[09.05.2016] Black forest

Ответить
Thrud Thorsdottir
дочь войны, жена войны
Аватара пользователя
Репутация: 1678
Статус: дочь войны, жена войны
Информация: Труд Торсдоттир
33 у.о. | aeons; Девана, Вилкмерге; богиня мудрости, покровительница природы и охотница, дева битв и воинской храбрости, сейдкона, действующий агент NCB Interpol
На форуме: лисонька
Сообщения: 4275
Зарегистрирован: 08 дек 2017, 00:03
Контактная информация:

[09.05.2016] Black forest

#1

Сообщение Thrud Thorsdottir » 13 фев 2018, 18:01

Изображение
ВРЕМЯ И ДАТА:
Поздняя весна 2016 года.
Около десяти часов утра.
МЕСТО ДЕЙСТВИЯ:
Норвегия, фюльке Хордаланн, национальный парк Хардангервидда.
ДЕЙСТВУЮЩИЕ ЛИЦА:
Thrud Thorsdottir, Nuada Airgetlám.

СИНОПСИС:
В Хардангервидде пропадают люди, чьих тел потом никто не находит. Полиция разводит руками, честно пытаясь найти хоть какие-то следы, но всё безрезультатно.
Труд узнаёт, что один из её сослуживцев повторяет судьбу предыдущих жертв, и поскольку боец спецназа - это не тот человек, который может просто заблудиться и умереть с голоду в лесу, она решает потратить часть отпуска на то, чтобы понять, какого хеля происходит в парке.
Кто же знал, что АМБ в лице незабываемого Тюра тоже крайне заинтересовано в происходящем.
Чёрные птицы из детских глаз
Выклюют чёрным клювом алмаз,
Алмаз унесут в чёрных когтях,
Оставив в глазах чёрный угольный страх. ©

Thrud Thorsdottir
дочь войны, жена войны
Аватара пользователя
Репутация: 1678
Статус: дочь войны, жена войны
Информация: Труд Торсдоттир
33 у.о. | aeons; Девана, Вилкмерге; богиня мудрости, покровительница природы и охотница, дева битв и воинской храбрости, сейдкона, действующий агент NCB Interpol
На форуме: лисонька
Сообщения: 4275
Зарегистрирован: 08 дек 2017, 00:03
Контактная информация:

[09.05.2016] Black forest

#2

Сообщение Thrud Thorsdottir » 14 фев 2018, 12:30

Хардангервидда - крупнейший норвежский национальный парк, покрывающий почти три с половиной тысячи километров и находящийся на территории сразу трёх фюльке. Всеобъемлющая сеть туристических маршрутов позволяла добраться практически куда угодно, пусть и с несколькими дневными переходами, была даже тропа, связывавшая между собой западную и восточную Норвегию - её, по слухам, откопали археологи в конце двадцатого века, а после заново протоптали туристы; но были места, куда добраться всё равно было практически невозможно. Огромная и порой труднопроходимая территория требовала дикого количества человеческих ресурсов, штат местных егерей насчитывал не один десяток, но их всё равно было мало.
Открутив крышку с металлической фляги, женщина с глазами из голубого льда приложилась к горлышку, подтянула колено к груди и водрузила на него острый подбородок. Она сидела на деревянных ступенях егерничьего домика и сосредоточенно созерцала дневное небо, точно надеялась найти в нём какой-то глубокий смысл; смысл упорно не шёл, и асгардийский алкоголь совершенно неожиданно в его нахождении не помогал.
Это было странно, потому что обычно способ "добрать нужный градус до просветления", которому своих детей научил громовержец, обычно работал безотказно.

Чёрный капюшон толстовки, пододетой под плотную кожаную куртку, скрывал рыжие волосы, а сверху, умостившись прямо на женской макушке, сидел крупный чёрный ворон, чуть приоткрывший клюв. Его внимательные и совершенно разумные глаза смотрели куда-то в ту же сторону, что и глаза самой валькирии, и неизвестно было, кто из них видел больше.

Труд напряжённо думала: вся история, начиная от объявления Сверрирра, действующего капитана HJK, пропавшим без вести, и заканчивая известием о том, что он далеко не единственный, кто умудрился не вернуться из отпуска в Хардангервидде, ей чудовищно не нравилась. Не добавляло приятных ощущений и то, что никто из егерей не видел ни останков, ни следов несчастных случаев; люди просто исчезали где-то на переходах - но где? Учитывая размах местной территории, вопрос не был праздным; даже со всеми своими возможностями, намного превышающими человеческие, дева щита могла провести здесь, плутая по плато, пару лет и не добиться при этом никакого результата.
Она глотнула ещё мёда и поморщилась - птица чувствительно приложилась тяжёлым клювом к её черепу, выражая своё неудовольствие.

Хлопнула дверь; валькирия чуть повернулась, неуловимым движением сменив позу. На бледном жёстком лице не отражалось ничего - ни заинтересованности, ни внимания, - и всё, чем она продемонстрировала вышедшему мужчине свой отклик, был лёгкий кивок.
Егерь был высок и широк в плечах, но казался каким-то неуклюжим, точно медведь, рядом с хищной грацией асиньи.
- На, - он протянул планшет с прикреплёнными несколькими картами, - не знаю, менял ли он маршрут в дороге, но рисовали мы вот это. Насилу нашёл.
- Спасибо, Гисли, - рассеянно кивнула женщина, листая страницы. - Уже что-то.
Он сел рядом со своей гостьей на ступени, и вёльва протянула ему флягу, не отвлекаясь от изучения туристического маршрута. Мужчина же смотрел на неё; они виделись последний раз четыре года назад, когда он увольнялся в запас, и с тех пор она не поменялась совершенно, разве что татуировок добавилось, но лицо и тело были прежними.
Это смущало бывшего спецназовца, поскольку и за время их совместной службы женщина словно бы… Не старела? Конечно, чудеса косметологии сейчас способны и не на такое, но егерь сомневался, что майор вообще в курсе о существовании таких изысков, как инъекции или что там эти глянцевые красотки с собой делают.
Вигдис словно бы просто существовала вне времени, и привыкнуть к этому её сослуживцам было очень сложно.

- Хуйня, - прямолинейно высказалась Труд наконец, хлопнула твёрдым пластиком о ступени, - не вижу никаких препятствий на маршруте. Куда он пошёл и зачем - величайшая загадка, но где-то он наверняка свернул.
Егерь весьма философски пожал плечами.
- Скорее всего. Ты собираешься идт...
- У меня есть две недели отпуска, - оборвала его валькирия, - и я хочу понять, что случилось с моим подчинённым. Я не верю в несчастный случай с профессиональным солдатом в этом парке, хоть убей. КРИПОС не зашевелится, пока кто-нибудь не обнаружит яму с трупами всех пропавших, но я не собираюсь ждать этого светлого момента.
Чёрные птицы из детских глаз
Выклюют чёрным клювом алмаз,
Алмаз унесут в чёрных когтях,
Оставив в глазах чёрный угольный страх. ©

Týr Hymirson
Очарование и ужас
Аватара пользователя
Репутация: 1714
Статус: Очарование и ужас
Информация: Тюр
45y.o. | ~20 млрд; глава АМБ, маг, целитель; Известен под именами Нуада МакЭтлиу, Нодент, Аргетлам; воплощённая война, бог законности, неба, воздуха, зимы и стужи.
На форуме: зануда всея Асгарда
Сообщения: 9656
Зарегистрирован: 28 ноя 2017, 15:55
Контактная информация:

[09.05.2016] Black forest

#3

Сообщение Týr Hymirson » 14 фев 2018, 12:35

Рёв мотора был слышен раньше, чем показался сам мотоцикл. Кроссовый монстр взобрался по тропе, которая была затруднительна даже для пешеходного подъёма, и прошуршав колёсами по гравийной насыпи около егерского дома, остановился. Водитель шлема не носил, защищая только глаза очками с наглазниками. Поставив мотоцикл на подножку, он снял очки и сощурил прозрачные серые глаза на беседующую на крыльце пару. Заглушив мотор, он вытащил ключи, убрал их в карман форменной куртки и печатая шаг направился к егерю и знакомой уже для него женщине.
- Добрый день, - он сунул руку во внутренний карман куртки и достал оттуда портмоне с жетоном. - Агент Уайт, АМБ, мы разговаривали с вами пару часов назад, мистер Рёд. - Норвежская фамилия, произнесённая с ирландским акцентом, звучала забавно, почти так же забавно, как обращение “мистер”.
- Да, мистер Уайт, но я полагал, что вы появитесь не так скоро, от Брюсселя сюда далековато.
Я был рядом, - невозмутимо отозвался Уайт и деловито кивнул Труд. - Мэм.

За шесть часов до этого.
Битва кипела уже второй день, его брат пал, а сам он, если верить пророчеству Морриган, был обречён. И всё же, он бился, прорубая дорогу к Балору и меч его не ведал промаха. Среди круговерти драки, он не заметил, как остался один, лишь верная жена была ему подмогой, чёрным вороном кружа над полем битвы. Огромная гора, бывшая телом повелителя фоморов, развернулась, когда Аргетлам прокричал свой вызов. Туша медленно разворачивалась, а вместе с ней приходила пронизывающая всё тело боль.
Оуэн резко сел на постели: дышать было сложно, лёд выбелил его глаза, а с губ срывался пар. В комнате было очень холодно. Со стоном поднявшись и завернувшись в плед, он поплёлся на кухню, машинально ткнув в кнопку включения кофеварки. Так или почти так с незначительными изменениями выглядели ночи полковника Департамента Контроля Перемещений, когда предстояло дело, угрожающее его жизни. Предвидением он обладал в меньшей степени, чем Морриган, но то, что умел, не единожды выручало его. Значит, нужно быть осмотрительным в новом задании. Сделав себе кофе, он уселся за стол и включил ноутбук, проглядывая новости. Пробежав глазами сводки, любезно предоставленные ДСО, он едва не поперхнулся кофе и потянулся за телефоном. Дожидаться ответа от пани Кшесински он не стал, его полномочий хватало, чтобы забрать это дело себе. Какое-то время ушло на изучение материалов о пропаже нескольких групп туристов, ещё львиную долю времени отняло получение нужных бумаг, обоснование в необходимости расследования и утрясание всех договорённостей. Спустя почти пять часов работы и литров выпитого кофе, он, наконец, собрался и спустился в гараж. Международный портал он построил сам, постаравшись, чтобы тот открылся не сразу к дому егеря.

Выудив пачку сигарет, Оуэн закурил. Наличие здесь Труд настораживало.
- Мистер Рёд, я просмотрел материалы, которые вы мне отправили и хотел бы видеть место стоянки последней группы.
Егерь только пробурчал что-то про самоубийц и кивнул на планшет. Уайт просмотрел три карты, которые объединялись сразу пятью общими точками.
- Что здесь? - Уточнил он, выдыхая дым в небо.
- Базы, - не задумываясь ответил Гисли. - Вот эти две. И наши стоянки. Первая группа исчезла вот отсюда, оставшиеся две, - он подвинул карту, - отсюда. Здесь же чаще пропадают одиночки. - Егерь подарил выразительный взгляд Труд. - Говорят, их утаскивает Йети.
- Разберёмся, - деловито кивнул агент. - Если там есть Йети, принесу вам зубы.
Оставив в покое егеря, который едва не покрутил пальцем у виска, Уайт отстегнул от мотоцикла тактический рюкзак и надел его на плечо, намереваясь прогуляться по маршруту.
Offer me your sacrifice
There's no escape
Fall into my arms again
Into my cold embrace
Изображение Raise your hand to hail your king
While the world is crumbling
See they flags, they rise and fall
For the god of war

Thrud Thorsdottir
дочь войны, жена войны
Аватара пользователя
Репутация: 1678
Статус: дочь войны, жена войны
Информация: Труд Торсдоттир
33 у.о. | aeons; Девана, Вилкмерге; богиня мудрости, покровительница природы и охотница, дева битв и воинской храбрости, сейдкона, действующий агент NCB Interpol
На форуме: лисонька
Сообщения: 4275
Зарегистрирован: 08 дек 2017, 00:03
Контактная информация:

[09.05.2016] Black forest

#4

Сообщение Thrud Thorsdottir » 14 фев 2018, 12:36

Щёлкнув ногтем по врановой лапе, чтобы тот не терял совести и не впивался в скальп когтями с такой уж откровенностью, женщина, услышав звук мотора, отвлеклась от планшета и подняла голову. Какой пафосный идиот решит заявится в национальный парк на мотоцикле даже при учёте того, что в Хардангервидде есть целых две дороги?

Впрочем, через полторы минуты фрау смогла удовлетворить своё любопытство касательно этого животрепещущего пункта, и все вопросы у неё мгновенно закончились, стоило только материализоваться знакомой темноволосой фигуре с привычным отпечатком глубокой мрачности на правильном лице. Тюр, конечно, до тяги Тора к грому, молниям и небесному сиянию не дотягивал, но порой очень стремился, даром, что асом не являлся. Впрочем, все эти сакральные народы… Зевнув и прикрыв ладонью рот, она упёрла в колено локоть и теперь без всякого интереса наблюдала за душещипательным разговором двух мужчин.
Оба казались ей безнадёжными чуть более, чем целиком. Феминистично настроенная Фрейей и тяжёлой жизнью, дева щита соглашалась считать не бесполезными в обиходе примерно полутора мужей - за первого всегда считался Один, а за половину - отец и братья. Последние, впрочем, с попеременным успехом, поскольку проблем обычно приносили куда больше, чем пользы.
Слушала она вполуха, вновь забрав себе флягу и крепко приложившись к горлышку.

Созерцавшая с каким-то отстранённым видом свои ногти на левой руке валькирия поморщилась, и во вновь зазвучавшему голосе её прорезалось глухое раздражение. Оно было каким-то фоновым, привычным и ей самой, и окружающим; так Труд реагировала на всё, что не вписывалось в удобные ей рамки мироздания.
- Какой к Хель йети? - Спросила она с прохладцей больше обычного. - Я что-то пропустила, и в Норвегию успел переехать Тибет? Начитаются жёлтой прессы, насмотрятся американских фильмов, а потом несут всякую чушь. Я охотнее поверю в заигравшихся троллей, чем в гигантских обезьян.
Гисли посмотрел на выбивавшуюся из-под ворота бывшего командования цепочку с валькнутом и философски пожал плечами. Поговаривали, что Вигдис - ведьма, и насколько это правда, никто из солдат судить не брался. Хотя бы потому, что опасались узнать настоящий ответ, ибо шутить с теми, кто ведает тропы сейда, всегда было опасно для здоровья.

Выдохнув что-то невнятное, но, должно быть, ругательное, валькирия поднялась на ноги, одной рукой ухватившись за перила; ворон слетел с её головы и лениво перепорхнул на руль припаркованного байка. На владельца своего нового насеста он посмотрел с глубоким презрением.
Женщина одной ладонью подхватила свой рюкзак, вторую протянула егерю; руки они пожимали другу другу непривычно чужому глазу - за предплечье. Потом обнялись; вёльва хлопнула бывшего сослуживца по спине.
- Бывай.
Тот кивнул, столь же лаконичный:
- Возвращайся.
И ушёл, видимо, сочтя свой долг на сегодня выполненным. Его, впрочем, можно было понять; даже не осознавая контакта с двумя сакральными сущностями, смертный чувствовал, что ему с ними как-то весьма неуютно, а потому разумно пытался сплавить их восвояси.
На него и одной-то валькирии было много.

Постояв секунду-другую на крыльце, Труд щёлкнула пальцами, веля упрямой птице перебраться к себе на плечо, а после стремительно нагнала Войну. Под тяжёлыми военными берцами не хрустел гравий и не приминалась едва взошедшая трава; несмотря на то, что формально дочь Винг-Тора принадлежала миру живых, смерти она принадлежала не меньше, а потому и к реальности имела отношение весьма опосредованное.
- Какими судьбами в наших скучных широтах? Паранормальная активность не укладывается в ежегодную статистику? - Спросила она без всякого любопытства.
К периодическим появлениям дядюшки на своём пути валькирия давно привыкла, не придавая им никакого значения. Был - и ладно.
Чёрные птицы из детских глаз
Выклюют чёрным клювом алмаз,
Алмаз унесут в чёрных когтях,
Оставив в глазах чёрный угольный страх. ©

Týr Hymirson
Очарование и ужас
Аватара пользователя
Репутация: 1714
Статус: Очарование и ужас
Информация: Тюр
45y.o. | ~20 млрд; глава АМБ, маг, целитель; Известен под именами Нуада МакЭтлиу, Нодент, Аргетлам; воплощённая война, бог законности, неба, воздуха, зимы и стужи.
На форуме: зануда всея Асгарда
Сообщения: 9656
Зарегистрирован: 28 ноя 2017, 15:55
Контактная информация:

[09.05.2016] Black forest

#5

Сообщение Týr Hymirson » 14 фев 2018, 12:37

С чувством юмора у егеря всё было в порядке, племянница же таковым не отличалась, походя в этом на отца. Объяснять шутку Уайт не стал, сочтя это делом гиблым и неперспективным: прямая как древко копья Труд, конечно вежливо скажет, что это, наверное, смешно, но шутка от этого перестанет быть шуткой. Поэтому он просто молча отправился по тропе в направлении первой из точек пешего маршрута. Идти по ней он собирался лишь до того времени, как скроется из зоны видимости камер егерей, эту землю он знал куда лучше простых смертных. Было неожиданно тепло и ясное солнышко запуталось в молодых листьях и многолетних иглах сосновых. Он шёл уверенно, правильно распределяя усилия и сберегая дыхание. Тишина вокруг была умиротворяющей, пока подлесок и лес ещё не закончились, было даже слышно птиц; прозрачный воздух был чист.
Шагов племянницы Оуэн не услышал, человеческое тело не позволяло ему подобных вещей, но он почувствовал её приближение. Хотя, не вздрогнуть от неожиданности всё равно не получилось: заговорила она внезапно. Ему даже почудился сарказм в заданном вопросе, но Уайт быстро отогнал это ощущение за несостоятельностью.
- Сон мне был, - просто ответил смертный бессмертной племяннице. С его точки зрения, ответ был более чем исчерпывающим, потому он замолчал надолго. Ворона он привычно игнорировал: питая к этим птицам некоторую неприязнь, Оуэн старался иметь с ними как можно меньше дела.
Их путешествие по тропе было недолгим, не более часа; агент, ведомый одному ему известными знаками, забрал правее, углубляясь в начинающий редеть лес. Скорость продвижения сразу упала, потому что приходилось пробираться между деревьями, которые цепляли за одежду, будто не желая пускать путников туда, куда они направлялись. Из лесу они вышли гораздо ближе к первой точке маршрута, миновав две извилистые петли туристического маршрута. Перед тем, как покинуть лес окончательно, Уайт устроил короткий привал, сбросив рюкзак на землю и коснувшись левой рукой ствола могучей ели. Прикрыв глаза, он вслушивался в токи жизни и в медленные, тягучие разговоры, уходящие гулким рёвом ветра в чащу. Деревья боялись, они старались сдержать строптивых путешественников, не пустить их навстречу гибели. Но страх их был не близко, ветер с предгорий говорил, что он летел целый день, прежде, чем рассказать об этом лесу. Кивнув, Оуэн коротко изложил услышанное племяннице и предложил.
- Пять-шесть световых часов со скоростью ветра, это почти суточный переход, если он не заплутал в холмах, конечно. Я могу сократить нам путь до второй и третьей стоянок, но на какой-то из них придётся заночевать, чтобы прийти к точке номер четыре завтра к вечеру. - Он подобрал валяющуюся на земле ветку и стал корябать в сосновых иголках примерный маршрут. - Или, мы можем остановиться вот тут, здесь есть сухая пещера. Была, - поправился он, - лет триста назад, но я не думаю, что с ней что-то стало. Тогда к точке номер четыре мы подойдём завтра к полудню. Я бы шёл первым маршрутом, но я спешу. Не знаю, зачем ты здесь. Если пошла со мной, значит, тебе тоже надо туда. Уточни, куда идёшь, я провожу до того, как наши пути разойдутся.
На этом его красноречие исчерпалось и он замолчал, хмуро глядя на Труд.
Перед ними лежала обдуваемая всеми ветрами холмистая местность, а с их позиции хорошо была видна туристическая тропа.
Offer me your sacrifice
There's no escape
Fall into my arms again
Into my cold embrace
Изображение Raise your hand to hail your king
While the world is crumbling
See they flags, they rise and fall
For the god of war

Thrud Thorsdottir
дочь войны, жена войны
Аватара пользователя
Репутация: 1678
Статус: дочь войны, жена войны
Информация: Труд Торсдоттир
33 у.о. | aeons; Девана, Вилкмерге; богиня мудрости, покровительница природы и охотница, дева битв и воинской храбрости, сейдкона, действующий агент NCB Interpol
На форуме: лисонька
Сообщения: 4275
Зарегистрирован: 08 дек 2017, 00:03
Контактная информация:

[09.05.2016] Black forest

#6

Сообщение Thrud Thorsdottir » 14 фев 2018, 12:38

Сон так сон; Торсдоттир не стала спрашивать подробностей. Захочет, в конце концов, расскажет сам.
Несмотря на то, что она двигалась будто бы за мужчиной, иллюзии того, что дева щита нуждается в проводнике, не было и близко. В лесах она чувствовала себя как дома - в отличие от роскошных сводов дворцов, которые предпочитали мужчины в её семье. Шум ветра, путавшегося в кронах, крики птиц и мягкие шаги зверей сплетались в музыку, что была для сейконы сладчайшей песнью - и она понимала каждое слово, хоть и предпочитала помалкивать об этом.
В её хищных голубых глазах, хранивших в себе тень отцовского небесного огня, блеснула задумчивость. Природа шептала об опасности, которой боялась, но не могла объяснить её: что-то старое, что-то могущественное, что-то острое - и покрытое пятнами ржавчины. Слишком далеко, сюда доносились лишь отрывистые отзвуки; не понять полной картины.
- Если это был вопрос, то я ищу своего названного брата, который не вернулся из отпуска в самом посещаемом национальном парке Норвегии. Учитывая специфику нашей службы, я скорее поверю в то, что он нашёл здесь прямую дорогу в Ванахейм и теперь пьёт мёд где-то в капище моей тётушки в обнимку с ванками, чем в то, что Сверрирра сожрал медведь. Но если это был не вопрос, то ты этого не слышал, - сообщила дева битв, лениво наматывая на пальцы длинную рыжую прядку, выбившуюся из тугой косы. - Всеотцу не нравится то, что здесь без видимых причин пропадают люди, нынче не то время, когда распоясавшиеся тролли входят в наши планы. Они и раньше-то в них не попадали, а сейчас смертным и подавно не стоит встречаться с сакральным. Впрочем, троллей мы с Лейкни тут не нашли. Местность странная, на наших землях сакрального всегда было много, но выделить что-то одно, что могло бы забирать чужие жизни, я покуда не сумела.
Ворон, лениво покачивавшийся на плече хозяйки, обдал Тюра ещё одним презрительным взглядом и сунул голову под крыло, решив, что его кармический долг на сегодня уже выполнен. Валькирия закатила глаза. Потомки Одиновых вестников отличались редкостной мерзостью нрава, ни в чём не уступая своим родителям, а уж ревновать умели так, что Отелло со своей Дездемоной мог бы брать у них уроки “как испортить жизнь себе и всем окружающим самым деструктивным чувством во вселенной”. Почесав питомца по перьям над клювом, валькирия стащила его за лапу вниз и пристроила на своём колене, мешая Лейкни снова уйти в режим памятника самому себе.
Тот пушился, словно внезапно решил сменить род деятельности и стать совой.

Выслушав Тюра и с некоторым, хоть и очень доизрованным любопытством изучив схему, которую он рисовал, воительница кивнула.
- Я предполагала остановиться ещё вот здесь, дважды тут пропадали люди тоже, но из отметок Гисли понятно, что их потом нашли. Мёртвыми, но ничего примечательного, банальное несоблюдение техники безопасности. Ты прав, идти нужно дальше, куда-то к вот этим участкам… Если сойти с тропы, там начинается глухой лес, может быть, люди уходили туда - и не смогли выбраться, здесь, говорят, стало много волков. Но зачем искать сложные пути, когда есть простые? Здесь почти четыре тысячи квадратных километров площади. На своих двоих ты несомненно сможешь обойти это всё со временем, но надо ли?
Встав на ноги, валькирия лениво потянулась, разминая гибкую, как у крупной рыси, спину, запрокинула голову и громко, пронзительно свистнула на одной протяжной ноте. Звук вышел громким, отчётливым; ответом ему спустя мгновение послужило залихватское ржание и бодрый стук копыт. Откуда конь решил появиться, было непонятно; с видом полного, абсолютного самолюбования он выгреб откуда-то из редеющего леса и бодро потрусил по тропе в сторону хозяйки.
Улыбнувшись, женщина подхватила повод и любовно потрепала огромного зверя по гриве. Тот фыркнул, поводя ушами; стоя, он заметно превосходил в росте немаленькую деву битв: в холке он был явно выше двух метров. Крыльев видно не было, но белоснежная шкура выдавала в нём чуждую Мидгарду породу.

- Асгардийский экспресс, - сообщила Труд, хлопнув коня по крепкому крупу, - прошу любить и жаловать. И никаких пещер через дневной переход. К сожалению, сейчас у меня нет времени любоваться красотами Хардангервидды.
Чёрные птицы из детских глаз
Выклюют чёрным клювом алмаз,
Алмаз унесут в чёрных когтях,
Оставив в глазах чёрный угольный страх. ©

Týr Hymirson
Очарование и ужас
Аватара пользователя
Репутация: 1714
Статус: Очарование и ужас
Информация: Тюр
45y.o. | ~20 млрд; глава АМБ, маг, целитель; Известен под именами Нуада МакЭтлиу, Нодент, Аргетлам; воплощённая война, бог законности, неба, воздуха, зимы и стужи.
На форуме: зануда всея Асгарда
Сообщения: 9656
Зарегистрирован: 28 ноя 2017, 15:55
Контактная информация:

[09.05.2016] Black forest

#7

Сообщение Týr Hymirson » 14 фев 2018, 12:39

Ныне смертный бывший бог воздуха и неба слушал племянницу, склонив голову на бок. Пронзительные светлые глаза следили за каждым её движением и подмечали малейшие выражения не сильно эмоционального лица.
- Значит, я ничего не слышал, - невозмутимо резюмировал Уайт. Не в первый раз Норны сводили их с Труд в одном месте, зачем-то им это было нужно, поэтому рождённый от инеистого великана бывший владыка альвов даже не пытался ломать голову о причудливо переплетённых путях обоих. - Раз Всеотцу не нравится происходящее, снимаю остальные вопросы.
Аргетлам вечность не был в Асгарде, но мудрость и прозорливость старшего родственника по матери и дальнего по отцу, запомнил накрепко, хотя встречаться часто с ним не доводилось. Один видел ситуацию куда лучше, чем все остальные и если он считал, что людям не стоит встречаться с сакральным, значит, так тому и быть. В такой ситуации можно было сделать лишь одну вещь:
- Располагай мной, - просто сказал Тюр и они перешли к обсуждению маршрута. - Там не только лес и чаща, - припомнил бывший бог, - мелкие пещеры, там их в избытке, мой народ из малых любил прятаться там до того, как мы ушли на Тару.
Он не собирался проделывать весь путь пешком, думал оседлать кого-то из воздушных духов: каждое волшебство забирало у него слишком много сил, поэтому про отдых в пещере он заикнулся неспроста. Предложение валькирии оказалось неожиданным и странным - не сказать, чтобы это был первый раз, однако каждый из них был для не единожды встретившего смерть Нуады очень неприятным. Сердце на мгновение замерло, а после ударилось где-то в районе затылка. Страх, презренный страх смертных тронул его разум, когда он молча склонил голову, принимая предложение валькирии. Его не страшила смерть, скорее он мечтал о ней, как о забвении и покое, но тело, которое едва осмыслило все предыдущие воплощения, помнило не одну смертную агонию. Совладав со сбившимся дыханием, Уайт занял место позади племянницы.

Поездку он запомнил плохо: тело отказывалось воспринимать путешествие с валькирией как простое перемещение из точки “А” в точку “Б”, даже ветер, ласково принявший бывшего владыку в прохладные объятья, не мог успокоить его. Спешившись, Оуэн пару минут пытался справиться с собой и смог сделать это только с большим трудом. Презрительный взгляд ворона задачи не облегчал, уязвлённая гордость тоже доставляла массу проблем. В очередной раз пообещав себе больше не соглашаться на подобное, он вздохнул и осмотрелся.
На сером склоне с проплешинами травы яркими мазками выделялись смятые палатки: жизнерадостная расцветка сейчас казалась кощунственной, - острый запах смерти заставил тонкие ноздри хищно раздуться.
- Здесь убивали. - Онемевшими губами произнёс Война. - Не в бою, нет. Дурная смерть.
Подойдя к одной из палаток, он заглянул в неё. Смятый спальник, надувной матрас, рюкзак. И не лень было тащить это всё на себе в такую даль? Присев перед входом, Уайт коснулся следов. Натоптали служители знатно, но следов владельца вещей было солидно больше. Тонкая струйка холода коснулась земли и побежала куда-то в сторону леса.
Ты была права, - мужчина прошёл по следу до кромки леса. Здесь они тоже перемежались с чужими, но крохотный смерч крутился здесь так, словно почуял добычу. - Надеюсь, что сейчас мы идём не к отхожей яме.
Offer me your sacrifice
There's no escape
Fall into my arms again
Into my cold embrace
Изображение Raise your hand to hail your king
While the world is crumbling
See they flags, they rise and fall
For the god of war

Thrud Thorsdottir
дочь войны, жена войны
Аватара пользователя
Репутация: 1678
Статус: дочь войны, жена войны
Информация: Труд Торсдоттир
33 у.о. | aeons; Девана, Вилкмерге; богиня мудрости, покровительница природы и охотница, дева битв и воинской храбрости, сейдкона, действующий агент NCB Interpol
На форуме: лисонька
Сообщения: 4275
Зарегистрирован: 08 дек 2017, 00:03
Контактная информация:

[09.05.2016] Black forest

#8

Сообщение Thrud Thorsdottir » 14 фев 2018, 12:40

Дорога была недолгой. Кони валькирий к физике пространства и времени относились по большей части равнодушно и интересовались ей только в том случае, когда дело касалось выпивки; путь занял не больше мгновения объективного времени - и целую вечность для той, кто была в седле. Под огромными копытами скакуна белой всадницы успели разрушиться миры и восстать из пепла новые, взорваться галактики и переродиться звёзды, а затем волшебство полёта между смертью и жизнью закончилось, и жеребец, в пути пряча крылья, бесшумно опустился на утоптанную стоянку.
Дождавшись, пока дядя сделает достаточно убедительный вид, что у него всё в порядке, женщина спешилась, перекинула поводья на крутую лошадиную шею и поцеловала маунта в нос. Тот демонстрацией любви не удовлетворился - его простая душа требовала материальных подтверждений тому, что он сказочно хорош и не менее сказочно ценим, так что, покопавшись в рюкзаке, дева щита всучила ему крупное красное яблоко, а сама отошла вслед за своим спутником, к стоянке.
Опустившаяся с неба огромная чёрная птица лениво открыла клюв, но не издала ни звука, а просто закрыла клюв обратно и пристроилась на луке. Ворону явно было не слишком интересно, что Труд собирается делать, и напрягаться выше “я, так и быть, посозерцаю ваши потуги” он не собирался. Как и всякая мистическая тварь, Лейкни ценил себя намного больше всех миров разом.

Туристическая стоянка была непримечательной: обычные палатки, спальники, аккуратно сложенный мёртвый очаг. Изрядно вытоптанная почва; служители и полиция, пытавшиеся найти вокруг хоть что-то полезное, знатно тут наследили, но так ничего и не обнаружили.
Вёльва присела на корточки, перед угольями костра, пошевелила их кончиком армейского ножа, снятого с пояса. Что-то она видела в пепле, должно быть, раз всматривалась с таким вниманием, но однозначно не для человеческих глаз были те образы.
- Не нравится мне здесь, - бесхитростно произнесла она, вновь поднимаясь на ноги. - Смерть дурная и место дурное, тленом тянет что из могильника. Тролли здесь коль и были, то очень давно, они от такого первыми сбегут - с инстинктом самосохранения у горного народа всё в порядке. Отцом наученные. Почему птицы молчат?
Птицы действительно молчали, и это был дурной знак. Их должно было быть много здесь, живших в ветвях и кронах; и можно было бы счесть, что их напугало присутствие незваных гостей, но рядом с туристическим маршрутом все животные давно ничего не боялись.
Их просто не был, точно что-то заставило все птичьи стаи сняться и убраться подальше, но что? Хищники так не действуют.

Тряхнув волосами, женщина склонила голову к левому плечу, точно кошка, и голубые её глаза на мгновение стали совершенно прозрачными, полностью утерявшими радужку. Протянутая к земле ладонь окуталась мягким сиянием золота сейда, проскальзывавшего искорками сквозь пальцы; Труд читала то, о чём хотела поведать земля, и ей не нравилось увиденное вовсе.
Лицо её заострилось, стало тоньше и злее, запали глаза; она становилась больше мёртвой, чем живой, когда обращалась к силе, что жила в ней целую вечность. Сейд здесь был лишь проводником, ответы знала смерть - у неё и нужно было спрашивать, но голос мертвецов тяжело было слушать.
Тихо шумели деревья.
- Здесь следов больше, чем должно быть, - медленно произнесла асинья наконец. - Кто-то сначала выходил из леса… А потом люди шли за ним. И это не волки, их здесь на много миль вокруг нет.

Свистнув ворона, который на этот раз не стал спорить и мгновенно ушёл на высоту, женщина щёлкнула пальцами, и искры сплелись в крошечный клубок, что запрыгал по чащобе рядом с вихрем, поднятым Тюром. По крайней мере, направление совпало; поправив рюкзак, валькирия бесшумно скользнула меж деревьев.

Оба магических проводника остановились на ничем неприметной поляне в паре километров от стоянки, которая была для них точкой отсчёта, и замерли диковинным переплетением пыли и сияния. Точно волчица, принюхивавшаяся к запахам от человеческого жилья, дева битв несколько раз обошла место, всё сужая границу, опустилась на одно колено, провела пальцами по росткам травы.
- Тут снимали дёрн, - она коснулась ладонью земли, очерчивая границу, - вот тут видно, что некоторые листья порублены каким-то острым инструментом. Похоже… На могилу, если по размерам.
Чёрные птицы из детских глаз
Выклюют чёрным клювом алмаз,
Алмаз унесут в чёрных когтях,
Оставив в глазах чёрный угольный страх. ©

Týr Hymirson
Очарование и ужас
Аватара пользователя
Репутация: 1714
Статус: Очарование и ужас
Информация: Тюр
45y.o. | ~20 млрд; глава АМБ, маг, целитель; Известен под именами Нуада МакЭтлиу, Нодент, Аргетлам; воплощённая война, бог законности, неба, воздуха, зимы и стужи.
На форуме: зануда всея Асгарда
Сообщения: 9656
Зарегистрирован: 28 ноя 2017, 15:55
Контактная информация:

[09.05.2016] Black forest

#9

Сообщение Týr Hymirson » 14 фев 2018, 12:42

Он шёл по лесу, чуя смертный ужас деревьев. Если в первом подлеске они просто рассказывали об опасности, старались уберечь беспечных путешественников, то теперь они просто безмолвствовали, напрочь отказываясь говорить с теми, кто понимал их речь. Ветер в кронах сумрачно бормотал что-то о неминуемой погибели, о десятке смертей, насытивших древний ужас, о том, что смерть настигнет и их. Нуаду не слушал, отрешившись от окружения и следил лишь за переплетающимися на разных следах проводниками. Зимняя стужа и сейд затеяли игру в догонялки выплясывая между деревьями. Кроме них вокруг не было ни души. Племянница почувствовала это раньше, чем он и мимолётная горечь коснулась мыслей короля без королевства. Отогнав её прочь, Уайт вышел на поляну и страх ледяными струйками вполз по спине.
Следом за ним выскользнула Труд, которая, кажется, не испытывала особенных неудобств от происходящего, но ей тоже не нравилось происходящее. Она кружила по поляне, доверившись почти звериному чутью и опытный охотник даже не думал мешать ей. Для него здесь всё пропахло кровью и страхом, тонкие ноздри раздувались от перемешавшихся запахов. Внимательный взгляд подмечал детали: обломанные ветви впереди, правее того места, где они вышли; примятая трава и не так лежащие листья. Аргетлам не мог коснуться и десятой части того могущества, которое было с ним до смерти, но он мог приблизиться к нему, развив способности смертного - и у него было пять тысяч лет для того, чтобы отточить умения.
Кто-то пришёл оттуда и этот кто-то был настолько страшен, что леса, помнящие вечно юный народ, его колдовство и противников, боялись до немоты. Нуаду напрягал память, силясь вспомнить, что было здесь, когда они пришли и не мог. И кто бы ни был тут, он не особенно заботился о том, что его могут найти: следы были отчётливо заметны. Если бы люди были более расторопны, то заметили бы их сами.
Голос племянницы вывел его из созерцания окружения и бывший бог подошёл к ней.
- Да, - ответил он, вновь коснувшись места, на которое она указывала. Его суть чуяла кровь под толщей земли и сходила с ума. - Словно мечом. Подожди.
Он прикрыл глаза и позвал. Природа, охваченная ужасом, не хотела отвечать. Нуаду упрямо звал, уговаривая землю ответить ему: древнее наречие, тысячелетиями не звучавшее здесь, вселяло надежду, несло радость, о которой лес забыл. Неохотно земля повиновалась: молодые побеги поднялись, взламывая дёрн и слой земли, корни деревьев заскрежетали, вызвав шум в кроне, и могила открылась.

Последняя группа сгинула в недрах национального парка неделю назад, последний одиночка - три дня назад. Тела, которые вынесло на поверхность корнями, принадлежали троим женщинам. Разная степень разложения говорила о том, что они попали в могилу в разное время. Руки, сложенные на груди, говорили о том, что было подобие обряда погребения, а способ смерти был пусть и не самым милосердным, но долго жертвы боли не испытывали.
- Жаль, что не мне, - вздохнул Нуаду, изучая тела. Жертва была хорошей, в былые времена она заменила бы владыке хорошую битву, или даже две. Простое убийство ради убийства было для него слишком кощунственным расходованием человеческого ресурса. Но это было не простое убийство. - Мы имеем дело с разумным существом, имеющим представление о морали. Своеобразное, как все мы, но…
Он замолчал, заканчивая быстрый обыск тел. Кроме одежды и личных мелких драгоценностей на них не было ничего. Брезгливо осмотрев крестик на шее последней, Аргетлам приступил к изучению могилы.
Волна смертного ужаса прервала его занятие, пером скользнув по хребту. Бывший король прислушался, потянувшись за парой ножей с именной руной в навершиях.
- Там, - он кивнул в направлении, в котором вели следы. - Нас ждут, или мы не заметили сигнализации?
Offer me your sacrifice
There's no escape
Fall into my arms again
Into my cold embrace
Изображение Raise your hand to hail your king
While the world is crumbling
See they flags, they rise and fall
For the god of war

Thrud Thorsdottir
дочь войны, жена войны
Аватара пользователя
Репутация: 1678
Статус: дочь войны, жена войны
Информация: Труд Торсдоттир
33 у.о. | aeons; Девана, Вилкмерге; богиня мудрости, покровительница природы и охотница, дева битв и воинской храбрости, сейдкона, действующий агент NCB Interpol
На форуме: лисонька
Сообщения: 4275
Зарегистрирован: 08 дек 2017, 00:03
Контактная информация:

[09.05.2016] Black forest

#10

Сообщение Thrud Thorsdottir » 14 фев 2018, 12:43

Валькирия без всяких эмоций наблюдала за вскрытием могилы, за тем, как жуткие извилистые корни деревьев вскрывают дёрн, взламывая его, точно запертые двери. Что ей, вестнице гибели, самой наполовину мёртвой, были чужие тела; она видела их так много, что они стали всего лишь обыденностью. Жизнь уже давно удивляла и даже порой страшила её больше, чем смерть.
Присев на корточки рядом с краем могилы, Труд медленно изучала взглядом каждую женщину, не не касалась руками - сладковатый запах разложения и золотистая дымка сейда, пляшущего на кончиках тёмных ресниц, говорили ей больше, чем любой физический контакт.
- Я передам своим парням, когда будем на следующей операции, - без всякой иронии в голосе проронила дева щита, - многие солдаты здесь славят старых богов войны. Мораль… Не знаю. Но тот факт, что их похоронили, говорит о том, что об их душах позаботились, и это… Это хорошо, конечно, эти женщины не остались страдать здесь, но это странно. Я бы сказала, что мы ищем серийного убийцу со своими ритуалами, если бы не то, как тёмен здесь лес. Мы ищем не просто серийного убийцу, но гостя откуда-то из наших с тобой миров.
Помолчав секунду, точно перекатывая мысли в рыжеволосой голове, воительница медленно облизнула бледные губы и добавила:
- И я не смогу сейчас и здесь позвать их сюда, чтобы услышать об убийце из первых уст: они нашли покой в царстве мёртвых и выйти оттуда теперь не захотят просто так. Не знаю ли, случайность это.

Крик заставил её резко вскинуть голову, и правая рука валькирии сжалась мгновенно - в ней тонко, остро блеснул отблеск копья, но тут же погас. Она не чувствовала присутствия врага, которому требовалась бы зачарованная сталь; на много миль вокруг были только боявшиеся неизвестного деревья, шептавшиеся друг с другом дрожью ветвей, да человек. Поднявшись на ноги, женщина с невозмутимым лицом вытащила из-за пояса пистолет: она практически не расставалась с оружием, даже когда чисто технически была вне суровых армейских будней; с ним было спокойнее.
- Может быть, это радостное приветствие, - сообщила она с изрядной долей прохладцы в мелодичном голосе, - турист давно не видел себе подобных и буйно выражает восторг.

Спустя ещё полминуты на поляну выбежал изрядно растрёпанный и помятый человек лет тридцати с небольшим. Он был в яркой туристической куртке весёлого оранжевого цвета, порванной по подолу, и почему-то в одном сапоге. Эту деталь Труд по непонятной причине зацепила раньше, чем осмыслила наличие ружья в чужих руках. Пахло от незнакомца страхом, болью и отчаянием, и всё это причудливо переплеталось с безумием.
Он что-то кричал, но силы, похоже, оставили его ещё на первом вопле, и теперь он только сипло повторял какую-то бессмыслицу. Державшая его на прицеле Торсдоттир торопливо размышляла, стоит ли пристрелить это чудное явление на месте или же он сможет рассказать что-то внятное, когда слегка придёт в себя.
Более интересным вопросом было наличие у мужчины огнестрельного оружия: совершенно точно его нельзя было проносить в национальный парк. Конечно, он мог бы отнять его у какого-то егеря или найти - очень редко, но служители пропадали тоже, однако всё равно это не укладывалось в картинку возвышенных ожиданий.
Обдумать философские сентенции как следует, впрочем, сейдконе не дали: смертный наконец смог сфокусировать взгляд на них с Тюром… И поступил самым неразумным образом из всех возможных - открыл огонь.
Это была его роковая ошибка.

Труд рефлекторно спустила курок, и два выстрела почти слились в один. Человек стрелял в Войну, видимо, выбрав его как мишень более заметную, но воительнице было некогда следить за тем, что случилось с бывшим богом: подобравшись, как крупная рысь, она прыгнула прямо с места.
Стрелок выронил оружие: пуля прошила ему плечо, а следом пришёл тяжёлый удар по голове, сопровождённый сухим стуком, что бывает, когда бьются края глиняной посуды. Закатив глаза, незнакомец молча рухнул на землю, и валькирия привычно выдернула из внешнего кармана рюкзака пластиковые хомуты.
Такими пользовался спецназ в операциях, когда планировался захват заложников, и она всегда носила с собой хотя бы десяток. Жизнь непредсказуема, как можно было видеть.

Стянув отплывшего куда-то по волнам бессознательного человека по рукам и ногам, асинья смачно выругалась, отшвырнула метким пинком подальше его оружие и только теперь дала себе возможность посмотреть в сторону Тюра, убирая пистолет.
Голос её звучал раздражённо и зло:
- Ты как?
Чёрные птицы из детских глаз
Выклюют чёрным клювом алмаз,
Алмаз унесут в чёрных когтях,
Оставив в глазах чёрный угольный страх. ©

Týr Hymirson
Очарование и ужас
Аватара пользователя
Репутация: 1714
Статус: Очарование и ужас
Информация: Тюр
45y.o. | ~20 млрд; глава АМБ, маг, целитель; Известен под именами Нуада МакЭтлиу, Нодент, Аргетлам; воплощённая война, бог законности, неба, воздуха, зимы и стужи.
На форуме: зануда всея Асгарда
Сообщения: 9656
Зарегистрирован: 28 ноя 2017, 15:55
Контактная информация:

[09.05.2016] Black forest

#11

Сообщение Týr Hymirson » 14 фев 2018, 12:44

Тяжёлый взгляд впился в лицо валькирии при известии о том, что она не сможет поговорить с душами умерших. Тюр не предполагал, что это вообще возможно, учитывая обстоятельства: жертвы были погребены с соблюдением обряда. И всё же, разочарование искривило тонкие губы в презрительной гримасе.
Крик разрезал мертвенную тишину леса, застывшего в ожидании ночи и заранее скорбящего по двум дерзким существам, решившим сунуться сюда. Гримаса слетела c лица, уступив место сосредоточенности. Уайт взлетел на ноги, выхватив пистолет, настороженно вслушиваясь в звуки вокруг. Звериное чутьё ушло в момент смерти на Равнине Башен, остались только рефлексы смертного, отточенные долгими годами войн.
А происходящее здесь - досадное недоразумение, о чём он нам спешит поведать, - буркнул Оуэн, глядя на появившегося туриста в яркой куртке с ружьём, которым тот размахивал из стороны в сторону, словно отмахивался им от несуществующих здесь комаров.
Аргетлам не сводил взгляда с оружия, понимая, что турист на взводе довольно сильно. Не нужно быть гением эмпатии, чтобы понять, какой ужас испытал смертный. Он и сам испытывал страх сейчас, но его память и знания не давали страху взять над разумом верх.
Выстрел он услышал через полвдоха с того момента, как ногу словно опалило огнём. Боль ушла почти мгновенно, Нуада знал, что это ненадолго. Облачко пара сорвалось с недавно искривлённых губ, словно в наказание за недостойное воина поведение. Нога подломилась, окончательно утратив чувствительность и мужчина осел на траву.
Отстранённо наблюдая за действиями племянницы, он ставил пистолет на предохранитель и осторожно убирал его обратно в кобуру. Вопрос асиньи вызвал у него нервный смешок.
- Великолепно. - Ровно отозвался он. - Никогда не думал, что выгляжу крупной дичью. Полагаю, теперь моё мясо непригодно в пищу.
Выглядел он немногим лучше, чем в первую их встречу, глаза побелели, длинные пальцы скользили над раной, почти машинально оставляя дорожку из инея на разодранных штанах, но держался он как обычно спокойно.
В ближайшие пару часов я - отвратный ходок. Но, наверное, оно и к лучшему. - Мазнув взглядом по оранжевой куртке, Оуэн стянул с плеч рюкзак и, покопавшись, вытащил походную аптечку. Дрожащими пальцами выцепил иглу и вновь уставился на спелёнутого Труд человека. - Если ты снова права и это кто-то из наших, то нам придётся найти убийцу и угомонить. - С нитью не ладилось: перед глазами плыло. - Что у него в карманах, ты смотрела?
Шок проходил, боль и слабость вызвали судорожный вздох и Уайт едва не упустил иглу. Одно из разбуженных им деревьев услужливо подсунуло корни под спину, не давая смертному опрокинуться навзничь. На поляне стало заметно холоднее - суть бывшего бога становилась всё более голодной, отдавая силы на поддержание тела и справиться с ней Нуаду не мог. Мысленно обозвав себя непредусмотрительным идиотом, Аргетлам потянулся за одним из ножей, в навершии которого льдистым сиянием горела выбитая именная руна владельца.
- У тебя сейчас рука вернее, - Тюр протянул племяннице нож, - мне нужны два надреза здесь и здесь. - Он коснулся иссечённой дробью плоти и скривился - обезболивающим он всё ещё брезговал, используя свою силу, чтобы облегчить боль. - Отравление свинцом и мышьяком не входит в мои планы на ближайший уик-энд.
Offer me your sacrifice
There's no escape
Fall into my arms again
Into my cold embrace
Изображение Raise your hand to hail your king
While the world is crumbling
See they flags, they rise and fall
For the god of war

Thrud Thorsdottir
дочь войны, жена войны
Аватара пользователя
Репутация: 1678
Статус: дочь войны, жена войны
Информация: Труд Торсдоттир
33 у.о. | aeons; Девана, Вилкмерге; богиня мудрости, покровительница природы и охотница, дева битв и воинской храбрости, сейдкона, действующий агент NCB Interpol
На форуме: лисонька
Сообщения: 4275
Зарегистрирован: 08 дек 2017, 00:03
Контактная информация:

[09.05.2016] Black forest

#12

Сообщение Thrud Thorsdottir » 14 фев 2018, 12:45

Склонившись и на всякий случай проверив пульс у безымянного покуда туриста, дева щита пришла к выводу, что жить будет, а о качестве этой самой жизни речи не идёт, потому что это вообще её не проблемы. Переведя тревожный льдистый взгляд на бывшего бога, она изобразила губами что-то вроде улыбки, но вышло не слишком правдоподобно. Иногда мужчины, которых приходилось терпеть поблизости, Труд отчаянно раздражали - вот как сейчас, например.
Вообще, если судить по тому, что Нуаду опять язвил, умереть в ближайшее время ему не грозило. Ранение в данном контексте было досадной мелочью, которая только добавляла крепости в словесный яд.
- Дробь, в общем-то, не влияет на вкусовые качества, - равнодушно заметила женщина, - но употреблять тебя в пищу я бы не стала: в тебе слишком много сарказма, Тюр, это плохо сказывается на усвояемости мяса.

Чутьё кольнуло запахом озона и шорохом первого снега. Валькирия резко повела головой, точно волчица, принюхивавшаяся к добыче, и лицо её на мгновение отразило чувство не то раздражения, не то замешательства. Холод на поляне не был природным, живым, это вестница смерти чувствовала совершенно точно, и ничего хорошего сей досадный факт не сулил. Если сейчас у Тюра в очередной раз сорвало бы крышу, это только добавило бы ей проблем: в своей тёмной ипостаси Война с головой дружил весьма опосредованно и в основном по большим праздникам, то есть когда был сыт и в меру возможного благостен. До этого хотел он в основном убивать, причём в максимально кровавых вариациях.
В сильном голосе отзвуком доброй сечи лязгнул металл:
- Для начала я предпочту решить проблему с тобой.
Это звучало весьма двояко: не то дева щита в завуалированной форме обещала фигурно повышивать по дядюшке крестиком, пока он не решил рядом с ней истечь кровью, не то в такой же завуалированной предупреждала, что будет не против отправить его в бессознательное вслед за смертным при первых же признаках грядущих неприятностей. Излишней добротой и терпением сейдкона вообще никогда не отличалась, предпочитая методы максимально эффективные, даже если они не лучились особой любовью к ближнему своему. Если бы ей понадобилось повесить Войну на ближайшем ясене, чтобы избежать попыток устроить кровавое пиршество - она бы повесила.
Возможно, именно по этой причине в Асгарде к ней относились ещё не так, как ко Всеотцу, но уже где-то в той же плоскости “избежать общения любой ценой”.

Вытянув нож из мужских пальцев, Торсдоттир опустилась на одно колено, внимательно изучила рану, кивнула то ли собеседнику, то ли сама себе.
- Не дёргайся, - велела она коротко. - Я заберу боль, мне она пригодится.
Стремительное движение умелой солдатской руки, и лезвие вскрыло кожу, точно подтаявшее масло. Голубые глаза вёльвы стали яркими, неестественными, и в них чудился небесный огонь, безумный и яростный, сжигавший всё, что попадалось ему на пути.
По сильным женским пальцам скользнули багряные нити, оплетавшие кисть подобно перчатке; остроскулое хищное лицо девы битв оставалось абсолютно спокойным. Будучи не живой и не мёртвой, она много платила за то, чтобы существовать разом в двух мирах, и чувства она тоже давным-давно принесла в жертву, но порою это было больше даром, чем проклятием. Ощущая мир приглушённо, сквозь пелену вечного успокоения, она и любую боль познавала также отрешённо, не испытывая её в полной мере.
Долгую, очень долгую минуту мир вокруг молчал, тревожно вглядываясь в происходившее, а потом пугавшее, древнее, как природа сама, волшебство ушло. Валькирия чуть отстранилась.

- Сам зашьёшь, или мне отдашь? - Буднично поинтересовалась она, повернув нож и возвращая его владельцу рукоятью вперёд.
Чёрные птицы из детских глаз
Выклюют чёрным клювом алмаз,
Алмаз унесут в чёрных когтях,
Оставив в глазах чёрный угольный страх. ©

Týr Hymirson
Очарование и ужас
Аватара пользователя
Репутация: 1714
Статус: Очарование и ужас
Информация: Тюр
45y.o. | ~20 млрд; глава АМБ, маг, целитель; Известен под именами Нуада МакЭтлиу, Нодент, Аргетлам; воплощённая война, бог законности, неба, воздуха, зимы и стужи.
На форуме: зануда всея Асгарда
Сообщения: 9656
Зарегистрирован: 28 ноя 2017, 15:55
Контактная информация:

[09.05.2016] Black forest

#13

Сообщение Týr Hymirson » 14 фев 2018, 12:46

Он был бы и рад отключиться: голод, терзающий тело, терзал и душу. Воспоминания о былом могуществе причиняли боль; возможности творить и управлять силой ушли под чёрным колдовством Миаха, а со смертью ушла и сама возможность прикоснуться к могуществу. Лишь жалкие отголоски его, объедки со стола смертных, жаждущих убивать друг друга, давали Нуаду почувствовать себя живым. Если бы от этого было лекарство, если бы была возможность умереть, он воспользовался бы ей не задумываясь, лишь бы прекратить это жалкое существование. Даже если бы пришлось повеситься на ясене или вновь заглянуть в глаза одной из сил. Он мечтал о смерти: слияние с ветром мира, который он создал, было стократ лучше той нежизни, которая была сейчас. Но расставаться с тем, что есть и становиться частью Хаоса - или Порядка, - о, эта участь страшила его гораздо больше, чем продолжение жизни.
Боль ушла, сорвав с тонких губ облегчённый вздох, облачком пара ушедший в застывшие в вышине небеса. Тоскливо проводив его взглядом, Нуаду кивнул.
- Сам. Сперва избавлюсь от свинца.
Он замолчал, чтобы не тратить больше сил и простёр руку над ранами. Прикрыл глаза и тихо, нараспев, произнёс слова заклинания. Теперь ему приходилось действовать так; встарь даже пули ему были бы не страшны, а избавиться от лишнего железа в организме он мог одним жестом, но не теперь. Дробь покидала плоть неохотно; между окончанием заклинания и последним свинцовым шариком, полетевшем в траву, прошло почти сорок минут. Зашивал рану он быстро и не сильно беспокоясь об эстетичности - сейчас важна была скорость, быть обузой дольше, чем обычно, он не желал. Действовал сноровисто, опыт прошлых жизней прочно вошёл в память, а тело бывший бог и не думал щадить, натаскивая на необходимое. Закончив, он сломал иглу и отправил её вслед за шариками. Повязку накладывал аккуратно и надёжно. Не без труда поднялся и очень виновато посмотрел на косматую ель, которая не давала ему упасть всё это время.
- Tá an-brón orm. - Повинился он перед деревом и положил ладонь на шершавый ствол. Огромное, седое дерево затрепетало, словно было лиственным. Оно чувствовало покой и радость - прощальный подарок Туата и тянулось к нему всей сутью. Аргетлам пил силу дерева и оно блёкло, выцветало, истаивало из реальности, возвращая цвет стальным глазам. Осыпаться оно начало с самой верхушки, голубоватый иней струился сквозь тонкие пальцы искрящимися льдинками и истаивал не достигнув земли. Зимний король опустил руку тогда, когда изморозь коснулась ветвей соседних деревьев. Его суть могла уничтожить весь лес, но Нуада не позволил себе такой роскоши. Холод ушёл, до поры оставив смертного в бессильной тоске о былом.

Посмотрев на племянницу, Тюр благодарно кивнул и направился к лежащему в отключке стрелку. Если не оказать помощь вовремя, даже самое неопасное огнестрельное ранение может убить, а несостоявшийся убийца был нужен им живым. По крайней мере, сейчас. Хромал бывший бог довольно сильно, но идти было недалеко и он уселся на землю рядом со спелёнутым смертным. Тонкие пальцы ловко пробежались по карманам куртки. Находок было немного: связка ключей, вусмерть разряженный мобильный телефон, кошелёк и туристическая карта. Что ж, по крайней мере, теперь у них было имя. Протянув находки Труд, Уайт занялся раной туриста. Зашивать её он не стал, только вытащил пулю и заморозил ткани - тратить непонятно на кого драгоценный шовный материал при неизвестной потенциальной угрозе он не стал. Закончив с лечением, он от души отвесил пациенту пощёчину. Голова туриста дёрнулась и он застонал. Не дожидаясь, пока бедняга придёт в себя, Оуэн положил пальцы ему на виски и закрыл глаза.

Видение, накрывшее его с головой, было настолько ярким и сильным, что Уайт едва не отдёрнул руки от головы. Мышцы взбугрились, когда разум попытался возобладать над рефлексами смертного тела, но пальцы остались на месте.
Ужас, который испытывал лес, не шёл ни в какое сравнение с тем, что испытал человек в оранжевой куртке. Немудрено, что он сошёл с ума, быстро и качественно. Исправить такую болезнь было бы не под силу и если бы Нуаду был в полной силе. Вот разве что Диан Кехт смог бы. Но он мёртв. Отогнав непрошенные мысли, Аргетлам скользнул глубже в безумие человека. Огромная, даже исполинская фигура встала перед его глазами. Меч был едва ли не с него ростом, а зелёный свет из глазниц монстра заставил бы любителей голливудских спецэффектов удавиться от зависти. Следом за одной фигурой пришла вторая. Они кружили вокруг человека, а фоном к его видению звучал слившийся в один звук крик умирающих женщин. Открыв глаза, Нуаду нажал на точку за ухом, вновь отправляя смертного в блаженное забытьё и поднял голову, глядя племяннице прямо в глаза.
- Если поделить виденное им на два, то здесь ошиваются сразу двое немёртвых. - Равнодушно проинформировал он. - Что-то здесь нашли не так давно и разбудили эту пару. Они не моего народа; судя по мечам - ваши ребята. Справляться с вашими - то ещё удовольствие, я бы не рискнул и в лучшие дни. Можно попробовать поговорить с ними, но меня они слушать не станут. Если есть какие-нибудь блестящие идеи, готов выслушать.
Offer me your sacrifice
There's no escape
Fall into my arms again
Into my cold embrace
Изображение Raise your hand to hail your king
While the world is crumbling
See they flags, they rise and fall
For the god of war

Thrud Thorsdottir
дочь войны, жена войны
Аватара пользователя
Репутация: 1678
Статус: дочь войны, жена войны
Информация: Труд Торсдоттир
33 у.о. | aeons; Девана, Вилкмерге; богиня мудрости, покровительница природы и охотница, дева битв и воинской храбрости, сейдкона, действующий агент NCB Interpol
На форуме: лисонька
Сообщения: 4275
Зарегистрирован: 08 дек 2017, 00:03
Контактная информация:

[09.05.2016] Black forest

#14

Сообщение Thrud Thorsdottir » 14 фев 2018, 12:48

Хищное лицо женщины на мгновение заострилось, пропуская сквозь себя неприятные, слишком резкие черты, в которых без труда можно было угадать оскалившийся череп. Она и сама была немёртвой; в той же мере, что и неживой, и она знала цену таким новостям.
Из всего того, что породили жестокие земли севера, восставшие мертвецы были едва ли не самым опасным. Неуязвимые для честной стали и колдовства, не ведавшие усталости и не знавшие пощады, они были смертным ужасом для народа, который не боялся ничего, кроме бесчестья, и до сих пор их имя не произносили громко, не желая накликать на себя беду.
- Там, где драугров двое, их может быть и больше. Судя по тому, что они хоронят своих гостей, они что-то сторожат, что-то, что не должно принадлежать миру смертных. Плохо. Такие за просто так свои места не оставят, они здесь не по своей воле, скорее всего, оказались, - произнесла она, задумалась вновь.
Короткий, более змеиный, чем человеческий, жест: валькирия облизнула пересохшие губы. Можно было уходить прямо сейчас, потому что бороться со стражами этими, не ведая, что их породило здесь и что они ищут, было почти безнадёжно, и дед вряд ли осудил бы её.
Но Тюру наверняка взбредёт в голову остаться и пытаться что-то решить, и Труд чувствовала, что даже ей безразличия к окружающему миру не хватит, чтобы сказать “и Хель бы с тобою”. Отношения в этой семье богов были своеобразными, но всё же бросать своих было не принято.

Она вздохнула, тряхнула волосами и провела обеими ладонями по лицу. Вот уж влипла, воистину.
- Говорить с ними всё равно придётся, других вариантов нет. Но для этого придётся ждать темноты, - она отряхнула колени и, нагнувшись, сгребла незваного гостя за загривок, точно нашкодившего кота, - до того, как взойдёт луна, никто из восставших не покажется нам на глаза. Не их время ныне. Ладно. Попробуем пока уладить дела с этим… Увидевшим лишнее туристом. Я вызову егерей.

Провозились они и впрямь до ночи: сначала прибыли двое служащих, мрачных и унылых, выдернутых из какого-то невнятного болота по соседству. Посозерцав растянутую тушку человека, стянутого пластиковыми хомутами и заботливой рукой валькирии отправленного досматривать тревожные сны, они перекинулись с нею парой-другой фраз и отправились к единственной более-менее прохожей дороге. Ещё через какое-то время на стоянку, на которой беззаботный ветер трепал пологи брошенных палаток, прибыла криминальная полиция и побитый молью врач.
С силовиками общалась в основном Труд, изящно игнорируя присутствие Нуаду поблизости, но к нему особо никто и не рвался - осмотрев удостоверение, подтверждавшее военное звание, копы решили, что им в некотором смысле даже повезло. Чуток попрочёсывав лес и удовлетворив своё любопытство, служащие рассредоточились обратно: егеря ушли, врач с одним из полицейских сгрузили тушку туриста в машину и отбыли тоже, пара патрульных осталась ждать экспертов у разворошённой могилы.

К полуночи поляна наконец опустела вновь, на этот раз уже окончательно. Чувствуя какую-то опасность, что была древнее и темнее этого леса, люди предпочли не задерживаться дольше необходимого. Бормотавшая что-то с вороном, устроившимся у неё на плече, валькирия внезапно умолкла, запрокинула голову, и тусклый лунный свет высветил мерцавшие чистой, ледяной голубизной её глаза, в которых попросту заблудился и утонул, чтобы остаться в радужке навсегда.
- Идти можешь? - Спросила она дядю, и в резком, звучном голосе вновь не ощущалось никаких эмоций, лишь только вечное равнодушие. - Нам пора. Я вижу тропу.
Подойдя к мужчине, воительница протянула руку, помогая подняться, и её жёсткая ладонь была горячей и тяжёлой, как удар отцовского молота. Сейд, зародившийся в сердце вселенной и впитавший в себя суть бытия, не был светлым искусством, и давил он на плечи что скалы фьорда, нависшие над прозрачными водами.

Тряхнув крыльями, дивно покладистый Лейкни вновь упорхнул ввысь, а дева битв, призвав своё копьё, бесшумно пошла прочь от стоянки, даже не пытаясь оглядываться. Вся она превратилась в воплощённое стремление, в стрелу, выпущенную из лука, и она не смогла бы остановиться.

Так прошла вечность, уложившаяся не то в минуту, не то в целую ночь, прежде чем женщина не подняла руку и не провернула древко меж сильных пальцев. Сверкавшее лезвие высекло колючие искорки и очертило полосу на сырой чёрной земле.
- Покажись мне.
Тишина, только ветер тревожил вершины старых елей. Вёльва нахмурилась.
- Покажись мне! - Рявкнула она, и тьма закружилась тысячами крошечных вихрей, испуганная этим криком.

- Ты мёртвых просишь о встрече? - Прошелестело точно из-под палой листвы, притаившейся под ногами.
И он теперь действительно показался: как она звала, вышел просто из-под земли, которой уже принадлежал и которая его отторгла; высокий широкоплечий мужчина в истрёпанной кожаной куртке, что наброшена была сверху на ржавую кольчугу, в холщовых штанах да в сапогах с обмотками по голени. Меч у него был тоже, опытный взгляд воительницы зацепился за ножны на поясе. Добрый меч; не из простолюдинов был этот гость, коротавший своё бессмертие.
Уперев пятку копья в землю и бесстрашно вглядываясь в сухую, точно из бумаги сделанную фигуру мертвеца, она стояла, недвижимая и спокойная, и вечно юное лицо вдруг показалось древним, как звёзды над их головами.
- Плевать мне, мёртв ты или жив, - ответила Труд наконец, - я пришла за ответами, и без них я не уйду. Мы не уйдём.
Драугр склонив голову к плечу. Он выглядел пугающе для смертного, пожалуй, но всё же напоминал человека; и в глазах его виден был разум, что делало его опаснее всякого иного хищника.
- Если мертвеца спросишь…
- Лгать он не сумеет, - перебила его валькирия, - но цена высока. Нас устроит.
Чёрные птицы из детских глаз
Выклюют чёрным клювом алмаз,
Алмаз унесут в чёрных когтях,
Оставив в глазах чёрный угольный страх. ©

Týr Hymirson
Очарование и ужас
Аватара пользователя
Репутация: 1714
Статус: Очарование и ужас
Информация: Тюр
45y.o. | ~20 млрд; глава АМБ, маг, целитель; Известен под именами Нуада МакЭтлиу, Нодент, Аргетлам; воплощённая война, бог законности, неба, воздуха, зимы и стужи.
На форуме: зануда всея Асгарда
Сообщения: 9656
Зарегистрирован: 28 ноя 2017, 15:55
Контактная информация:

[09.05.2016] Black forest

#15

Сообщение Týr Hymirson » 14 фев 2018, 12:53

Оуэн был благодарен племяннице за то, что она взяла переговоры с властями на себя, ему нужно было время, чтобы восстановиться. Коротко переговорив с полицией, выдав основные сведения по обнаруженному захоронению и отмахнувшись от врача, предложившего помощь, Уайт скорчился в корнях дерева и затих. Сон его был тоскливым: рокот барабанов, перебивающих песню прибоя и скорбная песнь его народа, оплакивающего павших в бою. К этому сну Аргетлам привык и даже научился отдыхать под него. Проснулся он незадолго до полуночи и теперь просто лежал, глядя в усыпанные звёздами небеса. Их было меньше теперь, даже тех, которые раньше были видимы с Земли, исчезали. Хаос простёр над творением богов свои ладони, а богам и дела не было, они никак не могли наиграться в человеческие игры. Сколько миров должно погибнуть еще, прежде чем они от слов перейдут к делу? За руку племянницы Тюр ухватился как за соломинку, способную вырвать его из дурных мыслей.
- Смогу, - отозвался он, помня, как зовёт путь, пройденный мертвецами и радовался, что не ему вести в этот раз. - Веди, я подстроюсь.
Он чувствовал нарастающий страх леса, чувствовал собственный страх, заставляющий человеческое сердце биться в затылке и чувствовал ярость его сути, жаждущей сорваться с привязи. Ему нужен был бой, нужны были смерти и кровь, он был голоден, а изматывающий страх не упрощал задачу к сдерживанию сути. Кем он был все эти тысячелетия? Кровавым наркоманом, живущим от битвы до битвы? Чёрное колдовство Миаха лишило его контроля над собственной сутью и встречи с драуграми он ждал, пожалуй гораздо сильнее, чем задумывался. Собственная смерть представлялась ему наилучшим выходом из ситуации, по крайней мере семнадцать лет мир будет избавлен от его присутствия.
Голос вёльвы вновь вырвал его из мыслей и Аргетлам даже рассердился на себя самого. Да что с ним такое?! Рефлексия была не свойственна его натуре, всё это он переживал уже не единожды и пришёл к пониманию того, что так должно быть, а мысли о смерти он и вовсе не считал достойными. Драугры, конечно, те ещё засранцы, но так повлиять на мозг воина и мага не могли, значит, дело в том, что они прячут. Как там сказала Труд? Что-то, что не должно принадлежать к миру смертных? Отвратительные чувства влекли его вперёд, но теперь он мог с ними справиться, поэтому сосредоточился на действиях племянницы.
Она призывала драугров, и они явились на зов, даже и вполовину не такие ужасные, как тот смертный ужас, который Уайт видел в памяти стрелка. И всё равно - жуткие. Равнодушно скользнув взглядом по бывшему человеку, Оуэн прислушался к ощущениям. Его влекло туда, за спину к драугру и от немёртвого не укрылось его любопытство.
- Ты - смертный, - гулко заявил бывший человек. - Тебе нет хода туда.
- Спасибо, что заметил, - ядовито отозвался бывший бог. - Если сильно понадобится, ты меня туда сам проводишь, да там же и оставишь, я знаю правила.
- Ты можешь сопротивляться зову, - констатировал немёртвый.
- Очевидно - да. - Развёл руками Аргетлам. - Дрянь та ещё, но терпеть можно. Не уверен, что долго, потому что я голоден, поэтому давай не растягивать удовольствие.
Драугр повернул голову к валькирии, словно спрашивая, всегда ли этот человек такой наглый. Но, по большему счёту, ему было всё равно. Он знал правила, знал цену, которую заплатят визитёры и ждал их вопросов, а вопросы задавать должна призвавшая, никак иначе.
Аргетлам привалился к сосне, снимая напряжение с раненной ноги, и сложил руки на груди. Умирать уставшим он не собирался; умирать вообще, вопреки назойливому навязанному желанию, - тоже. Посмотрев исподлобья на племянницу, Тюр поделился соображениями, давая материал для вопросов:
- В могиле были только женщины, ни одного мужчины, они были погребены по обряду, а, значит, оказались жертвами случайно. Зов, который я слышу: мне кажется, он только для мужчин, но в эту схему не вписывается наш стрелок. Хотя, мы ничего не знаем о нём.
- Он не был мужчиной, - неожиданно подал голос драугр. Это было любопытно, потому что ни одного вопроса пока не прозвучало. - Но ты - воин. Разве ты не хочешь взглянуть?
- Всей душой, - зло выщерился бывший бог. - А ещё я мечтаю убивать и спать. Те люди под моей защитой, оставшийся. Я не хочу больше жертв. - Он отвернулся к Труд, глаза посветлели, но холода ещё не было. - Давай, дитя, спрашивай. - Неожиданно мягко произнёс он. - Я подскажу, если что.
Offer me your sacrifice
There's no escape
Fall into my arms again
Into my cold embrace
Изображение Raise your hand to hail your king
While the world is crumbling
See they flags, they rise and fall
For the god of war

Thrud Thorsdottir
дочь войны, жена войны
Аватара пользователя
Репутация: 1678
Статус: дочь войны, жена войны
Информация: Труд Торсдоттир
33 у.о. | aeons; Девана, Вилкмерге; богиня мудрости, покровительница природы и охотница, дева битв и воинской храбрости, сейдкона, действующий агент NCB Interpol
На форуме: лисонька
Сообщения: 4275
Зарегистрирован: 08 дек 2017, 00:03
Контактная информация:

[09.05.2016] Black forest

#16

Сообщение Thrud Thorsdottir » 14 фев 2018, 12:53

В голубых глазах Торсдоттир вспыхнуло что-то, неуловимо похожее на раздражение. Она обыкновенно не позволяла себе отвлекаться от мира на собственные чувства, ибо не до того было, и исполнять долг за неё никто не спешил, но она истово ненавидела, когда ей напоминали про возраст. Та, что старше морей и рек, что старше гор, что старше звёзд даже, но всё равно - младшая из Асгарда, она вечно помнила об этом и без случайных фраз.
Возможно, если бы Тюр не прислонялся к стволу дерева, его бы снесло бесконечной силой родственного девичьего обожания. Злые черты черепа, что пробивался сквозь мраморную кожу, стали ярче, и особенно остро обозначились скулы: кожа на них, казалось, готова была порваться.
- Если я захочу, чтобы ты мне что-то сказал, я сама попрошу тебя открыть рот и сказать, - очень прохладно произнесла валькирия, обдав дядю взглядом, сделавшим бы честь голодному медведю, - не отсвечивай, будь так любезен, и не лезь мне под руку.
Мертвец, лениво поигрывавший зеленью болотных огней на сухой руке, осклабился, продемонстрировав ровные зубы цвета слоновой кости, и чуть заметно склонил голову. Он чувствовал в пришедшей гостье то, что не мог почувствовать живой: он чувствовал, что она поцеловала смертью, как он сам, и это роднило их сильнее, чем бессмертие. Быть может, он, брошенный своими богами, в которых верил и которых любил, но которые забыли про своего сына, не стал бы говорить ни с кем из асов, но не с валькирией, ибо не было среди миров Иггдрасиля никого, кто мог бы суть драугра понять лучше, чем девы битв.

Женщина с силой налегла на копьё, вгоняя наконечник в землю, и отпустила древко, показала безоружные руки, протянула правую вперёд. Мужчина ответил ей тем же, и они коснулись предплечья друг друга, не знавшие, что среди нынешних народов обычай этого рукопожатия давно утрачен.
- Труд, Тора дочь, имя мне.
- Хейдар - имя мне.
Она кивнула, подняла голову к небу, глядя на огромные белёсые звёзды. На севере они казались особенно яркими, и среди них славно было мчаться Дикой Охоте, чтобы жатву свою собрать, когда ей приходила пора.
- Я слышу зов, что из-под земли, Хейдар, и я знаю этот зов.
- Конечно, ты знаешь, - не стал спорить мертвец.
Это был очень странный разговор, в котором двое кружили, не задавая вопросов, ибо цена за каждый ответ была высока, но всё же безмолвно спрашивая о чём-то.
- Мы чаяли, что Тюрвинг был уничтожен, - тяжело произнесла валькирия, и деревья зашумели, испугавшись проклятого клинка даже до того, как он был вытащен из ножен. - Ибо с тех пор, как Фритьоф Смелый похоронен был, имени меча не произносил никто, а потому и утерян он был.
- Не он утерян - имя его. Меч же здесь остался…
- Из Швеции вернувшись в Норвегию, - закончила воительница, замолчала на миг, пристально глядя в собеседника совершенно звериными, волчьими глазами. - А до того он бродил по иным землям. И дремал он здесь много лет, а проснулся совсем недавно.
Мертвец кивнул, на этот раз не проронив ни слова, и женщина вздохнула. Значит, теперь только торговаться; что ж, ей и так поведали немало. Видно, лунная ночь сказывалась на настроении драугра.
- Почему он проснулся?
Хейдар загнул один палец и ответил:
- Его разбудил сам мир. Долгие годы клинок спал, и мы с ним вместе спали, но потом в мир пришла жажда разрушения, и он ответил. Кто-то пролил кровь на наш курган, когда время пришло, и мы встали, потому что не могли больше спать.
- Почему вы не отдали Тюрвинг ни одному из тех, кого он звал?
Драугр загнул второй палец.
- Потому что не для нынешнего племени его жажда, Тора дочь, тебе ли не знать того. Мужи их не смогут сдержать его, по глупости выпустив из ножен, а напоить досыта не сумеют и подавно. Тюрвингу не место в их новом мире, если только Всеотец не желает в кровавый блот себе всю Норвегию.
Асинья медленно, задумчиво кивнула. Надо было спросить так, чтобы получить правильный ответ, но вот только с посеребрённым языком во всем Асгарде разве что Локи и был. У неё всегда были проблемы в том, чтобы слова сложить нужным образом, всё ближе ей был разговор топора о щит.
- Что должно быть сделано, дабы вы больше не трогали смертных? - Наконец спросила женщина.
Третий загнутый палец; мертвяк опустил ладонь.
- Чтобы не было у Тюрвинга опаски попасть в руки обычных людей. Пусть перестанут искать, и мы не тронем их. Они нам не нужны, мы лишь охраняем его от того, чтобы он попал в их мир, ибо нет ему там места. Теперь твоя очередь, неба дочь.
Труд согласно склонила голову.
- Вот моя цена: отпусти меня.
Валькирия открыла рот, потом передумала и закрыла рот. Следовало бы догадаться, что этим всё и закончится: условием, которое практически невозможно выполнить. И если она не придумает, как его исполнить до рассвета, то и сама уйдёт к мёртвому кургану.
Правила древности были жестоки и непреложны.

Мертвяк продолжал усмехаться, играя болотными огоньками.
Чёрные птицы из детских глаз
Выклюют чёрным клювом алмаз,
Алмаз унесут в чёрных когтях,
Оставив в глазах чёрный угольный страх. ©

Týr Hymirson
Очарование и ужас
Аватара пользователя
Репутация: 1714
Статус: Очарование и ужас
Информация: Тюр
45y.o. | ~20 млрд; глава АМБ, маг, целитель; Известен под именами Нуада МакЭтлиу, Нодент, Аргетлам; воплощённая война, бог законности, неба, воздуха, зимы и стужи.
На форуме: зануда всея Асгарда
Сообщения: 9656
Зарегистрирован: 28 ноя 2017, 15:55
Контактная информация:

[09.05.2016] Black forest

#17

Сообщение Týr Hymirson » 14 фев 2018, 12:56

Если бы он знал Труд немного меньше, то рисковать, называя её “дитя” не стал бы: её братья были нещадно биты за подобное отношение, остальные огребали мозголомные ругательства и, в итоге, по шее. Для Тюра, который был младше Одина незначительно в масштабах всей божественной братии, племянница и впрямь была подростком, не избывшим ещё юношеский максимализм. Он слишком хорошо помнил все смертные жизни и свои болезненные реакции на подобные подначки и хорошо помнил, как адреналин активизировал мышление сразу после. Издевательски комментировать ответ Торсдоттир он не стал - ни к чему эти пререкательства и эскалация конфликта перед немёртвым; однако, своего он добился - заставил потерять осторожность, но быть предельно собранной и внимательной. Будучи бесконечно юной, она велась на подобное не хуже детей смертных.
Равнодушно встретив яростный взгляд, Аргетлам отвернулся, стараясь не показывать изменившиеся глаза раньше времени. Странно, но с активизацией силы мрачный шёпот на грани сознания, призывающий к смерти, ушёл, осталась лишь тоска потерянного существа по хозяину. Вслушиваясь в разговор племянницы с драугром, Нуаду изумлённо осознавал, что проблема решается куда проще, чем казалось с самого начала: подобного исхода он не ожидал, готовясь к битве и вероятной смерти; понимание того, что за зов он слышит, оглушало не хуже этого зова.
- Тюрвинг, значит? - Неизвестно у кого уточнил бывший бог после того, как условие драугра было озвучено. - Значит, она всё же решила укрыть его до поры.
Ему ответил немёртвый.
- Да, смертный. Желаешь взглянуть? - Издёвка в гулком голосе слышалась отчётливо, Хейдар считал, что валькирия со смертным не смогут исполнить его условия.
- Считай это последним желанием приговорённого к смерти, - в тон ему отозвался Нуаду.
Драугр кивнул и развернулся в сторону кургана, показывая дорогу, бывший бог подарил племяннице равнодушный взгляд и направился следом. Холодало, пожалуй, даже слишком для поздней весны. Мёртвому мороз был нипочём, он не замечал его, но ветер не заметить не мог. Ураганный шквал едва не свалил с ног всех троих - тоска владыки стужи по тому, что пряталось в курганах почти полторы тысячи лет, обретала форму.
- Ты не боишься. - Заметил драугр. - Ты ждёшь встречи с Тюрвингом, хотя знаешь, что это - верная смерть. Почему?
- Не спеши с выводами, - попросил Тюр. - Мне кажется, ты получишь сегодня свободу.
Хейдар замолчал, размашисто шагая по лесу, пока не вывел их к кургану, который правильнее всего было бы назвать мегалитом, за века скрывшимся под землёй. У него был вход, узкий и невысокий, Уайту пришлось сильно наклониться, чтобы войти внутрь. Он чувствовал буравящий его взгляд драугра, сознавал, что сейчас ощущает племянница, но он почти бежал к дальней камере, куда звал его меч. Сердце бешено колотилось в районе затылка, Аргетлам проигнорировал шелест меча, покидающего ножны и остановился рядом с постаментом.
В камере лежали люди, человек десять, аккуратно сложенные в углах, чтобы не мешали подходу к артефакту. Дыхание Нуаду срывалось, стены подёрнулись инеем, ветер рвал одежду, слепя глаза и мешая дышать, а он всё стоял, глядя на меч в потрёпанных ножнах, словно не веря своим глазам.
- Твоя миссия исполнена, немёртвый, - наконец произнёс он и пальцы сомкнулись на рукояти. Тюр обернулся к валькирии и драугру, глядя на них исподлобья, белые глаза выглядели жутковато на бледном и худом лице. Он улыбался - мертвенно и страшно: тот, для кого меч тысячелетиями собирал кровавую жатву, наконец получил причитающееся. Война не стал вынимать клинок из ножен - необходимости убивать племянницу и стража не было. Просто прицепил его на пояс, освободив крепление от ножа. - Твоя и твоих братьев. У вас есть, кому проводить вас за порог. Тюрвинг вернулся к хозяину. Это - мой меч.
Болотные огни потухли ладонях драугра, когда заклятие, привязывающее его к месту спало, чтобы зажечься в глазницах - конфликт осознания того, что миссия выполнена, но мечом овладел смертный был осмыслен и воспринят по-своему.
- Да, - подтвердил Хейдар, - он твой. Но ты - человек. Ты не можешь им владеть.
- Ладно, - веско проронил Тюр. - Ты хочешь доказательства моих прав на оружие?
Драугр согласно склонил голову. Бывший бог медлил.
Offer me your sacrifice
There's no escape
Fall into my arms again
Into my cold embrace
Изображение Raise your hand to hail your king
While the world is crumbling
See they flags, they rise and fall
For the god of war

Thrud Thorsdottir
дочь войны, жена войны
Аватара пользователя
Репутация: 1678
Статус: дочь войны, жена войны
Информация: Труд Торсдоттир
33 у.о. | aeons; Девана, Вилкмерге; богиня мудрости, покровительница природы и охотница, дева битв и воинской храбрости, сейдкона, действующий агент NCB Interpol
На форуме: лисонька
Сообщения: 4275
Зарегистрирован: 08 дек 2017, 00:03
Контактная информация:

[09.05.2016] Black forest

#18

Сообщение Thrud Thorsdottir » 14 фев 2018, 12:56

Облик валькирии отливал неестественностью напополам с изысканной красотой оружия; сохраняя глубоко безразличный вид ко всему происходящему, она задумчиво тыкала наконечником копья в небольшую лужицу, натёкшую на каменном полу. По поверхности воды от этого расходились круги.
Удивления, похоже, она не испытывала; на самом деле, у вселенной не такая хорошая фантазия, чтобы каждый раз придумывать что-нибудь новое. Рано или поздно круг замкнётся, и всё возвращается к тому, с чего начиналось. Клинок возвращается в руки хозяина, жёлуди становятся новыми дубами, сквозь плоть прорастает трава. Всё вечно. Всё движется только по спирали, раз за разом повторяя одни и те же события.

- Формально у тебя нет прав запретить человеку забирать меч, ибо он не твой и твоим никогда на самом деле не был. Нет, Хейдар, не пойми меня неправильно, я от него тоже не в восторге, причём чем дальше, тем меньше он мне нравится, но клинок уже держали руки смертного, и было это неоднократно. Сирглами из Гардарики владел им, Ангантюр и Фритьоф владели им. Судя по тому, что Мидгард всё ещё стоит...
- И к чему это привело? - Разумно возразил мертвец.
Второй, прислонившийся к земляной стене, кивнул, подтверждая эти слова. Вёльва не заметила даже, откуда он появился - просто соткался призраком из ночных теней и горестного шёпота.
Равнодушно посмотрев на второго гостя, Труд пожала плечами:
- К тому, что все умерли. Но все всегда умирают, и какая разница, на год раньше или позже? Тебя здесь больше ничего не держит, моё копьё отныне властно над тобой. Так какое тебе дело до того, что станет с человеком?
- Никакого, - голос драугра стал ниже и будто бы печальнее.
Несколько бесконечно долгих секунд асинья созерцала своего странного собеседника, слово обдумывала что-то, и потом вдруг изящно склонила рыжеволосую голову. Что ж, возможно, они заслужили право пировать в златых чертогах, тысячу лет неся свою службу.
- А. Аааа, - протянула дева битв, - ну-ка, дядь, иди сюда. Отвлекись от своего ненаглядного меча. Я понимаю, что сложно, но ты сможешь, я верю.

Она отволокла Тюра на пять шагов в сторону, прихватив его за локоть; взвилось копьё, стремительным росчерком начертав руну на мхе. Никому, кроме бывшего бога, не предназначались произнесённые ею слова, пусть даже дочь Тора знала, что им никогда не покинуть этого могильного кургана.
- Пропуск в Вальхаллу, - произнесла она, - вот к чему это всё. Моё копьё освободит их от нежизни, но оставит только путь в Хельхейм, ибо они не пали в бою и не могут отдать себя в жертву. Я не властна определять судьбы павших, я - провожатый, не судья, но можешь ты. Саги о Тюрвинге известны мне, без жатвы он в ножны не ляжет, но ему нет разницы, собирать ли живое или мёртвое. В бою на честной стали они получат своё посмертие.
Она помолчала, глядя в бледное лицо короля без королевства жуткими своими глазами. Они оба сейчас были чудовищно не похожи на людей, два зимних призрака; и лёд фьордов всех во взгляде сейдконы мерцал.
- А долг мой, что ему, перейдёт к тебе. По крайней мере, ты пока жив, - закончила она.
Чёрные птицы из детских глаз
Выклюют чёрным клювом алмаз,
Алмаз унесут в чёрных когтях,
Оставив в глазах чёрный угольный страх. ©

Týr Hymirson
Очарование и ужас
Аватара пользователя
Репутация: 1714
Статус: Очарование и ужас
Информация: Тюр
45y.o. | ~20 млрд; глава АМБ, маг, целитель; Известен под именами Нуада МакЭтлиу, Нодент, Аргетлам; воплощённая война, бог законности, неба, воздуха, зимы и стужи.
На форуме: зануда всея Асгарда
Сообщения: 9656
Зарегистрирован: 28 ноя 2017, 15:55
Контактная информация:

[09.05.2016] Black forest

#19

Сообщение Týr Hymirson » 14 фев 2018, 12:59

Аргетлам был счастлив вновь прикоснуться к своему - и Двалина - творению, но уподобляться Тору, не расстающемуся с молотом, он не собирался.
- Я так и понял, - кивнул он Труд, сбрасывая рюкзак. - Момент.
Обернувшись к Хейдару, он уточнил сквозь пар, срывающийся с губ:
- Сколько вас здесь?
- Десять, - немедленно отозвался драугр.
- И все как один не хотят отдавать мне меч? - Не без иронии продолжил Тюр. - Что ж, это будет славная битва. Где вы предпочтёте... не дать мне завладеть собственным оружием?
- Звёзды. - Отозвался немёртвый. - Мы вечность не видели звёзд.
Нуаду склонил голову. В памяти всплыла та, что зажигала их и которая погибла от его руки. Вины не было, была лишь злость - сейчас он поступил бы точно так же.
- Пусть будут звёзды, - холодно отозвался он.
Душа пела в предвкушении схватки, но разум вопил, что уйти может и не он - силы не равны: десять драугров против смертного. А, в сущности, какая разница, если все его противники заведомо неравны? Начиная от Хаоса и заканчивая Балором, который и привёл его в это жалкое состояние. Умрёт - и возродится вновь. Бросив быстрый взгляд на Труд, он вышел из мегалита, вновь низко склонившись перед землёй, которую создавал. Их ждали, тихо и жутко, девять пар глаз следили за выходом из кургана.
Сияющий Меч, меч об тысяче имён, проклятый Одином и обрётший владельца, требовал крови. Он испил уже в достатке смертей, убийство немёртвых было неинтересно ему, но владелец придерживался другого мнения. Выдернув нож, Аргетлам полоснул по ладони левой руки. Убирать не стал, отправил рыбкой под ноги Труд: если с ним что-то произойдёт, оружие останется ей.

Злой смех унёсся ввысь, в морозную тишину, мерцающую мириадами звёзд. И меч покинул ножны, поймав свет далёких галактик. Вопреки опасениям Хейдара, меч зазвенел, ликующе и предвкушающе. Бывший бог застыл, удерживая сам свет в окровавленной руке. Казалось, что перед немёртвыми стоит не смертный, но древний воин в одеянии из серебра и света. Что-то со свистом выдохнул Хейдар, узнавая одного из богов и драугр рванулся вперёд. Нуаду выщерился словно волк и встретил мощный удар серединой клинка. Он был ужасен в своей божественной сути, жаждавшей смертей и не знающей удержу; Война плясал, уходя из-под ударов и разжигая в оставшихся боевой дух. Он не помнил, когда в пляску пришёл ветер, лишь помнил, что отчаянно, до дрожи в коленях не хотел уходить из этого мира. Быть может, именно это желание и стало причиной его перерождений. Он не знал. Мышцы ныли, перед глазами плыло, оружие противников слилось в один единственный свет, лишь меч пел свою песнь, в которую вплетался другой напев.
Схватка была долгой - слишком много врагов, слишком сильные они. Драугры и не думали оскорблять смертного, рискнувшего выйти против них в одиночку, игрой в поддавки. Они бились в полную силу и под конец боя на теле смертного не осталось живого места. Последним ушёл Хейдар, успев шепнуть благодарность бывшему богу.
Агретлам вогнал меч в землю перед собой и рухнул на колени, облокотившись на рукоять. Клинок сиял и измученное тело смертного выглядело призрачным силуэтом.
- Напомни мне, что я зарекался встречаться с превосходящим меня противником ещё в Альвхейме? - Попросил он у племянницы.
Offer me your sacrifice
There's no escape
Fall into my arms again
Into my cold embrace
Изображение Raise your hand to hail your king
While the world is crumbling
See they flags, they rise and fall
For the god of war

Thrud Thorsdottir
дочь войны, жена войны
Аватара пользователя
Репутация: 1678
Статус: дочь войны, жена войны
Информация: Труд Торсдоттир
33 у.о. | aeons; Девана, Вилкмерге; богиня мудрости, покровительница природы и охотница, дева битв и воинской храбрости, сейдкона, действующий агент NCB Interpol
На форуме: лисонька
Сообщения: 4275
Зарегистрирован: 08 дек 2017, 00:03
Контактная информация:

[09.05.2016] Black forest

#20

Сообщение Thrud Thorsdottir » 14 фев 2018, 13:01

Опираясь на своё копьё, женщина о глазах изо льда смотрела на бой. Для неё, ведавшей приход смерти задолго до того, как та касалась мёртвой рукою Хелы плеча жертв, ни одна схватка не бывала непредсказуемой, и Труд всегда знала, кому и когда придёт время уходить. Знала она и то, что Тюра ей провожать на иную сторону покуда рано.
Уперев железную пятку копья в землю, она оперлась на него всем весом и наблюдала безмолвной тенью, как вспыхивают искры на зачарованной стали. Танец между вечностью и убийством; здесь не могло быть пощады никому - вздумавший поддаться не получил бы права войти в золотой чертог. Долгие века она не видела столь славного поединка, долгие тысячелетия бог войны не держал в руках свой Тюрвинг, и лишь теперь белая всадница могла вспомнить, как он был хорош прежде.
А он был прекрасен - как суровая северная зима и как пылающий лесной пожар, как берсерк, искупавшийся в крови; девичьи губы улыбались, и хищное лицо валькирии на миг стало удивительно задумчивым, отмеченным той неуловимой отчуждённостью, что бывает лишь у мёртвых. Проклятый клинок, оружие, что обречено было собирать жатву свою, пел, и слышалось в его голосе ликование, ибо сегодня признал он хозяйскую руку.
И звёзды смотрели на них, крася белёсым отблеском бледные силуэты.

Когда отошёл, прахом осыпавшись во всемилостивую землю, последний из драугров, что нашли здесь свой покой, дева битв закрыла глаза, опуская тёмные ресницы. Она знала, что споёт им сегодня, чтобы указать дорогу, и проводит в Вальхаллу, где погибшие с честью и не оставившие оружия своего склонят перед Всеотцом головы, а после - восславят её чистый голос и его руку, что даровала им посмертие.
Но то будет лишь на рассвете, а сейчас она смотрела на мужчину, упавшего на колени перед своим мечом, глубоко вонзившимся в землю.

Шаги валькирии были бесшумны, когда она подалась вперёд, а лёгкий силуэт её поплыл, меняясь, и спустя миг она оказалась облачённой в белые одежды и сияющий доспех. Изящный крылатый шлем, увенчавший медноволосую голову, сверкал ярче всякой короны, и перья в нём были выполнены с таким искусством, что казались живыми. Чеканное лицо казалось совершенным - так просто не могла бы выглядеть смертная женщина, сколь бы не была она красивой. В блеске лат притаилось северное сияние.
Сейдкона опустилась перед бывшим королём на одно колено, и сильная рука, затянутая в ледяной металл, легко, почти нежно коснулась чужого подбородка, поднимая его голову. Она смотрела в чужое лицо, тронутое тенью боли и ликованием боя, и не было ничего, даже отдаленно похожего на человеческое, в этих диковинных голубых глазах.
Только огонь, что родом из неба.
- Но ни один воин не отклонит поединок, - шепнула она, - потому что честь превыше всего, доблесть Асгарда. И я спою о твоём бое в чертогах Всеотца, чтобы имя твоё звучало в наших залах.
Она протянула ему вторую руку и разжала ладонь, и на латной перчатке расплавленным золотом блеснуло крупное яблоко, которое будто бы светилось изнутри. Жизнь, скрытая под тонкой кожицей, ощущалась нутром.
Чёрные птицы из детских глаз
Выклюют чёрным клювом алмаз,
Алмаз унесут в чёрных когтях,
Оставив в глазах чёрный угольный страх. ©

Ответить

Кто сейчас на конференции

Сейчас этот форум просматривают: нет зарегистрированных пользователей и 0 гостей