[17.08.2018] It's a Long Way

Ответить
Thrud Thorsdottir
дочь войны, жена войны
Аватара пользователя
Репутация: 1678
Статус: дочь войны, жена войны
Информация: Труд Торсдоттир
33 у.о. | aeons; Девана, Вилкмерге; богиня мудрости, покровительница природы и охотница, дева битв и воинской храбрости, сейдкона, действующий агент NCB Interpol
На форуме: лисонька
Сообщения: 4275
Зарегистрирован: 08 дек 2017, 00:03
Контактная информация:

[17.08.2018] It's a Long Way

#1

Сообщение Thrud Thorsdottir » 19 окт 2018, 12:39

Изображение
ВРЕМЯ И ДАТА:
17 августа, ранний вечер.
МЕСТО ДЕЙСТВИЯ:
Земля, Афганистан.
ДЕЙСТВУЮЩИЕ ЛИЦА:
Thor Odinson, Thrud Thorsdottir.

СИНОПСИС:
В мире происходит всё больше странного, но военным на Ближнем Востоке сейчас не до этого - у них хватает и своих проблем в лице окончательно ополоумевших боевиков.
Однако следующая миссия внезапно оборачивается ЧП совершенно неизвестного свойства: в пустыне разведка "Телемарка" обнаруживает человека в форме Бундесвера, утверждающего, что он является солдатом Heer из дивизии специального назначения, вот только считает, что сейчас 2004 год.
Четырнадцать лет он отсутствовал перед тем, как вернуться... Из небытия?
Относится к квесту "Вернувшиеся".
Чёрные птицы из детских глаз
Выклюют чёрным клювом алмаз,
Алмаз унесут в чёрных когтях,
Оставив в глазах чёрный угольный страх. ©

Thor Odinson
I whip Mjöllnir back and forth
Аватара пользователя
Репутация: 902
Статус: I whip Mjöllnir back and forth
Информация: Тор Одинсон
~30 y.o.|aeons; бригадир ВМС Норвегии; Асбьёрн Гримнерссон; бог грома, молний, штормов, войны и кузнечного ремесла.
На форуме: драмакинг
Сообщения: 8349
Зарегистрирован: 13 фев 2018, 14:56
Контактная информация:

[17.08.2018] It's a Long Way

#2

Сообщение Thor Odinson » 21 окт 2018, 00:05

Сообщение, которое передали Асбьёрну его подчинённые из тех, которые были "в теме", было, мягко говоря, странным. Настолько странным, что он даже оторвался от своих дел, которые были ну очень важными - ибо бухать на службе это важно! - и даже в кратчайшие сроки собрался. Нарешать самолёт было минутным делом, и вот вскоре Таранис уже летел в другую страну. Столь опостывевшую ему за последнее время страну.
Хелев Афганистан. Сколько ещё Ближний Восток будет преподносить ему неприятности, вываливать на него западло тоннами и вообще мешать жить? Кто знает.
Совершенно ясно было только одно: в ближайшее время этим земли его явно не отпустят.

Дело было ещё тем подарком. Солдат, вернувшийся непонятно как из-под графы "MIA", и выглядящий совершенно не как современная боевая единица. Более того - немец помнил его, Тора, ещё с тех времён, когда он "бегал" вместе с Бундесвером. По его тогдашнему имени, но все же. Однако даже это не было самым безрассудным - и суть была не в том, что боец был свято уверен в том, что на дворе 2004й год, нет. Рюмр, покопавшись в памяти и вспомнив этого человека, припомнил и следующее: он отчётливо видел, как ему вышибли мозги. Люди после таких ранений не восстанавливаются, сколько бы ты времени им не дал. Ну а тот факт, что именно подразделение дочки нашло этого беднягу, только подливало масла в огонь. Ещё не хватало, чтобы его маленькое сокровище опять куда-то встряло. Уж лучше встрянет он, а ее по пути куда-нибудь благополучно спихнёт, подальше от опасностей и неприятностей.
Хотя, справедливости ради, Ас понимал, насколько такие планы безнадёжные.

Высадившись, Одинсон сразу же посунул к офицерскому шатру, по пути с мрачным видом распихивая по пути не особо расторопных подчинённых дочурки. Те, в свою очередь, только тихо вздыхали, понимая, что их подразделение конкретно попало, раз бригадир прибыл лично - и без сопровождения. Так уж вышло, что среди людей Труд ввиду относительно небольшого числа личного состава многие знали, кто на самом деле их начальник, и тем более - кто ее отец. Может, она сама таковых отбирала, может, так звёзды стали в ряд, кто знает, но факт был фактом: если этот великан прибыл один, в рекордные сроки, значит, он опасается того, что может грянуть мясорубка, и банально не желает подвергать опасности людей. Да, излишняя опека Асбьёрна распространялась не только на его семью, и в армии на это до сих пор смотрели непонятливо. В конце концов, они ведь не маленькие дети. Но знающие понимали, в чем причина подобного поведения бригадира. Понимали - и мирились ровно так же, как и остальные. Ибо не было у них много выхода, кроме как мириться.

Вломившись в шатер, Рюмр первым же делом обнял дочку, чмокнул ее в лобик, абсолютно наплевав на то, что здесь были и ее подчинённые, после чего сунул ей в лапки загодя припасённую бутыль вина, которую Донар бессовестно гопнул у льёссальвхеймских торговцев. Бутылка была чудной формы и не менее причудливой отделки, а сама жидкость слишком уж блестела. Да, на конспирацию в мире смертных Ас порой откровенно и нагло плевал, после чего ещё ноги об оную вытирал. С другой стороны, здесь не было тех, кто не знал о их настоящей природе.
- Итак. Где вы держите германца того, Вигдис? - удивительное было дело: Одинсон мог едва ли не Мьёлльнир достать, но все же продолжал называть дочку по ее "смертному" имени. Хотя, понять логику Сильнейшего из Асов порой не мог даже его отец, так что другие обычно попросту мирились с подобным. Повернувшись к одной девушке из подчинённых Труд, Таранис негромко добавил - Приведите его сюда. И принесите несколько современных пистолетов да парочку винтовок последних годов выпуска. И сухпайков захватите несколько.
Любую теорию, любые новости надо было проверять. И у Веора созрел самый простой да нехитрый план, как именно это сделать. А покуда было время, он тихо шепнул дочке:
- Он правда тот, за кого себя выдает? Ибо коли так, доча... Мы в жопе. Я видел лично, как убили его.
Бойца привели, и тот, завидав Тора, сразу же начал тараторить на немецком, однако Хлорриди вовремя рыком прервал его словесный поток.
- Освободить. - сняв наручники с солдата, его провели к стулу и усадили напротив Громовержца и Вилкмерге. На небольшой столик перед ним поставили затребованные Одинсоном образцы вооружения, и тот на чистом немецком продолжил: - Разбирай. Все. А после - собирай.
Тон Аса не предполагал ни возражений, ни промедления, посему солдат принялся исполнять приказ, хотя все ещё в недоумении смотрел на присутствующих. И почти сразу стало понятно: он ранее с подобными образцами оружия точно не "общался". Нет, он, конечно, справился, только по пути наделал кучу ошибок, и времени то заняло куда больше, чем предполагалось, будь он действительно из текущего времени. Подвинув ему сухпайки, Тор буркнул:
- Ешь. Как именно - сам разберёшься.
И покуда вконец растерянный солдат ковырялся в пакетиках и пытался определить, что ему с теми разогревателями делать, Асбьёрн сложил руки на груди да уселся на другой стол, сверля взглядом парня:
- Итак. Ты утверждаешь, что зовут тебя Вольфганг Крюгер. И ты помнишь некоего Торстена Шмидта, и утверждаешь, что это - я. Допустим, что это действительно так. Тогда скажи мне - что помнишь ты за последние семь дней?

Thrud Thorsdottir
дочь войны, жена войны
Аватара пользователя
Репутация: 1678
Статус: дочь войны, жена войны
Информация: Труд Торсдоттир
33 у.о. | aeons; Девана, Вилкмерге; богиня мудрости, покровительница природы и охотница, дева битв и воинской храбрости, сейдкона, действующий агент NCB Interpol
На форуме: лисонька
Сообщения: 4275
Зарегистрирован: 08 дек 2017, 00:03
Контактная информация:

[17.08.2018] It's a Long Way

#3

Сообщение Thrud Thorsdottir » 22 окт 2018, 01:40

Плохо выглядевший человек в старой потрёпанной форме вышел ко взводу разведки Телемарка сам, и это было вторым счастливым для него обстоятельством - если бы не норвежцы, он мог бы бродить по пустыне ещё несколько дней, пока не умер от обезвоживания. Первым было то, что его не застрелили сразу после появления на горизонте, хотя могли бы. Не дала Вигдис, той же, в свою очередь, не дал вальравн, ткнувшийся в сознание хозяйки чёрным клювом и поведавший, что человек безоружен.
Впрочем, о своей внезапной осторожности и желании брать пленных майор пожалела ровно спустя тридцать секунд попытки разговора: немец был либо не в себе, поскольку в его летоисчислении всё ещё было лето 2004 года, либо оказался продуктом какой-то аномалии, либо совмещал в себе оба этих неприятных качества. Бойцы подозревали в нём перевербованного исламиста, но сама дочь громовержца подобную мысль отмела мгновенно. Человек этот если во что-то и верил раньше, то теперь не верил ни во что, даже сам в себя.
После четырёх дней в пустыне без еды и оружия это было неудивительно.

Выставленный у шатра, где разместили эту странную находку из недр Афганистана, пытаясь пока понять, что с ней делать, караул на утро передал командиру, что немец кричит по ночам, мучаясь какими-то кошмарами, но не просыпается от этого. И без того мрачная, как Вотан после очередных фокусов сыновей, валькирия после этого стала напоминать лицом грозовую тучу и на все попытки с ней коммуницировать вопросами о том, что с этим немцем делать дальше, только рычала. Вскоре личный состав понял, что не надо навлекать на себя неприятности, и угомонился. В конце концов, с обеспечением проблем пока не было, кормить одного пленного они могли себе позволить, а днём он вёл себя совершенно спокойно и даже пытался отвечать на заданные вопросы.
Основная проблема был в том, что его ответы не только не приносили понимания, что происходит, но усугубляли уже имевшиеся противоречия.

Именно по этой причине внепланового прибытию бригадира Вигдис обрадовалась в десять раз сильнее обыкновенного. Несмотря на некоторые их сложности последнего года, она всегда была рада видеть отца, но сейчас он и его бездна воспоминаний о военных действиях по всему миру были очень кстати. Они обнялись; дева щита чмокнула аса куда-то в щёку, заросшую бородой, благодарно приняла вино, которое тут же было куда-то заботливо припрятано под слегка завистливые взгляды пары топтавшихся внутри шатра офицеров, а после вновь помрачнела, вспомнив об основной причине его прибытия.
- Мы в огромной жопе, - подтвердила она. - Я связалась с ребятами из Бундеса, с большой долей вероятности, можно сказать, что да, он действительно тот, кем себя считает, биометрия совпадает. Пропал без вести четырнадцать лет назад, семь лет назад признан "действительно умершим". Я тоже склонна считать, что он был мёртв, но его тело не было найдено и вывезено в Германию для погребения, так что формально ему ничего не мешало воскреснуть, кроме здравого смысла. Со мной на контакт вышла девица из Крипо, им удалось найти младшую сестру этого Крюгера, выслали им образцы для ДНК-теста. Но если честно…
Подперев переплетёнными пальцами острый подбородок, женщина устремила тяжёлый взгляд в сторону открывшегося полога. Караульные, благоразумно надев на пленного наручники, ввели его внутрь; немец не сопротивлялся. Богиня в очередной раз подумала, насколько странное у него выражение глаз: когда он разговаривал или держал в фокусе чьё-то лицо, сосредотачивался, становился похож на обычного человека, но стоило оставить его в покое, как он опять превращался в тень, и взгляд его был обращён куда-то в себя, словно солдат пытался разобраться в своих воспоминаниях. И ему не удавалось этого сделать.
- Если честно, я не сомневаюсь в том, что это всё - правда. И это мне не нравится, - закончила сейдкона, снова утыкаясь в тяжёлый походный ноутбук.
Пока отец сопоставлял увиденное с предполагаемым и наблюдал, как человек, участвовавший в военных действиях четырнадцать лет назад, пытается постичь конструкторские новшества вооружения, она от экрана так и не оторвалась, и только по тому, что проходили по белому лицу сумрачные тени, становилось понятно, что валькирия сосредоточена на разговоре с кем-то.
- Девяносто процентов, Асбьёрн, - сообщила она вдруг.
Запас в десять процентов при интерпретации ДНК-тестов между сиблингами лаборатории часто оставляли для невероятных случаев совпадающих локусов между людьми, не являвшимися биологическими родственниками. Вопросов становилось всё больше.

Подняв голову, некоторое время Труд осматривала мужчину напротив, потом - кузнеца. Вольфганг кое-как справился с разогревателями на пайке, но его отвлёк вопрос бывшего командира, и немец явно с облегчением вступил в диалог. Простые вещи, которые оказались сложными, его беспокоили; всё, что было понятным, вбитым в подкорку, вдруг поменялось, и он теперь словно бы и сам уже не понимал, кто он и откуда. В разговоре, впрочем, ему стало немного проще; солдат коротко, но ёмко описал операцию, в которой участвовал, с подробностями, которых не мог бы знать тот, кто там не присутствовал, включая точные координаты, позывные и численность отряда, после ненадолго замолчал.
Засомневался. Потрогал приклад лежавшей рядом винтовки: караульные, так и оставшиеся внутри, напряглись, но немец не пытался даже изобразить бегство или нападение, он словно в этих вещах пытался найти подтверждение материальности.
- Меня, наверное, сочли погибшим, потому что я помню короткую вспышку и темноту. Очнулся шесть дней назад, около заброшенного лагеря, после чего пошёл на юго-восток, хотел выйти к своим.
- Лагерь? Как ты там оказался?
До этого про эту часть воскрешения Крюгер ничего не говорил.
Измученное лицо немца снова стало рассеянным; потом он покачал головой:
- Не помню, здесь провал. Скорее всего, боевиков, довольно старый, в плохом состоянии. Я осматривал его, думал, что смогу найти оружие или провизию, но там ничего не было.
- Сможешь указать координаты?
Солдат кивнул и снова посмотрел на бригадира норвежской армии с какой-то слабо объяснимой надеждой.
Чёрные птицы из детских глаз
Выклюют чёрным клювом алмаз,
Алмаз унесут в чёрных когтях,
Оставив в глазах чёрный угольный страх. ©

Thor Odinson
I whip Mjöllnir back and forth
Аватара пользователя
Репутация: 902
Статус: I whip Mjöllnir back and forth
Информация: Тор Одинсон
~30 y.o.|aeons; бригадир ВМС Норвегии; Асбьёрн Гримнерссон; бог грома, молний, штормов, войны и кузнечного ремесла.
На форуме: драмакинг
Сообщения: 8349
Зарегистрирован: 13 фев 2018, 14:56
Контактная информация:

[17.08.2018] It's a Long Way

#4

Сообщение Thor Odinson » 23 окт 2018, 09:08

Что же. Почти все указывало на то, что этот Вольфганг - действительно Вольфганг. Однако недоверчивый Таранис все ещё желал провести один тест... который был немного безрассудным. Зато это уже точно должно было дать ответ касательно его происхождения и, возможно, предоставит разъяснения ещё нескольких вопросов.
- Выдать ему современную одежду, снаряжение, и достаточно воды. - внезапно раздавшийся приказ Гримнирссона поставил в тупик офицеров, но его окончание вконец выбило их из колеи: - И выдайте оружие.
Это уже переходило всё границы. Да, бригадир порой был немного недосягаем для человеческой психики, но все же - это было чересчур. Человек был не в ладах со своим рассудком, и ему он хочет вручить боевое, заряженное оружие? Но тут Одинсон посмотрел на офицеров, поднял одну бровь, словно бы говоря "вы намереваетесь оспаривать приказ, или ослушаться?..." - и парочка военных тотчас же ринулась из шатра. В конце концов, они люди подневольные, что прикажет, то и делают, и пусть бригадир сам отвечает за возможные последствия.
- Ты не просто укажешь нас координаты, Вольфганг. Ты поедешь с нами. - мрачно хмыкнув, Веор даже слегка улыбнулся: - Пережил больше, чем от солдата требуют, и немудрено, что воспоминания свои в порядок пока привести не сможешь. Но сдается мне, как только рука твоя вспомнит дело ратное - можешь пойти ты на поправку.
Крюгер все ещё не понимал, почему "Шмидт" одет в иную форму, и носит не до конца понятные ему знаки различия, однако понемногу начинал догадываться, что с Бундесвером Торстейна уже ничего не связывает. У мужчины заждались новые вопросы, что вряд ли сильно помогало конструктивному решению возникшей из-за него проблемы, и точно не способствовало возвращению его памяти. Однако сам Веор в этот момент снаряжался, и заставлял дочку делать то же самое: знал, что та все равно не останется в лагере. Разве что приковать ее чем али придавить... Однако это уже бы выходило за всякие рамки. Хотя в целом подобная идея Одинсону нравилась.
- Организуй транспорт, Вигдис. Двух машин будет достаточно. Людей выбирай сама. Времени на исполнение у тебя есть минут. - Почесав дочурку за ушком, Таранис кивнул Вольфгангу, дабы тот следовал за ним наружу.
- Ты должен вспомнить то, что было до темноты в разуме твоём - и то, что было сразу после. Это важно. Крайне важно.
Солдат поначалу было не понял, однако мрачный Громовержец так уставился на него взглядом, что тот в конце концов сдался. Он не мог себя пересилить, но мог по крайней мере сконцентрироваться на этих воспоминаниях - какими бы тяжкими да болезненными они для него не были. Видимо, он понял, что много выбора у него нету. Подсознательно он ощущал себя словно в чужом мире, и никак не мог найти себе в нем места. Что же, вскоре он будет вынужден понять и принять то, насколько прав оказался. И лишь ему придется решать, как дальше жить.
И ладно бы он сам - все связи с его друзьями, любимыми, родными придется оборвать. Люди не поймут, почему прошло столько времени, а Вольфганг совсем не изменился - только взгляд стал совсем отрешённым и как будто не из сего мира.
И если начать объяснять, али даже правду рассказать - будет ещё хуже. Ибо тогда слухи разлетятся подробно чуме, и каждый захочет - нет, начнет требовать - дабы и их родные вернулись с того света. Это будет чистый хаос, который Мидгарду сейчас совсем не нужен, и не будет нужен никогда.
- И как только вспомнишь что-то - даже самую маленькую мелочь - в первую очередь докладываешь то майору Вигдис. Ничто, повторюсь, ничто не должно тебя удержать от исполнения сего приказа, Вольфганг.
Немец только кивнул. Было что-то такое в Торстейне, что заставляло слушаться его слов даже тогда, когда он уже вроде как не был его прямым начальством.

Путь оказался слегка более долгим, чем на то рассчитывал Одинсон. Это ж сколько в Крюгере было силы, что он одолел всю эту дорогу на своих двух, без еды, воды, и понятия не имея, что вокруг происходит? Такой факт лишь порождал несколько новых вопросов - и Донар очень надеялся, что в той деревушке они могут найти ответы на хотя бы часть из них.
Выпрыгнув из внедорожника, Таранис быстро вскинул пулемёт, и едва ли не побежал к ближайшей стене, охватывая по пути взяли возможные снайперские позиции. Пусто. Везде было пусто. Однако не кажется ли так только на первый взгляд? Отдав сигнал только пяти солдатам следовать за ним, остальным он жестом приказал откатить машины за ближайший холм, и ждать сигнала. Когда же дочка с Крюгером и тремя ее бойцами подоспели, одну из девушек Труд Одинсон молча цапнул за шкирку, и беззвучно забросил на крышу: здесь были нужны глаза в стратегических точках. После молча скомандовав следовать за ним, на второе высокое здание он отправил ещё одного парня, и заняв позицию за полуразрушенным забором, повернулся к двум оставшимся девицам и все ещё слегка растерянному парню, который, правда, уже начинал немного приходить в себя:
- Ну? - Рюмр старался говорить как можно более тише, однако его все равно слышали отчётливо: - Есть какие-то новые данные? Воспоминанья? Если мы пойдем вслепую, скорее всего нарвёмся на засаду. Вигдис, Крюгер - мне нужно больше информации. Притом немедленно.

Thrud Thorsdottir
дочь войны, жена войны
Аватара пользователя
Репутация: 1678
Статус: дочь войны, жена войны
Информация: Труд Торсдоттир
33 у.о. | aeons; Девана, Вилкмерге; богиня мудрости, покровительница природы и охотница, дева битв и воинской храбрости, сейдкона, действующий агент NCB Interpol
На форуме: лисонька
Сообщения: 4275
Зарегистрирован: 08 дек 2017, 00:03
Контактная информация:

[17.08.2018] It's a Long Way

#5

Сообщение Thrud Thorsdottir » 24 окт 2018, 00:58

Бесшумная Труд, подошедшая поближе к отцу и жестом велевшая остановиться бойцам, повела головой и принюхалась, точно волк, пытавшийся учуять добычу. Они были с подветренной стороны, и жаркий воздух пустыни нёс к охотнице пыль, отголоски пороха и саксаула, верблюжьей шерсти, застарелого пота и металла. Последнее насторожило её; из рассказа Крюгера они знали, что здесь никого не было шесть дней назад, когда он выбирался из этого заброшенного места; и, как бы не было это парадоксально, валькирия верила вернувшемуся солдату. Он, может, и умел врать раньше, но сейчас явно находился в том состоянии, когда правда была проще и доступнее измученному сознанию, чем всякая выдумка.
Потому же она не верила, что он мог привести их в засаду.
Кровь, скорее всего, пролилась в здешний песок уже позже его воскрешения, когда он был достаточно далеко от медленно умиравших домов и не мог бы увидеть лишнего; но то, что за ним могли бы наблюдать, не вызывало особых вопросов. Хоть вёльва и не могла похвастать тем, что хорошо понимает людей - они и сами-то себя понимали не всегда, - сейчас она была почти уверена, что немец воскрес не случайно, и это было зачем-то нужно. Быть может, просто получилось не то, на что рассчитывал неведомый кукловод.
- Я очнулся вот там, - лёгкий, как шелест листьев, шёпот Вольфганга был с трудом различим.
Сняв с пояса маленький цифровой бинокль, женщина выкрутила увеличение и посмотрела; мужчина указывал на небольшую площадку между строением из песчаника и двумя старыми, выцветшими от безумного солнца и зноя шатрами. В нанесённом песке ещё угадывались следы: цепочка шагов и большая вмятина, в которой вполне могло бы лежать тело, но странным было другое: в другую сторону шаги тоже были, и ещё было множество вокруг. Им повезло, что погода давно не менялась, и отпечатки почти не замело.
Убрав технику, дочь громовержца посмотрела сначала на своего собеседника, потом, со значительно большим вниманием, на отца.
- Тут было много людей, - произнесла она, обращаясь по большей части именно к Тору, - либо его сюда перенесли, либо преследовали, но почему-то не добили.
Чуть посветлевшее от дороги и привычного ощущения боевой операции лицо новоявленного Лазаря вновь исказилось судорогой и каким-то отвращением к самому себе:
- Я не помню. Я помню только… Темноту…
- Кхар, - громко заявил огромный чёрный ворон, усаживаясь на полуразрушенную стену и принимаясь методично полировать об неё клюв.
Не то, чтобы тот был недостаточно чистым или острым, но Лейкни требовалось чем-то заняться, потому что ничего более интересного он в окрестностях не обнаружил, даже парочки трупов, чтобы выклевать им глаза, и теперь пребывал в настроении мрачном и разочарованном. Он явно считал, что хозяйка с возложенной на неё задачей "сделать птичке хорошо и счастливо" совершенно не справляется, и приходится всё собственными лапами.
Но как и всякая магическая тварь, вальравн напрягаться не любил.

Шарк. Шарк. Шарк.
Глаза неотрывно смотревшего на это чудное зрелище немца вдруг затуманились; Вилкмерге даже шагнула ближе, перебрасывая свою винтовку на спину, чтобы подхватить человека, если он решит хлопнуться в обморок под ноги остальным, но Крюгер не собирался падать - он застыл, как вкопанный. Она осторожно положила руку на чужое плечо, намереваясь сказать, что всё в порядке, и эта пернатая скотина - их местная достопримечательность, весь "Телемарк" к ней привык и не надо воспринимать это явление всерьёз, когда солдат пошевелился, лёгким кивком головы показывая, что всё в порядке.
Шарк. Шарк.
Потом Лейкни нахохлился, увидев, что на него глазеют, но не хотят покормить или погладить и, надувшись до размеров среднего гуся, застыл.
- Как нож, - непонятно объяснил немец.
Вёльва приподняла широкую рыжую бровь.
- Что?
- Такой звук, - уже подробнее объяснил Вольфганг, - как лезвие ножа по камню. Мне кажется… Кажется, я уже слышал его здесь. Кто-то точил нож, а я лежал и слушал. Или это был бред от боли. Я не помню, но звук очень похожий. Может быть, я не был один… Иногда тьма расступается, и я как будто вижу чьи-то силуэты, но это слишком похоже на ночной кошмар, и я не уверен. Не уверен, что это… Ну… Правда.
- Нет, - покачала головой Труд, - ты действительно был здесь не один, следы говорят об этом. Откуда шёл звук?
- Я лежал лицом вверх, - подумав, ответил немец, - слева.
- Шатёр.

Полог был закрыт, но его медленно трепало ветром. Некоторое время валькирия колебалась, разглядывая темноту за ним, потом, присев наземь, положила руку на песок и, глубоко выдохнув, закрыла глаза. Время замерло, зато заметался вальравн, тревожно захлопал крыльями, а затем сиганул вниз, вприпрыжку подобрался к хозяйке и прижался к её ноге антрацитовым боком. Вёльва этого и не заметила, хотя теплота чужого присутствия и качнула её ушедшее в изнанку мироздания сознание.
Учитывая всё, что происходило в этом проклятом Афганистане, особого смысла таить собственные силы не было. Скользнула по пустыне позёмка.
Внезапно она вскинула голову. Сильный высокий голос звучал, что было довольно неожиданно, на исландском, и говорила она явно только с Асбьёрном:
- Здесь какая-то движимая аномалия, всё пространство перекорежено. Я вижу жизнь, три человека в шатре и двое - вот там, но они все… Странные. В стагнации, как будто под кайфом.
Чёрные птицы из детских глаз
Выклюют чёрным клювом алмаз,
Алмаз унесут в чёрных когтях,
Оставив в глазах чёрный угольный страх. ©

Thor Odinson
I whip Mjöllnir back and forth
Аватара пользователя
Репутация: 902
Статус: I whip Mjöllnir back and forth
Информация: Тор Одинсон
~30 y.o.|aeons; бригадир ВМС Норвегии; Асбьёрн Гримнерссон; бог грома, молний, штормов, войны и кузнечного ремесла.
На форуме: драмакинг
Сообщения: 8349
Зарегистрирован: 13 фев 2018, 14:56
Контактная информация:

[17.08.2018] It's a Long Way

#6

Сообщение Thor Odinson » 26 окт 2018, 13:04

Эту наглую птицу Одинсон едва не расстрелял - сдержался. В самом деле, вальравн портил им все прикрытие, ну ибо откуда в пустыне вороны, тем более таких размеров? Однако было видно, что самому Лейкни реально похрен на все происходящее, и главное здесь - это его персона. Срочно прошипев дочке, что этого пернатика он точно когда-нибудь придушит лично, Таранис все же отвлёкся от мыслей касательно экзекуции птиц, отведавших плоти королей, и обратил внимание на новые воспоминания Крюгера. Итак, дело пахло каким-то ритуалом, если Вингнир правильные выводы сделал из услышанного. Бог мрачнел все больше с каждой минутой, и недалёк был тот миг, когда... Ну, в общем, недалёк был этот миг.
Связавшись по рации с расставленными ранее стрелками, он получил подозрительно удовлетворительный отчёт. Нет, в округе действительно не было никого, и самих бойцов это также настораживало. Все шло слишком легко. А так легко все быть просто не должно. И вот наконец Труд изъявила, что они больше не одни на этом празднике жизни. Примерно в тот момент, когда терпение и спокойствие Тараниса ситуация ну очень сильно испытывала на прочность. Плохую ситуацию подтверждал и Лейкни, жавшийся к хозяйке. Обычно эта Галина не боялась никого, и раз что вызвало в нем такую реакцию...
- Огонь по любым, повторяю, любым целям, которые внезапно возникнут и даже покажется вам странными. - Передав данный приказ и по рации снайперам, Рюмр выхватил две светошумовые гранаты у бойцов валькирии, и резким движением взведя пулемёт, быстрым шагом направился к шатру. - Вы - за теми людьми, что подальше и не в помещеньи. - выдернув кольцо из одной гранаты, Ас все ускорял шаг к шатру. - Если будут сомнения какие - живыми не брать, валите нахель. - Первая граната улетела в указанном направлении, а вторая, уже активированная, вот-вот должна была залететь в шатёр. - За мной внутрь не ходить.
И когда раздались два скорых, оглушительных взрыва, Одинсон ворвался в шатер будучи готовым изрешетить все, что угодно. Бойцы Вигдис , будучи также на взводе, голову не теряли и даже сейчас охраняли Крюгера, понимая, что его рефлексы могут и отказать. Тем более, все они понимали: враг, с которым они столкнутся, вроде может оказаться совсем не обычным человеком.
Или не человеком вовсе.
И, собственно, выброшенный из шатра Рюмр, хреначащий пулеметом в ту сторону, откуда бодренько улетал, немного подтверждал это мнение.
Извернувшись в воздухе, Донар, не прекращая огонь, врезался ногами в стену, оттолкнулся от оной, едва не разрушив, и устремился обратно. Расстреляв опоры шатра, Тор ринулся вперёд, и схватив продырявленную ткань, рывком стянул оную прочь, разрушая и без того хлипкую конструкцию. Да, копеек в чем дочка была права: этим точно были под кайфом. Ну и, собственно, когда-то они явно были людьми. Когда-то.
Тела словно бы управлялись кукловодом на невидимых нитях, в глазах остывало всякое понимание, а те углы, под которыми при передвижениями порой сгибались их руки, ноги, туловище - человек бы уже орал от боли. Они же, кажется, не чувствовали ничего, только белесым глазами смотря на нарушителей, и продолжая зачитывать какие-то древние то ли стихи, то ли заклинания из времён джахилии. Любопытства Одинсона, кончено, требовало посмотрел, чё они там наколдуют, тем более в столь изменённом воздухе вокруг себя, но логика говорила валить их, как можно более качественно и быстро. Прицелившись, Асбьёрн своей "группе" отрезал ноги очередями, а после - руки самым ретивым ползунам, и сейчас уже наблюдал, как они, крайне скупо истекая кровью, все ещё продолжают что-то бормотать. Таранис подзабыл это древнее наречие, и ему потребовалось небольшое время, чтобы вспомнить его, но несколько слов он распознал практически сразу.
Оглушительный свист разнёсся по округе. Да, можно былр позвать и по рации, однако сейчас Тор до такого не додумался. Ему нужна была вёльва, с ее ощущением граней реальности. Ибо если эти куклы до сих пор болтают хотя бы часть правды - она быстрее всех свяжется с тем, кого, судя по всему, недавно обокрали.
Да, это была та ещё кража. Понимающий в грабежах и воровстве Донар был одновременно и восхищён наглостью ворюги, и разозлён до глубины души. Ладно было бы дело, если бы своровали у бога какого.
Но... Но не у этого индивида же, блядь.
Лучше бы он ошибся. А рассудить сейчас смогла только его рыженькая лисонька.
- Доча... Как быстро сможешь ты узнать, не обокрали ли твоего кумира да и покровителя?

Thrud Thorsdottir
дочь войны, жена войны
Аватара пользователя
Репутация: 1678
Статус: дочь войны, жена войны
Информация: Труд Торсдоттир
33 у.о. | aeons; Девана, Вилкмерге; богиня мудрости, покровительница природы и охотница, дева битв и воинской храбрости, сейдкона, действующий агент NCB Interpol
На форуме: лисонька
Сообщения: 4275
Зарегистрирован: 08 дек 2017, 00:03
Контактная информация:

[17.08.2018] It's a Long Way

#7

Сообщение Thrud Thorsdottir » 01 ноя 2018, 00:26

Спорить с бригадиром всегда было опасно для здоровья - и психического, и физического, так что бойцы, включая Крюгера, окончательно потерявшегося в пространстве, козырнули и отправились выполнять приказ, здраво рассудив, что они люди подневольные, ответственность за то, что они творят, пусть несёт старший по званию. Армейский прагматизм в любой ситуации позволял смотреть на вещи под интересным углом, обеспечивающим некоторый запас внутреннего спокойствия.

В строении поодаль солдаты обнаружили почти тоже самое, что нашёл громовержец: круг из трёх тварей, при некоторой фантазии могущих считаться людьми, быстро и невнятно тараторивших какой-то заунывный мотив на древнеарабском. Расстрелять их удалось с трудом: мёртвая плоть не слишком охотно поддавалась такому воздействию, так что двигаться несчастные создания перестали только после того, как разъярённый вопль Труд донёс до личного состава необходимость бить исключительно в сердце.
Это работало со всей нежитью, даже той, у которой мышца не сокращалась тысячи лет.
- Что это за нахуй? - Прохрипел один из бойцов, выдёргивая вогнанный по самую рукоять нож и обнаруживая, что на нём практически нет крови.
Присев на корточки, валькирия опустила пальцы на синюшную кожу, провела по холодной щеке, понюхала - тонкий аромат, сладостный и гнилой, разложение, почему-то замедлившееся, но не остановившееся до конца. Осмотрев распахнутый рот с ввалившимися губами, где надеялась найти какие-то признаки изменений на челюсти, Труд раздражённо повела сильными плечами и поднялась.
- Возможно, это были гули, но они неправильные. Впрочем, в этом блядском Афганистане давно нет ничего правильного, так что… Ещё одна неведомая херня ничего не меняет. Обыщите тела и всё вокруг, надо установить, как давно они умерли и кем были. И что делали. Похоже, они удерживали в силе местную аномалию, но я пока не понимаю, зачем.

Свистом, раздавшимся в заброшенном лагере, можно было без проблем опрокидывать армии и уничтожать деревни по примеру Соловья-Разбойника. Крикнув своим людям, чтобы ничего не пропустили и делали всё максимально быстро, Труд в мгновение ока вылетела наружу и бодрой рысцой добежала до опрокинутого шатра, где мрачной горой возвышался помятый, но не сломленный ас, желавший её видеть. Прыгавший по песку ворон, неохотно захлопав крыльями, перелетел поближе, надеясь наконец полакомиться телами разумных, но, видимо, состояние и этой плоти его не устроило, так что, усевшись на каком-то крупном обломке, он известил округу о своём разочаровании хриплым карканьем.
Сейдкона только отмахнулась, внимательно изучив покорёженные останки боевиков, которые, несмотря на увечья, продолжали бормотать всё тот же речетатив, в котором даже её звериный слух почти не различал слов, только длинные отрывки распевки. Пнув ближайшего к ней мертвеца и опрокинув его на спину, женщина задумчиво изучила лицо с пустыми глазами, потом, сняв с пояса нож, подкинула его в руке.
- Ты в самом деле думаешь, что это ритуал призыва? Я не слышала этих речей тысячу лет и надеялась не услышать более никогда, - тихо произнесла дева щита, потом, уже громче, добавила: - Подержи вот это. Я хочу… Посмотреть.
Уточнять, что именно, воительница не стала, но матовый блеск, скользнувший по идеально отточенному клинку, был сам по себе отличным ответом.

Грудная клетка раскрылась, как книга. Без всяких признаков брезгливости на лице валькирия выдернула чужое сердце, разрезав артерии, изучила багряный комок плоти с пристальным вниманием. Он был абсолютно холодным и жёстким, как подошва старого сапога; прошипев длинное проклятье в адрес всего Востока, который давно следовало утопить, вёльва швырнула сердце в песок и, переступив через труп, отошла прочь. Отёрла руки сорванным с другого тела платком, не глядя ни на отца, ни на настороженного ворона.
- В телах кто-то был, но они сбежали до того, как я успела зацепиться. Что-то… Какие-то твари из местных, слабые духи, от тел до сих пор воняет присутствием. Возможно, нецелые тела не способны их удерживать, не знаю. Мне это всё не нравится.
Свежая мысль, что и говорить. Можно подумать, нашлось бы хоть одно разумное существо, которому бы происходящее пришлось по вкусу, особенно в том драматичном моменте, в котором мёртвые начинали восставать из своих могил и возвращаться в мир, который успел с ними попрощаться. И ладно ещё, когда это были люди вроде Вольфганга, сохранившие какую-то личностную память, но вот твари вроде мёртвых боевиков… Валькирия вновь выругалась, припомнив пророку Мухаммеду всё хорошее, что он сделал для этого и без того кривого мирка.

Ткнув носком берца мелкий камень, отломившийся от известняковой стены, некоторое время Труд молчала.
- Он наверняка бы уже явился, если бы это было…
На половине слова она поперхнулась и развернулась, крутанувшись на пятках, и только медные косы выблеснули на солнце раскалённым металлом. Худощавая фигура в чёрных одеяниях сидела рядом с Лейкни, смотревшим на гостя с некоторым неодобрением, поскольку тот занял насест, который вальравн считал своей собственностью.
- Твои вот эти шуточки действуют мне на нервы, - буркнула дева битв.
- Не хотел привлекать внимания, - объяснил Смерть, - не был уверен, что…
- Что должен положить свои идиотские принципы на полочку и наконец вмешаться в происходящее, когда оно начало задевать и лично тебя?
Смерть оставался невозмутим. Дева битв была знакома с ним от начала своей службы - и никогда не видела признаков эмоций на его бледном лице, что, впрочем, не мешало ей в особо тяжёлых случаях переходить на повышенные тона, чтобы выплеснуть хотя бы собственное недовольство политикой своего, как изволил выразиться отец, кумира. Иногда она даже хотела избить его чем-нибудь тяжёлым, но и к этому Смерть оставался равнодушным.

Завывал на все лады ветер.

Поняв, что реакции ей всё равно не дождаться, сейдкона перешла в наступление.
- Это правда? Правда, что здесь время для мёртвых пошло вспять, потому что твои часы - больше не твои?
- Правда.
Шелестящий голос звучал, как шёлк, скользящий по стали. Валькирия чувствовала себя так, что ещё немного - и она бы, как минимум, попыталась задушить Четвёртого и последнего из Всадников, даже понимая всю бессмысленность данной затеи. Это выходило за все рамки понимания и адекватности.
- Как? - С трудом сформулировав этот простой вопрос, спросила Вилкмерге наконец. - Просто объясни мне, как это возможно.
- Не слишком сложно и не слишком просто…
- Азраил! - Взвыла женщина. - Хватит! Мне! Загадок!
Повисло молчание, недолгое, но очень напряжённое, прежде чем Смерть заговорил вновь:
- Часы… И серп. Одно даёт время, второе отрезает его навечно. Они были в Хранилище, что оказалось вскрыто, и я не имею власти забрать их, потому что так должно было случиться, но имеешь ты. Часы оборачивают вспять, и время для павших начинается заново.
И исчез, словно бы не было его здесь никогда.

Рёв раненного лося, который издала дочь Тора, с размаху пнув стену, слышно было на много, очень много миль вокруг. От мощного удара старые кирпичи осыпались мгновенно, раскрошившись в пыль, и Лейкни едва успел сняться с места, чтобы перебраться на хозяйское плечо.
- Почему всё это достаётся именно мне?!
Миг спустя её рука взлетела в воздух; полёт копья был стремителен, а бросок, как и всегда, великолепно точен: листовидный наконечник пришпилил к кладке полупрозрачный силуэт ифрита, медленно начавший проявляться. Мягко мерцавшая кровь стекала на жадно впитывавший влагу песок.
Чёрные птицы из детских глаз
Выклюют чёрным клювом алмаз,
Алмаз унесут в чёрных когтях,
Оставив в глазах чёрный угольный страх. ©

Thor Odinson
I whip Mjöllnir back and forth
Аватара пользователя
Репутация: 902
Статус: I whip Mjöllnir back and forth
Информация: Тор Одинсон
~30 y.o.|aeons; бригадир ВМС Норвегии; Асбьёрн Гримнерссон; бог грома, молний, штормов, войны и кузнечного ремесла.
На форуме: драмакинг
Сообщения: 8349
Зарегистрирован: 13 фев 2018, 14:56
Контактная информация:

[17.08.2018] It's a Long Way

#8

Сообщение Thor Odinson » 07 ноя 2018, 20:49

- Не совсем уверен, что во всем ты угадала, доча... - задумчиво присев перед одним из изрубленных трупов, Таранис протянул к нему руку, и к своему удивлению, ощутил в нем те электрические разряды, которые бывают лишь у живых. У живых людей. Да, крайне слабыми были они, но ошибиться Веор не мог. Задумавшись на минуту, он для пущего развития силы мысли щёлкнул камешком в Лейкни - ну ибо чё он, в самом деле. Как ни странно, мысль пришла.
- Это... Это выглядит как репетиция. Практика перед конечным результатом. Но использованная с умом, и остальная зде...
Закончить ему помешал тот факт, что этим кадавры испустили дух. Окончательно.
- А тут ты права, Труд. Жизнь пусть и слабой в них была, но помнила, каково должно тело быть. Они не были зомби, не были немёртвыми... Скорее, не до конца живыми. Однако сомневаюсь, что жизни, которые вернули в эту плоть, тем телам ранее принадлежали. Слишком растерянные, оттого и слишком сосредоточенные на словах - тому, что было им знакомо.
Но дальше развить мысль ему не дало гадкое и в то же время абсурдно желаемое ощущение: лёгкое прикосновение того, от чего он уже какой миллиард лет ускользал. Повернулся он не сразу, лишь тогда, когда валькирия решила высказать свое "фе" Четвертому Всаднику. Шутливо ткнув доченьку в плечо, как бы говоря "а ты слушай отца чаще", он подпёр плечом одну из полуразрушенных стен да с искренним удовольствием наблюдал за тем, как его дочурка пенится на того, кто свои чувства проявлял только перед самим собой... Если проявлял вообще.
О да, Рюмр не сомневался, что Смерть его недолюбливает. Учитывая то, сколько клиентов и работы он ему постоянно представлял, и сколько раз сам уходил от конечной его цели - подобными вещами никого не обрадуешь. Однако Всадник пока что остался равнодушным. Видимо, знал, когда ему уже надоест. И знал, что Тору также известно - вечно уходить не получится. Может, за столько времени он даже удостоит Громовержца своего личного присутствия, и станет тем последним противником, которого Асу никогда не победить. Да... Такая смерть и впрямь будет славной. Так он, пожалуй, согласен уйти.
Но, видимо, Тор думал слишком громко о сакральном, ибо Смерть взглянул мельком на него - и едва заметно шевельнул свободной кистью. Будто бы говоря Донару, что не таков будет его конец. Дразнил, гад, ибо уж сколько раз Веор не спрашивал о том, как он уйдет, Четвертый Всадник отвечал лишь молчанием. И даже его часы не показывал, говоря, что у него иной способ исчисления его, Вингнира, времени. Наконец вернувшись в реальность из задумчивости, он только негромко, но весьма отчётливо вставил несколько слов под самый конец неловкого молчания:
- Ты сам позволил им забрать твои вещи.
Ас не спрашивал - утверждал. Это ему было понятно, не знал он лишь одного - какую цель преследует Смерть подобными действиями.
Впрочем, никаких разъяснений он и не дождался. В общительности с Четвертым мог сравниться разве что Один - а то и сам Бёр.

Удачно отойдя от стены, он задумчиво наблюдал, как доченька проявляет папины черты характера, после чего вздохнул, покачал головой, и попытаться было как-то приободрить свою маленькую валькирию, но его промыслов прервали. Бросок у Труд был поставлен отлично, прекрасно даже (ну ещё бы, мои гены ведь!), а посему ее копьё безошибочно настигло свою цель. Словно бы она вдогонку Азраилу накидывала работы, выражая свое истинно девичье "фе". Ну и конечно же, ифрит был не один. Эти никогда не ходят поодиночке.
- Ну... - хрустнув шеей, похлопал свою дочку по плечу Таранис - Иди, разбирайся. Я пойду посмотрю, что там с людьми твоими да Крюгером бедным. Иди, иди, егоза моя маленькая - шлепком пониже спины задав дочке нужный вектор направления, он вдобавок крикнул ифритам на древнеарамейском, что эта рыжая воительница думает о их матерях, собаках, детях, свиньях, Аллахе, и в каких позах это все красочно сочетается.
И пошел прочь. Вразвалочку. Не спеша. И поигрывая своим пулеметом.
Будто бы на рынке гулял.

Покуда Труд ебашила воинов Правого Крыла Огня мечом, копьём, сапогами и даже головой, Рюмр с интересом собирал ставки с ее солдат, которые, хоть и были в откровенном ахуе, но решили, что раз бригадиру откровенно похрен на мнимую опасность, то и им бояться нечего. Конечно, все сидели с открытыми ртами, но ставки делали исправно. А Донар, деловито бухая и передавая свою флягу по кругу норвежцам и Крюгеру, который окончательно принял сумасшествие этого мира, лишь скучающе смотрел на происходящее, подмечая, в каких движениях и технике дочуроки ей после следует дать советы. Именно советы, но не замечания.
В общем, когда Труд закончила, Одинсон довольно прятал свою часть выигрыша в карман. Ставили они на время, на стиль боя, и на то, каким оружием сколько ифритов грохнет майор Вигдис. Естественно, что выиграл Асбьёрн, лучше всех знавший свою дочь, однако его порадовало и то, что смертные проявили недюжинную смекалку и тоже не пасли задних.
Денег самой валькирии, естественно, не досталось. Ну ибо чё она.
Зато досталась выпивка. Которой отец щедро поделился с его взлохмаченной, гневно зыркающей, окровавленной и тяжело, злобноно дышащей маленькой лисонькой.
- Ну, пар спустила? Отлично! На, возьми, поешь покуда - сунув разогретый и готовый к употреблению сухпаек в лапки дочки, Рюмр передал по рации, дабы весь отряд собирался возле их местоположения, и незамысловато икнул:
- Ты подумай. Они часы не переворачивали, но положили набок. Посмотри на Вольфганга внимательнее, и сама увидишь. Мы имеем дело с теми, кто готов попрать сами законы мирозданья ради экспериментов и собственной выгоды - и задумайся о том, что твой кумир позволил оному случиться. Посему у меня вопрос есть, Вигдис - внезапно цапнув дочу и повесив себе на шею аки меховую шубку, он принялся медленно расхаживать вокруг - какую цель преследует тот бледный парень, а? Поймём его цель - найдем похитителя.

И всю обратную дорогу на базу Одинсон, наплевав на мнение окружающих, требовательно держал свою дочь на коленях, бережно склубковав, ограждая от встрясок в бронемашине во время езды, и деловито поглаживая. На нее много взвалилось, и лично Одинсон привык хотя бы таким образом помогать доченьке. Да, у него не было ее ума, но была древняя, как само бытие, мудрость, которая гласила: сделай женщину счастливой, сытой, умиротворённой, дай ей понять, что ее искренне любят - и она может Мьёлльнир сломать, коли нужно будет.

Thrud Thorsdottir
дочь войны, жена войны
Аватара пользователя
Репутация: 1678
Статус: дочь войны, жена войны
Информация: Труд Торсдоттир
33 у.о. | aeons; Девана, Вилкмерге; богиня мудрости, покровительница природы и охотница, дева битв и воинской храбрости, сейдкона, действующий агент NCB Interpol
На форуме: лисонька
Сообщения: 4275
Зарегистрирован: 08 дек 2017, 00:03
Контактная информация:

[17.08.2018] It's a Long Way

#9

Сообщение Thrud Thorsdottir » 12 ноя 2018, 00:42

Самым довольным и счастливым неожиданно проявленным арабским гостеприимством оказался Лейкни. Пока, привлечённые запахом крови и падали, здесь не собрались другие хищники, которые могли бы составить ему конкуренцию, он оказался единственным хозяином столь роскошного праздничного стола, и теперь выбирал самые лакомые куски. По причинам, до конца Труд неизвестным, ворон испытывал непередаваемую слабость к глазам, и довольно скоро большая часть мертвецов, равнодушно таращившихся в небо, ослепла окончательно. Отяжелевшая птица расхаживала меж тел, тыкая в них клювом и издавая довольные воркующие звуки.
Норвежцы, много повидавшие в своих спецоперациях и, в общем-то, отлично представлявшие, с кем на самом деле имеют дело в качестве прямого начальства, некоторое время всё же испытывали когнитивный диссонанс, пытаясь состыковать в мозгу происходящее, но потом выпивка оказала требуемый терапевтический эффект, и весь отряд пришёл к выводу, что нет никакой разницы. Все были живы - это было хорошо.
А то, что никто ничего не понимал - ну так на то у них и было командование, сегодня представленное даже в максимально высоком чине.
Дольше всех осознавать безумие пришлось Вольфгангу, но, надо отдать ему должное - он справился, несмотря на то, что груз, упавший по его душу да разум, был намного больше того, что доступно человеческой выносливости. Когда злая, как все адские черти, Фрейя, у которой украли ненаглядное ожерелье, и Торовы козлы, которым забыли налить мёда, разом, валькирия заявилась к своим солдатам, они вполне весело, хоть и не очень стройно поприветствовали командира.
- Похоже, мне нужен новый шлем, - сообщила Труд отцу, роняя к его ногам свой доспех, на котором количество крыльев внезапно стало нечётным. - И перчатки тоже.
Отобрав у одного из парней фляжку и влив в себя хорошую дозу алкоголя, которая несколько примирила её с реальностью, сейдкона уселась на песок, насухо вытерла прихваченными с трупов тряпками, некогда изображавшими шёлковые одежды, клинок и копьё, и только после этого взяла сухпаёк. Надо было признать, что еда была как нельзя кстати - жрать хотелось настолько, что Вилкмерге могла перекинуться в волчицу и присоединиться к старому другу, изучавшему гастрономические свойства тушек джиннов в сравнении с другими сакральными тварями, коих он на своём веку отведал немало.
Асгард жил весело, так что в трупах врагов недостатка не встречалось.
Останавливало асинью, пожалуй, только осознание того, что от сырого мяса её потом будет тошнить, если придётся не вовремя возвращаться в женский облик.

- А это… Эээ… Часто бывает? - Спросил Крюгер.
Напоминавшая больше хомяка, чем лису, валькирия подняла на него глаза и некоторое время молчала - исключительно по причине невнятности дикции в момент поглощения всего съедобного, что оказалось поблизости. Вогнанный в золотистый песок почти наполовину лезвия клинок придавал особый колорит сегодняшнему дню.
Несмотря на то, что адреналин и любовь ко всякому ближнему Труд выплеснула изрядно, до конца глубокое желание сделать со своим покровителем что-нибудь противоестественное её всё ещё не отпускало. Даже несмотря на то, что дева битв прекрасно осознавала бессмысленность этой затеи.
Ей уже приходилось тыкать в него копьём пару миллионов лет назад в порыве боевого бешенства. Копью было хуже, чем Смерти, который не соизволил даже сделать вид, что он заметил эти нездоровые инсинуации в отношении себя.
- Что именно? Внезапное явление странной твари в чёрном капюшоне? Не особенно, он не балует нас своими визитами во плоти, но оно и к лучшему, потому что решать его загадки чаще мне невмоготу. Мой дядюшка - тот, который был убит, но не до конца, - рядом с ним кажется весьма понятным, хотя существует вне любых событий и одновременно - в них всех.
Немец помолчал, осмысливая эту гневную тираду.
- Нет, я про это… Этих…
- А, - майор дожевала мясо и, рыкнув на солдат, вновь отобрала флягу с остатками выпивки себе, - ифриты. Вообще мы как бы шляемся по их земле с не совсем благими намерениями, так что бывает, приходится сталкиваться. Но конкретно эти не по наши головы были, думаю; сдаётся мне, они ожидали окончание ритуала, который здесь проводился, а наше, эээ, вмешательство поломало им все планы.
Она помолчала, принюхавшись, точно крупный зверь, потом вдруг с удивлением добавила, ни к кому не обращаясь:
- Аномалия полностью исчезла. Пространство снова обычное. Аааааа!

Ещё один вопль раненного лося сообщал о том, что Труд не успела закончить с трапезой, когда громовержец закинул её себе на шею, и лиса, в которую перекинулась негодующая асинья, цапнула его за ухо. Несильно - исключительно для выражения своего "фе".
После чего повисла мягким рыжим воротником, спустив вниз пушистый хвост и лапы. Учитывая всё то, что бойцы сегодня уже видели, факт оборотничества вряд ли мог бы их потрясти.

Так они и добирались назад: сопящий меховой клубок на коленях бригадира, невозмутимые норвежцы и мимикрирующий под цвет автомобиля Крюгер, размышлявший о том, не лежит ли он на операционном столе под наркозом и не бредит ли от неудачной дозы препаратов.
Правда, из внедорожника майор выпрыгнула уже в своём женском обличье, пощадив чувства остального военного лагеря.
- Я знаю его едва ли не с рождения, - произнесла дева смерти, явно отвечая на тот вопрос, что Тор задал ей ещё в пустыне, - и могу сказать, что нет того, что понять было бы сложнее. Но есть у меня одна безумная мысль… Ровно настолько же безумная, как всё, что здесь происходит. Пойдём в шатёр, мне понадобится твоя помощь.
Свистнув ворона, который отяжелел после трапезы настолько, что ленился подняться в воздух и до хозяйки дошёл пешком, Труд посадила птицу на плечо и отправилась в сторону командного расположения, начисто игнорируя вопросительные взгляды к кровавым пятнам на своей форме.
- В мире происходит нечто странное: ты столкнулся с Войной, я видела следы присутствия Чумы, сегодня явился Смерть, не хватает только Голода. Я думаю… Это правда странно, но - чем больше его силы в мире, тем сильнее в нём становится Всадник. Война был много сильнее, чем обычно. Но, пап, если люди стали возвращаться, сила Смерти уходит в песок. Он слабеет. И он кто угодно, но не идиот.
Она отодвинула полог, проскользнув внутрь, придержала для аса.
- Смерть никогда не рвался собирать последнюю жатву, понимаешь? Стравить свои силы, чтобы отодвинуть миг, когда ему придётся идти по миру с косой - вполне в его духе. Вот почему он позволил им забрать часы - чтобы их остановили. Сам он не будет менять ход бытия, но если поменяет кто-то другой - он ведь не отвечает за это. Ифриты, которые были в пустыне, были там не случайно, это точно. Лейкни выклевал их глаза - я думаю, мы с ним можем попробовать увидеть то, что видели они, но мне нужно, чтобы ты вытащил меня из транса, если что-то пойдёт не так. Не знаю, что за сила за этим всем, потому и пойти не так может всё, что угодно.

Ворон, повалившийся на стол лапами кверху, глубокомысленно икнул.
Чёрные птицы из детских глаз
Выклюют чёрным клювом алмаз,
Алмаз унесут в чёрных когтях,
Оставив в глазах чёрный угольный страх. ©

Thor Odinson
I whip Mjöllnir back and forth
Аватара пользователя
Репутация: 902
Статус: I whip Mjöllnir back and forth
Информация: Тор Одинсон
~30 y.o.|aeons; бригадир ВМС Норвегии; Асбьёрн Гримнерссон; бог грома, молний, штормов, войны и кузнечного ремесла.
На форуме: драмакинг
Сообщения: 8349
Зарегистрирован: 13 фев 2018, 14:56
Контактная информация:

[17.08.2018] It's a Long Way

#10

Сообщение Thor Odinson » 17 ноя 2018, 01:41

Честно говоря - Таранис откровенно тащился от вида жирного вальравна. Ну ибо это было очень уж смешно, правда: от идёт всё из себя такое важное, лапками едва шуволит, но клюв и глаза говорят "начхать, что я сейчас жирный, все равно здесь один я царь и бог." Решив все же лишний раз не играть в Энгри Бёрдс - если птичка всерьёз обидится, солдаты последствий не поймут - Тор попросту молча посунул вслед за дочуркой, рыкнув по пути, дабы принесли ещё еды и подготовились к смене дислокации лагеря. Времени на то он дал людям ровно полтора часа. Побаловал даже, если подумать: солдаты у доченьки были самой настоящей элитой, и за такое время могли бы ещё и пообедать.
- И все же я считаю, что я бы его победил - тихо буркнул Одинсон, когда Труд вспомнила о столкновении с Вторым Всадником. - Но нет, одна вреднющая лиса украла у меня победу.
Дальше тему развивать он не стал, заместо этого внимательно слушая валькирию. Выходит, Смерть все так же решал свои проблемы руками других - однако это как раз не было новостью. В словах воительницы Веор услышал то, чего на самом деле стоило опасаться, а именно - слишком сильная активность Четырёх. И если одного из них он лично способен победить, то вот всех сразу...
Перед глазами Вингнира реально встала картина разрушенных миров, где нету больше даже намека на жизнь. И все они были усеяны трупами: как людей, магических существ, так и трупами небожителей. Только такой исход мог быть, если богом выступят против Всадников - ибо нельзя убить то, что сам же и творишь. Тем более, когда каждую битву завершает старший среди Четырёх - и никто не в силах окончательно избежать взмаха его косы.
- Давай, маленькое сокровище мое. Подготовься. - "Закрыв" шатер, Тунараз положил Мьёлльнир перед Труд, и бережно, аккуратно положил ее лапку на навершие рукояти оружия. Молот тотчас же заискрился, чуя другого, но очень быстро распознал родную кровь и, видимо, решил, что экзекуция здесь неуместна. - Он даст тебе сил и будет твоим проводником, коли понадобится. А я буду рядом, доча. Иди же, Вилкмерге... С иным повреждением бы уже покончить.
Шикнув на Лейкни, дабы катил свою шарообразную тушку к валькирии, Веор хмурым взглядом проводил перекатывания вальравна к своей хозяйке и подруге, после чего уселся на пол напротив дочки, и замолчал, превратившись в некое подобие изваяния. Он не торопил, не разговаривал, не дышал даже: ему было очень хорошо известно, что есть вещи, в которые не стоит влезать, тем более если они - не твоя стезя. И отец ждал, покуда дочь увидит желаемое, покуда вальравн покажет ей то, что видели мертвые, и покуда она отыщет цель.
Ждал ровно столько, сколько было нужно.
И даже выдёргивать ее не пришлось - сама справилась его маленькая рыжая девчуля, к великой гордости старого Аса. Повесив молот Перри подвеску обратно на шею и сразу же подхватив Труд на руки, Одинсон сел обратно на пол, бережно поглаживая дочку по головушке:
- Не спеши. Время ещё есть. Когда отряд твой переместится и окопается в локации другой, когда ты отдохнёшь, тогда и скажешь то, что нужно, Труд. Сейчас же отдыхай. Я тебя отнесу в вертолёт, и никуда не денется после, не волнуйся. - посмотрев на птицу, которой было уже почти что хреново от переедания и провёрнутого колдунства, Рюмр только вздохнул, и на диво аккуратно подобрав шарик из перьев, водрузил оный на лапки валькирии, после чего вышел из шатра, который солдаты крайне быстро и оперативно свернули. В вертолёте Тор бережно уложил дочку, уселся рядом, и всё остальное время и путь только подкармливал дочку да негромко отдавал нужные приказы.

Обосновались они в пятидесяти километрах к северу от прежней позиции, на горной возвышенности с очень даже хорошим обзором на территорию вокруг. Правда, в тех старых постройках были талибы, но Веор, не мудрствуя лукаво, приказал снайперам попросту шлёпнуть их нахер из Барреттов, и после сделать так, дабы тела уже никто не нашёл. Покуда штаб разворачивался на местности, которая попутно укреплялась, Вингнир отнёс дочурку в один из домов, и уложил ее на какую-никакую, но кровать.
- Теперь отряд твой в безопасности... Относительной, но все же. Подступиться сюда сложно, местность вся простреливается в нашу пользу, да и вряд ли здесь будут искать кого. Однако когда ты придёшь в себя, Труд, тебе все же придется объяснить происходящее ну только солдатам твоим, но и Вольфгангу. Меня они не спросят - боятся попросту, что делать, но от тебя аки от их предводителя... В общем, когда будешь готова.
Вальравн, решивший проснуться, сумрачно посмотрел на Громовержца и взглядом потребовал ещё еды. Да, стабильность была одной из жизненно важных черт северян.

Thrud Thorsdottir
дочь войны, жена войны
Аватара пользователя
Репутация: 1678
Статус: дочь войны, жена войны
Информация: Труд Торсдоттир
33 у.о. | aeons; Девана, Вилкмерге; богиня мудрости, покровительница природы и охотница, дева битв и воинской храбрости, сейдкона, действующий агент NCB Interpol
На форуме: лисонька
Сообщения: 4275
Зарегистрирован: 08 дек 2017, 00:03
Контактная информация:

[17.08.2018] It's a Long Way

#11

Сообщение Thrud Thorsdottir » 19 ноя 2018, 00:16

Мысли после транса казались очень тяжёлыми, неповоротливыми, и попытки извлечь из них что-то полезное неминуемо натыкались на чувство опустошения. В конце концов, Труд согласилась с бессмысленностью этого занятия, после чего позволила себе благополучно уснуть, обняв ворона. Нормальные птицы не любили подобного, но этот представитель загадочного пернатого племени, обедавшего на досуге плотью разумных тварей, не был нормальным ни в каком разрезе.
Как это ни странно, но именно во сне Вилкмерге стало почти понятно всё происходившее, и к моменту, когда лагерь обосновался на новом месте, она уже почти вернулась в реальный мир. Почти.

- Не сейчас, - коротко ответила валькирия, складывая руки на груди крест-накрест.
Кулаки её были сжаты. Лейкни, не очень бодро ходивший по хозяйке туда-сюда и даже клюнувший аса в руку, явно с подтекстом "живо убери свои клешни и не мешай", остановился, покачался на сильных чёрных лапах, а потом вдруг странно улёгся ей на грудь, уложив голову строго на скрещенных запястьях и развернув крылья. Длинные маховые перья, очень чёрные и очень твёрдые, свободно лежали на кушетке, настолько велик был их размах.
Глаза сейдконы полностью исчезли, вместо них оказались залитые чернотой провалы, жуткие, как пустые глазницы черепа, кожа на бледном лице вдруг истончилась будто, стала пергаментной. Размышлять о том, как будет чувствовать себя её голова после путешествия сначала в чужое прошлое, а затем - в чуждые живому миры, Труд пока не хотела. Когда придёт время, тогда и вспомнит, что силы надо расходовать с умом; желательно в этот момент иметь достаточное количество алкоголя в крови для лучшего перенесения воспитательного урока от вселенной.
Мутные глаза вальравна подёрнулись какой-то блёклой пленкой, как будто он решил внезапно умереть и мгновенно окоченеть.
В домишке, куда ас затащил дочь в своём неуёмном стремлении родительской заботы, стало очень холодно, казалось, что ещё миг - и может пойти снег, не сильно смущаясь тем, что вокруг пустыня, день и летнее время.

Впрочем, этот нырок в пустоту продолжался недолго; спустя буквально десять минут, резко выдохнув, шаманка рывком села, спустила длинные ноги на пол и затрясла головой, прогоняя остатки ощущений. Скатившаяся вниз птица осталась лежать, вяло пощёлкивая клювом, но явно больше от переедания, чем от физических последствий астральных путешествий.
Деловито пошарив по отцовской одежде, Труд вытащила из его кармана припрятанную флягу со спиртным и резво влила в себя почти половину, после чего пришла во вполне терпимое положение духа. Северная волшба здесь, посреди чужих земель, давалась тяжело даже при использовании таких могущественных артефактов, как Мьёлльнир, но она узнала почти всё, что хотела - и явно всё, что было возможно. В сложившихся ныне обстоятельствах можно было считать, что это вполне себе удачный исход.
Хотя радостнее от этого не становилось.
Даже, возможно, немного наоборот.
- Кажется, я поняла, зачем Смерть позволил часам оказаться здесь: уменьшает шансы Войны вернуться, пока не появится более надёжный вариант сдержать его присутствие здесь. Войне мало просто пролитой крови, если нет смертей, он ослабевает, а их теперь здесь не просто нет, даже те, кто уже погиб, начинают возвращаться, есть надежда, что Второй будет слабеть и не сможет воплотиться до конца. На Востоке почти всё время кто-нибудь сражается… Хотя ладно, на Востоке вообще много чего происходит из того, чему происходить не следовало, но именно войны здесь сейчас больше всего. - Помолчав, Вилкмерге чуть качнула головой и добавила: - Это очень странно, когда тот, кто возник для того, чтобы оканчивать жизнь, не желает этого делать, зато желают все остальные. По-моему, эта вселенная окончательно свихнулась, если вообще когда-нибудь была нормальной.
Она снова глотнула алкоголя, вытянула длинные ноги и задумчиво изучила берцы. На правом голенище были следы кровавых отпечатков чьих-то пальцев, хотя Вилкмерге не припомнила, чтобы её кто-то пытался схватить за ногу. Не то, чтобы её это смущало, форма у подразделений подобного толка вообще была вещью недолговечной, но всё же что-то казалось неправильным.
Женщина поскребла след ногтем. Он остался безразличен к этому.
Может быть, кто-то из духов решил пошутить.
- Мы видели, что ифритами кто-то руководит.
- Кар, - глубокомысленно изрёк вальравн.
- Именно, - согласилась Труд, - но я бы не сказала, что это был человек… Не знаю, он выглядит, как человек, но с ним что-то не так, он пахнет гарью, люди так не пахнут, и он скрывает своё лицо от всех гостей. Он что-то ищет - он возвращает людей здесь для того, чтобы разыскать какие-то следы, что-то очень древнее, что ему принадлежало, но было утеряно, и медленно двигается вглубь истории. Мы не поняли, что, и даже не можем сказать, где происходит всё это, но… Вроде бы… Где-то здесь. Я думаю, пап, ты прав вдвойне. Крюгеру надо рассказать не только потому, что ему следует знать о своём воскрешении, но и потому, что он может, сам того не ведая, указать на след. Что-то, что сначала показалось неважным.

Диалог с солдатами вышел, в общем-то, недолгим. В довольно сжатых и взвешенных выражениях воительница объяснила, что влипли они все в жопу гораздо более глубокую, чем казалось на первый взгляд, и теперь кроме любви коренного смертного населения им всем имеет смысл рассчитывать на богатое гостеприимство населения не менее коренного, но сакрального. Стоило заметить, что "Телемарк" воспринял эту новость стоически.
Ближний Восток их и раньше не сильно привечал, так что ничего не изменилось.
А то, что мёртвые возвращаются… Не сразу же? Не сразу. От пули в голову повторно умирают? Умирают. Значит, и переживать не о чем. В общем-то, после богов в высших чинах армии им уже нечему было удивляться.
Прагматизм военных имел богатое практическое применение.

С Вольфгангом провозиться пришлось значительно дольше. Несмотря на то, что он довольно скоро признал, что допускает возможность своего воскрешения, как бы дико это не звучало, большего от него добиться не удавалось - немец ушёл куда-то в экзистенциальный кризис и возвращаться отказывался, даже когда Труд была близка к тому, чтобы убить его ещё раз голыми руками.
Они разговаривали по кругу об одном и том же, не слыша и не произнося ничего нового, хотя богиня упорно надеялась выцепить хоть что-то.
И - всё же - ей удалось. Мелочь. Крошечная, незначительная деталь. Имя.
- Музаффар. При этом, Хель его разберёт, человеке или нет, был ещё один, видимо, советник или полевой командир, к которому он обращался по имени Музаффар, и я не верю в совпадения, - поделилась Труд с отцом уже ближе к закату, жуя напополам с вальравном очередной сухпаёк. - Музаффар Абу Хайдар. Имена у них, конечно, язык сломаешь… Исламский террористический лидер, сменивший несколько организаций и примкнувший сейчас к ИГИЛу, радикал, придурок по совместительству. Как думаешь, каковы наши шансы в этом блядском Афганистане найти и допросить человека, за которым гоняются почти пятнадцать лет?
Чёрные птицы из детских глаз
Выклюют чёрным клювом алмаз,
Алмаз унесут в чёрных когтях,
Оставив в глазах чёрный угольный страх. ©

Thor Odinson
I whip Mjöllnir back and forth
Аватара пользователя
Репутация: 902
Статус: I whip Mjöllnir back and forth
Информация: Тор Одинсон
~30 y.o.|aeons; бригадир ВМС Норвегии; Асбьёрн Гримнерссон; бог грома, молний, штормов, войны и кузнечного ремесла.
На форуме: драмакинг
Сообщения: 8349
Зарегистрирован: 13 фев 2018, 14:56
Контактная информация:

[17.08.2018] It's a Long Way

#12

Сообщение Thor Odinson » 12 дек 2018, 22:10

Что же, во время диалога Труд с ее подчинёнными и Вольфгангом Веор мог спокойно опустошать запасы алкоголя, покуда все осознают настоящее положение вещей в мире. От дочь могла рассказывать, она была более коммуникабельной, от пущай и отдувается. Попивая виски, Одинсон лениво покатывал шарикоподобного вальравна, мягко почёсывая ему откормленное пузико, и думал. Выходит, Смерть вновь решил сделать нужную работу чужими руками. Однако он ведь мое попросту невзначай это как-то в беседе обронить без конкретизации! Зачем аж настолько сильно усложнять все это? Непонятно. Хотя, из всех всадников лично Таранис понимал разве что второго - и то лишь из-за крайне схожей с ним природы. Так понимал, что они едва мироздание не обрушили в крайнюю стычку. Нет, они сталкивались и до этого, однако поля битвы были другими, да и не всерьез они сражались - так, ради забавы да и опыта. Но сейчас Война, скорее всего, затаил обиду и будет мстить. Что же... Он бы поступил точно так же.
Когда же Труд объявила о новой информации, Рюмр как раз собирался допивать остатки (где-то треть бутылки), и посему был вынужден поделиться алкоголем с дочуркой, всучив ей в лапки тару:
- Что же. Муззафар так Муззафар. Мне все равно - пытаясь было отпихивать и так объевшегося Лейкни от еды, вскоре Одинсон понял, что это бесполезная затея, и бросил это дело, занявшись проверкой вооружения. - Уверен, мы быстро его найдем. Его искали пятнадцать зим, то да, однако его его никогда не искали боги, Труд. Посему - давай доедай, и готовься. Я покуда пойду руны тебе вырежу, а ты их кровью своей окропишь, разложишь - и Норны укажут, где искать. - после он посмотрел на Крюгера, встретился с парнем взглядом, и жестом приказал подойти к ним.
Вольфганг лишь недавно вернулся из того света, и связь его со смертью была сильно ощутима даже для Тараниса. Смерть не признает границ территориальных, магических или каких-то ещё - она есть везде, и всегда будет сменять жизнь. Муззафар был жив, вестимо, со стороны смерти его найти будет легко.
- Итак. Ты многое сегодня видел, и многое узнал. Я понимаю, что сложно сие сразу осознать, однако должен ты. - Хотя по взгляду Веора было отчётливо видно: никакого сочувствия в нём нет и в помине. - Посему готовься: ты станешь проводником для дочки моей в ту грань, где нам будет куда проще найти тех, кто сможет дать ответы на терзающие и нас, и тебя вопросы. А на случай, коли вдруг будешь артачиться... - в этот момент Таранис кивнул на свою дочь, и как-то мрачно улыбнулся - спроси али догадайся сам, кто такая Вигдис. И помни: коли она ещё стерпит отказ, то я оный не приму.
Он не стал ни сверкать глазами, ни объяснять свою природу, ни молотом размахивать - в небе попросту внезапно громыхнуло. Это можно было списать и на начало грозы, да только не было туч на вечернем небосводе. И все вопросы, которые были у германца, ему предстояло задавать именно Труд, ибо сам Рюмр желанием беседовать определённо не страдал. Ему нужно было вырезать руны - этим он и собирался заняться.

Вернувшись с комплектом деревянных костяшек, Одинсон вручил их дочке, и велев ей да Крюгеру, дабы подготавливались быстрее, пошел к солдатам с одним-единственным указанием: подходящей компании и сопровождении. Любой ритуал скандинавов сопровождался своеобразным пением, костром, танцами шаманов и прочими вещами. От Асбьёрн и приказал наиболее прошаренным солдатам заняться этим вопросом. Те, конечно, посмотрели на него совершенно охреневшим взглядом, однако слишком уж очевидный блеск в его глазах и святость субординации не позволили даже пикнуть. Вскоре все уже было готово с их стороны, и выглядело это все, конечно, очень даже: танцы солдат вокруг огромного костра, мелодичное и мрачное пение вёльв Вигдис, барабанная дробь от ударов палками по бревну, исходящая от сильных мужей Телемарка.... Атмосфера и сила магии севера в этом месте стала действительно сильной, на этом маленьком кусочке земли потеснившая сакральную суть Ближнего Востока. И вот сам Рюмр наконец снял верхнюю одежду, измазал тело краской, нарисовав нужные узоры, и попросив вальравна клюнуть его в ладони, дабы сакральное существо пролило его кровь, бережно провел руки по личику Вигдис, нанося нужный узор, и то же проделал с Вольфгангом. Так он давал им ту силу, которая была нужна для того, дабы пережить то, что будет дальше. Хотя объяснять другим он это поленился, посчитав, что если будут вопросы, на них ответит его дочь.
В небе раздалось раскаты грома, и небосвод затянулся грозовыми тучами. В воздухе ощутимо похолодало.... И вскоре пошел самый настоящий снег.
- Дочь моя... Пора.

Thrud Thorsdottir
дочь войны, жена войны
Аватара пользователя
Репутация: 1678
Статус: дочь войны, жена войны
Информация: Труд Торсдоттир
33 у.о. | aeons; Девана, Вилкмерге; богиня мудрости, покровительница природы и охотница, дева битв и воинской храбрости, сейдкона, действующий агент NCB Interpol
На форуме: лисонька
Сообщения: 4275
Зарегистрирован: 08 дек 2017, 00:03
Контактная информация:

[17.08.2018] It's a Long Way

#13

Сообщение Thrud Thorsdottir » 24 дек 2018, 23:44

Стоило признать, что подобный масштаб вмешательства в ткань реальности можно было ожидать только от Тора Одинсона, который всегда жил с размахом. Сама Труд постаралась бы обойтись чем-нибудь минимально заметным, а лучше - и вовсе только человеческими возможностями, чтобы не привлекать к себе лишнего внимания, но скрытность никогда не входила в число бескрайних талантов аса. Им с Лейкни оставалось только смириться, признав, что громовника с выбранной дороги всё равно не свернуть.
Норны так норны, руны так руны.
Привлечь к себе всех ифритов ближайших ста вёрст - ну, что же, ифриты сами виноваты, если рискнут начать отсвечивать посреди шаманского таинства.
Другое дело, что деву битв беспокоило ощущение не-человечности того, кого она искала. Она не знала, кем он был, а потому не знала, и чего ждать. Что, если, почувствовав слишком пристальное внимание к себе, он успеет спрятаться там, куда не взглянут чёрные глаза ворона? Перспектива не слишком радовала; с другой стороны, менять что-то было уже слишком поздно. Ещё раз переговорив с Крюгером, теперь - о том, что ему не следует бояться и не следует сомневаться, а стоит просто принять всё происходящее к сведению как должное, - женщина подтвердила, что всё готово, все готовы и можно рискнуть.

Главное - не думать, к чему это приведёт.

- Надеюсь все присутствующие понимают, что вам всё равно никто не поверит, - бескрайне человеколюбиво улыбнулась валькирия перед самым закатом, - а потому держите увиденное и услышанное при себе, целее будете.
И когда в центре пышущего зноем и раскалённым песком Афганистана, вечно живущего в летней жаре, пошёл снег, бойцы "Телемарка" поняли, насколько мудрым было это предупреждение. Вокруг них заплетались нити сил, складываясь в чудо, недоступное их пониманию.

А Вилкмерге, словно не слыша оклика отца, сидела, скрестив ноги в тяжёлой обуви, запрокинула голову к небесам и улыбалась, рассеянно и почти счастливо, чувствуя, как мягкие хлопья снежинок ласкают её лицо и тают, превращаясь в прозрачные капельки на горячей коже. Она скучала по холоду и зиме, скучала по своему дому, где нет ветров, несущих с собой песок, что как наждачная бумага вгрызается в лицо, словно жаждая снять с него кожу.
Лишь спустя бесконечно долгие десять секунд дева щита кивнула, поднялась на ноги с грацией кошки и втянула придавлено молчащего Вольфганга за собой в круг из людей.
- Ты будешь проводником, - негромко объяснила асинья, - ты был мёртв и жив теперь, ты принадлежишь обоим мирам, и сила проложит через тебя путь. Ты притянешь её, как магнит. Это… Недолго.
Обещать, что парень ничего не почувствует, богиня не стала. Знакомство с сакральным у всех своё, и ощущения были тоже свои. Обнадёживать бойца не стоило.
- Дай руку. Левую. Ладонью вверх. Да, вот так.
Мягкий, шелестящий голос, что проникает в самый разум, ласкает сознание мягкостью лебяжьего пуха.

Над сильной ладонью солдата закружились маленькие плашки рун, и танец становился всё быстрее, быстрее, быстрее, пока они не вспыхнули крошечными звёздами и не замерли в сложном порядке, отразившись в широко распахнутых глазах валькирии, чтобы через мгновение просто опасть на песок. Глянув на Вольфганга, женщина пришла к выводу, что он вроде бы в порядке, по крайней мере, подождёт умирать ещё раз хотя бы пару часов.
- Кто-нибудь, приволоките мне карту. Живо! - Рявкнула она, и уже ничего не напоминало в этом командирском тоне успокаивающих, чарующих нот.

Поодаль, скрываясь от пламени костра, стояла высокая фигура в чёрных одеждах с низко надвинутым на голову капюшоном. Латные перчатки из воронённого серебристого металла тускло отблёскивали в этом томном свете, а Смерть стоял, недвижимый и бескрайне спокойный, и смотрел. Что он хотел увидеть, было тайной, и Труд, повернувшаяся к нему, так и не поняла, обозначал ли тот единственный кивок удовлетворение увиденным, приветствие или что-то ещё, недоступное её пониманию.
Однако его присутствие укрепляло в подозрении, что не всё так просто с этими артефактами.
Последнему из Четверых что-то было нужно, и он ждал, пока его воля исполнится.

***

Из неведомых, самых тайных своих запасов валькирия принесла две бутылки крепчайшей настойки, сваренной Сиф, и, отсалютовав отцу, с которым они вновь остались вдвоём в его шатре, крепко приложилась к горлышку. Потом угостила вяло похлопывающего крыльями вальравна и хлебнула ещё. Бойцов она прогнала нахель на отдых и в караул, велев кому-нибудь присмотреть за Крюгером, чтобы тот не вздумал самоубиться от пережитого.
Тот, впрочем, оказался крепким и просто уснул, как хорёк.
- Это забавно, - поделилась богиня с Тором, - все спецслужбы гоняются за ним по пустыне, а он торчит в Мазари-Шарифе и горя не знает, проповедуя в мечети. Воистину, хочешь спрятаться - будь на виду. Боюсь, волочь туда моих людей будет не сильно хорошим вариантом, в Мазари-Шарифе слишком много талибов. Устроим бойню, даже если не пострадает никто из моих, это не слишком удачное решение, внимания привлечём слишком много. Не хочешь провести очаровательный денёк в арабском антураже, пап?
Чёрные птицы из детских глаз
Выклюют чёрным клювом алмаз,
Алмаз унесут в чёрных когтях,
Оставив в глазах чёрный угольный страх. ©

Thor Odinson
I whip Mjöllnir back and forth
Аватара пользователя
Репутация: 902
Статус: I whip Mjöllnir back and forth
Информация: Тор Одинсон
~30 y.o.|aeons; бригадир ВМС Норвегии; Асбьёрн Гримнерссон; бог грома, молний, штормов, войны и кузнечного ремесла.
На форуме: драмакинг
Сообщения: 8349
Зарегистрирован: 13 фев 2018, 14:56
Контактная информация:

[17.08.2018] It's a Long Way

#14

Сообщение Thor Odinson » 15 янв 2019, 20:55

Покуда дочка заливалась вместе со своей птичкой, Рюмр с угрюмым видом думал о том, что было показано и что было совершено. Могу нет, о себе они заявили едва ли не на всю пустыню, да только каковы шансы того, что за ними явятся и стребуют за нарушение спокойствия и порядка в этих землях? Лично Одинсону казалось, что крайне маловероятны. Да, джинны и дэвы были крайне гордым народом, однако не таким уж глупым. Превратить часть раскаленной пустыни в заснеженные пустоши Севера мог далеко не каждый, тем более в современное время. Да и пока что эти нарушители не нападали, не объявляли войну... Ландшафт и магические потоки только осквернили. Нет, они убивали и за меньшее, да только от сейчас многие - почти все из них - считали, что это правонарушение не такое уж и серьёзное, дабы идти с мечами да валить этих неверных. Особенно после того, как один из из разведотрядов бесследно исчез, и что-то они сомневались, что эти два события не связаны.
Так или иначе, в ближайшее время все обещались быть относительно спокойно, даже погода собиралась - вроде как - возвращаться в норму. Однако тут его кровинушка, от большого ума и стресса, видимо, выдвинула ну просто умопомрачительную идею.
Взглянув на Асинью одним из своих лучших взоров, который как бы говорил "ты что, в Иггдрасиль долбанулась, ошалевшая лиса?!", Таранис понял, что она не шутит, и лишь махнул рукой, с рыком вздохнув. Не отвяжется, значит. Ну что же, раз ей так захотелось поскрытничать - добро. Так только все равно сделает это Рюмр на своих условиях.
- Коль уж так сильно возжелала ты тайком проникнуть в град тот, доча - хорошо. Однако за сохранность мечети я не отвечаю - туманно так буркнул Громовержец с неопределенным взглядом. - И коли уж ты решила такое предложить, тогда найди транспорт и гражданскую одежду. А заодно будь готова транспорт тот к городу вести, ибо лично мне лениво. Ах да, и ещё - мёда мне. Мёда хочу, Труд! Так что неси давай, вреднющая рыжуля, не артачься.
Следом Веор уставился на дочь взглядом, который отчётливо говорил, что ждать папа не хочет, ибо чем лучше они разделаются с этим вопросом, тем лучше. И чем более папа будет выпивший, тем лучше будет остальным. Так как многие не понаслышке знали о том, что бывает, когда Донар трезвый и когда ему скучно, Одинсон что-то вообще не сомневался, что выбора у валькирии не будет. А следовательно, вскоре у него будет и одежда, и выпивка.
И даже вполне насущные вопросы вроде "а где ей достать здесь мёд" или "а одежду подходящего размера где взять" его совершенно не волновали. Дочурка умная, от пусть и думает, в конце концов.
Ну ибо чё она фырчит и палит глазками своими, в самом деле.

Большую часть пути они добирались на вертолете, и лишь в паре десятков миль от города пересели на четырёхколёсный транспорт, который Одинсон бессовестно гопнул у какой-то парочки, оставив их посреди пустыни в чем были. Каких-то угрызений совести от такого он не испытывал, да и сопротивления не было - ведь когда огромный волосатый бугай сначала тормозит твою машину на ходу, после одной рукой приподнимает тачку за передний бампер, а второй с крайне сумрачным лицом целится в тебя из Дезерт Игла, смысл в сопротивлении отпадает сразу. Забрав у них телефоны и скомкав оные в абсолютную непригодность, Таранис деловито бухнулся на пассажирское сиденье, откинул жалобно треснувшую спинку и начал сетовать, а чё это вреднющая лиса медлит. Ну ибо нужно было сразу садиться, да и Тору просто хотелось поворчать. Однако когда дочка тронулась, и что-то сделала с атмосферой в салоне, отец вроде как-то подобрел, и даже почесушек за ушком Труд выдал. Похвалил, так сказать.
И все бы ничего, если бы Тунараз не напевал себе тихо под нос, как он разнесёт эту пресловутую мечеть. Мечеть, которая являлась одним из интернациональных достояний мира. Ибо если уж Веор что-то решил...
В общем, жалко было мечеть. Хотя, одному индивиду точно было не жалко.

В городе было шумно, душно, дурно пахло всякими благовониями пополам со смрадом, везде бегали какие-то мелкие люди, куча арабов пыталась сначала склеить Труд, после ещё более усердно пыталась сгребаться подальше от вполне недвусмысленного взора сопровождавшего ее великана... Короче, ничего нового не было. Покуда наконец не нашлись смельчаки с режуще-колющими инструментами и парочкой стволов, решившие в отместку взять рыжую девушку силой и приковать тихо в подворотне этого бугая. Ну ещё бы, из двадцать, а он один. Вингнир, увидев это, только расхохотался от души, подобрал камушек - маленький такой, щебень фактически - щёлкнул оным в лоб первому попавшемуся ему на глаза арабу, пробил его голову навылет, и ободряюще погладив дочку по гривке, чмокнул ее в щёку, сунул ей в лапки свой пистолет и большой боевой нож с просьбой вернуть, и сказал, что это должно выглядеть как людская разборка, и чтобы несколько из них убежало. После чего немного отошёл назад, предоставив доче самой отстаивать свою честь. Она ж уже всё-таки замужем, пора бы ей и взрослеть немножко. Хотя, она скорее всего должна была понимать - если ее папе вдруг хотя бы покажется, что ей хоть самую малость что-то угрожает - от этой части города может остаться вполне немаленький такой кратер.
Но до кратера дело не дошло.
Когда же дело закончилось, Вингнир с видом крайне счастливого и гордого отца сграбастал дочь в объятия, расцеловал в обе щеки, и усадил себе на плечи аки совсем маленькую девочку. Да, он признавал, что она уже не совсем дитя, но от многих привычек избавиться было сложно. Да и не особо хотелось.
- Ну, давай, веди к той мечети, ненаглядная моя. Прикинемся туристами, обычный отец и дочь. Я слышу, что там празднество какое в нескольких кварталах отсюда, так что никто ничего не заподозрит.
А тот факт, что внешне Одинсон и Торсдоттир не проходили на отца и дочь из-за слишком малой внешней разницы в возрасте, от Тора, ясно дело, ускользнул, даже не шкрябнув по его сознанию. Раз уж они в чужой им земле, то почему бы перед заданием действительно не побыть немножко туристами? Что в этом плохого? Они ведь правда с дочкой очень давно просто так не проводили время вместе. От Донар это и озвучил, изъявив желание пройтись сначала по рынку и дать дочурке возможность купить себе чего-нибудь эдакое. И прикрытие им будет, и хоть немного отдохнут и пробудут обычной Асовской семьёй.

Thrud Thorsdottir
дочь войны, жена войны
Аватара пользователя
Репутация: 1678
Статус: дочь войны, жена войны
Информация: Труд Торсдоттир
33 у.о. | aeons; Девана, Вилкмерге; богиня мудрости, покровительница природы и охотница, дева битв и воинской храбрости, сейдкона, действующий агент NCB Interpol
На форуме: лисонька
Сообщения: 4275
Зарегистрирован: 08 дек 2017, 00:03
Контактная информация:

[17.08.2018] It's a Long Way

#15

Сообщение Thrud Thorsdottir » 18 янв 2019, 23:25

Мазари-Шариф был очень красивым и очень древним городом: стройные и тонкие здания изящной восточной архитектуры с этими их куполами и шпилями. Быстро ориентировавшаяся в пространстве валькирия, ненадолго и без особого интереса отвлёкшись на объяснение местному населению, в чём они не правы и почему не каждая женщина, на которую мужчина положит здесь глаз, бывает с этим согласна, вернула оружие отцу, равнодушно окинула взглядом место некоторой стычки (Лейкни назвал бы это избиением младенцев, и был бы прав, но на данный момент Лейкни разумно на глаза широкой общественности не показывался) - и отправилась прочь. Мазари-Шариф видел много стычек и много бойни, много крови впиталось в его мостовые. В стране шла война вот уже сорок лет, так что даже полиция вряд ли обратит внимание на такую мелочь, как ещё парочка новых трупов.
Может только патологоанатому какому прибавится работы.
Кататься на громовничьих плечах деве войны всегда было по нраву, но строения и улочки здесь были не рассчитаны на рост северного люда, и от этой идеи быстро пришлось отказаться.
Что-то такое расходилось от двух асов, что больше к ним никто не подходил - огибали по большой дуге, отворачивались, старались ни в коем случае не ловить взгляда.

До базарной площади они добрались пешком.

Первым делом, немного побродив между прилавков бойких торговцев, которые очень забавно сначала открывали рот, а потом натыкались взглядом на сумрачную гору медвежьей любви ко всему живому по имени Тор, после чего резко передумывали вступать в разговор первыми, Труд приобрела плотный платок, расшитый причудливым восточным орнаментом, и накинула его на голову, скрывая лицо и тугие медные косы, что привлекали слишком много внимания. Так стало много проще.
Потом, прислушиваясь, принюхиваясь, точно мышкующая по зиме лиса, асинья глянула на отца, одним только этим многозначительным поднятием брови прося его хотя бы немного не буянить и не бедокурить, пошла дальше. Рассматривала украшения и утварь, касалась тканей, вдыхала аромат специй и орехов, но больше всего её интересовали разговоры. Слухи. Невидимое, невесомое, неуловимое обычно, та квинтэссенция чужого города, восточного и странного, которая витает меж переулков - только в ней можно было узнать, что происходит на самом деле.
Где-то они купили пару колец, где-то - ещё платок, где-то - пояс с тёмными пластинами яшмы, но в них всё ещё сложно было признать туристов, слишком подозрительная плавность движений у женщины и слишком тяжёлый голубой взор у мужчины - такие не бывают приезжими любителями острых ощущений. Богов по-прежнему сторонились, хотя продавали товар им охотно - они платили наличными не торгуясь, и афганцев это более, чем устраивало.
Вилкмерге знала, что, если бы она захотела, то они нашли бы тут и наркотики, да и вообще что угодно.

Но не сегодня.

Ей понадобился, наверное, с час; после, кивнув отцу, богиня увела его прочь, без труда определяя, куда им нужно идти.
- Люди много болтают, - мягкий, шелестящий голос шаманки, высокий и сильный, хранил в себе неявную угрозу, как меч, что до поры вложен в ножны, - это хорошо. Тут действительно есть один уважаемый проповедник, но имена ему называют разные, похоже, никто не знает, кто он на самом деле и откуда пришёл. Говорят, что показывает чудеса и повелевает огнём. Если будет возможность, нужно дождаться проповеди и послушать, я хочу понять, что он такое и кем было то, что я чувствовала в пустыне. Здесь что-то нечисто, в этих землях.
Внезапно женщина остановилась, повернулась на носочках и оказалась лицом к лицу с громовержцем. Её мерцающие глаза смотрели на него задумчиво и заранее - с укоризной. Намерение Тора сделать с мечетью что-нибудь противоестественное от вёльвы не скрылось.
- Если ты сломаешь церковь, я очень расстроюсь и пожалуюсь маме, тётке и всем, кого достану, и все они вместе будут рассказывать о том, что иногда можно не разрушать всё подряд, - предупредила она. - Пожалуйста, пап, помни об этом. Я хочу, чтобы нас не заметили, потому что у нас и так проблем выше крыши, а не сообщить всему Афганистану, что Аса-Тор явился во всём великолепии на их земли, хорошо? Нам просто найти и забрать этого человека. Тихо забрать.
Чмокнув отца куда-то в светлую бороду, валькирия вновь скользнула вперёд.

Розии Шариф, голубая с золотом, ярко сверкала в солнечных лучах. Труд немного поизучала окрестности с видом эдакой американской туристки, привычной к экзотическим диковинкам, после чего склонила голову к плечу и всмотрелась в изразцовый ковёр, что укутывал стены.
- Ты не чувствуешь? - Спросила она отца полушёпотом. - Тут огонь.
Удачно, что была пятница; люди начинали стекаться в мечеть, чтобы отслужить молитвы. Валькирия отказалась идти внутрь и предпочла, чтобы они остались неподалёку, вроде бы рассматривать сохранившиеся древности, но больше её интересовал тот, кто уже был в здании; и лишь когда раздались первые звуки песнопений, потянула бога с собой.

Женщинам нельзя входить в мечеть по правилам ислама, но они мало её интересовали; лёгкий, стремительный жест рукой, и их обоих скрыла иллюзия, тонкая и простая, совсем вроде бы не подходящая вычурной изысканности этого места; северян просто перестали замечать, как со льда, с них соскальзывали взгляды.
И тот, кого искала Труд, тоже был там; читал и говорил, говорил и читал; но ей не было дела до проповеди, она смотрела глубже. Смотрела в сердце - и видела, что сердце обуглено по краям, хотя вовне здоровее его было не найти, видела, что чужая сила струится в крови этого человека и что он уже не слишком-то человек. В его глазах, в изнанке мира, ткани, что между живым и мёртвым, отражалось белое пламя.
- Он одержим.
В девичьем голосе не было удивления.
- Чем-то очень сильным, - продолжила асинья спустя мгновение, - и очень злым. Нужно выдернуть его отсюда, мне понадобится время, чтобы вычистить и прочесть его разум.
Чёрные птицы из детских глаз
Выклюют чёрным клювом алмаз,
Алмаз унесут в чёрных когтях,
Оставив в глазах чёрный угольный страх. ©

Thor Odinson
I whip Mjöllnir back and forth
Аватара пользователя
Репутация: 902
Статус: I whip Mjöllnir back and forth
Информация: Тор Одинсон
~30 y.o.|aeons; бригадир ВМС Норвегии; Асбьёрн Гримнерссон; бог грома, молний, штормов, войны и кузнечного ремесла.
На форуме: драмакинг
Сообщения: 8349
Зарегистрирован: 13 фев 2018, 14:56
Контактная информация:

[17.08.2018] It's a Long Way

#16

Сообщение Thor Odinson » 21 янв 2019, 21:43

Конечно, что Рюмр услышал дочурку касательно ее просьбы. И конечно же, он сделал вид, что не расслышал. Более того - у него уже зорко план, как это разрушение грамотно провернуть. Все, что ему было нужно - это взрывчатка, одеяния одеяния из радикальных боевиков-исламистов, и грамотно зайти да рявкнуть на фарси определенные вещи... Однако взрывчатки под рукой не было. А если он вдруг начнет оную искать, то доча на него залезет и будет грызть даже после того, как ей всыпят ремня. Ну что же. Тогда Труд сама будет виновата в том, что позабыла о том факте, что Веор и "тихо" - ну никак несовместимые понятия.
А он тут ни при чем.
Да, это все трикстота виновата. Трикстота и бабы.

- Да, ощущаю. Мы на месте, рыжуля моя - и хоть Одинсон слышал дочку, его глаза неотрывно смотрели на мечеть с вполне недвусмысленным желанием. Он уже видел в своем разуме ее полагающие развалины, и громаднейший "фак" из молний, тычущий в небеса и адресованный Гавриилу. Но, видимо, его мысли были слишком материальными, так как валькирия наложила на них чары иллюзии. Хотя, лучше бы она наложила по крайней мере на папу морок, ибо что-то Рюмр сомневался, что именно его будет так легко не замечать. Особенно тогда, когда воздух вокруг был уже пропитан озоном.
В мечети дурно пахло какими-то благовониями, эманации от одержимого исходили такие, что Одинсону хотелось откровенно чихать, а люди знай себе молились. И вот наконец дочка выложила вполне дельный план действий. И у Тараниса даже появилась идея, как его организовать.
- Спрячься возле выхода, и сделай все, чтобы разум всех присутствующих затуманить. Сильно затуманить. Чтобы они были в трансе от каком, и на резкий миг звука аль движения внимания не обратили. И сейчас все будет. Когда я закончу - юркой лисой дуй за мной.
Затем Вингнир полукругом обошел молящуюся толпу, стал за колонной, ожидая от Вилкмерге сигнала готовности. Он уже напрягся, готовясь совершить один стремительный рывок, при этом просчитывая нужную траекторию, дабы ничего и никого не задеть - иначе, как он подозревал, писец иллюзии - и брал почти готов. От как раз здесь надо было быть хирургически точным. И как только он получил сигнал, что все готово...
Тор был богом молний. Он ими повелевал. Посему он мог быть и быстрее своей стихии. Лишь яркий голубой росчерк блеснул от местоположения Одинсона, через то место, где долю мгновения назад стоял "клиент", сумасшедшей петлей между людей - и устремился куда-то прочь из мечети. Лишь мизерная часть мига, лишь едва заметная яркая вспышка - и вот уже в мечети был только ветер, и не было одержимого араба. Зато в квартале отсюда в каком-то пабе послышался отзвук глухого удара. Это означало, что цель как минимум деактивирована и без сознания. Учитывая то, что бить Донар умел по-всякому и что угодно, одним ударом искрящегося кулака он вырубил как человеческую оболочку, так и сакральную суть в нем. Основательно так вырубил: мало того, что была контузия от такого быстрого перемещения, выбитая и треснутая челюсть от удара, так ещё и пнул он его напоследок. Свезло ему ещё, что в доме, в который он залетел, было лишь несколько в зюзю угашенных любителей кальяна с особенной заправкой. Осталось ему только сидеть и ждать дочку. Хотя...
На улице и так уже были тучи. Серые такие, сочные. Предгрозовые. Посему Тор быстро набрал дочку на телефоне, и злорадно так хмыкнул в трубку:
- Труд. А Труд. А взглянь-ка на мечеть снаружи.
Да, допустим, он ее не разнёс. Но три молнии, ударившись в три купола строения, внесли свою лепту в ее "облагораживание". Вместе с дождем, который все это дело обмыл.
Когда же Труд, мокрая и вряд ли довольная, явилась, Одинсон сидел абсолютно сухой, что-то мясное жевал, флегматично попинывая одно бессознательное тело и одно укуренное в дым, и только победоносным видом взирал на доченьку:
- А видишь, лисонька моя. Я всегда цели своей добиваюсь.

Thrud Thorsdottir
дочь войны, жена войны
Аватара пользователя
Репутация: 1678
Статус: дочь войны, жена войны
Информация: Труд Торсдоттир
33 у.о. | aeons; Девана, Вилкмерге; богиня мудрости, покровительница природы и охотница, дева битв и воинской храбрости, сейдкона, действующий агент NCB Interpol
На форуме: лисонька
Сообщения: 4275
Зарегистрирован: 08 дек 2017, 00:03
Контактная информация:

[17.08.2018] It's a Long Way

#17

Сообщение Thrud Thorsdottir » 29 янв 2019, 21:02

Слегка промокшая, но не сломленная, валькирия заявилась в облюбованную Аса-Тором халупу спустя десять минут, сняла с себя китель и пристроила его сушиться. Посмотрела затем на лучащегося собственным великолепием громовника и несколько секунд размышляла, стоит ли как-то комментировать происходящее.
Женское желание язвить всё же победило, причём - с большим отрывом.
- Ничего, - невозмутимо ответила Труд, которая своих целей добивалась ничуть не хуже отца, а благодаря женскому коварству и хитрости, доставшейся от любимого дедушки, делала это порой куда более изящно, - на мечети были громоотводы, установленные рукой Аль-Лат. Я совершенно случайно отправила к ней ворона до того, как чаровать над сознанием людей. Ты же не расстроишься от встречи с моей тётушкой, правда?

Без особого пиетета обшарив дом и найдя какие-то припасы съестного, среди которых обнаружилось вполне пристойное солёное мясо, асинья решила, что кроме неё они особо никому не требуются, после чего вернулась к созерцанию бессознательного тела.
- Ладно. Давай лучше изучим то, что мы добыли. Зря старались, что ли.
Наркоман с опиумным кальяном её не интересовал, всё равно сквозь дымный бред наркотика он и себя-то не запомнит, не то, что своих гостей; присев на корточки, Вилкмерге положила руку на лоб, покрытый испариной, одержимому, прикрыла глаза и вскользнула в чужой разум.
Попыталась - отдёрнула ладонь почти сразу, зашипела рассерженной лисой, сердито сузив глаза. Запах гари стал ощутимо сильнее; бездымное пламя пожирало чужую личность и не желало делиться с добычей; однако и вёльва так просто сдаваться не собиралась. Если Всеотец и научил её чему-то, так это тому, что всегда можно найти потайную дверцу, ход, решение, которого никто не ждёт.
Она теперь изучала угли, на которых горел костёр, и ей не нравилось то, что она там видела. Отрывистые, нечёткие линии видений, порой становившиеся до болезненного яркими - и вновь затухавшие. Чужая жизнь, такая же искалеченная, как весь этот край, плыла перед глазами.

Некоторое время богиня просто сидела на полу, уперев локти в колена и размышляя о вечном. Вечными, как правило, были исключительно проблемы.
- Разума в нём давно нет, он - только марионетка силы, вложившей в него свои мысли и своё отражение, - поведала женщина наконец, задумчиво постукивая пальцами по собственному колену. - Но он был с тем, кто смог взять часы, он видел это, и это осталось оттиснутым в его памяти, потому что оказалось очень важным для него. Этот огонь… Мне кажется, это кто-то из ифритов, пап. Кто-то из очень старых ифритов, которые обосновались в Мидгарде, слишком яркое пламя, оно может выжечь человека без труда. Простому джинну такое не под силу.
Стоило бы помянуть Смерть и его умение искать себе исполнителей добрым словом, но воительница сдержалась.
- Я видела место, где он смог переворачивать часы. Не думаю, что он понимает, как они работают, просто нашёл… Где-то в старых легендах. Смотри.
Поднеся ладонь ко рту, валькирия дохнула на свои пальцы, и поднялся вдруг посреди комнатки мираж - опять бесконечная пустыня, опять - безоблачное небо, опять - яркое солнце, но было и нечто новое, был старый, истёртый временем храм из песчаника, вырубленный в целой глыбе и всё ещё стоявший, хотя давно уже вымер народ, который служил в нём, и ушёл бог, который жил в нём. Встающая луна сияла прямо над крышей.
- Узнаёшь? - Спросила Труд. - Похоже, что это - уцелевшее святилище Хубала. Не знаю, жив ли он сам или погиб после того, как в аравийские земли хлынул ислам… Но неважно. Его жертвенники связаны с лунными циклами, их сила не иссякла до сих пор, её достаточно для того, чтобы на костях прошлого ворочать время. Думаю, что разрушим алтарь - уничтожим власть над часами.
Немного помолчав, асинья всё же сочла нужным уточнить:
- Хотя не буду утверждать, будто бы знаю, каких чудовищ оттуда можно выпустить. Боги родов обычно отличались на диво мерзкой фантазией и на местах своих обиталищ оставляли что угодно, но только не приятные сюрпризы потомкам.

Изящная и гибкая, как лесная кошка, дочь громовержца поднялась на ноги, потянулась, лениво разминая спину, огляделась по сторонам. Арабские страны в целом её угнетали, но если в Саудовской Аравии, как следует разбогатевшей на продаже нефти, ещё были какие-то зачатки цивилизации, то в Афганистане они напоминали плохо взошедшие сорняки. Если бы не необходимость продолжать соблюдать нейтралитет и ждать, когда человечество наконец сможет выполнять возложенные на него функции судейства (сейдкона подозревала, что никогда не сможет, но это было уже другой историей), Вилкмерге сама с великим удовольствием превратила бы эту клятую местность в безлюдный заповедник.
Всё же было бы больше проку.
Она вздохнула, тряхнула головой. Судя по мизантропическим мыслям, слишком часто посещавшим её голову, деве щита в своей жизни пора было что-то менять. Мир проживания, например. Побыть сотню-другую лет в Асгарде, отдохнуть.
Жаль только, что Тюр на историческую родину возвращаться не рвался.

Пора было уходить.
- А этот нам больше без надобности.
С этими словами, исполненными разумного северного прагматизма, она одним движением свернула марионетке ифрита шею, перебив резким поворотом позвонки. Сухой щелчок да едва дрогнувшая свеча, неровно освещавшая внутреннее полупустое убранство притона - вот и всё, что изменилось.
Дева щита рассеянно вытерла руки о платок, который сбросила на стол, рассеянно посмотрела на отца.
- Я знаю, куда нам нужно, но не знаю, какая аномалия там будет.
Чёрные птицы из детских глаз
Выклюют чёрным клювом алмаз,
Алмаз унесут в чёрных когтях,
Оставив в глазах чёрный угольный страх. ©

Thor Odinson
I whip Mjöllnir back and forth
Аватара пользователя
Репутация: 902
Статус: I whip Mjöllnir back and forth
Информация: Тор Одинсон
~30 y.o.|aeons; бригадир ВМС Норвегии; Асбьёрн Гримнерссон; бог грома, молний, штормов, войны и кузнечного ремесла.
На форуме: драмакинг
Сообщения: 8349
Зарегистрирован: 13 фев 2018, 14:56
Контактная информация:

[17.08.2018] It's a Long Way

#18

Сообщение Thor Odinson » 31 янв 2019, 14:22

- Ну что ты, доченька. конечно нет. - усмехнулся в бороду Одинсон, покачав головой. - Ведь сестрица моя никогда не отличалась простотой в своём твореньи, следственно, и стабильность его также лучшего желать оставляла. Хотя... Может, один и остался.
Вообще, пусть эти две его взбалмошных девоньки будут рады, что Рюмр не расхерачил эту мечеть к псячьей шерсти. Но великодушие Громовника, как обычно, кануло втуне и бабьим царством замечено не было. Обидно, досадно, но чего поделать, приходится мириться.

Дальше следовал детальный обзор да исследование похищенного муслима валькирией. Таранис всё это время сидел молча, доверяя опыту дочки в подобных вопросах: да, кое-что было ясно и ему, но суть магии - это была вотчина Труд. Донар же просто видел природные явления, недоступные другим, однако объяснить их зачастую не мог, понимая всё интуитивно. А вот Вилкмерге могла порой работать преподавателем. Молодой такой, красивый, талантливый преподаватель, в шлеме, с копьём, восседающая на нахальном крылатом коне и попеременно заливающаяся дедовским вином между длинной лекцией. Представив это всё, Таранис даже хохотнул, но быстро взял себя в руки, откашлялся, и сделал вид. что он это так, случайно. Объяснять доченьке причину подобного Тунараз явно не желал. А то возгордится еще непомерно, мало ли.
- Какой бы там старый ифрит не был, доченька - его я все равно легко убью. Проблема в другом - как сильно влияние его разраслось, сколько у него сподвижников, и какие после последствия будут. Может, его даже не нужно убивать, а нужно посадить. Он сдать его, скажем, Тюру в АМБ, пущай там его досуха истощат пытками с допросами. - однако дальше Труд упомянула о старом святилище. Еще одно напоминание о ушедших в небытие богах, которое зажгло в галзах Громовержца желание, что было не спутать ни с чем. Жажда сражения. Эажда битвы с древним богом. И жажда победы. Конено, было бы лучше, если бы Хубала сейчас не было в живых, но кто знает - подобные божества так просто не умирают. И лично Вингнир надеялся на то, что этот индивид точно выжил.
- Так али иначе нам сначала надо в храм. И плевать, что мы там встретим - я разрушу любую аномалию, преграду, ловушку, вообще всё, что встанет у нас на пути. - с донельзя радостной и желающей крови миной поднявшись на ноги, Одинсон одобряюще кивнул на действие Труд по отношению к марионетке, после чего цапнул рыжулю за лапку, и потащил к выходу. - Но даже если мы разрушим власть над часами Смерти, то нам не поможет их вернуть. Следственно, у нас не одна задача, а две. И лично я подозреваю, что часы не будут храниться прямо рядом с храмом. Ну не могут они настолько тупыми быть. Ну правда. Так что как-то бы еще артефакт твоего кумира отыскать нам, а то он вновь явится, и будет загадочно нудить.

Путь назад на базу был недолгим. Боле того - метод добирания назад Ас избрал уже проверенный и надёжный. Своровав машину, он по обычаю своей нордической лени усадил дочь на место водителя, а сам развалился на переднем сиденье, выбросив сапоги на торпеду и благоговейно подрёмывая, изредка говоря валькирии, дабы сильнее на педаль газа давила, а то чё они словно черепахи едут. На подъезде к дислокации военных Тор позвонил одному из офицеров дочки, сказав, дабы готовили вертолёт и небольшую ударную группу.
- Да, я ведаю, что лучше было бы, если бы мы лишь вдвоём отвправились. - В кои-то веки решив объяснить свои действия, Рюмр почесал дочу за ушком, и продолжил - Но так они обеспечат нам сакральное прикрытие. К тому же, мне нужен еще Вольфганг - и они будут его охранять. Я не верю в совпаденья, и тот факт, что именно ты его нашла, означает, что роль парню уготована какая. Эх, был бы Балдур здесь... А так придётся нам довольствоваться догадками, а не готовыми ответами.
Больше Донар ничего не сказал. У него были еще некоторые мысли да предположения, но пока что он предпочитал держать оные при себе. Хотя бы потому, что это могла быть и старческая паранойя.
Но всегда оставался и другой вариант: то могло быть и столь ненавистное Тунаразу провидение.

На базе Асбьёрн спешно заэкипировался, прихватив с собой М60Е6 в качестве первичного оружия, обвешался гранатами на поясе и запасными магазинами к пистолету, напялил-таки на дочь Краевский комплект комбат-униформы, плитоноску (при том, что сам оной побрезговал - во-первых, не было его размера, во-вторых, он и так лентами обвешался, и в-третьих - он прямое начальство, что хочет, то и воротит), тактические очки, требовательно всучил в лапки Cheytac M200, тем самымы внаглую поставив ее как командира снайперского расчёта в тылу группы, и уже сидел в вертолёте, допивая свой мёд. Боеприпасы, естественно, он раздал заколдованные и с вырезанными рунами на них, чтобы в случае чего даже обычные бойцы могли завалить то, что им очень даже могло повстречаться по пути, и тем более - в точке назначения. Затем наступил короткий брифинг, во время которого Одинсон бросил пару кратких речей из вертолёта, скупо объясняя куда и на кой они летят, взвалив на Труд обязанность давать объяснительные комментарии и более подробные моменты операции, после чего подошёл к Вольфгангу, экипированному так же, как и остальные бойцы, и тихо сказал:
- Не стоит стыдиться того, что тебе страшно. То естественно для смертных. Стоит лишь дать своему страху понять, кто главный: ты, али рефлексы мозга твоего. тебе уготован особый путь, Вольфганг Крюгер, и от него ты не уйдёшь... даже коли будешь бежать от него со всег ног. Мы все когда-то умрём...
- ... Но покуда сего не случилось, смерти страшиться не стоит, ибо она уже предрешена Норнами. - внезапно закончил за Донара германец.
Ас лишь усмехнулся. Значит, солдат действительно многое вспомнил. Когда-то это же напутствие он говорил отряду Бундесвера, однако Громовержец не ожидал, что тот его вспомнит, тем более - в таком состояньи. Кивнув Вольфгангу, Тор отдал команду грузиться в вертушку, и вскоре они были уже в небесной выси. Ас добродушно бросался маленькими камушками, подобранными загодя, из вертолёта в какие-то ему ведомые цели внизу, напевал старую норвежскую походную песнь, заставляя дочь, солдат и пилотов ему подпевать, и в целом, выглядел совершенно беззаботным снаружи.
Только вот внутри он ощущал себя совершенно иначе. Он ждал битвы, был готов к ней и желал ринуться в бой здесь и сейчас.
И, похоже, что его отряд это всё-таки вскоре понял, особенно тогда, когда храм показался вдалеке на горизонте.
Ибо воздух внезапно крайне ощутимо заполнился озоном, небо начало понемногу затягиваться тучами, а цвет глаз Громовержца стал совершенно неестественным для любого человека - ибо ни один смертный не может иметь столь явный небесный огонь во взгляде. И солдаты поняли - их ожидает не обычная разведывательная операция, а битва. Жестокая и тяжёлая. Понемногу лицо каждого из них, даже Вольфганга, начало источать улыбку вместе со слегка диким, первобытным взглядом, устремляющимся к их цели прибытия.
И вскоре из вертолёта доносился общий громкий смех, да боевой клич.

Thrud Thorsdottir
дочь войны, жена войны
Аватара пользователя
Репутация: 1678
Статус: дочь войны, жена войны
Информация: Труд Торсдоттир
33 у.о. | aeons; Девана, Вилкмерге; богиня мудрости, покровительница природы и охотница, дева битв и воинской храбрости, сейдкона, действующий агент NCB Interpol
На форуме: лисонька
Сообщения: 4275
Зарегистрирован: 08 дек 2017, 00:03
Контактная информация:

[17.08.2018] It's a Long Way

#19

Сообщение Thrud Thorsdottir » 01 фев 2019, 20:26

В отличие от всех остальных бойцов, которых отец едва ли ни пинками загнал в вертолёт, Труд молчала всю дорогу, соизволив только расширить объяснение "потому что так надо" от божественных талантов к постановке задачи у Тора до каких-то ощутимых для людей категорий. Больше от неё никто ничего не слышал; валькирия сидела, обняв огромную тушку чёрного ворона обеими руками и уткнувшись лицом в его жёсткие перья. Очевидно, они - шаманка и её проводник, и друг, и голос бортмеханика Зелёного "а я же говори-ил", - держали друг с другом речь о чём-то очень важном, но оно не было доступно окружающим.
Ни людям, ни асу.
Не потому, что им двоим было, что скрывать, но более потому, что тропы, по которым ходили духи, сложно было объяснить живым.

А дева битв всё думала про последнего Всадника и его странное, всё ещё ощутимое присутствие рядом.
Они так давно знали друг друга, и Вилкмерге твёрдо знала, что ничего случайного он никогда не делает, даже если это самое очевидное объяснение. Во всём был смысл, всё должно было сложиться в мозаику, рано или поздно каждый кусочек должен был найти своё место, и все они показали бы цельную картину, но не то слишком малое число этих осколков они пока собрали, не то масштабы интриг Смерти были слишком для неё велики. Вольфганг, ифрит, часы, старый храм в сердце пустыни, к которому люди давно забыли дорогу - всё это были звенья одной цепи, но чего-то не хватало, чтобы кружево оказалось цельным.
Вздохнув, женщина выпрямилась, напрягла спину, сводя лопатки друг с другом: ныла голова, слабая, неприятно-пульсирующая боль.
Наверное, слишком много сил она потратила на то, чтобы вскрыть умиравший разум человека, подчинённого восточным духом.
Или что-то другое.
Топтавшийся по хозяйским коленям Лейкни потёрся об острый подбородок головой и издал приятный, воркующий звук.
- Да уж, - вздохнула сейдкона, переводя взгляд куда-то в сторону, - любит всё наше начальство шарады.

Пустынное строение выглядело очень плохо, но немного лучше, чем дочь Тора от него ожидала. Изъеденный ветром и песком мягкий камень стен казался изрядно выщербленным, выбитым, потерявшим свой первоначальный вид, кое-где он был даже проточен насквозь, но всё же стены ещё стояли, защищая сердце храма от бесчинствующей стихии. Вокруг было неестественно тихо, и даже эти раскаты грома, следовавшего по пятам за своим хозяином, казались немного приглушёнными, будто бы доносились издалека или сквозь закрытое окно.
Присев, вёльва зачерпнула полную горсть песка и высыпала его вниз, выпрямившись; вместо того, чтобы, подобно обычному песку, просыпаться к её ногам, мелкие искристые песчинки разлетелись во все стороны и принялись бесцельно кружиться на манер снежинок, подхваченных сильным ветром. Женщина кивнула, щелчком пальцев привлекла внимание старой птицы, усевшейся у неё на плече, и указала пальцем на узкую чёрную дверь, за которой ничего не было видно.
Вальравн на удивление не стал артачиться и, хлопнув крыльями, мгновенно исчез внутри.
- Здесь нет времени. Оазис вечности, - произнесла она очень тихо, бросив острый, внимательный взгляд на отца. - Оно давно остановилось, и Смерти сюда нет хода.
Короткая пауза, прежде чем женщина закончила:
- Пока нет.

Сильно тянуло озоном, но больше не было ничего.
Посмотрев на спокойного и даже будто бы улыбавшегося Крюгера, асинья ощутила очередной прилив странного чувства, близкого к прозрению, что вот-вот должно было случиться. Человек, что теперь был вне времени, в месте, что находилось вне времени, и это не было случайностью, но она всё никак не могла схватить суть, для чего же Смерть это всё заплёл. Воскресший из мёртвых немец должен был что-то сделать. На что-то повлиять, но
Валькирия в раздражении пнула какой-то осколок, глубоко закопавшийся в бархан, но тот остался глух к этому выражению негодования.

Вскоре вернулся озадаченный ворон, уселся на голову Тору, как на самую высокую точку окрестностей, и уставился, не моргая, в лицо девы битв, чуть приоткрыв клюв.
- Внутри очень темно и кто-то есть. Трое… Четверо, по сторонам света, сидят неподвижно в ритуальном кругу вокруг жертвенника. Под алтарём много свежей крови, - быстро сказала Труд, привычная оформлять в слова те образы, что показывал ей старый друг, не считавший нужным тратить на это собственные усилия. - Куклы или мертвяки, привязанные к храму, возможно, сами бывшие жертвами.
Сказала - и задумалась.
Свежая кровь могла остаться с незапамятных времён, высохнуть она не могла, оказавшись в бесконечном временном болоте, не могла и впитаться в землю, но кровь - символ связи рода и многих иных сакральных вещей. Значило ли это то, что хозяин храма находится здесь и ждёт гостей, или что теперь храм принадлежал вовсе не ему?
Чёрные птицы из детских глаз
Выклюют чёрным клювом алмаз,
Алмаз унесут в чёрных когтях,
Оставив в глазах чёрный угольный страх. ©

Thor Odinson
I whip Mjöllnir back and forth
Аватара пользователя
Репутация: 902
Статус: I whip Mjöllnir back and forth
Информация: Тор Одинсон
~30 y.o.|aeons; бригадир ВМС Норвегии; Асбьёрн Гримнерссон; бог грома, молний, штормов, войны и кузнечного ремесла.
На форуме: драмакинг
Сообщения: 8349
Зарегистрирован: 13 фев 2018, 14:56
Контактная информация:

[17.08.2018] It's a Long Way

#20

Сообщение Thor Odinson » 07 фев 2019, 15:55

- Молвишь ты, нету Смерти сюда ходу, дочь? - как-то кровожадно улыбнулся Вингнир, и взвёл затвор пулемёта. - Так ты не волнуйся. Я любую дверь ему открою. Как всю жизнь делал то.
Донар жаждал крови. И вряд ли что-то могло его остановить от получения желаемого.

Он спрыгнул с вертолета гораздо раньше, чем тот приземлился, одновременно и нарываясь, и проверяя ближайшую местность. Небо уже было полностью затянуло грозовыми тучами, совершенно ненавязчиво покапывал дождик, и были слышны пока что ещё отдалённые раскаты грома, но природа все ещё сдерживалась, равно, как и ее повелитель. Проведя осмотр, Тор дождался свой отряд, и даже каким-то чудом не ринулся ломать все впереди себя, покуда ворон дочки слетал к цели аки асгардский дрон-беспилотник.
- Ясно. Ясно, что больше ждать нельзя. Снайперы! Занять позиции на том бархане и на равнине для прямого обстрела! Ещё двое, вы, с калибром покрупнее - один стрелков прикрывает, второй охраняет вертолёт, ибо иначе домой не доберёмся! Остальные - за мной на расстоянии пятнадцати шагов, контролируете фланги! Доча, вы с Лейкни будете указывать нам, куда держать путь внутри... - повернувшись к валькирии, Таранис уже более тихо добавил - пусть глаз твой будет верен... Впрочем, как и всегда. Когда местность зачищена будет, ты свершишь свое колдунство.
И раздав указания, Веор быстрым шагом направился к цели, вскоре перейдя на бег, во время которого он даже целиться умудрялся. И было бы странно, если бы едва ли не из-под земли из не начали встречать.
- Ødelegge en og alle!
И следом на эту землю обрушился свинцовый дождь, который то и дело смешивался с раскатами грома - как небесными, так и от рыка Донара и его ударов. Солдаты, кажется, тоже понемногу начинали внедрить в боевую ярость, заражаясь оной от своего командира, оружие со взрывами грохотало так, что никакие активные наушники и близко не помогали, а меткие выстрелы снайперов не давали валькириям повода начинать петь последнюю песнь слишком увлечённым да подставившимся бойцам. Ас же все поливал противника с пулемёта, устремляясь к храму, даже не особо отпуская крючок - но вскоре даже его непомерно длинная лета закончилась, и оружие из огнестрельного переквалифицировалось в ударно-дробящее. Убив ещё нескольких врагов подобным методом, вскоре он лишился и этого орудия, что совсем не было рассчитано на подобное применение. А мертвецы все прибыли и прибывали... Или же они просто со временем поднимались?
Судя по всему, последнее. Ну что же - а если подниматься уже будет нечему?
- Alle går til sengs!
И сразу после того, как солдаты синхронно украли ниц, заговорил небесный огонь.

Но даже когда ослепительные вспышки и небесный грохот прекратился, прах, оставшийся после ударов молний по телам, словно бы начал медленно, однако неумолимо принимать прежнюю форму. Да, если даже такое здесь их только задерживает...
- Þrudr! Kasta riffill og og hlaupa til mín!
Нескоро срывая с себя порядком испорченное снаряжение, Донар окончательно плюнул на приличия поведения себя в мире смертных, и сорвав с шеи подвеску, сжал в руке искрящийся Мьёлльнир. Да, солдаты прекрасно знали, с кем они служат, однако каждый раз, когда лицезрели своих богов, своих валькирий, все равно впадали в некий благоговейный транс. Однако ступором там и не пахло.
- Убивайте всех, кто встанет али ещё придет! Кончатся патроны - убивайте чем угодно, хоть вражескими оторванными руками!
Объяснять солдатам, что собрались делать бригадир и майор, смысла не было никакого. Все и так было понятно.

И вот когда Рюмр выбил не только каменную дверь, но и всю парадную стену, ворвались внутрь, он застал на месте в кромешной темноте, и прорычал:
- Я чую его. Я чую того, в честь кого возвели сие убожище. Прятаться смысла уже нету, так что выходи из теней и сдохни!
И проревев последние слова, Громовержец заставил Мьёлльнир засиять подробно звезде. Теперь они видели всё. И теперь от них нельзя было спрятаться.

Thrud Thorsdottir
дочь войны, жена войны
Аватара пользователя
Репутация: 1678
Статус: дочь войны, жена войны
Информация: Труд Торсдоттир
33 у.о. | aeons; Девана, Вилкмерге; богиня мудрости, покровительница природы и охотница, дева битв и воинской храбрости, сейдкона, действующий агент NCB Interpol
На форуме: лисонька
Сообщения: 4275
Зарегистрирован: 08 дек 2017, 00:03
Контактная информация:

[17.08.2018] It's a Long Way

#21

Сообщение Thrud Thorsdottir » 09 фев 2019, 00:40

Если бы у валькирии было время, она бы сейчас встала посреди побоища, запрокинула голову и долго-долго кричала, как лось во время гона, отложив в сторону тот скорбный факт, что лось вообще-то не являлся её тотемным животным. Просто ничего лучше не могло выразить её ощущения от всего происходящего: от отца, который обязательно устраивал безумие и побоище везде, где появлялся, от Смерти, чьё молчаливое присутствие за левым плечом ощущалось всей собственной сутью, от мертвецов, которые вроде бы собирались умереть, но забыли это сделать и теперь упорно отказывались верить, что им пора на покой, от Мьёлльнира, который, чуя ярость хозяина, рвался в бой.
Труд не знала, зачем она во всё это ввязалась. Более того, Труд не знала, почему ей вообще не жилось спокойно где-нибудь в сибирской тайге. Наверное, это всё было какое-то дурное Одиново наследие, раз за разом заставлявшее её вмешиваться в то, что на самом деле не имело к ней отношения - в конце концов, почему бы интриги жнеца не расплетать ему самому.

Но вместо того, чтобы развернуться и благополучно уйти постигать тишину где-нибудь на задворках Ванахейма, дева щита призвала копьё, сдёрнув с шеи серебристо высверкнувшую подвеску, выругалась на сложной смеси исландского, немецкого и русского, после чего, найдя взглядом Крюгера, одним кивком головы велела ему следовать за собою. Солдат не удивился и не попытался воспротивиться, прострелил одной из тварей, что явно желала отгрызть ему ногу, голову, оттолкнул пинком от себя другую и довольно быстро оказался рядом.
Вилкмерге вдруг с удивлением поняла, насколько он спокоен.
Неестественно, нереально для человека. Сейчас в немце было что-то ещё, что-то, сокрытое за его смертной природой, что-то, что влилось в него в пустыне в миг воскрешения.

- Что мне нужно делать?
- Понятия не имею, - признала вёльва, кивнула на святилище, из щелей которого текла чернота с алой каймой, - но нам туда. А дальше разберёмся.
- Есть, - и Вольфганг вдруг улыбнулся, самую малость, едва заметно.
Интересно, сошёл ли он с ума, или вдруг просто понял, что всё происходящее имело для него не меньшую ценность, чем для богов; воительница решила, что подумает об этом на досуге. Потом. Если им удастся выбраться из этой свалки живыми и самим сохранить хотя бы какое-то подобие рассудка.

Боевая ярость Тора прокладывала им путь, а его дочь, ловко проскальзывавшая меж всё восстающих мёртвых, шептала себе под нос слова упокоения, отпуская души - одну за другой, и медленно, очень медленно, но их всё же становилось меньше. Они вырывались из замкнутых стен своей ловушки, в которой вечность ходила по кругу, по одному, по двое, и тогда их тела просто смешивались с песком. Силы уходили быстро, но сейчас было не место думать об этом; валькирия касалась разумов своих людей, внушала их сердцам страсть и храбрость, как делала это много столетий назад, и тёк над чужими землями, над золотыми, в ржавые сейчас превратившимися барханами отголосок её песен.
"И нам решать, кто в сече погибнет…"
Она просила того, кто был с нею вечно, не собирать жатву свою сегодня, ради неё, ради той, кто исполняла его волю дольше, чем существовала на этой планете жизнь; и тихое молчание было ей ответом.

Теперь настала очередь Труд улыбаться так же странно, как вернувшийся из небытия солдат.

В глубине храма было слишком темно, даже её глаза, что поспорили бы с совиными, не могли разобрать ничего, но это было недолго: вспыхнули живыми факелами четыре человеческие фигуры, будто бы слепленные из воска, и они горели, совершенно не сгорая, не плавясь, не дрожа. В неверном свечении этого странного и страшного в своей инфернальности зрелища можно было разобрать алтарь, бассейн у его подножия, наполненный свежею кровью.
С некоторым трудом асинья вспомнила, что Хубал - бог рода, связанный кровавыми клятвами, должно быть, это и были жертвы, которые ему приносили почитатели. Часть себя, девять капель крови; старый род, ныне уже угасший, но сила его впиталась в землю, осталась здесь, запертая в крошечной аномалии. Все мёртвые там, выходят, были кого-то его детьми?

- Вежливость никогда не была твоей сильной стороной, - сказал чей-то голос.
Темнота немного задрожала, и вдруг в ней проступил мужской силуэт. Существо, похожее на человека, сидело прямо на алтаре, скрестив ноги по-турецки. Худощавый, длиннобородый, неопределимого на взгляд возраста; богиня сделала рукой знак Крюгеру замереть и выступила вперёд, прикрывая человека собой. Масляно-чёрные глаза старого божества проследили за ней с некоторым подобием интереса.
- Кто она, Аса-Тор? Твоя дочь? Она похожа на тебя, гневная кровь течёт в её венах.
Лицо бога было совсем неподвижно. Над сложенными "лодочкой" ладонями кружили небольшие песочные часы, с подставкой, что сделана из золота. Песок в них замер, не двигался, как бы не наклонялся стеклянный сосуд.
- Почему ты не умер? - Спросила Труд, упирая копьё в землю.
- Вовремя понял, что моё время прошло, - без всякого удивления ответил Хубал, - вовремя спохватился.
Потом он посмотрел на громовержца вновь.
- Ты сильнее меня, но ты должен знать, что без меня сейчас часы ты не повернёшь. Я много времени провёл, решая их загадку, но я знаю ответ.

"Я тоже знаю."
Мысли Труд щекотали разум аса таким нежным касанием лебяжьего пера.
"Бей. Мы решим остальное."
Чёрные птицы из детских глаз
Выклюют чёрным клювом алмаз,
Алмаз унесут в чёрных когтях,
Оставив в глазах чёрный угольный страх. ©

Thor Odinson
I whip Mjöllnir back and forth
Аватара пользователя
Репутация: 902
Статус: I whip Mjöllnir back and forth
Информация: Тор Одинсон
~30 y.o.|aeons; бригадир ВМС Норвегии; Асбьёрн Гримнерссон; бог грома, молний, штормов, войны и кузнечного ремесла.
На форуме: драмакинг
Сообщения: 8349
Зарегистрирован: 13 фев 2018, 14:56
Контактная информация:

[17.08.2018] It's a Long Way

#22

Сообщение Thor Odinson » 11 фев 2019, 15:22

Он еще и язвил. Он еще и угрожал, мня себя мудрее, чем они. Однако самую большую ошибку он сделал, попытавшись угрожать его крови - ибо была угроза в его тоне.
Кем бы ни был он сейчас, где бы он не прятался всё это время, даже если он творил какие-то добрые дела - теперь его это не спасёт. А когда мысль Труд лёгки мановением сейда коснулась его разума, он убедился еще и в том, что он им даже полумёртвым не нужен.
- Ты попрал законым жизни да и смерти. Ты возомнил себя мудрее да сильнее тех. за кем и впрямь стоят сила и мудрость. Но самую большую ошибку сотворил ты, Хубал...
Взревев, Таранис запустил Мьёлльниром прямо в бога, и молниеносно ринулся следом:
- ... Когда посмел угрожать моей дочери!
От Мьёлльнира Хубал уклонился. Когда в твоих руках артефакт, управляющий жизнью и смертью - ты впонле можешь свою кончину оттянуть. Отвести. Но увы, не острочить. Тем более, когда следом на тебя налетает искрящийся берсеркер. Ты можешь пытаться убегать, ты можешь даже отбиваться, но рано или поздно ты будешь загнан в угол. Пойман за руку или ногу. Обездвижен. И от тогда ты окажешься в его безоговорочной власти.
Посему после тридцати секунд убегания Хубал в полной мере на себе прочуствовал, каково это - быть немощным. беспомощным. Слабым. Всего лишь маленьким божком.
А Веор всё молотил его кулаками, презрев даже Мьёлльнир, который почему-то решил ошиваться в воздухе подле Труд. Может, понял, что не его пошиба этот божок, хозяину вымещать праведный гнев он не поможет - да и не нужно, а вот силой своей внучке Одина вполне может помочь.
- Ты! Навсегда! Запомнишь! Что! Такое! Сила! И! Супротив! Кого! Тебе! Никогда! Не! Стоит! Выходить! Зарвавшийся! Божок! - Удары превращали лицо да тело Хубала в кашу, и вскоре всякое его сопротивление было пдавлено - он только и мог, что лежать, хрипеть да булькать, оставшимся глазом прося уже добить его. А Громовержец всё его избивал. - Не! Смей! Угрожать! Моей! Дочери!
Он уронил на Хубала несколько колонн, превратил кости в его конечностях в мешкую кашицу, и всё не останавливался. Он даже времени толком не ощущал, не замечал и всего, что было вокруг. Остановился он только тогда, когда услышал - нет, скорее даже почуствовал - какую-то то ли мысль, то ли безмолвную просьбу души и другой, более холодной и безразличной эссенции.
"Хватит."
Остановившись, окровавленный берсеркер повернулся, все еще судорожно сжимая и разжимая кулаки, и увидел пред собой дочку и Четвёртого Всадника. Он еще мог бы понять, почему просила Труд - всё же, она не была злой по своей натуре, и бессмысленных смертей никогда не привечала. Однако пошто за Хубала заступился Смерть, он не понимал. Впрочем, он его и так не понимал.
Багровый огонь погас в глазах Громовержца, и он первым делом подошёл к дочке да крепко ее обнял. Даже Мьёлльнир, всё еще висевший в воздухе, совершено непонятно почему, но будто бы... погладил валькирию? да, поведение этого молотка было в высшей степени непредсказуемым. Видимо, даже артефакт решил пожалеть бедную внучку Одина, которой приходится уживаться в одном мироздании с ним, молотом, и ее отцом.
И только сейчас он заметил важную вещь. Из-за которой они, собственно, и пришли. И в недоумении посмотрел сначала на дочку, отпустив ее наконец, а после - на Всадника:
- А... А где часы? Я что... Только не говорите мне, что я их сломал. Не бывает такого. Точнее, бывает, но я не мог. Я бы заметил!.... наверное. Вы их заполучили? Они здесь? Тощий, ты забрал их?
Однако непроницаемый лик Смерти, даже не кивнувший, неумолимо надвигал Тора на мысль, что не всё так просто.
- Так... Где эти часы?

Thrud Thorsdottir
дочь войны, жена войны
Аватара пользователя
Репутация: 1678
Статус: дочь войны, жена войны
Информация: Труд Торсдоттир
33 у.о. | aeons; Девана, Вилкмерге; богиня мудрости, покровительница природы и охотница, дева битв и воинской храбрости, сейдкона, действующий агент NCB Interpol
На форуме: лисонька
Сообщения: 4275
Зарегистрирован: 08 дек 2017, 00:03
Контактная информация:

[17.08.2018] It's a Long Way

#23

Сообщение Thrud Thorsdottir » 13 фев 2019, 01:22

Вольфганг разжал ладонь, и над ней взвился маленький золотой вихрь, в сиянии которого проступали часы. Валькирия, напряжённо наблюдавшая за тем, как отец делает из старого арабского бога отбивную на тему уважения к берсеркерам и их семьям, вдруг с изумлением поняла, что часы Веор действительно… Разбил, потому что только так их можно было отнять у того, кто собственную жизнь сделал петлёй и доверил им.
Но то было лишь стекло и золото, а настоящие часы, настоящая суть часов, что отмеряют жизнь, конечно же, не могла погибнуть, и они сейчас танцевали над рукой человека, который был не мёртв и не жив, который не должен был быть в реальности, но который всё равно был. Он был ключом к ним, вратами к владениям Смерти.
А Смерть - он стоял с ними теперь, жуткая фигура в чёрных одеждах с прекрасным мёртвым лицом.
Тёмные глаза и белые губы, кожа цвета пепла; даже той, что исполняла его волю и проводила его к живым, было трудно смотреть на Всадника. Притом асинье было ведомо, что этот лик - иллюзия, такая же, как любой другой; истинную личину не ведал никто. Она была слишком тяжела для реального мира.

Всеведающий взгляд прошёлся по храму и уткнулся вновь в Тора, и в его тёмных глубинах не было ни чувств, ни ожиданий.
- Ты сделал, что должно, - произнёс жнец.
Это был максимум аудиенции, на который можно было рассчитывать.

- Я тебя ненавижу, - хмуро сообщила Труд Смерти, выдёргивая из земли своё копьё.
Лёгкий смех Всадника, что был мерой и концом всему, напоминал шелест вороньих крыл, листьев по земле; в нём не было ничего веселого и ничего грустного. Как и всё в его облике, в его бездонных глазах, в которых можно было бы увидеть начало вечности и её закат, смех был спокоен и излучал этот покой, окутывал погребальным саваном, белым пеплом костра, накатывал морскими волнами. Пошатнулась даже валькирия, привыкшая к тропам мёртвых и ранее; стоявший чуть поодаль Вольфганг и вовсе припал сначала на одно колено, потом упёрся рукой в холодный камень, крепко окроплённый кровью.
- Нет, - ответствовал жнец.
Женщина с глазами изо льда посмотрела на чёрную худощавую фигуру с безграничной тоской, а та вдруг как-то раздалась, выросла, заняла собой всё пространство, весь мир, укутала темнотой из-под огромных чёрных крыльев, заставила исчезнуть весь свет, весь огонь, который только существовал. И затем - легко, едва уловимо он коснулся латной перчаткой девичьего лица, кончиками пальцев, оставив ощущение холода, пробравшееся под кожу, растворившееся в крови.

И исчез.
Часы исчезли вместе с ним.

Крюгер медленно сполз на песок, дыша тяжело и неглубоко, но вскоре умудрился сесть и уткнуться лицом в сложенные ладони.

- Да какого хеля на этот раз! - Взвилась валькирия, мгновенно переходя из сомневающегося спокойствия в безграничную ярость.
Где-то в небе громыхнуло, раз, другой, а затем пошёл дождь. Мьёлльнир, ошивавшийся рядом с дочерью хозяина, озадаченно померцал тусклым голубым светом и решительно вернулся обратно, превратившись в подвеску и пристроившись на могучей асовской груди. Был ли внезапно разразившийся ливень его личным творчеством или это так странно и удивительно наложилась сила вознегодовавшей Вилкмерге, оставалось на его совести, поскольку умением и желанием объяснять что-либо в своём поведении один из великих артефактов Асгарда очень напоминал владельца.
Не царское это дело.

Исчез, как выяснилось, и Хубал, и его марионетки. Вернувшееся время, которое так долго избегало этого храма, медленно перемалывало здание, иссушивало бассейн, ветшало стены, сносило старые статуи и рельефы тёркой песка, и вскоре уже ничего не напоминало о прежнем владельце этого места, который, должно быть, сейчас отдыхал в Аду от порушения самооценки. Дева битв плавно повела плечами и, отпустив копьё, кивнула мужчинам:
- Пошли отсюда, здесь всё равно делать более нечего.
- А я? - Спросил немец, с некоторым трудом выговаривая слова.
- А что ты? - Переспросила вёльва, подходя к нему и протягивая руку, чтобы помочь подняться. - Ты жив теперь. Когда часы вернули тебя, тень смерти осталась в тебе, и жнец использовал её, чтобы отвести часы от Хубала и вернуть их вновь в реальный мир. Он мог бы забрать тебя снова, но Смерть при всех его… Очень интересных взглядах… Чаще всего добр к нам. Он подарил тебе новое время и новую судьбу. Такое бывает, хоть и очень редко.
- Но я же не могу вернуться домой, где меня никто не ждёт, спустя четырнадцать лет, - грустно улыбнулся мужчина.
Труд невозмутимо закинула его руку себе на шею и поволокла к выходу. Через пару часов, когда жизнь залатает его суть окончательно, Вольфганг оправится, но пока ей было несложно потаскать его за собой. Он был куда легче братьев и не орал пьяным голосом матерные песни ей на ухо, что уже можно было считать огромным достоинством.
- Думаю, мы решим проблему с твоим новым домом. Правда, пап?
Чёрные птицы из детских глаз
Выклюют чёрным клювом алмаз,
Алмаз унесут в чёрных когтях,
Оставив в глазах чёрный угольный страх. ©

Thor Odinson
I whip Mjöllnir back and forth
Аватара пользователя
Репутация: 902
Статус: I whip Mjöllnir back and forth
Информация: Тор Одинсон
~30 y.o.|aeons; бригадир ВМС Норвегии; Асбьёрн Гримнерссон; бог грома, молний, штормов, войны и кузнечного ремесла.
На форуме: драмакинг
Сообщения: 8349
Зарегистрирован: 13 фев 2018, 14:56
Контактная информация:

[17.08.2018] It's a Long Way

#24

Сообщение Thor Odinson » 26 фев 2019, 21:33

- Ну охелеть теперь. Доча, ты слышала - не какой-то хрыч, а сам Четвёртый меня похвалил за то, что я что-то сломал! Утрись, вреднющая лиса, отец твой истинный и неповторимый мастер дела своего, чью работу наконец признали да и оценили! Азраил - выставив поднятый вверх большой палец Всаднику, довольный и окровавленный берсеркер усмехнулся, и гаркнул - Мужик! Уважение тебе!
Конечно, было понятно, что Смерти от тирады Одинсона было ни жарко, ни холодно. Вряд ли у него вообще было чувство юмора. Но от его дочь да и Вольфганг - кто знает, может, они и отреагировали как-то. Сам же Ас собой попросту гордился. В кои-то веки то, что он что-то сломал, оказалось полезным и нужным.

С одной стороны. Донар жалел, что не прибил Хубала. С другой - у него всегда будет шанс избить его еще раз, так что Веор философски пожал плечами, и решил, что это хорошо. Смерть исчез, пошёл дождь, все его люди живы, дочь - цела, Вольфганг - тоже, чем не хорошее окончание трудового дня? При выходе из храма Тор было подумал - а не разрушить ли его, однако передумал. В конце концов, за него здесь всё сделает время. Совершенно неостановимая и ультимативная сила, которой практически все проиграют, рано или поздно.
Хотя, признаться, пару раз садануть всё-таки хотелось.

- Думаю, что смогу тебя устроить на службу ко мне, Вольфганг. С документами, правда, придется что-то делать - имя того, кто официально мёртв, носить все же не стоит - однако то решаемо вполне. Да и язык норвежский выучить проблемой не будет. А коли Теллемарк тебе не по душе - могу и в Бундесвер устроить, есть ещё у меня там связи годные. Но то коли желаешь ты карьеру военного... Хотя, не думаю, что той путь вдруг захочешь ты избрать. Однако выбор все же за тобой. Подумай, покуда будем добираться мы на базу, время у тебя есть, Вольфганг.
Похлопав парня по плечу, Донар деловито цапнул дочурку, усадил себе на плечи, и так, собственно, шел до самого вертолёта, где труд все же пришлось сгрузить и усадить на место пилота. Сам пилот был все же человеком, и после сегодняшнего боя достаточно устал, но Асы - что им такая забава? Даже дыхание толком не сбила. Развалившись в кресле второго пилота - и то, только потому, что место было в первом ряду, пилотировать вертушку Тору было откровенно лениво и делать сие он явно не собирался - он немного побухтел, что нету выпивки, а после скомандовал отправляться восвояси отсюда.
- Думается мне, что ротацию можно будет по прибытию оформить, Вигдис. Поедете с ребятами домой и отдохнёте хоть немного. То вы заслужили.
Достав телефон, Таранис быстро набрал один номер, и с басом да и матом начал отдавать четкие да краткие указания. Солдаты в вертолете радовались, и сразу же спешили поделиться не со своими сослуживцами на базе.

Посему когда они прибыли на место, весь состав радовался, собирал вещи и, в общем-то, отмечал. Знали ведь - если ты пьешь, но в меру и работаешь, бригадир не видеть наказания или наряда. Самолёт уже брал почти заправлен для обратного пути, и настроение среди солдат было крайне позитивным.
Вскоре они будут дома.

Ответить

Кто сейчас на конференции

Сейчас этот форум просматривают: нет зарегистрированных пользователей и 0 гостей