Frank Shepard - Earth

Анкеты всех персонажей, принятых в игру.
Ответить
Frank Shepard
тротиловый эквивалент правосудия
Аватара пользователя
Репутация: 20
Статус: тротиловый эквивалент правосудия
Информация: Фрэнк Шепард
~40 y.o. | 313 y.o.; истребляет зарвавшихся монстров; шарит в вооружении, живет в норе под землей, пытается справляться с тем, что осталось от его жизни.
На форуме: punisher
Сообщения: 53
Зарегистрирован: 31 авг 2019, 23:46
Контактная информация:

Frank Shepard - Earth

#1

Сообщение Frank Shepard » 29 янв 2019, 23:30

ЛИЧНОЕ ДЕЛО
<ФРЭНКА ШЕПАРДА>
Имя персонажа: Фрэнк Шепард
Возраст (реальный и на вид): 313 лет (на вид около сорока), родился в июне 1705 года
Раса/вид: оборотень
Домашний мир: Земля
Род деятельности: бывший военный США, бывший начальник убойного отдела полиции Атланты, сегодня – бродяга в Европе
Статус: нелегальный
Изображение
Jon Bernthal
ОСОБЫЕ ПРИМЕТЫ
Высокий, отлично сложен. Фигура близкая к атлетической. Фрэнк никогда не брезговал тренажерными залами, но основную массу и форму набрал на службе, в спорте и в работе естественным путем. Сегодня упорно поддерживает и совершенствует физические навыки. Широкие плечи, узкие бедра и совершенно разбойничья рожа делают Фрэнка незабываемым. Но профессиональное умение шкериться в толпе и обтирать подворотни даже с такими данными способно сделать его незаметным. Чаще всего сейчас носит темную одежду с глубоким капюшоном и удобные тяжелые армейский ботинки. Усы и бороду носит очень редко, виски и затылок бреет коротко, не скрывая широкий старый шрам на виске, узкий и длинный, похожий на росчерк огромного когтя.
Повадками и манерой даже издалека напоминает военного — всегда насторожен, угрюм и спокоен. Никогда не суетится и не тратит попусту силы и эмоции. Но в гневе неудержим и яростен.
Фрэнк редко улыбается, чаще всего задумчив и угрюм. Но если он шутит или искренне улыбается, лицо его неуловимо меняется, словно сквозь маску бесконечно мрачного убийцы проступает на миг настоящий Фрэнк Шепард, незамутненно-ясный, чистый и все еще живой.

Рост – 191, вес – 108.
Глаза карие, волосы черные, выбритые на висках и затылке.
Заметен след многократного перелома носа. Временами имеет следы от заживающих пулевых, ножевых и рваных ран на теле. Длинный шрам на виске не исчезает, хотя давно зарубцевался.
Фрэнк двигается очень экономно и мягко. И опытный боец без труда определит в Шепарде профессионального рукопашника.

СПОСОБНОСТИ
Человеческие:
Всю свою жизнь Фрэнк воевал или служил в полиции. Его интерес к силовым методам и к всевозможным способам укокошить ближнего своего – неистребим. Он хорош в боевой тактике, как в одиночку так и в отряде, в роли рядового или командира. Отлично владеет любым видом оружия, принятого на вооружение в армии и полиции США. Бокс. Рукопашный бой. Плавание. Бой с дубинкой. Работа со щитом против толпы. Метание гранат. Основы взрывотехники. Основы медицинских знаний. Десантирование и планирование с парашютом.
Со времен дикого запада держится в седле так же хорошо, как на своих двоих.
Водит колесную и гусеничную технику, имеет удостоверение пилота вертолета, удит рыбу и может даже добыть лягушек для еды. Из всего оружия предпочитает нож и пистолет.
Сверхъестественные:
- сильнее, крепче, выносливее и быстрее человека
- обостренное обоняние (в зверином обличье – просто неприлично острое). Очень чуткий слух. Поэтому его всегда раздражают сильные запахи и резкие громкие звуки.
- может выпускать недлинные, но широкие, мощные и очень острые когти, по крепкости и урону не уступающие хорошим ножам. Как и нож, способны пробить кевларовый бронежилет или человеческий череп при должной силе удара.
- усиленная регенерация – раны заживают как на собаке, вплоть до полного исчезновения после длительного времени - даже крупных шрамов
- отличные рефлексы
- очень устойчив к низким температурам.
- обладает вполне отчетливой способностью «чуять дерьмо» - предвидеть неприятности. Фрэнк считает это сигналом тревоги от инстинктов. Но как бы там ни было – это работает
- может обернуться очень крупным волком, но почти никогда этого не делает даже в бою. Предпочитает огнестрельное и холодное оружие.
- может жрать все подряд и не блевать
- ускоренный метаболизм – постоянно голодный
- никогда не болеет человеческими болезнями, даже моровыми, и не может быть переносчиком, если только это не педикулез
- Фрэнк - потомок Тюра. Но не имеет об этом ни малейшего понятия.

О ПЕРСОНАЖЕ
Он любил гребаную войну. Обожал ее. Любил этот бешенный дикий подъем в сердце, звон в ушах и адреналин, раздирающий вены. Любил и ждал команды к атаке. Восхищался всеми стратегическими возможностями сражений и тактическими вывертами боев. Он умел видеть поле боя целиком. И чуял, чем-то, что в глубинке Алабамы чуть позже назовут «нутром». Нутром он чуял всю войну насквозь. Каждый бой. Каждую схватку. Смотрел на противника перед собой и понимал, чего он стоит. И стоит ли чего-то вообще.

Фрэнсис Шепард родился летом 1705 года на территории британских колоний в Америке. Его досточтимая матушка не удосужилась даже дать своему первенцу имя. Видимо, торопилась избавиться от маленького чудовища. Но Фрэнк не мог винить ее. Он, и правда, был чудовищем.
Единственное, что сделала для него мать – это все же не бросила звереныша в канаву. А уложила в корзину, завернула в оборванный подол чистой рубахи и подбросила на порог добрых поселенцев. Дело было в Южной Каролине.
То были страшные времена. Люди мерли, словно мухи. Ни одного месяца не проходило без схваток, кровопролитий, попыток передела территорий. Бойни между лордами-владельцами, индейцами, испанцами, англичанами, все это приправлено бандитами и другими лихими парнями, которые пистолет не выпускали из рук даже когда спали и трахались.
И среди всего этого Фрэнк рос, словно листок подорожника, - наступи ногой, придави копытом, - через день снова поднимется, и снова начнет тянуться к солнцу и глотать дорожную пыль. Жажда жизни – вот что было в нем неистребимо.
Его приемная семья кормила его и давала кров, но любви он видел мало. И не потому что его считали подкидышем, а потому что времена были такие, когда сирота или родной сын – получали одинаково вкусных лещей за шкоды, воровство или драки. А драться Фрэнк любил и умел. Даже в семь лет он лупцевался с десятилетними на равных, а когда возраст пошел к двенадцати, линяли от него даже шестнадцатилетние парни. Потому что был этот звереныш не по годам сильным, ловким и выносливым. И заживало на нем все, как на собаке. Сегодня разобьешь губу или расквасишь нос, а через два дня уже ни следа.
Фрэнк не обращал на эти вещи внимания. Он всегда был таким, и ничто его не тревожило. Но настал момент, когда он понял, что не такой как все. Он уже даже не помнил, что случилось в тот раз. То ли отец его за что-то нашпынял, то ли еще что-то вывело из себя, но в двенадцать лет, как-то вечером он подумал, что умирает. Потому что все его тело начало ломать и крутить с такой невыносимой силой, что мальчишка сам себя не помнил, орал он как бешенный. Благо, что дома в этот момент не было никого. Когда он оброс шерстью, когда увидел свои лапы с огромными когтями; свои ноги, похожие на звериные; когда понял, что у него есть гребаный хвост. И что он слышит, казалось вообще все звуки в мире, а нос, его огромный мохнатый черный нос шевелился и сводил его с ума безумной вонью окружающей смрадной Вселенной… Вот тогда он понял, почему мама бросила его. Он испугался так сильно, что просто завернулся в одеяло и твердо решил умереть прямо здесь. Не вылезти из своего угла никогда. А потом пусть делают с ним, что хотят. Так он и уснул, в ужасе от того, что с ним происходит, с зареванной щенячьй мордой и когтистыми лапами, которыми нечаянно изодрал все одеяло.
А утром Фрэнк проснулся человеком. И он хотел бы подумать, что все это ему только приснилось. Но вот только мать увидела изрезанное одеяло, и разорванную одежду. И всыпала ему такого ремня, что Фрэнк тут же пожалел, что он не чудовище и не может просто зарычать и убежать жить в лес.
В конце-концов, после долгих мучений и терзаний, Фрэнк открыл свою тайну местному священнику. Просто пришел и рассказал, как на духу. И святой отец не заклеймил мальчишку печатью дьявола, как ожидал Фрэнк. Не прогнал. Не наорал за ложь. Он поверил. И сказал, что такие, как Фрэнк, существуют в мире. Такие и другие. Очень-очень разные существа живут под солнцем. И все они – дети божьи. Не все они видят истинный путь, не все идут дорогой добра и света, как завещает всем Господь, но всегда, каждую минуту своей жизни нужно стараться становиться лучше.
Фрэнк увидел в этом человеке истинного своего духовного пастыря. Пастырь вел за руку волка. И в этом не было ничего странного или противоестественного. Волк стал честным и добрым католиком. Он слушал священника и укладывал в своей подрастающей и взрослеющей голове, что он намного сильнее обычных смертных. Ловчее, быстрее и чутче. Раны его заживают легче. И чем он будет старше, тем больше будет его сила. А тот, кому дана сила – облечен доверием Господа. Бог испытывает каждого из нас. Растит наши души. И никому не дано испытаний больше, чем он сможет вынести. И чем сложнее испытание, тем больше дается человеку сил на их преодоление. Именно так и можно судить о том, насколько сложным видит твой путь Господь, и сколько мудрости и опыта ты получишь на нем. Фрэнк твердо понял, что люди рядом с ним – это его ответственность. Он должен помогать им. Помогать там, где они не смогут пройти сами. Там, где человеческих сил не хватит никому, даже самому умелому и здоровому.
Пес Господень – так называл его священник. И Фрэнку казалось, что другой истины и быть не может.
Прошло совсем мало времени, он едва успел повзрослеть, как в колонии пришла безумная череда крупных войн. Едва Фрэнку исполнилось шестнадцать, он завербовался. И его карьера вошла в единственную сферу, которой он не изменил до самого конца, – в войну.
Он менял нанимателей, флаги, гербы, лозунги и цели. Бился на стороне лордов-владетелей Пенсильвании, Делавэра, Нью-Джерси и Мэриленда, на стороне патентодержателей Массачусетса, Род-Айленда и Коннектикута. Он сражался за провинциальные колонии. За Нью-Йорк, Нью-Гэмпшир, Вирджинию, обе Каролины и Джорджию. Он видел, как умирают от оспы целые селения и деревни индейцев. Он видел, как продают человеческие скальпы. Видел насилие, убийства, разбой и перестрелки на улицах перед дверями салунов и гостиниц.
Он пил как дьявол. Был вечно голоден, а его дикая ярость на поле боя вдохновляла людей больше, чем хорошая бутылка виски и честная полновесная оплата. Бывало так, что люди, заметив Фрэнка на стороне противника – просто сбегали с поля боя к чертовой матери. Это вселяло гордость и надежду.
Войны были вечной бессмертной любовью Фрэнка. С ними он исколесил все старые и новые колонии. И везде, повсюду, все эти несколько десятилетий с ним неизменно была всего одна вещь. Небольшой медальон Простенький, овальный, с грубоватыми розами на крышке. Шнурок рвался много раз. Но каким-то чудом медальон не терялся никогда, даже в гуще сражения. Это была единственная вещь, которую оставила Фрэнку мать. Намотала ребенку на руку перед тем, как оставить его под порогом чужого дома. Медальон был по всему видно безумно старый. Он потемнел в углублениях и возле петли. Но внутри все такой же яркий на цветной эмали, оставался неизменным портрет юной девушки с солнечно золотыми волосами. Фрэнк долго думал, кто она. И где-то лет в шесть решил, что это его мама. Что она оставила его у чужих людей, чтобы спасти его от индейцев, которые гнались за ней на лошадях. А свой портрет оставила ему, чтобы Фрэнк ее не забыл. И чтобы узнал ее при встрече.
И сейчас, повзрослев, и давно разуверившись в той сказке, которую придумал себе мелкий брошенный звереныш, он все равно продолжал оглядываться по сторонам, вглядываться в лица. Искать это драгоценное золото волос. Эти глаза. Лицо из медальона он знал, словно родное. Смотрел на него годами. Словно ритуал. Проснувшись – открой, взгляни на нее. Засыпая – открой, посмотри. Никогда и ни с каким другим он не спутал бы его.
Но однажды в Нью-Джерси он искал нового найма. И решил скоротать денек другой в салуне «Тень мустанга». Деньги у него всегда водились, и много. Неудивительно – редко какой человек в тридцать пять лет может намесить столько народу. И все не бесплатно. Конечно, сражались они за свободу, за будущее. Но деньгами все равно не брезговали. Никогда. Потому что жрать Фрэнк привык едва ли не больше, чем его конь.
Но стоило ему переступить порог «Тени» и снять шляпу, как из-за барной стойки на него взглянула барменша. Ей было за пятьдесят. И видно, что жизнь потрепала ее сильнее, чем она того хотела. Лицо когда-то было красивым, но несколько узких, уже белых шрамов на виске говорили сами за себя. Фрэнк шел от двери к стойке. А женщина смотрела на него, словно кролик на удава. Глаза ее становились все больше, а лицо белее. Кажется, она вообще не дышала.
- Эй, - сказал тогда Фрэнк, - кажется, сейчас некому будет мне налить.
К барменше бросился пианист. Но не успел. Она повалилась прямо за стойкой, уронив на себя ворох полотенец и бутылку виски.
Это была его мать.
Фрэнк почувствовал это в буквальном смысле носом, когда подошел ближе и из любопытства перегнулся через стойку. Он нее пахло… им самим, Фрэнком Шепардом. Ее кровь из рассеченного локтя – пахла его кровью. Ее волосы. Ее пот. И сама она вся была в точности как Фрэнк – пропитана им насквозь.
Через полчаса они сидели наверху, в ее комнате. И она дрожащими руками пыталась попасть в рот бутылкой виски. Горлышко звонко стучало о ее зубы. А она смотрела на него с ужасом. Это была другая женщина. Не та, что всю жизнь была рядом с ним на портрете в медальоне. Эта была ему абсолютно чужой. У нее за это время было четверо мужей. Люди мерли словно мухи. И мужчины, умирая, оставляли женам свое имущество. Она поднялась на своих браках. Купила салун. И надеялась спокойно дожить до старости.
Фрэнк не стал бы даже задавать ей этот глупый и наивный вопрос – Зачем она его бросила? И так понятно. Она боялась его как огня. Знала, кто он такой.
Но она сама рассказала все, что знала.
Его отца звали Томас. И он был хорош. Словно две капли воды сын походил на отца. До безумия. Невероятно. Поэтому сегодня перед Мадлен (представь, Фрэнк, твою маму зовут Мадлен) словно увидела призрака. Словно это он, Томас вошел в двери.
Наверное, когда-то она любила его. Но заводить ребенка точно не планировала. Но Фрэнк с самого малолетства был самостоятельным парнем. Он завелся сам.
И когда Томас узнал об этом, он вдруг заметался, побледнел. И тут же предложил ей выйти за него. Мадлен и не рассчитывала на такой расклад. И она была счастлива. Ровно пятнадцать секунд. Пока ее новоиспеченный женишок не сказал ей, что он – оборотень. Он сказал, что хочет честности между ними. Сказал, что любит ее. И что никогда не причинит ей вреда. Он показал ей страшные когти, что выросли на его руках в мгновение ока. Сказал, что вместе они будут так счастливы, как никому не понять. Особенно, если с ними будет их сын.
Мадлен спросила тогда, будет ли ее ребенок таким же, как отец. И ответ был уверенным и четким:
- Да.
Она сбежала. В ту же ночь. Схватила вещи, деньги, украшения со столика смела в карман, и умчалась в темноту. В порт. Утром от берега отошел корабль. В Новый Свет. В Америку. Мадлен готова была ехать куда угодно. Хоть на край света. Лишь бы подальше от этого чудовища.
А добравшись до земли, благополучно родив мальчика, она положила его в корзинку, накрутила на ручку младенца шнурок с медальоном Томаса, который по ошибке и в спешке смела со стола вместе со своим. И оставила ребенка под чьим-то домом. Она даже не хотела знать тех людей, которым достанется этот звереныш. Она прибилась к первому же обозу и уехала из города.
- Что это за девушка на портрете? – спросил ее Фрэнк.
- Не знаю, кто она. Твой отец говорил о ней мало. Только то, что она убила его отца. Твоего, получается – деда.

1721-1744 - Индейские войны
1744-1748 - Война Короля Георга
1775-1783 - Война за независимость
1776-1794 - Войны чикамога
1801—1805 - Первая берберийская война
1811-1812 - Война Текумсе
1812 - Англо-американская война ‎
1813-1814 - Крикская война
1815 - Вторая берберийская война
1832 - Война Чёрного Ястреба
1835-1842 - Семинольская война
1861-1865 - Война Севера и Юга
1866-1868 - Война красного Облака
1872-1873 - Модокская война
1876 - Война за Черные Холмы
1877 - Война не-персе
1898 - Испано-американская война
1903 - Гондурас
1905 - Доминиканская республика
1906 - Куба
1909 - Никарагуа
1914 - Мексика
1917—1918 - Первая Мировая Война
1924-1925 - Китай
1941-1945 - Вторая Мировая Война
1950 - Корея
1953 - Иран
1954 - Гватемала
1957-1975 - Вьетнам
1980 - Иран
1981 - Афганистан
1986 - Ливия
1989 - Панама
1991 – Персидский залив
1992-1998 - Ирак
1998-1999 – Югославия
2001 - Афганистан
2003 - Ирак

В 1842 году во Второй Семинольской войне Фрэнк потерял ногу. Коня под ним убило, и Шепард рухнул на землю с такого сочного размаха затылком о камень, что любой другой на его месте просто взял бы и умер. Но и этого судьбе показалось мало. Покуда оборотнические мозги пытались не вывалиться из черепа, изо всех сил цепляясь за родной дом, по Фрэнку проехала горящая телега, груженая фуражом и солониной. Одну ногу просто сломало, потому что на нее наступил одуревший от ужаса конь. А вторую переехало телегой насмерть. Четко по колено.
Через двадцать лет, в 1861 году, он уже сражался в Войне Севера и Юга. Нога отрастала долго, страшно, иногда очень больно. Но она действительно восстановилась полностью.

Войны набирали оборот. Оружие становилось страшнее. Мощнее. Защита – все слабее. В конце концов, все стала решать бомбардировка. Взаимные угрозы и ядерный потенциал. Каждая война, начиная с самой первой учила Фрэнка жизни. Фрэнк узнал, что люди чаще всего - слабые, трусливые и жадные. Узнал, что подвиги почти всегда совершаются случайно, без всякой мысли о величии Отечества и личной отваге. Узнал, что люди убивают от страха. Увидел, что смерть – проста и незамысловата, и тем еще более страшна. Она совсем не такая, как привыкли видеть современные люди в фильмах на экране. Без спецэффектов. Без долгих страданий и последних напутствий боевым товарищам. Нет. Человек просто идет, а потом падает и уже не поднимается. Фрэнк узнал, что люди умеют делать напалм на собственной кухне, в большой кастрюле. И нужен всего лишь керосин и пенопласт. Ерунда, правда? Но когда на его глазах такой огнесмесью облили его боевого товарища, Фрэнк понял – что жизнь гораздо проще, чем кажется на первый взгляд.
Фрэнк Шепард воевал почти триста лет своей жизни. Словно заведенный, почти без остановки. Это изменило его навсегда. Он понимал, что уже не может без войны. Не может спокойно жить без адреналина, без десантных выбросов, без ночных атак, без диверсий, возможности перехитрить противника, решить задачу максимально быстро и эффективно. Война стала его наркотой – жесткой и смертельно опасной. Но он не жаловался. Привык.
Несколько раз ему приходилось менять имена и вербоваться заново в разных штатах. Сегодня в его документах снова стояло самое первое имя, которое дал ему священник при крещении – Фрэнсис Шепард. Хотя для всех он был просто Фрэнком.

А в последние годы война стала его разочаровывать. Фрэнк привык к тому, что раньше в войнах всегда была честь. И понятная цель. А в конце двадцатого века все изменилось.
Операции, в которых Фрэнку приходилось участвовать, все меньше отвечали его моральным планкам. Панама, Ирак, Югославия, - он перестал чувствовать, что помогает людям. Подспудно и инстинктивно ясно понимая, что служит пешкой в грязных политических разборках. В 2003 году Ирак был его последней военной операцией. Очередной контракт он не подписал, увольняясь из отряда и надеясь найти себе новое место в жизни.
Полицейская Академия показалась Фрэнку заманчивой. С его опытом и способностями - беречь покой мирных людей у себя дома, в Атланте, было удивительно светлой новой целью. Но адаптироваться к мирной жизни после целой жизни войны оказалось гораздо тяжелее, чем все, что он уже испытал. Фрэнк никак не мог привыкнуть к звуку счетной машинки в банке, к беспечным расслабленным людям, к подозрительным коробкам и пакетам на обочинах дорог и у подъездов, к темным проулкам и открытым окнам первых этажей. Фрэнк всегда был настороже, постоянно оглядывался и чувствовал себя почти голым без бронежилета и винтовки на плече.
Полиция спасла его. Он с головой окунулся сначала в учебу, глотая криминалистику, баллистику и дактилоскопию, ночами до утра вычитывая описание расследований и зазубривая наизусть Право. Он снова хотел быть лучшим. Как всегда.
Патрульный из него получился зверский. Фрэнк, словно гончий пес, оббегал свою территорию по кругу в восемь раз быстрее, чем это делали его коллеги. Шпану, торчков, бомжей и проституток он знал в лицо и по именам, гонял бегунков с метро, ловил и давил курьеров с товаром, словно крыс. Не стеснялся прессовать. В него стреляли, его вылавливали и сторожили у крохотной квартирки, которую он снимал в не самом лучшем районе. Фрэнку Шепарду все было нипочем. Он был лучшим. Как всегда.

За все эти годы он так и не привык к болезненному и страшному обращению в зверя. Не любил его, даже немного боялся. Опасался того, что в этой форме он может потерять контроль над логикой, разумом и ощущениями. Можно сказать, он совершенно не знал свою звериную суть. Но ему хватало его умений и навыков даже в человеческой форме. С лихвой.
Он обожал оружие. Души в нем не чаял. Пистолеты и винтовки завораживали его. Пулемет давил силой своего голоса, но Фрэнк терпел даже это - ради осознания сокрушительной мощи, сосредоточенной в этом железном творении человеческой мысли. Гранаты и взрывчатка были просто священным даром. С их помощью можно было делать вообще все. Взорвать дом. Дверь. Машину. Колонну машин. Опоры моста. Железнодорожные пути. Самолет. Взорвать можно было вообще - все. Даже небо. Даже Аллаха. Очевидно, что современное оружие стало второй любовью в жизни Фрэнка Шепарда. Сразу после войны.

За все годы своей жизни Фрэнк много узнал о существовании другой нечисти. Вампиры, колдуны и всякая прочая шваль, которую только можно вообразить. Их было много. Повсюду. Некоторых Фрэнк отличал по запаху. Другие же слишком хорошо маскировались под людей.
Знакомство с этими тварями он начал, конечно же, на войне. Узнавал их одну за другой, учился отличать от людей, учился не выдавать свою звериную суть. Частенько, когда он слышал о таких людях как вождь Зеркало или вождь Черное Облако, когда слышал об их невероятных деяниях и победах, - то понимал, что они не люди. И тогда он брал нож и пистолет. Шел один или с небольшим отрядом боевых товарищей. Он выслеживал этих тварей. Вынюхивал их, выслушивал из леса. И убивал. Недрогнувшей рукой.
Здесь, в Атланте, где его главное задачей было защищать людей от людей – все выглядело странно. Но и нечисти тут было – просто пруд пруди. И Шепард, «молодой» патрульный полицейский, был безжалостен. Не убивал, но не щадил.

Через год он получил назначение в убойный отдел, и его убрали с улиц. Наркоманы и проститутки вздохнули свободнее. А Фрэнк почуял, наконец, что он там, где должен быть.
Через шесть лет он стал начальником убойного отдела полиции Атланты. Иначе и быть не могло. Потому что если Шепард вцеплялся в дело, ничто не могло его остановить.

Одними из важнейших событий в жизни Фрэнка, которые определили всю его жизнь и саму его суть – стала женитьба на Джен Паттерсон, невероятной, удивительно доброй и бесконечно понимающей женщине. Любовь к Джен стала вспышкой, неугасимым ярким пламенем, которое тянуло и звало Фрэнка из любого уголка его расследований, гущи работы и беспросветного дерьма черных будней. Он не мог представить своей жизни без Джен. Фрэнк мог приползти к ней в пять утра, смертельно усталым, смертельно злым, смертельно пьяным или смертельно раненым. Она ни на секунду не переставала любить его. Любым. Всяким. И он знал, что в ней – его душа и его сердце. Он сказал ей, кто он такой. И она – не убежала. А через год после свадьбы их стало четверо. Фрэнк-младший и Сэм – близнецы. Вот что подарила Джен своему бесконечно счастливому мужу. Это были лучшие годы в его жизни. Светлее, ярче и чище их не было никогда. И уже не будет. Никогда.
Три года назад Фрэнк умер. Он потерял все, что у него было, включая собственную жизнь. Его семья погибла. В считанные секунды, разорванная на куски. Чудесным летним вечером. Посреди Атланты.
Все это началось, как разборка банд. Но мгновенно переросло во что-то кошмарное. Умопомрачительное. Необъяснимое. Хлопанье крыльев, рычание, визг, нестерпимо оглушительный клекот, оскаленные клыки. Чудовища бросались друг на друга и на людей вокруг, выдирая куски плоти и заливая улицу кровью. А посреди всего этого лежал Фрэнк Шепард, по горло утопая в собственной крови и последним, что он увидел в этой жизни, было мертвое лицо его младшего сына. Сэмми, восьмилетний мальчик, чье сердце пожирала какая-то чудовищная демоническая тварь с птичьей головой.
Они убили всех. А Фрэнк не мог даже пошевелиться, сраженный то ли заклятием, то ли выстрелом, который навсегда оставил длинный неисчезающий шрам на его виске – изогнутый, словно след от когтя. Этот выстрел пришелся по касательной. Если бы стрелок умел прицелиться поточнее – все закончилось бы прямо в этот вечер. Без мучений, боли и крови. Но стрелок промахнулся. И Фрэнк просто упал на землю, не в силах пошевелить ни рукой, ни ногой. Даже моргать не мог. Его рвали беснующиеся звери. А он лежал и смотрел в лицо сына.
Фрэнк умер в реанимации, на операционном столе. Но через несколько секунд после того, как хирург зафиксировал время смерти, Шепад вернулся. У него ничего больше не осталось. Не к чему было возвращаться. Но Фрэнк не мог умереть просто так. Возможно, он еще не все сделал в этой жизни. Именно об этом он думал, укладывая на могилу Джен ее любимые цветы. И рядом, двух одинаковых маленьких медвежат – любимые игрушки сыновей.
Фрэнк вернулся к жизни физически. Но душа его была мертвой, словно выжженная пустыня. Один только пепел над истлевшими углями. Ничего не осталось, кроме того, чтобы найти тех, кто забрал у него жену и детей. Найти чудовищ. И убить.
В тот день на кладбище Фрэнк Шепард озверел окончательно. Ему больше не нужно было оставаться человеком. Чтобы убивать чудовищ – нужно самому быть чудовищем.
И он стал им.

Фрэнк проклял бога со всей болью и всей яростью своей души. Вся вера и вся надежда была ложью. Господь не дает человеку больше, чем он может вынести? Не дает. Потому что его нет, этого чертового гребаного Бога. А все дерьмо валится на людей совершенно спонтанно. Он ни во что больше не верил. Кроме своего гнева. И жажды мести.
Фрэнк так и не вернулся больше в свой дом. Он подал прошение об отставке на работе, снял крохотную квартирку возле метро и начал охоту. За всю жизнь невольно он изрядно много узнал о скрытом мире Америки. И он стал просто следить и искать. Читать все, что только мог найти. Пробовать, ошибаться и совершенствовать свои навыки. Он использовал все свои способности. Все свои связи. И все, до чего только смог дотянуться. И нашел всех, кто был причастен к той бойне в парке. Всех до одного. Нашел и выплеснул их кровь в лицо миру.
О Шепарде выло телевидение. Вопило радио, Листки с его фотографией пугали детей по всем углам Джорджии и окрестностей. Каждая собака знала его в лицо. Но он плевать хотел. Дело сделано. Ему больше незачем жить. То, что он выжил в этой мясорубке – это просто странный недочет. Было бы лучше, если бы Фрэнк Шепард просто сдох в процессе своей вендетты. Выполнив долг и утолив чувство мести.
Но он выжил.
В полиции у него все еще остались друзья. Верные однополчане и сослуживцы. В 2018 году, когда вся эта буча с Шепардом на пике горячих новостей полыхала страшным пламенем, его нашел старый друг. Просто подошел к горящей бочке под мостом, которая служила Фрэнку костром. Шепард проводил там уже вторую ночь после того, как подвел черту расследования и расправы. Он просто сидел там и смотрел в огонь. Старый приятель Генри Стоун сел рядом и протянул Фрэнку бургер и фляжку с коньяком. А потом сказал, что в Атланте существует одна организация, которая очень заинтересована в его личном профессиональном подходе.
- Они наблюдали за тобой, Фрэнки-бой. Ты всегда был на высоте. Это все – твоя работа. Вся эта сила, злость, ее нужно просто направить сейчас в верное русло. Иначе ты сгоришь, брат. До тла.
Фрэнк молча ел.
А Генри все говорил. Рассказывал о том, что эта организация – навроде интерпола. И они отвечают за контроль над сверхъестественными созданиями.
- Ведь ты же сообразил, Фрэнк? Ты же понял, что эти твари не были людьми? Когда убивал их.
- Да.
- Так вот они предлагают тебе работу. В их рядах. Там ты сможешь снова законно выполнять свою работу. Сможешь ловить таких уродов. И убивать их к чертовой матери. Чтобы никто больше… никогда…
Генри был прав, конечно. Но он не знал, что Фрэнк уже давным-давно знает об АМБ. Знает, в общих чертах, кто они такие, чем занимаются и чем руководствуются. Плевать он на них хотел. Их работа была в том, чтобы защитить его семью. Сдерживать таких тварей, как те, что необузданной стаей ворвались в вечерний парк Атланты.
Или хотя бы – найти всех, кто был в этом замешен. Но они ничего не сделали. А теперь оказывается – они наблюдали.
Именно поэтому Фрэнк так и не зарегистрировался. И всю жизнь ходил неузнанным среди людей. Потому что не верил таким организациям. Не верил ЦРУ, не верил правительственным спецотделам. И АМБ тоже – не верил. Не хотел, чтобы эти наблюдатели встали у него на пороге, лезли в его жизнь, в его семью. Чтобы манипулировали, давили и прогибали его везде, включая работу в полиции. Давильщиков Фрэнку в последние годы хватало и без того. Давил Департамент, давил прокурор, давили адвокаты, давило даже Правительство. А если к этому подключится еще и служба по сверхъестественным тварям – пиши пропало. Нет.
И сегодня Фрэнк понял, что был во всем прав.
- Передай им от меня, чтобы катились в ад. Ладно?
- Черт… - Генри вздохнул тяжело и трудно. - Я знал, что ты откажешься. Но знаешь, Фрэнк. Ты мой друг. И ты во всем был прав, когда раскидал ошметки этих тварей по всем углам. Просто сейчас тебе здесь не место. Надо, чтобы все немного поутихло. Тебе надо уехать. Я серьезно.
Генри полез во внутренний карман куртки и достал стопку документов.
- Держи. Тут билет на частный рейс до Бельгии. Новый европейский паспорт, страховка, права, вся хрень. Деньги на карте. Там немного, но на первое время хватит. Затихни, Фрэнк. Пусть успокоится. Найди работу. Живи тихо.
Фрэнк подумал. И кивнул.
- Спасибо, Генри. Я у тебя в долгу.

Жить тихо? Найти работу? Вряд ли это про Фрэнка Шепарда.
Брюссель – столица старой и очень богатой на историю страны. Здесь Фрэнк начал заново устраивать и раскидывать свои ловчие сети. Наводил справки, нашел торговцев оружием, у которых можно было купить все, что угодно. Завел сеть информаторов и не брезговал трофеями.
Он обустроил себе Убежище в одной из веток метро. Все, что теперь ему было нужно – это оружие, патроны, армейское и служебное снаряжение, еда и лежанка с одеялом. Фрэнк начал убивать. И в этом он должен был стать лучшим. Как всегда. Твари прятались, скрывались в тенях и на свету, словно хамелеоны, ходили среди людей неузнанными. Но Фрэнк умел следить и наблюдать. Ему некуда было торопиться. Он никогда не спешил. Но никогда не опаздывал. Всегда бил точно и наверняка. И всегда – насмерть. Он просто хотел, чтобы никто больше не испытал того, что выпало ему. Чтобы ничью жену и ничьих детей не разорвали больше отвратительные твари, в которых большинство из этих людей даже не верило. Фрэнк не хотел обнародовать «правду», прекрасно понимая, что ломать систему и сеять панику – это худший из сценариев. Он просто решил убить всех чудовищ, которые совершают преступления против человека. Никто не потащит оборотня в суд. Никто не поставит вампира перед присяжными. Никто не запрет ведьму в камере. И не нужно. Фрэнк все сделает сам. Найдет улики, отыщет преступника, загонит его и казнит. Одной тварью меньше.
Пусть ваши дети спят спокойно.

ДОПОЛНИТЕЛЬНО
За свою долгую и насыщенную жизнь Фрэнк невольно выучил несколько языков. Испанские и французские колонии в Штатах, долгие войны с индейцами – все это накладывало свой отпечаток.
Фрэнк владеет родным английским с очень жестким американским акцентом.
Со времен индейских войн неплохо разбирает диалекты апачей и навахо.
На примитивном уровне сможет объясниться на португальском и испанском. Французские колонии почти не оставили следа в его лексиконе, зато он знает наизусть несколько очень старых французских песен.

ПРОБНЫЙ ПОСТ
Пробный пост
Щелк-щелк…
Клацают кусачки. Словно кто-то осторожно, с оттяжкой взводит курок.
Щелк-щелк…
И металл звякает о металл. Словно капает кровь из раны. Словно уходят последние секунды таймера перед взрывом.
Щелк-щелк…
И ничего нельзя сделать. Ни сбежать, ни напасть. Ни убить, ни погибнуть самому.

Фрэнк ссыпал нарубленные гвозди в банку. Поднял ее, взвешивая в руке. Тяжелая, килограмма на полтора. Из-под пудинга.
- Черт возьми!
Касл вдруг с полного замаха швырнул банку о стену, в угол, рассыпая половину сделанного припаса картечи, горбясь, словно зверь, и вцепляясь в край стола обеими руками. Ему хотелось решить проблему просто. Так, как он привык. Хотелось взять и убить злодея. Виновника. Монстра. Да вот только этот монстр смотрит на него глазами друга.
Глазами друга, который никогда не предавал.

- Занят?
Фрэнк вздрогнул. Он тяжело и медленно дышал, пытаясь успокоить подкатившееся к горлу бешенство. Оборачивался он так же медленно. С битого расцарапанного лица – настороженный звериный взгляд, на руки Билли, на пояс, на подмышки и плечи. Безоружен. Хорошо.
И только после этого Касл смотрит ему в лицо. Перепаханное шрамами. Посеревшее от усталости. Осунувшееся. Но глаза все те же. Это словно кошмар. Ужасный бесконечный сон.
- Сам видишь… - словно медведь каркнул
Фрэнк смотрин на банку, что еще покачивается на полу в куче рассыпанных обрезков и выдает что-то неопределенное. То ли сопение, то ли рык. Но Билли слишком хорошо знает Касла. Ему отчетливо видно. Это – неуверенность. Внутреннее моральное напряжение. Фрэнк не может найти решение. Отсюда и эта рожа. И эти брови домиком. И это хриплое ворчание. В такие минуты он кидает вещи, пинает стулья и снимает с петель двери, которые открываются в другую сторону. Это все – неуверенный и злой Фрэнк Касл.
Билли пришел поговорить. Он хочет ответов. А как их ему дать. Как ему верить. Инстинкт верил, говорит «Обними друга, радуйся. Жизнь вернула его тебе чистым и невредимым». А логика выла и стонала, приказывая пробить Билли голову этими самыми кусачками.
И потому Фрэнк просто стоял, сжимая кусачки в руке и молчал. Он не знал, что сказать. Не было у него ответов. И решений не было. Впервые в жизни.

Билли хотел знать, что он натворил.
За что его лучший друг смотрит на него как на смертельного врага.
Если бы Фрэнк курил, - у него уже точно был рак легких. Но, к сожалению, табак не зашел Каслу с самого начала. Может, потому что отец его с юных лет приучал к здоровому образу жизни. А может, потому что Стив Роджерс никогда не совал в рот папирос.
Невольно копируя своего героя, Фрэнк до сих пор не знал только одного – как Капитан Америка снимает стресс. Хотя, может быть, у него не бывает стрессов вообще никогда. И спорных решений для него не существует. И его не предают друзья.
Касл выдохнул и подтянул к себе стул. Сел, уперся локтями в колени и на мгновение закрыл лицо обеими ладонями, словно стирая паутину неуверенности. Он смотрел на Билли и понимал, что если все это правда… если Билли Руссо в самом деле лишился памяти о событиях Цербера и позже… То сейчас Фрэнк просто размажет его по стенке этими ответами. Три года – вот что разделяло Фрэнка и его настоящего друга. Этих трех лет не стало. Словно кто-то из них очень хорошо себя вел весь год, и фея-крестная в подарок лишила Билли памяти.
Но если это в самом деле настоящий Билли… То нужны ли эти три года. Надо ли ему знать о том, что он делал. Это…
Будь Фрэнк на месте Билла. Хотел бы он знать?
Да.
Уничтожило бы это его?
Да.

- Ты сделал столько дерьма, Билл. Столько страшных вещей. Я не знаю. Если сейчас ты о них не помнишь. Может, так и должно быть? Может, это к лучшему? Поверь… - он чуть не сказал «брат», - Это не то, за что прощают.

Контактная информация: https://vk.com/id486269376

Frank Shepard
тротиловый эквивалент правосудия
Аватара пользователя
Репутация: 20
Статус: тротиловый эквивалент правосудия
Информация: Фрэнк Шепард
~40 y.o. | 313 y.o.; истребляет зарвавшихся монстров; шарит в вооружении, живет в норе под землей, пытается справляться с тем, что осталось от его жизни.
На форуме: punisher
Сообщения: 53
Зарегистрирован: 31 авг 2019, 23:46
Контактная информация:

Frank Shepard - Earth

#2

Сообщение Frank Shepard » 31 янв 2019, 17:16

ХРОНОЛОГИЯ

18.06.2018 - Почему у тебя такие большие зубы? - [ЗАВЕРШЕН]
23.06.2018 - Все истории оставляют хвосты - [ЗАВЕРШЕН]
30.06.2018 - На одной стороне - [ЗАВЕРШЕН]
04.07.2018 - В темный омут - [В ПРОЦЕССЕ]


АЛЬТЕРНАТИВА
осень 2018 - [Marvel] Dead inside dead outside - [В ПРОЦЕССЕ]

Frank Shepard
тротиловый эквивалент правосудия
Аватара пользователя
Репутация: 20
Статус: тротиловый эквивалент правосудия
Информация: Фрэнк Шепард
~40 y.o. | 313 y.o.; истребляет зарвавшихся монстров; шарит в вооружении, живет в норе под землей, пытается справляться с тем, что осталось от его жизни.
На форуме: punisher
Сообщения: 53
Зарегистрирован: 31 авг 2019, 23:46
Контактная информация:

Frank Shepard - Earth

#3

Сообщение Frank Shepard » 31 янв 2019, 17:28

ЛИЧНЫЙ ДНЕВНИК

2003 - Ирак, последний военный контракт Шепарда, поступил в Полицейскую Академию Атланты
2004 - закончил полицейскую академию, стал патрульным
2005 – назначен в убойный отдел
2006 – женился на Джен Паттерсон
2007 – родились сыновья - Фрэнк-младший и Сэмюэль
2010 – назначен начальником убойного отдела
2015 – Погибла семья. Фрэнк умер, было зафиксировано время смерти, но он пережил клиническую смерть и вернулся. Оправился от ран и начал поиски убийц. Попутно выслеживал сверхъестественных тварей. Оставил пост в убойном отделе.
2017 – завершил свою вендетту, прикончив всех причастных к убийству семьи. Друг из полиции - Генри Стоун - предлагает Фрэнку работать на АМБ. Он отказывается. И тогда Генри помогает Шепарду уехать в Европу с новыми документами.
2018 – Фрэнк оборудует себе логово в метро под Брюсселем, заводит сеть информаторов и занимается истреблением нечисти, которая убивает и ранит людей.
18 июня 2018 - ПОЧЕМУ У ТЕБЯ ТАКИЕ БОЛЬШИЕ ЗУБЫ? - Фрэнк вечером приходит в клуб, выслеживая молодого вампира. Но в процессе слежки натыкается на девушку, лицо которой было с ним всю его жизнь с самого рождения - в медальоне, оставшемся от матери. Он встречает убийцу своего деда.
23 июня 2018 - ВСЕ ИСТОРИИ ОСТАВЛЯЮТ ХВОСТЫ - Фрэнк звонит Сенке и назначает ей встречу в центральном парке. Он хочет вернуть свое обручальное кольцо и свой медальон. Ни оборотень, ни штрыга не могут начать драку в общественном месте. Придется как-то договариваться.
30 июня 2018 - НА ОДНОЙ СТОРОНЕ - Шепард идет по следу человеческой преступной группировки, которая убила семью сверхъестественных существ в процессе своих разборок. Погибли и взрослые, и дети. Фрэнк приходит в логово банды - в старый заброшенный театр на окраине Брюсселя. А когда начинаются разборки, он понимает, что в этом театре с бандой разбирается еще кое-кто - его враг. Сенка Белич. Сегодня им пришлось встать по одну сторону баррикад.

Ответить

Кто сейчас на конференции

Сейчас этот форум просматривают: нет зарегистрированных пользователей и 1 гость