь в ощущения, ответил Аргетлам, - но больше - заставить охолонуть и дозваться до её разума, который спит.
- Что здесь, нахер, произошло? - Фенрир повернул голову к бьющейся под его лапами сейдконе.
Тюра он всё ещё недолюбливал, зато Труд любил и очень. Верить в то, что виноватой может быть валькирия, он отказывался, в случайность верил ещё меньше, но лаконичный рассказ Хюмирсона заставил притормозить. Оно, конечно, среброрукий не лгал без нужды, да только выглядело это всё слишком нелогично, чтобы быть правдоподобным.
- Пиздишь, - отрезал Локисон, примериваясь, как бы и Труд не упустить и смертному зад надрать.
- А ты - тянешь время, - рыкнул бывший бог. - Хочешь помочь ей? Не мешай мне. Убить ты меня успеешь, если не справлюсь. И Одина ради, держи её крепче!
Обратное превоплощение было ещё более болезненным, в глазах потемнело от слабости, но терять сознание Тюр себе запретил. Пошатываясь, он подошёл к волкам, выглядя рядом с Хродвитниром совсем крошечным, присел у головы валькирии и, напрочь игнорируя возможность потери руки, положил ледяную ладонь на морду. Прикрыл глаза и очень тихо запел, вводя себя в состояние транса. Он не владел сейдом; так и не смог выкроить время на занятия с племянницей, потому рисковал вдвойне, обращаясь к материям более тонким, чем то, к чему он привык. Позволив тончайшей нити связи коснуться его разума, он осторожно потянул, страшась оборвать её, или навредитьТруд.
- Вернись ко мне, - его шёпот заставил содрогнуться землю, а после силы ушли совсем, смертный без сознания растянулся на траве, взрытой волчьими лапами, к немалому удивлению Фенрира.
Offer me your sacrifice
There's no escape
Fall into my arms again
Into my cold embrace
Изображение Raise your hand to hail your king
While the world is crumbling
See they flags, they rise and fall
For the god of war

Thrud Thorsdottir
дочь войны, жена войны
Аватара пользователя
Репутация: 1678
Статус: дочь войны, жена войны
Информация: Труд Торсдоттир
33 у.о. | aeons; Девана, Вилкмерге; богиня мудрости, покровительница природы и охотница, дева битв и воинской храбрости, сейдкона, действующий агент NCB Interpol
На форуме: лисонька
Сообщения: 4275
Зарегистрирован: 08 дек 2017, 00:03
Контактная информация:

[16.06.2018] Ich geh Dir hinterher

#10

Сообщение Thrud Thorsdottir » 23 июн 2018, 17:38

Взгляд, которым Локисон одарил своего собеседника, говорил всё о его умственных способностях, которые черноволосую голову явно решили покинуть за ненадобностью, но высказаться об этом со свойственной себе прямотой не успел - Тюр его ожиданий на скандал не оправдал и предпочёл благополучно отплыть во тьму бессознательного. Волчица, накрепко зажатая под тушей чудовища, почти не огрызалась, и только верхняя губа её подрагивала, обнажая клыки; но на какой-то короткий миг блеснула в желтизне её глаз привычная голубизна весеннего неба.
Вернулся вальравн, приволокший с собой воды, что налита была в крылатый шлем; Хродвитнир, обнюхав свою добычу, кивнул и немного подвинулся, почти бережно сжав челюсти на серебристой холке.

Ледяной душ закончил то, что неумелым, но отчаянным движением затронул на струнах сейда бывший бог. Несколько секунд спустя сильная спина дрогнула, и зверь, успокоившись, ушёл, оставив только пустоту и женское тело, немилосердно вдавленное в землю. Валькирия вяло стукнула кулаком в ровно вздымавшийся бок, но особого отклика не получила - Фенрир подниматься не рвался, здраво рассуждая, что этот фокус может и не пройти, а ловить отчаянно оборонявшуюся суку второй раз ему не хотелось.
Лейкни взболтнул остатки воды и с некоторым злорадным удовлетворением окатил ледяным душем лежавшего под ногами смертного, после чего, зажав шлем подмышкой, ушествовал обратно в сторону ручья. Перья на его загривке топорщились дыбом, хвост был распушён, как перед боем: вальравн, судя по его внешнему виду, пребывал в изумительно отвратном настроении и где-то в глубине души размышлял над тем, не выклевать ли Тюру глаза. Это, конечно, ничем не помогло бы, но зато какое моральное удовлетворение могло принести! Своей антипатии ворон, в общем-то, и не скрывал: в его мировоззрении по бесполезности король без королевства приближался примерно к ржавому мечу, а количество проблем, которые обязательно откуда-то появлялись рядом с ним, стремительно множилось. Без него было сильно лучше: по крайней мере, Труд до этого ни разу с ума не сходила и в помощи в возвращении себя в стан существ разумных не нуждалась.

Дева битв, найдя в себе наконец голос, выругалась, длинно и витиевато. Фенрир, внимательно обнюхав её лицо, тяжело вздохнул, точно вместо лёгких у него были кузнечные мехи, и лизнул женскую щёку шершавым языком, и разума её коснулся лёгкий, трепещущий вопрос-образ. Немного подумав, валькирия передёрнула плечами:
- Как будто меня вывернули наизнанку, потом передумали и вывернули обратно. Всё как через мутное стекло.
Несмотря на то, что говорила она почти спокойно, в душе девы щита нарастала тревога. Её звериные ипостаси всегда были только частью её самой, одним из осколков силы, доставшейся от матери, и ни разу за всю свою жизнь, пусть и не слишком долгую по божественным меркам, Вилкмерге не теряла над ними контроль. Это было очень… Плохим знаком, потому что сейчас рядом был Фенрир и Тюр, но что могло выйти, если бы их не оказалось? Волк ушёл бы в леса и остался там, затерявшись средь деревьев и запахов на тысячи лет? Не сказать, чтобы это слишком пугало, но казалось, в лучшем случае, довольно неправильным.
Сильно сжав кончиками пальцев переносицу, женщина несколько очень долгих минут просто сидела молча, крепко зажмурившись, и пыталась понять, что делать дальше, куда бежать, что искать и о чём думать. В сознании, однако, царила восхитительная пустота, смешанная с запахом отравы. Отерев губы тыльной стороной ладони, воительница рассеянно обнаружила следы запёкшейся крови, сплюнула на землю, вновь чувствуя этот мерзковатый привкус металла на языке.

Вернувшийся ворон был как нельзя кстати; он протянул вёльве полный свежей воды шлем, погладил очень нежным, почти братским жестом растрёпанные медные волосы. Холод родника слегка прочистил мысли, сделав их если не ясными, то хотя бы - чуть более понятными. Труд благодарно кивнула и перевела взгляд на бывшего бога, без сил и сознания растянувшегося на жухлой траве. Изменчивая память любезно подсунула серебристый, призрачный зов на краю сознания.
- Эй, - она легонько коснулась кончиками пальцев чужой скулы, и зазолотились тонкие нити волшбы, стекавшие с её сильной руки и вплетавшиеся силой исцеления в чужое естество, отразился блеск в льдистых глазах, - очнись.
Чёрные птицы из детских глаз
Выклюют чёрным клювом алмаз,
Алмаз унесут в чёрных когтях,
Оставив в глазах чёрный угольный страх. ©

Týr Hymirson
Очарование и ужас
Аватара пользователя
Репутация: 1714
Статус: Очарование и ужас
Информация: Тюр
45y.o. | ~20 млрд; глава АМБ, маг, целитель; Известен под именами Нуада МакЭтлиу, Нодент, Аргетлам; воплощённая война, бог законности, неба, воздуха, зимы и стужи.
На форуме: зануда всея Асгарда
Сообщения: 9655
Зарегистрирован: 28 ноя 2017, 15:55
Контактная информация:

[16.06.2018] Ich geh Dir hinterher

#11

Сообщение Týr Hymirson » 25 июн 2018, 23:57

Бывший бог был до отвращения похож на фигуру воина в пещере, явившуюся перед Труд больше года назад. Лицо разгладилось, ушли морщины и выражение стало спокойным; залегли глубокие тени. Кончики пальцев касались волос валькирии, дыхание стало совсем неслышным, а сердцебиение замедлилось. Транс, так непривычный колдуну, владеющему силами природы, забрал своё, сознание бога погасло, принося отдохновение на грани смерти.
Темнота была привычна Аргетламу: сотни смертей и перерождений, десятки ранений, несовместимых с жизнью и даже одно безумие, - всё это выглядело рутинным. Тишина и невозможность сделать ничего, словно он не рождался даже. В этот раз он не торопился - зачем, если неизбежное произойдёт не сейчас? Он знал, как закончится его история, и терпеливо ждал развития этой её части. Дождался. Темноту прорезало золотыми нитями сейда: зов той, ради которой стоило задержаться в мире живых. Это было очень красиво: свет окутывал его тёплым покрывалом, нити сплетались вокруг в кокон и тянули его за собой, словно диковинную рыбу. Сопротивляться этой силе он едва ли смог бы - не стал и пытаться, возвращаясь к себе самому.

Голова гудела. Нет. Голова раскалывалась как после попойки с Одинсоном, после которой смертный Хюмирсон едва не сдох от алкогольной интоксикации. Славная была бы смерть - куда славнее похмелья. Открывать глаза бывший бог не торопился, хотя голос Труд слышал прекрасно. Отчего-то было мокро и холодно, а мир вокруг казался враждебным. Вздохнув, Тюр произнёс на удивление длинную фразу:
- Мне сейчас хочется собрать рекордное количество оправданий, но в них нет смысла, да?
Он открыл глаза и тут же закрыл их обратно. Даже после исцеления валькирии мутило так, что ветви над головой вертелись в бешеном хороводе, виски начало ломить от яркого света.
- Почему Фенрир меня не добил? - Риторически спросил Аргетлам, с большим трудом преодолевая земное тяготение и садясь. Ощущение пустоты где-то под сердцем, было неприятным не меньше физической боли. Вот и всё, можно считать часы до смерти. Раньше между уходом силы и уходом из жизни проходило очень мало времени, но не теперь. В этот раз всё было иначе, это давало надежду если не на нормальное существование, так хотя бы на отдых. Стальной взгляд встретился с небесно-синим и бывший бог выдавил из себя улыбку, стыдясь своей слабости.
- Это выражение глаз тебе идёт больше, - неловко пошутил он. - Рад, что ты вернулась.
Ни на мгновение он не допускал мысли о том, что это он смог вытащить Труд из того состояния, в котором она оказалась. Укол вины заставил его помотать головой, которая тут же запротестовала, подарив фейерверк разноцветных пятен перед глазами.
- Что произошло? - Сил у него не было, но разум никуда не делся, вопреки ожиданиям зверья, которое смотрело на него весьма злобно. - Мы бились, потом ты пропустила удар, потом неудачно попыталась сменить руку. Я чувствовал твоё недоумение, а после ты обернулась и твой разум исчез. Сомневаюсь, что мой удар был настолько силён, чтобы сломать что-то сложнее кости.
Всё это время Фенрир недоверчиво смотрел на смертного; в его мозгу смертность и возможность ломать кости богине и валькирии не состыковывались вообще никак. По всему выходило, что Тюр не лгал. Опасливо покосившись на Кровь Небес, отблёскивающую алым во мху, волк отодвинулся от обоих подальше. Хель их знает, этих чокнутых, сегодня они смертные, а завтра снова Глейпниром связывать начнут или прибьют ненароком. В первый раз Локисон задался вопросом, почему его вообще не убили - с этого мудилы сталось бы ещё тогда, когда обман был обнаружен.
Хюмирсон, тем временем, стряхнул с лица капли воды и подозрительно оглядел сторонников Труд в Хель знает чём, от магических созданий можно ожидать любого странного выверта сознания. Не выдержав терзающего его любопытства - и чтобы заполнить неудобную паузу, Аргетлам решил поинтересоваться, что произошло.
- Почему я мокрый, а вы смотрите на меня как на врага диснеевской принцессы? - Обращался он к Лейкни, как к знающему, кто такой был Дисней и почему аллюзия с принцессой была настолько явной для смертного.
Offer me your sacrifice
There's no escape
Fall into my arms again
Into my cold embrace
Изображение Raise your hand to hail your king
While the world is crumbling
See they flags, they rise and fall
For the god of war

Thrud Thorsdottir
дочь войны, жена войны
Аватара пользователя
Репутация: 1678
Статус: дочь войны, жена войны
Информация: Труд Торсдоттир
33 у.о. | aeons; Девана, Вилкмерге; богиня мудрости, покровительница природы и охотница, дева битв и воинской храбрости, сейдкона, действующий агент NCB Interpol
На форуме: лисонька
Сообщения: 4275
Зарегистрирован: 08 дек 2017, 00:03
Контактная информация:

[16.06.2018] Ich geh Dir hinterher

#12

Сообщение Thrud Thorsdottir » 26 июн 2018, 16:01

Выглядели оба аса примерно одинаково отвратительно: Нуада, помятый и обессиленный, Труд, растерянная и тоже не слишком-то целая, и только два волшебных зверя взирали на них с плохо сокрытым ехидством в глубине антрацитовых зрачков. Вилкмерге снова прижала ладонь к голове: в левом виске неприятно пульсировало, и хотелось чего-то смутного, плохо различимого: не то всё ещё заячьей крови, не то валяться в овраге, спиной отирая прошлогоднюю листву, то ли мёда, чтобы обо всём забыть. Или, может быть, на самом деле ничего не хотелось, потому что и в душе, и в сознании, что вывернуты были наизнанку, а потом вновь вернулись, но пошли ощутимыми трещинами ощущения собственной беспомощности, царил полный раздрай.
- Потому что мне было некогда, - недовольно проворчал волк. - Если хочешь покончить жизнь самоубийством, напиши официальное письмо на гербовой бумаге за подписью Всеотца, рассмотрю в течение трёх столетий. Ну пяти, если буду сильно занят.
Встряхнувшись, он поднялся на лапы, зевнул и отошёл ещё дальше, обнюхал примятую, испачканную кровью траву, пытаясь будто бы найти что-то, что даст всем им правильный ответ, но не находил. Да и вообще, всё более дева щита склонялась к мысли, что самый правильный ответ: они просто массово сошли с ума. Ну если предположить, что кто-то из здесь присутствующих ещё был нормален.

Вопрос бывшего короля поставил её в тупик. Она прислушалась к себе, осторожно перебирая сохранившиеся воспоминания, следы запахов, злость, но - не нашла ровным счётом ничего.
- Я не знаю, - покачала головой валькирия. - Правда, я не знаю, что случилось. Ничего… Особенного не было, сломанные кости - мелочь для меня, братья оставляли следы и сильнее. Ты разбудил зверя, но я не понимаю, почему. Никогда раньше у меня не было проблем с иными обликами, потому что и волк, и лебедь - только части меня, я шаман, а не оборотень, и без моих сил и разума они не должны существовать.
Лейкни тем временем с каким-то подозрительным интересом продолжал рассматривать бывшего бога. Похоже, что мысль выклевать глаза и посмотреть, что из этого получится, из его светлой головы никак не шла. Добротой и терпением он отличался примерно такими же, как его ближайшие родственники, что служили старому Иггу.
- Потому что ледяной душ должен был привести тебя в чувство, - любезно пояснил ворон, - у меня осталась вода, и я решил сделать доброе дело, чтобы самолично рассказать тебе, какой ты еблан. Куда там диснеевским злодеям.
- Лейкни, угомонись, - устало попросила женщина, - я понимаю глубину твоих чувств, но сейчас у меня нет сил их разделить.
- Да я ещё и не начинал! - Каркнул вальравн, зло хлопнул крыльями и, вновь становясь птицей, перелетел на еловую ветвь, где превратился в нахохлившийся памятник самому себе.
Труд тяжело вздохнула:
- Извини. Он хороший друг и верный спутник, но у него дурной нрав.
С дерева донеслось оскорблённое карканье, шелест перьев, а следом - метко прилетевшая в голову Нуаде шишка. Лейкни, изучив дело клюва своего с мрачным удовлетворением, снялся с насеста и улетел куда-то прочь, оставив двух асов объясняться: настроение у него и впрямь было препаршивое, а вступать в бесполезный спор с хозяйкой не хотелось. Он знал её с рождения, а потому отлично понимал, что переубедить в чём-то или доказать, что Тюра надо гнать взашей, пока с его помощью ещё какой-нибудь безудержной ереси не приключилось, бесполезно.
Оставалось только развлекаться язвительными комментариями при каждой новой встрече и демонстрировать своё презрение. Не то, чтобы это сильно помогало, но давало хотя бы лёгкое удовольствие, и грех им было не воспользоваться.

Дева битв только покачала головой и осторожно обняла Аргетлама, вновь укладывая его головою на своих коленях. От её тела исходило тепло и запах лёгких степных трав, пряный, немного горьковатый; запах весны и жизни, и трава, что была нещадно испита владыкой стужи, начала вновь наливаться соками. Зашумел, выходя из кошмарного сна, лес, вдали вновь зачирикали птицы, и отчётливое журчание ручья чуть утонуло в этих звуках. Веяло спокойствием. Сейдкона мягко улыбнулась, и в глубине тревожных льдистых глаз блеснула болотная зелень - или, быть может, то было лишь отражение мира вокруг.
- Ты и так потратил много сил. Позволь, я помогу. Просто… Отдохни пока. - Она помолчала, катая на языке металлический привкус, потом тихо добавила: - Спасибо. Я слышала твой зов.
Чёрные птицы из детских глаз
Выклюют чёрным клювом алмаз,
Алмаз унесут в чёрных когтях,
Оставив в глазах чёрный угольный страх. ©

Týr Hymirson
Очарование и ужас
Аватара пользователя
Репутация: 1714
Статус: Очарование и ужас
Информация: Тюр
45y.o. | ~20 млрд; глава АМБ, маг, целитель; Известен под именами Нуада МакЭтлиу, Нодент, Аргетлам; воплощённая война, бог законности, неба, воздуха, зимы и стужи.
На форуме: зануда всея Асгарда
Сообщения: 9655
Зарегистрирован: 28 ноя 2017, 15:55
Контактная информация:

[16.06.2018] Ich geh Dir hinterher

#13

Сообщение Týr Hymirson » 27 июн 2018, 00:36

- Непременно напишу, - пообещал Аргетлам. - Вечности через две.
Хотелось курить, но одежда противно хлюпала, а, значит, сигареты тоже промокли насквозь. Были ещё несколько пачек в бардачке, но чтобы дойти туда, нужно было встать. Горизонтальное положение сейчас привлекало бывшего бога гораздо сильнее. Смотреть на Труд было стыдно, потому он максимум своих сил сосредоточил на том, чтобы удержаться в равновесии и не пропустить ничего из её ответа.
- Но существуют, - закончил за валькирию бывший бог. - И, думается мне, разгадка здесь в том, что ты изменилась. Такие вещи не проходят без сюрпризов ни для одного из нас.
Он поднял взгляд на ворона и в глазах мелькнуло хищное серебряное пламя. По-птичьи склонив голову, смертный тихо и веско обронил:
- Тебе бы лучше придумать что-нибудь интереснее. Момент, когда слабость перестанет быть проблемой, ближе, чем ты думаешь. - И покачал головой, обернувшись к Труд. - Не извиняйся, я помню его нежное отношение ко мне. Пусть идёт как идёт, я привык.
Шишка больно стукнула по голове, но бывший бог даже не дёрнулся; в сравнении с опустошением это была сущая малость, которая не стоила внимания вообще. Подавшись навстречу вёльве, бывший бог позволил уложить себя, хотя предпочёл бы остаться один, чтобы она не видела его таким. Проклятая гордость проснулась очень невовремя и он, решив, что разбираться с причиной своего замешательства будет сильно позже, задвинул гордыню куда подальше.
- Я обещал быть рядом, - напомнил он, глядя в её лицо снизу вверх, игнорируя возмущённое фыркание Фенрира. - Не за что.

Он замолчал, обдумывая произошедшее, но больше - просто получая удовольствие от присутствия рядом с Труд. Не хотелось ни шевелиться, ни что-то делать, мысли ворочались с большим трудом - сказывалась смертельная усталость. Аргетлам хорошо понимал, что валькирия лишилась всего, за что держалась, не в состоянии справиться с собственной сутью. Он уже был на её месте однажды и, похоже, оказался вновь. В первый раз ему не повезло остаться одному и пришлось пережить три смертных жизни, прежде, чем осознать, как жить с произошедшими изменениями. В этот раз он оказался разумнее, не торопясь с выводами и собирая информацию о происходящем по крупицам. Но у него были тысячи лет опыта, сотни характеров и прожитых жизней, а что было у Труд?
Она говорила, что она - ас, но не бог, но двойственность её сил говорила об обратном, он хорошо чувствовал, как природа оживает от её действий. Дочь бога и богини, она не могла не унаследовать их сил, они у неё были - и были в избытке, ей не хватало какой-то мелочи, чтобы всё встало на место. Но в своё время она не стала искать эту мелочь, а решила проблему иначе, став валькирией и воздвигнув между миром и собой стену из долга. А он своим появлением разобрал эту стену по кирпичику и Труд вернулась к проблеме, с которой начинала. Почему произошло так? Она не принимала своих сил, или не видела, что решение рядом? Изнутри ситуация выглядела наверняка не так, как выглядела для него с его возрастом и опытом. Мудрость вот только в последние годы он почему-то не использовал, быть может, пора перестать обманывать себя и вспомнить, кто он есть? Пока у них двоих есть время.

- Фенрир, - позвал Нуаду, сталь зазвенела в глубоком голосе. - Забирай пернатого остряка и съёбывай откуда пришёл. Спасибо вам обоим за помощь, но дальше мы сами.
- Угу, разбежался, - Хродвитнир вновь фыркнул. - Один раз я вас уже оставил, и что?
- И ничего, - холодно ответил бывший бог. - Этот разговор не для ваших ушей, свали, пока я не вспомнил, что за тобой долг.
- Какой? - Аргетлам расставил примитивную ловушку, но Локисон вляпался в неё на полном ходу.
- Жизнь, - напомнил Тюр. - Ты обязан мне жизнью.
- С какой стати? - Опешил волк, опуская морду вниз. - Это была ложь асов, за которую ты заплатил рукой.
- Ты был связан. - Хюмирсон говорил спокойно, даже не поворачиваясь к волку. - Далеко ли было до того момента, когда кто-нибудь решился бы проверить на тебе свои умения?
- Я... - Фенрис фыркнул и отвернулся. - Буду недалеко. - И, посмотрев на Труд, добавил, - зови, если что.
Четвёртый проход в зарослях он делать не стал, воспользовался средним.

Аргетлам помолчал, а после заговорил.
- Скажи, - он осторожно подбирал слова, - когда ты уходила в Валькириор, перед этим, пыталась ли ты найти недостающую часть сущности? Потому что ты - бог, и это очевидно; твоей силы достаточно, чтобы пойти по пути творения, иначе ты не смогла бы танцевать со мной. Думала ли ты, чего именно тебе не хватало?
Offer me your sacrifice
There's no escape
Fall into my arms again
Into my cold embrace
Изображение Raise your hand to hail your king
While the world is crumbling
See they flags, they rise and fall
For the god of war

Thrud Thorsdottir
дочь войны, жена войны
Аватара пользователя
Репутация: 1678
Статус: дочь войны, жена войны
Информация: Труд Торсдоттир
33 у.о. | aeons; Девана, Вилкмерге; богиня мудрости, покровительница природы и охотница, дева битв и воинской храбрости, сейдкона, действующий агент NCB Interpol
На форуме: лисонька
Сообщения: 4275
Зарегистрирован: 08 дек 2017, 00:03
Контактная информация:

[16.06.2018] Ich geh Dir hinterher

#14

Сообщение Thrud Thorsdottir » 29 июн 2018, 00:17

Кивнув, валькирия проводила взглядом Фенрира, на чьей вытянутой морде читалась серьёзная озадаченность, а после вновь перевела тронутые льдом глаза на мужчину, что лежал у неё на коленях. Тёмные волосы Тюра уже не были подёрнуты короной зимнего инея, но в его хищном лице по-прежнему читалось что-то нездешнее; несмотря на то, что он был смертным вот уже много веков, в нём всё равно осталась какая-то жутковатая тень божественности, принадлежности сакральному миру.
Рассеянно изучая пальцами его тело, Труд, совершенно не задумываясь, сушила чужую одежду солнечными прикосновениями, и весенняя капель Медейне-Жворуны, лесной хозяйки, пела в этих лёгких жестах. Она покачала головой, и медные косы заскребли концами по зелёной траве от этого движения.
Это не было приятным разговором; дева щита и сама многие ночи привела в размышлениях о том, как так вышло и почему, чего ей не хватило, крови от крови сильнейшего из асов, чтобы стать богом, но ответа не нашла. Быть может, ответ - настоящий - знавал Один, как знавал он всё, что было во вселенной, но Высокий никогда не давал их.
"Ищи истину сам - и найдёшь." Если ей когда-нибудь и было суждено узнать тайны эти, то сделать Вилкмерге могла оное только сама, раскопав то, что было сокрыто от обычного взгляда. Отец мудрости наблюдал, не вмешиваясь; с другой стороны, его стиль обучения жизненным навыкам имел свои достоинства.

Облизнув пересохшие будто от волнения губы, сейдкона медленно, старательно обдумывая слова, заговорила:
- Нет. Я родилась не такой, как иные из нашего рода. Может, дело в том, что я - дева, во всём Асгарде я оказалась единственной. Кровь севера не любит дочерей, у асов всё чаще рождаются сыновья… Дело не в силах, сил во мне с лихвою, немало их и у моих названных сестёр. Ходящий по путям смерти связывает миры, мы - тоже немного сила творения, мы ткём судьбы и посмертия, и поэтому я могу танцевать с тобой, мои умения в том, чтобы ткать - битву или вечность, не столь важно. Я от рождения была увечной, во мне чего-то не хватало, какой-то части сакрального бытия, но никто не может сказать, чего именно. Братья - они нашли свой путь сразу, их сила была определена. Мне пришлось искать свой путь любыми возможными средствами, и я нашла.
Запнувшись, она посмотрела на свои руки, окутанные золотом волшбы, легонько коснулась чужой щеки, помолчала, словно собиралась с силами. Зыбкая почва из догадок и сомнений, никакой уверенности, эти предположения были даже не чутьём, а какими-то намёками, предположениями, без возможности даже понять, насколько они похожи на истину.
Вздохнув, воительница продолжила:
- Я - логический парадокс Асгарда, меня даже не было в предсказании вёльвы. Что получат братья, было известно ещё до их рождения, они унаследовали мощь от отца, их место в пантеоне было определенно заранее. Мои силы… Странные. Я не получила даров ни от отца, ни от матери - если не считать нрава и цвета волос, конечно. Моя суть куда более напоминает деда. Хотя, - Труд легко усмехнулась, обнажив неправильные, длинные клыки на верхней челюсти, - я начисто лишена всяких амбиций, поэтому увидеть, что мы похожи, со стороны бывает очень сложно. Но он - первопроходец и вечный странник, он вечно ищет себя, а мне, в общем-то, некуда дальше идти. Я не знаю, что искать, Тюр. Во всём граде богов, среди всего пантеона мне просто не нашлось места, и то, что я оказалась в Валькириоре… Ну, это не самое худшее место из всех Девяти миров, я люблю своих сестёр, и они любят меня. Между вариантом быть тенью и быть валькирией второй всяко лучше.
Это, конечно, помимо того, что от валькирий никто не требовал замужества, но оное озвучивать женщина не стала.

Она замолчала, на этот раз - куда дольше, и стало тихо. Невидящим взглядом Труд всматривалась в пустоту, перебирая собственные воспоминания, предчувствия, помыслы о пережитом. Как бы ей не хотелось оттянуть этот момент, приходилось признавать перед собою, что с появлением Аргетлама рядом изменилось всё, и изменилось настолько сильно, что всю устоявшуюся и привычную жизнь предстоит строить заново, ибо ничего не уцелело теперь.
Это не пугало; это просто было.
- В глубине души я догадываюсь, что сегодняшняя беда в том была, что я более и не валькирия, - произнесла женщина тихо и довольно задумчиво. - Силы больше ничем не стиснуты. И мне, на самом деле, нужно ко Всеотцу, чтобы он отпустил мне этот долг, но я до сих пор не знаю, что ему сказать. Он, конечно, и сам всё знает уже давно, но без того, что услышит от меня, никогда Игг не выскажет своего решения.
Чёрные птицы из детских глаз
Выклюют чёрным клювом алмаз,
Алмаз унесут в чёрных когтях,
Оставив в глазах чёрный угольный страх. ©

Týr Hymirson
Очарование и ужас
Аватара пользователя
Репутация: 1714
Статус: Очарование и ужас
Информация: Тюр
45y.o. | ~20 млрд; глава АМБ, маг, целитель; Известен под именами Нуада МакЭтлиу, Нодент, Аргетлам; воплощённая война, бог законности, неба, воздуха, зимы и стужи.
На форуме: зануда всея Асгарда
Сообщения: 9655
Зарегистрирован: 28 ноя 2017, 15:55
Контактная информация:

[16.06.2018] Ich geh Dir hinterher

#15

Сообщение Týr Hymirson » 05 июл 2018, 00:28

Какая-то ветка впилась в бок и бывший бог рассеянно вытянул её из-под себя. Прикосновения Труд вымывали усталость и заполняли тянущую пустоту под сердцем. Тюр не смотрел на валькирию, в его прозрачных глазах отражалось небо, делая радужки пронзительно синими. Дышалось легко.
- Не совсем так, - мягко поправил племянницу бог. - Пряхи судеб и валькирии могут изменять уже имеющуюся материю, а боги могут работать с первозданными силами, давая вам возможность преобразовывать то, что уже создано. Ты прошла по этому пути, не по пути изменения. - Он пожал плечами, отёрся щекой о руку валькирии и уточнил. - То есть сложность в том, что у тебя нет той части, что делает бога богом, хотя творить вместе со мной ты смогла, я правильно понял?
Он сочувствовал ей, наверное, как никто другой. Его собственная суть приподносила загадки даже при отсутствии возможности прикоснуться к ней. Как жить с этим и что с этим делать, он не знал, при том, что опыта у него было куда больше, чем у Труд. Вздохнув следом за сейдконой, он поймал её руку и переплёл пальцы со своими.
- В вечных странствиях не так плохо, - улыбнулся он и процитировал на староанглийском, - wiþ æþelingas á biþ on færelde. Почему ты решила так? - Он помолчал и добавил. - Ты прости мне, коли я излишне настойчив или лезу куда не следует, я давно не был дома и твою историю знаю только со слов твоего отца, а твоё взросление и вовсе прошло без меня, поэтому я буду задавать дурацкие вопросы. Если мне не стоит этого знать, скажи сразу, ладно? Кроме компании сестёр и отсутствия назойливых ухажёров, что привело тебя к валькириям, а не к попытке раздобыть себе часть божественной сути? В любом случае тебе пришлось бы пройти через что-то неприятной: смерть или перерождение, - а с ухажёрами результат был бы одинаков.
Больше почувствовав, чем увидев задумчивость Труд, Хюмирсон заткнулся, удерживая её руку в своей и размышляя о прихотливости путей Одина. Всё это было вполне в его духе: дать юной деве возможность совершать ошибки, чтобы потом привести к единственному верному решению. Он и сам не единожды становился жертвой подобных вывертов сознания Всеотца, но над ним не довлела асгардийская мораль, ставящая штампы и заставляющая мыслить узко; да и ему самому было на мораль, по большей части, плевать. Отец с матерью, узрев, что сын повзрослел достаточно, чтобы познать собственную суть, выперли его из дома под руку к Иггу, а престол в Гладсхейме Хюмирсон получил сам, набивая синяки и шишки так же, как набивает сейчас валькирия. Он очень хотел помочь ей, но понять, что нужно молоденькой вёльве, он был не в силах.
- Сходи, - согласился он полушутливо. - Хуже от разговора с ним тебе не станет, в крайнем случае отправит тебя на какое-нибудь задание сроком в восемь миллиардов лет, за это время ты точно поймёшь, кем быть не хочешь.
Он прикрыл глаза, чтобы избавиться от головокружения, которое приносили плывущие в вышине облака. Пожалуй, за этот срок он смирился со своим существованием вне Асгарда и домом своим считал сид, выигранный у одного туата тысячи четыре лет назад. Законник точно знал, что должен будет вернуться, но не спешил домой и не хотел оставаться, отправлять правосудие и служить ходячим кодексом. После немыслимого для смертных срока службы глазами и руками Игга, он понимал, что упорядрченная жизнь будет для него пыткой. Помотав головой, Хюмирсон сменил тему.
- Я думал завтра зайти к брату и поговорить с ним о нас. Я знаю, что это плохая идея, но чем дальше мы молчим, тем выше вероятность, что он узнает всё сам. Да и не дело это, прятаться. - Он старался быть убедительным, но убеждал он отнюдь не Труд. Его силы были исчерпаны, но сердце было не на месте, а отмахиваться от предчувствий и предвидения он не привык. - Попробуем подключить Сиф?
Offer me your sacrifice
There's no escape
Fall into my arms again
Into my cold embrace
Изображение Raise your hand to hail your king
While the world is crumbling
See they flags, they rise and fall
For the god of war

Thrud Thorsdottir
дочь войны, жена войны
Аватара пользователя
Репутация: 1678
Статус: дочь войны, жена войны
Информация: Труд Торсдоттир
33 у.о. | aeons; Девана, Вилкмерге; богиня мудрости, покровительница природы и охотница, дева битв и воинской храбрости, сейдкона, действующий агент NCB Interpol
На форуме: лисонька
Сообщения: 4275
Зарегистрирован: 08 дек 2017, 00:03
Контактная информация:

[16.06.2018] Ich geh Dir hinterher

#16

Сообщение Thrud Thorsdottir » 08 июл 2018, 23:42

- Потому что я такой родилась, и самоубийство у нас особого одобрения не снискало бы. Да и результат у него довольно непредсказуем - я могла бы просто исчезнуть, а не переродиться, - равнодушно пожала плечами Труд. - Какие у меня ещё были варианты-то, кроме как заполнить эту пустоту долгом валькирии? Уйти из дома с целью найти себя? Я себя никогда не теряла, я просто родилась такой, чего-то во мне не хватило, что-то не родилось вместе со мной, когда было должно, ни ты, ни я, ни мои родители не знают, что именно. Я смотрю на это спокойно: валькириями тоже кто-то должен быть, мы не хуже и не лучше богов, мы иные, мы отличны от вас. Да, мои братья - боги, я - нет, ну, что же, такую судьбу мне выткали норны. Это всё. Не надо копаться в этом. Богиня или нет, я остаюсь асом, мне этого достаточно. Или же ты о том, что будет, если я уйду из Валькириора? Не знаю. Может, вообще ничего не будет, потому что сейд и природа останутся со мною; мне сейчас нет до этого дела. Придётся коль - значит, так тому и быть.
В ней вообще было много этого странного, очень фаталистичного отношения к жизни; быть может, от того, что она точно знала, что от предначертанного не уйти; Труд не придавала большого значения тому, на что не могла бы повлиять.

Сильная женская ладонь казалась хрупкой в руке Тюра, но под белой кожей и татуированными символами жила сила, которую сложно было удержать в тисках. С каким-то задумчивым выражением она изучала переплетение пальцев; убирать руку не хотелось, и это тоже было непривычно.
Чужая близость не вызывала отвращения и желания закрываться наглухо. Впрочем, сложно было назвать её чужой; ещё в нижнем мире они искупались друг в друге так, как не все супруги бы решились.
- Да, - усмехнулась Торсдоттир, - это вполне в духе деда. Впрочем, хуже-то уж точно не станет, ты прав. Может, посоветует чего, коль я сумею разгадать его иносказательные образы.

Но следующее предложение её не порадовало вовсе; дева битв покачала головой.
- Это не просто плохая идея, это совершенно отвратительная идея. Я не говорю о том, что это стоит скрывать или что-то в этом духе, но я слишком хорошо знаю своего отца, чтобы сказать тебе - это закончится семейной драмой, скандалом и в лучшем случае обойдётся без смертей, одной дракой. Но я знаю, что твоё стремление к справедливости всё равно перевесит любой довод разума с моей стороны, так что - пусть так. Хочешь - ступай завтра. - Она помолчала. - Я позову мать, она давненько не бывала дома. Не думаю, что даже она способна сдержать отцовскую удаль на полном скаку, но попробовать стоит, даже если не выйдет, она побудет для него гласом разума.
Легонько проведя по лицу Нуады кончиками пальцев, Вилкмерге отпустила мужчину и растянулась на траве с ним рядом, заложила обе руки за голову и стала смотреть в небо. Белые облака бежали куда-то, уносимые ветром, и было тихо теперь. Говорить особо не хотелось - и она молчала, слушая ритм чужого сердцебиения. Волчица, вернувшаяся в отведённое ей место в разуме, чутко дремала, и чувства всё ещё были совершенно звериные, острые.

День клонился к вечеру, и отчего-то было тревожно, точно весь этот покой подходил к концу. Повернув голову, сейдкона вновь посмотрела на бывшего бога, вздохнула едва слышно и вдруг вновь сменила рыжий волос на серый мех - но теперь волчица, хоть и видела мир не так, как ас, не собиралась никуда бежать. Пристроив лобастую голову на грудь Тюру, она закрыла глаза.
Чёрные птицы из детских глаз
Выклюют чёрным клювом алмаз,
Алмаз унесут в чёрных когтях,
Оставив в глазах чёрный угольный страх. ©

Ответить

Кто сейчас на конференции

Сейчас этот форум просматривают: нет зарегистрированных пользователей и 0 гостей