[12.01.2019] Здравствуй, северное сияние

Thrud Thorsdottir
дочь войны, жена войны
Аватара пользователя
Репутация: 2016
Статус: дочь войны, жена войны
Информация: Труд Торсдоттир
33 у.о. | aeons; Девана, Вилкмерге; богиня силы и мудрости, покровительница природы и охотница, дева битв и воинской храбрости, сейдкона, действующий агент NCB Interpol Norway
На форуме: лисонька
Сообщения: 5164
Зарегистрирован: 08 дек 2017, 00:03
Контактная информация:

[12.01.2019] Здравствуй, северное сияние

#1

Сообщение Thrud Thorsdottir » 29 окт 2019, 19:17

Изображение
ВРЕМЯ И ДАТА:
середина января.
МЕСТО ДЕЙСТВИЯ:
Ванахейм.
ДЕЙСТВУЮЩИЕ ЛИЦА:
Thrud, Tyr.

СИНОПСИС: Если б знать, как любить тебя,
Или петь, как лететь...


Ванахейм, что был стар ещё до появления Мидгарда, сокрывает в себе многие тайны, и Труд, ванка - наполовину, от матери, любит этот мир не менее, чем родной Асгард. Она знает тайные уголки, что открываются не каждому, и редко кому соглашается побыть проводником меж дремучих лесов - но Тюру, пожалуй, что и можно.
Ванахейм - не Альвхейм с его вечной юностью, не Асгард со златыми дворцами; в Ванахейме об руку смерть и жизнь ходят по сокрытым тропам, потому что одного не бывает без другого. Там можно встретить белого оленя о семи рогах, а можно - златые глаза, что смотрят из развалин тёмной башни, и посреди снегов найти цветущий шиповник.
Чёрные птицы из детских глаз
Выклюют чёрным клювом алмаз,
Алмаз унесут в чёрных когтях,
Оставив в глазах чёрный угольный страх. ©

Thrud Thorsdottir
дочь войны, жена войны
Аватара пользователя
Репутация: 2016
Статус: дочь войны, жена войны
Информация: Труд Торсдоттир
33 у.о. | aeons; Девана, Вилкмерге; богиня силы и мудрости, покровительница природы и охотница, дева битв и воинской храбрости, сейдкона, действующий агент NCB Interpol Norway
На форуме: лисонька
Сообщения: 5164
Зарегистрирован: 08 дек 2017, 00:03
Контактная информация:

[12.01.2019] Здравствуй, северное сияние

#2

Сообщение Thrud Thorsdottir » 29 окт 2019, 22:50

Звёзды в небе висят как идолы...

Ванахейм огромен, но единственный закон его природы - его собственное желание, дочь золотокудрой Сиф крепко знала это с малых лет. Тогда, когда ей было ещё так мало зим, что даже Мидгард казался старым, она явилась сюда впервые, как и много раз после, за руку со старшим братом, и мир принял её.
Он оставил в дочери своей дочери след, что пах хвоей и разогретой на солнце смолой, терпким дымом; и Труд вечно носила эту память в себе, видела духов, населявших изнанку, слышала их шёпот.

Она отдыхала здесь, и каждый раз Ванахейм протягивал ей навстречу еловые лапы, подкладывал под лёгкие шаги мягкий изумрудный мох; “здравствуй, дитя”; сердце мира билось размеренно и сильно. Войну она оставляла за порогом, оружие - в белых палатах, и здесь ждал и вечно жил покой.
Но сегодня сейдкона пришла не одна, и даже не вечный спутник-вальравн был с нею; изумрудные глаза бескрайних лесов смотрели прямо в душу хримтюрсу, но Ванахейм знал и помнил его, лесная хозяйка уже прокладывала ему пути сквозь непроходимые чащи, а потому мир не противился.

В Ванахейме время и расстояния были иными, где мир желал - он тысячу шагов скрадывал в один, где желал - миг растягивал в вечность, и всё это было правильно. Буйная зелень папоротников и дубов осталась позади так быстро, что лишь мелькнула да забылась; на смену ей пришёл густой ельник и мягкий снег, и дорога их шла всё севернее и севернее, меж огромных одиноких сосен, росших по обрывам, меж холмов, под которыми спали сны и подснежники.
Высокая гибкая фигура Труд была почти незаметна: она нынче тоже была в белом, и только легко мёл по насту плащ с морозными узорами, вышитыми по краю.

Вскоре всё дурное осталось, где ему и было место - в Мидгарде, а белое безмолвие наполнило свежий воздух, но было оно лишено тревоги и не казалось давящим. Как-то почти внезапно вдруг стало темно; то полярная ночь накатила волной прибоя, и расцвели на её бархате звёзды.

И тогда мир, причудливо изогнувшись, вывел своих гостей к тому, что хотел показать: к огромному и крепко замёрзшему озеру, на чьей стеклянной поверхности отражались созвездия. Сняв мягкий капюшон плаща, Труд запрокинула голову; её длинные волосы, против всякого обыкновения распущенные, лились под мягким ветром густыми волнами.
Повернувшись к Тюру, богиня несколько мгновений вглядывалась в него, потом улыбнулась и протянула руку, коснулась сильными пальцами чужой ладони, сжала - осторожно. Снова она была горяча, как само пламя.
- Как тебе здешние снега, зимний король?

Её глаза сияли не хуже звёзд.[AVA]https://b.radikal.ru/b27/1910/49/67b3eab23dc8.jpg[/AVA]
Чёрные птицы из детских глаз
Выклюют чёрным клювом алмаз,
Алмаз унесут в чёрных когтях,
Оставив в глазах чёрный угольный страх. ©

Týr Hymirson
Зови, зови декабрь, ищи себе зимы
Аватара пользователя
Репутация: 1970
Статус: Зови, зови декабрь, ищи себе зимы
Информация: Тюр
45y.o. | ~20 млрд; глава АМБ, маг, целитель; Известен под именами Нуада МакЭтлиу, Нодент, Аргетлам; воплощённая война, бог законности, неба, воздуха, зимы и стужи.
На форуме: ᛏroll
Сообщения: 10821
Зарегистрирован: 28 ноя 2017, 15:55
Контактная информация:

[12.01.2019] Здравствуй, северное сияние

#3

Сообщение Týr Hymirson » 30 окт 2019, 18:58

Сколько лет я не слышал язык этот древний
Этот шепот любви никому не понятный
На какую-то ночь в нашем вечном бессмертье
В этот раз войну она взяла с собой.
Даже войне необходим покой и возможность побыть с женщиной, которая сделалась его судьбою. Он был принят здесь, во многом - благодаря Труд. Мир знал его суть, миру она не нравилась, хримтурс чувствовал это всякий раз, когда бывал здесь, но прошлым летом это ощущение ушло. Ванахейм следил за хримтурсом насторожено, но с каждым шагом покой его лесов входил в сердце великана, деликатно вытесняя всё, что не было вытеснено сутью закона, деликатно оставляя любовь к той, кого сам мир любил, быть может, не меньше.
Белый властвовал здесь, пушистым покрывалом укрывая землю и деревья; белым призраком скользила рядом супруга, да и сам он всё меньше сохранял человеческий облик, балансируя между привычным и истиным обликами. Чёрных волос коснулся иней, серые одежды казались тенями, пролёгшими между холмами и сугробами. Под ноги ложилась позёмка, а на плечах свернулся воротником ветер.
Дюна полого спускалась к замёрзшему озеру, лёд которого был настолько прозрачен, что казалось, что звёзды горят прямо под ним. Возможно, так и было - не все подводные жители засыпали на зиму. Но хримтурс любовался совершенно другой красотой, живой, точно пламя костра.
Его кожа была прохладной и казалась эфемерной во тьме. Длинные пальцы сжались, удерживая женскую руку, тонкие губы тронула мягкая улыбка, точно ушли облака, обнажая чистое небо.
- Не знаю, - с подкупающей откровенностью откликнулся он.
Лукавство, как и ответ, Труд услышала в своём разуме. Ему нравилось здесь, было немного тревожно от ожидания чуда, но очень спокойно.
- Здесь очень спокойно, моя королева, - улыбка была очень хорошей, доброй даже. Нуада потянулся к волосам и провёл рукой по голове жены, - настолько, что я хочу сделать что-нибудь странное.
Он помолчал, скользя взглядом по лицу валькирии.
- Я хочу уронить тебя в сугроб, - вдруг признался он, - или запустить в тебя снежком.
Он засмеялся. Его тянуло делать глупости всякий раз, когда он видел жену - как юнца, который влюбился впервые. За вычетом юности, это было действительно так и своего желания он не таил, но предупредить счёл необходимым.
- Коньки, - ещё немного подумав предложил альтернативу сугробу он, - я сто лет не стоял на коньках.
Изображение

Thrud Thorsdottir
дочь войны, жена войны
Аватара пользователя
Репутация: 2016
Статус: дочь войны, жена войны
Информация: Труд Торсдоттир
33 у.о. | aeons; Девана, Вилкмерге; богиня силы и мудрости, покровительница природы и охотница, дева битв и воинской храбрости, сейдкона, действующий агент NCB Interpol Norway
На форуме: лисонька
Сообщения: 5164
Зарегистрирован: 08 дек 2017, 00:03
Контактная информация:

[12.01.2019] Здравствуй, северное сияние

#4

Сообщение Thrud Thorsdottir » 30 окт 2019, 22:59

Лёгкая и стремительная, она перемешалась бесшумно, и от высоких сапог, таких же белых, как все её одежды, не оставалось ни единого следа, словно бы снег был слишком плотным, а Труд - призрачной, невесомой; чьей-то воплотившейся мечтой. Она шагнула ближе, повернулась, и вот уже стояла лицом к великану, и тепло её тело легко проникало под одежду.
Супруг был высок, приходилось запрокидывать голову, чтобы глядеть в него; в нём не было тяжеловесной кряжистости братьев, он был изящен и гибок, как она сама. Он нравился шаманке; Мидгард давил на неё, плавил в иное, оставлял её функцией, человеческим ожиданием, но здесь, в Ванахейме, всё было иначе.

Тихий, едва ощутимый, как движение еловых лап под несильным ветром, её смех вплёлся в смех Тюра, и он был нежен и тягуч.
Подняв свободную руку, валькирия осторожно коснулась тёмных волос супруга, растрёпанных смешливым ветром, что настойчиво искал его ласки, улыбнулась, убирая их с хищного лица Тюра. Они сильно отросли за последние месяцы, и сейчас великан напоминал того эльфийского принца, которого старательно рисовали человеческие художники в иллюстрациях к книгам о Средиземье.
Безукоризненная жёсткая красота и пронзительные серые глаза.
Сейдкона задержала пальцы на его скуле, обогрела пьяным теплом своего тела, что было наполовину - из небесного пламени, щёку.

Это был странный, очень интимный в своей звенящей простоте жест, и в нём было столько откровенной близости, что не сравнилась бы никакая нагота. Труд же привстала на носочки, стараясь словно выровнять разницу в росте; она была похожа на куницу или ласку в своей живой грации.

Они были теперь близко-близко, и Тюр мог ощущать на своих губах лёгкую щекотку от женского дыхания. Оно было тёплым; от её шелковистой гривы и тонкой, почти лебяжьей шеи тянуло терпкими ароматами золы от воскуренных трав и крепким вином.
Валькирия снова улыбнулась, а потом отпрянула, взметнулись рыжие волосы и белый плащ, полыхнуло костром. Она изящно соскользнула по снежному откосу к озеру. Склонилась, провела по гладкой коже обуви ладонью, из пустоты соткав себе коньки; что здесь материи до физических законов.

Плащ полетел на берег, а Труд закружилась на отполированном льду, разбросав искры от гладкой стали лезвий. Несколько звёзд, которые не были звёздами, оторвались от тёмного дна и поднялись выше, сияя теперь не хуже луны.
Мысли шаманки были лёгкими, как лебяжий пух, и она улыбнулась им.
- Иди ко мне, - окликнула она.
Или, может быть, подумала - здесь не было никакой разницы в этом.[AVA]https://b.radikal.ru/b27/1910/49/67b3eab23dc8.jpg[/AVA]
Чёрные птицы из детских глаз
Выклюют чёрным клювом алмаз,
Алмаз унесут в чёрных когтях,
Оставив в глазах чёрный угольный страх. ©

Týr Hymirson
Зови, зови декабрь, ищи себе зимы
Аватара пользователя
Репутация: 1970
Статус: Зови, зови декабрь, ищи себе зимы
Информация: Тюр
45y.o. | ~20 млрд; глава АМБ, маг, целитель; Известен под именами Нуада МакЭтлиу, Нодент, Аргетлам; воплощённая война, бог законности, неба, воздуха, зимы и стужи.
На форуме: ᛏroll
Сообщения: 10821
Зарегистрирован: 28 ноя 2017, 15:55
Контактная информация:

[12.01.2019] Здравствуй, северное сияние

#5

Сообщение Týr Hymirson » 31 окт 2019, 17:21

Он не умел мечтать. А если бы умел, его мечты вряд ли смогли бы соотнестись с реальностью - слишком странными бы они были. Скорее Труд была похожа на воплощение его снов - тех, которых он ждал после каждой встречи с ней на протяжении долгих шестнадцати лет. Это для бога, живущего миллиарды лет и не торопящегося умирать, шестнадцать лет - песчинка. Для смертного, который знает, что любит бессмертную, это немыслимый срок. Всё это время он не верил, что сон сбудется, но вот она, ускользает из видимости белоснежной тенью, а после возвращается существом из плоти, способным согреть даже ледяного великана.
Ванахейм ли так влиял на Тюра, или его, наконец, отпускала бесконечная гонка, диктуемая его сутью, он не знал. Знал только, что таких моментов пронзительного счастья должно быть больше. Он отёрся щекой о пальцы жены, обжигавшие на морозе не хуже пламени. Если бы Тюр не знал свою жену, то подумал бы, что она нарочно дразнит его, но в Труд не было того женского лукавства, которое было присуще без исключения всем его жёнам до неё. Но это было давно, в прошлой жизни, казалось, что никогда. Потому что сейчас решительно всё было иначе. Её дыхание на его губах, его не хотелось прерывать, идти дальше - ещё не время. Ас увернулся от взметнувшейся гривы волос, с которой вдруг решил поиграть свернувшийся клубком ветер. Он принял её правила игры.

В свете звёзд серый цвет одежд казался серебряным, иней сверкал не хуже драгоценных каменьев и казалось, что вся фигура хримтурса соткана изо льда. Озеро осветилось изнутри, явив им обоим танцующих странные безмолвные танцы подводных жителей. Они тоже поглядывали наверх, радуясь тому, что сквозь толщу льда видят звёзды и небо. С едва слышным звуком серебряные коньки Тюра прочертили изящную дугу.
- Я здесь, - он улыбался.
Луч света со дна был прямо под ними, такой же холодный, как свет далёких звёзд, но куда более яркий. Заложив правую руку за спину, ас протянул Труд левую и склонил голову.
- Потанцуем, моя королева?
Это не было приглашением к другому танцу, ещё нет. Для него не пришло время. Ветер скользнул с плеч в сторону леса, оставшегося за дюнами, здесь и сейчас он был лишним. В шуме деревьев послышался протяжный напев, но вокруг супругов было спокойно.
Изображение

Thrud Thorsdottir
дочь войны, жена войны
Аватара пользователя
Репутация: 2016
Статус: дочь войны, жена войны
Информация: Труд Торсдоттир
33 у.о. | aeons; Девана, Вилкмерге; богиня силы и мудрости, покровительница природы и охотница, дева битв и воинской храбрости, сейдкона, действующий агент NCB Interpol Norway
На форуме: лисонька
Сообщения: 5164
Зарегистрирован: 08 дек 2017, 00:03
Контактная информация:

[12.01.2019] Здравствуй, северное сияние

#6

Сообщение Thrud Thorsdottir » 31 окт 2019, 22:56

Тюр был похож на ветер; он и был ветром, воздухом - та его часть, что слилась со стихией и обрела крылья. Тюр был многим.
Обычно Труд избегала подобного общества, не любившая вспоминать о собственной увечности, след которой не смог исцелить до конца и Хвергельмир, но с Тюром было легко. В нём самом было что-то юное, как в туата, среди которых он жил; шаманка видела это в тех взглядах, что ловила на себе.

- Мне нравится, когда ты называешь меня так, - сказала Труд, скользнула ближе, и от коньков её на льду тоже не оставалось следов, - хотя королевства у меня нет, и мне оно не нужно.
Королева без королевства, луна без неба; такой была, пожалуй, вся её жизнь, по крайней мере, та, что была до него. Родившаяся слишком поздно для асов, слишком рано - для вселенной, дочь громовника не находила себе места и давно уверилась в том, что этого места и не существует вовсе, что она - досадная случайность, узелок на идеальной ткани мироздания.
Она свыклась со своим одиночеством, как привыкают к не слишком удобной, но крепкой одежде, и научилась с ним жить, и научилась быть в мире с ним, пока однажды судьба не подшутила снова и не столкнула её с Аргетламом лицом к лицу.

Маленький синий цветок, который тогда лежал у неё на колене, пах мёдом и весной. Из пещеры Труд не смогла забрать ароматы и ощущение тепла от разожжённого костра, но забрала цветок.
Память о нём.
В узорах на её поджаром теле, на светлой коже, он притаился - между птицами и зверями, тонкий зелёный стебель и пронзительной яркости лепестки. В причудливых рисунках, читая их, как сагу, можно было увидеть целую жизнь.

- Но только ты меня поведёшь.
Валькирия улыбнулась и протянула свою руку в ответ. Узкая женская ладонь легла в широкую - Тюра, как влитая.

Маленькие звёзды, освещавшие лёд изнутри, неожиданно расступились, образовали почти ровный круг, словно желали посмотреть. Водные духи, из тех, что сверкали хвостами-вуалями, они населяли многие водоёмы Ванахейма, и здесь, в мире, где царствовала Ёрд, никогда не прятались.
Волшебство было сутью этих земель, а сейд, искусство древнее времени, тёк здесь вольготной и полноводной рекой, и не было разницы между реальностью и её отражением.

Это ещё не было танцем, даже прелюдией к нему не было; они отдыхали - вдвоём, друг с другом, от всего, что оставили позади, от Мидгарда и вечных грустных головоломок, даже от самих себя, от сути, что давила и заставляла бежать там, где были ожидания. Кружили по озеру под тихий напев, что приносил ветер, и им было хорошо; увлекаемая ловкими движениями Тюра, Труд скользила следом, и тихо поскрипывали лезвия её коньков.
И когда ей захотелось обнять супруга, она обняла - одной рукой за шею, и снова Аргетлам мог чувствовать лёгкую щекотку от её тёплого дыхания где-то на своих ключицах.[AVA]https://b.radikal.ru/b27/1910/49/67b3eab23dc8.jpg[/AVA]
Чёрные птицы из детских глаз
Выклюют чёрным клювом алмаз,
Алмаз унесут в чёрных когтях,
Оставив в глазах чёрный угольный страх. ©

Týr Hymirson
Зови, зови декабрь, ищи себе зимы
Аватара пользователя
Репутация: 1970
Статус: Зови, зови декабрь, ищи себе зимы
Информация: Тюр
45y.o. | ~20 млрд; глава АМБ, маг, целитель; Известен под именами Нуада МакЭтлиу, Нодент, Аргетлам; воплощённая война, бог законности, неба, воздуха, зимы и стужи.
На форуме: ᛏroll
Сообщения: 10821
Зарегистрирован: 28 ноя 2017, 15:55
Контактная информация:

[12.01.2019] Здравствуй, северное сияние

#7

Сообщение Týr Hymirson » 01 ноя 2019, 18:20

Его коньки оставляли следы - ему так хотелось.
- У меня тоже нет королевства, - беспечно отмахнуляся Тюр и тихо засмеялся, - тебя это беспокоит?
Зачем им двоим королевство, если они есть друг у друга?
Аргетрам замер на мгновение, неверяще глядя на супругу.
Очень приглушённые сутью эмоции были невероятно сложными. Он был рад и не верил одновременно, но вместе с тем, пришло ощущение успокоения - он не ошибся на этот раз. Весь его опыт общения с женщинами с Труд тоже не имел никакого значения, слишком отличалась она от них. Её прямота, изумительно сочетающаяся с живым умом, взяла его за сердце с первой встречей, но он слишком был увлечён своими проблемами, чтобы обратить на это внимание. Упрямая судьба сводила их раз за разом, покуда они не стали влиять друг на друга больше, чем могли бы влиять любовники. Другая степень отношений, гораздо больше, чем всё, что было раньше, и вот теперь новая грань - доверие, которое осторожно отдали в его руку.
Длинные пальцы сомкнулись на узкой ладони.
- Поведу, - едва слышно откликнулся он.

Напев ветра задавал плавный ритм, позволяя вырисовывать коньками фантастические узоры, подобные тем, что рисует мороз на стекле, они кружились расходясь и сходясь вновь, но руки её Тюр так и не выпустил. А снизу заворожённые движенями богов смотрели подводные жители, для которых явление богов было таким же редким, как для богов - отдых. Огромное озеро ложилось под коньки; расстояние, не существующее для этого мира, съедалось незаметно, а звёзды подо льдом неотступно следовали за асами. В самой середине озера было не слышно ветра и ритм сам собою сошёл на "нет". Какое-то время они продолжали двигаться по инерции, но близость заставила их остановиться. Труд обнимала его не впервые, но сейчас, в мире полном волшебства, это ощущалось совершенно иначе. Он так и держал её руку, второй обнимая её за плечи.
- Я тебя люблю, - прошептал он, ткнувшись носом в рыжую макушку.
Огоньки скользнули куда-то в сторону и остановились, потом вернулись и разбежались опять, точно звали асов куда-то.
Изображение

Thrud Thorsdottir
дочь войны, жена войны
Аватара пользователя
Репутация: 2016
Статус: дочь войны, жена войны
Информация: Труд Торсдоттир
33 у.о. | aeons; Девана, Вилкмерге; богиня силы и мудрости, покровительница природы и охотница, дева битв и воинской храбрости, сейдкона, действующий агент NCB Interpol Norway
На форуме: лисонька
Сообщения: 5164
Зарегистрирован: 08 дек 2017, 00:03
Контактная информация:

[12.01.2019] Здравствуй, северное сияние

#8

Сообщение Thrud Thorsdottir » 01 ноя 2019, 23:21

Тюр всё понял правильно, она почувствовала это в осторожно сжавшейся на ладони пальцах, разглядела в глубине стального взгляда, что всегда был остёр и чист, как отполированный клинок. Ас повлёк к себе и с собой, за собой; она не жалела об этом - не здесь и не сегодня.

Танцевать - пусть это и не было тем танцем, что ритуалом и своим пониманием истины сделали туата, назвавшие сына Хюмира своим королём - с Нуадой нравилось валькирии. Он двигался плавно и текуче, а её тянул за собой с тем мягким ощущением силы, что не вызывало гнева, только приносило ощущение ровной, спокойной уверенности.
От бледной кожи великана пахло морозом, хвоей и совсем чуть - чем-то терпким, навроде можжевельника или смолы, и это будоражило разум.

Его голос был протяжен и мелодичен, Тюр говорил, и слова, как волны, подхватывали в свои тёплые объятия. В ответ Труд улыбнулась, и её лицо, столь красивое в неверном блёклом свете звёзд, показалось на миг очень юным, девичьим, почти нежным. Ванахейм, давно уж не знавший войн и живший в полноте природных своих сил, смягчал её, и в безбрежной голубизне глаз не было льда, только чистое весеннее небо.
- Я знаю, - её голос, высокий и звучный, был тих, но отчётлив.
Разум аса осветило на мгновение теплом, звёздным светом много ярче того, что видно было в озере и на небе; валькирия потянулась навстречу, и её лёгкий поцелуй был на вкус сладковатым и пряным. Он длился всего мгновение; “я тоже люблю тебя”; короткий, как вдох, а потом шаманка кивнула на закружившиеся, заметавшиеся огоньки духов, что звали их за собой.

Теперь пришла её очередь вести, уже не в танце, не в изящных узорах, выписанных острыми лезвиями, а туда, куда сейдкону тянула её суть, столь же упрямая, сколь стрелка компаса. Рассыпавшееся в крошечные точки подводное созвездие сложилось вдруг во что-то, напомнившее формой клин - или наконечник стрелы, и сквозь ледяную пустошь указало своим гостям путь.
Как и супруг, Труд не знала, что хотят показать им дети вод: она понимала Ванахейм сутью, но не знала его. Наверняка даже Фрейя из ванов не могла похвастать тем, что знает этот мир до конца, и даже её седовласый отец с глазами синими, как его моря. Прежде шаманка никогда не была в этих местах; или тогда они были где-то ещё, или выглядели иначе и чувствовались - тоже.

Лёгкая вспышка, и закружившись там, внизу, духи выстроились в спираль, соприкоснулись длинными хвостами-вуалями и поднялись выше, тронули спинными плавниками внутреннюю сторону льда. Они завораживали причудливыми серебристыми переливами чешуи и прозрачной наполовину, светящейся кожи.
А потом все ушли на глубину, и вёльва подняла глаза, осматриваясь.

Они добежали до суши, должно быть, крепко укутанной снегом: узкая полоса косы врезалась в стекло льда, и на ней стояла высокая башня из гладких по блеска камней, на фоне ночного неба - совершенно чёрный силуэт, прочерченный художественной тушью.[AVA]https://b.radikal.ru/b27/1910/49/67b3eab23dc8.jpg[/AVA]
Чёрные птицы из детских глаз
Выклюют чёрным клювом алмаз,
Алмаз унесут в чёрных когтях,
Оставив в глазах чёрный угольный страх. ©

Týr Hymirson
Зови, зови декабрь, ищи себе зимы
Аватара пользователя
Репутация: 1970
Статус: Зови, зови декабрь, ищи себе зимы
Информация: Тюр
45y.o. | ~20 млрд; глава АМБ, маг, целитель; Известен под именами Нуада МакЭтлиу, Нодент, Аргетлам; воплощённая война, бог законности, неба, воздуха, зимы и стужи.
На форуме: ᛏroll
Сообщения: 10821
Зарегистрирован: 28 ноя 2017, 15:55
Контактная информация:

[12.01.2019] Здравствуй, северное сияние

#9

Сообщение Týr Hymirson » 04 ноя 2019, 19:25

Её голос он был готов слушать вечно. Поцелуй был слегка вяжущим и сладким, как глоток хорошо выдержанного вина, и так же мимолётен, как хмель от него. Он согревал сердце, а слова согревали душу. Стало очень легко, настолько, что казалось - он сейчас соскользнёт в обличие духа, чтобы иметь возможность свернуться на плечах жены так же, как на его плечах лежал ветер. Но он предпочёл возможность прикасаться к жене во плоти.

Здесь, в Ванахейме, не было драм, от которых зависит устойчивость вселенной, по крайннй мере, сейчас. Поэтому Тюр отчётливо ощущал, что чудо, которого он ждал с самого начала, близко и зовёт их обоих; природа обоих асов не давала им возможности проигнорировать такой настойчивый зов. Они следовали за огнями и подводными жителями, не петляя более. Силуэт башни показался сыну Хюмира вырезанным из реальности, почти повторив ощущения Труд.
Так и было: она находилась между нигде и здесь, являясь совершенным творением какого-то сейдмада. У неё не было входа, не было окон, вообще ничего, только чёрный силуэт. Башня изучала их так же, как они изучали башню, ощущение пристального взгляда пером скользило по позвоночнику, заставляло сердце биться чаще и звало идти дальше. В самом узком месте косы в окружении пяти камней стоял алтарь.
- Интригующе, - в улыбке Тюра было что-то очень заразительное. Он не чуял зла дальше - только любопытство и неразгаданная тайна.
Камни были высокими, почти в рост аса, на каждом из них были начертаны схематичные, но узнаваемые силуэты: волны для воды, цветок для земли, молния для огня и перо для ветра. Пятый камень был пуст; на алтаре лежал каменный нож, точно вплавленный в поверхность.
Коньки перестали существовать, вернув асу лёгкость походки; он обошёл камни, то и дело оглядываясь на жену, и остановился напротив камня с пером. Лёгкое дуновение ветра обласкало камень, символ засветился. Вокруг камня поднялась воронка смерча. Тюр снова обернулся к Труд.
Вместе с ним повернулся нож, указывая остриём на камень с молнией.
- Мы хотим продолжения? - На всякий случай уточнинл он.
Внезапно вернувшийся к своему хозяину ветер, уронил ему на руки белоснежный плащ, оставленный валькирией на другом берегу. Среброрукий поднял его и протянул жене.
Изображение

Thrud Thorsdottir
дочь войны, жена войны
Аватара пользователя
Репутация: 2016
Статус: дочь войны, жена войны
Информация: Труд Торсдоттир
33 у.о. | aeons; Девана, Вилкмерге; богиня силы и мудрости, покровительница природы и охотница, дева битв и воинской храбрости, сейдкона, действующий агент NCB Interpol Norway
На форуме: лисонька
Сообщения: 5164
Зарегистрирован: 08 дек 2017, 00:03
Контактная информация:

[12.01.2019] Здравствуй, северное сияние

#10

Сообщение Thrud Thorsdottir » 04 ноя 2019, 23:21

Башня не была построена: шаманка чувствовала в ней сложное переплетение волшбы и времени, её скорее творили, опираясь на мир, и тот рад был откликнуться. Даже в Ванахейме такие вещи встречались нечасто: насколько чуяла Труд, умевшая видеть вглубь, в самое сердце истины, башня была очень стара. Старше Срединного мира и даже наверняка старше многих звёзд.
Может быть тот, кто когда-то заложил здесь первый камень, из которого силою своей потом вырастил чернильный силуэт, уже исчез, но творение его всё ещё стояло - и будет, вёльва видела это, стоять и дальше.

И нигде - ни окон, ни дверей, лишь гладкая поверхность, что твёрже гранита и полированней стекла.

Посмотрев на Тюра, валькирия улыбнулась ему краями полных губ, то ли в ответ, то ли просто потому, что ей того хотелось. Сам мир казался тёплым и спокойным, несмотря на лежавшие вокруг снега, это было зимой, что предшествует пробуждению жизни, зимой, в которую видят добрые сны посевы и медведи в берлогах; и Труд было здесь легко.
Жуткая мрачность, флёр нездешности, не отступавший от неё в Мидгарде, в который выбиравшая убитых куталась, как в одежды - чернее чёрного, исчез, но она не чувствовала от этого неудобства. Присутствие Аргетлама рядом веяло надёжностью, жене его не было надобности ни прятаться, ни защищаться, и оттого казалась она почти юной - ушла тяжесть из её голубого взора, обыденно пробивавшего насквозь.
- Отчего нет? - Ответила вёльва вопросом, коснулась длинными пальцами собственного лица, чуть рассеянно провела по щеке. - Мир хочет показать что-то, потому и привёл сюда, здесь не бывает дорог, которые не нужны тебе сейчас, если если тропа и есть то, к чему она ведёт, то лишь потому, что сейчас тебе это нужно.

Ветер трепал её длинные густые волосы, что спускались до самых бёдер, но они были слишком тяжелы, точно в самом деле отлиты из меди, чтобы прядки поднять в воздух.
Протянув руку, дочь громовника будто пробежалась пальцами по невидимой рукояти оружия аль по копейному древку, сжала ладонь в кулак - и вдруг заискрились яркие электрические блики на её бледной коже, побежали по ногтям; Труд махнула рукой - и крошечная молния ударила в каменный столп.
Засветился ещё один символ.

Белый плащ с узорами серебром подошёл бы и самому зимнему королю. На самом деле, он и был его плащом - который когда-то, так, казалось, давно, почти в прошлой жизни, Труд попросила себе. В жизни простой, в Мидгарде, он не имел ни смысла, ни уместности, но тут, подбитый мягким мехом и морозом, он был будто правильным.
Только забирать его валькирия сама не стала.
Вместо того она подошла к великану совсем близко, изящная и плавная, как плеск волн, встала вполоборота и голову склонила к левому плечу, с живым интересом взглянув на супруга.
- Набрось мне на плечи, пожалуйста, - и снова было лёгкое касание к сильным мужским пальцам, задумчивая улыбка.
Ей нравились прикосновения Тюра и нравилось чувствовать его рядом, и - случайно или нарочно - сейчас валькирия тянула время, стоя так близко, что он ощущал тепло её гибкого тела.[AVA]https://b.radikal.ru/b27/1910/49/67b3eab23dc8.jpg[/AVA]
Чёрные птицы из детских глаз
Выклюют чёрным клювом алмаз,
Алмаз унесут в чёрных когтях,
Оставив в глазах чёрный угольный страх. ©

Týr Hymirson
Зови, зови декабрь, ищи себе зимы
Аватара пользователя
Репутация: 1970
Статус: Зови, зови декабрь, ищи себе зимы
Информация: Тюр
45y.o. | ~20 млрд; глава АМБ, маг, целитель; Известен под именами Нуада МакЭтлиу, Нодент, Аргетлам; воплощённая война, бог законности, неба, воздуха, зимы и стужи.
На форуме: ᛏroll
Сообщения: 10821
Зарегистрирован: 28 ноя 2017, 15:55
Контактная информация:

[12.01.2019] Здравствуй, северное сияние

#11

Сообщение Týr Hymirson » 05 ноя 2019, 22:02

- Не знаю, - ответ был таким же легкомысленным, как и прежде, а поведение Труд способствовало некоторой шутливости тона, - будем надеяться, что мир хочет показать что-то нам обоим, потому что без тебя я бы валялся в сугробе, в который хотел уронить тебя, и смотреть на звёзды.
Ему нравилось не знать, не хотелось думать и пытаться понять происходящее. Да в Ванахейме это было невозможно - мир менялся по собственной прихоти, не сообразуясь с логикой и представлениями о нём самом разумных существ. Его можно было только принимать как есть. И он принимал, потому что в последнее время все его мысли об отдыхе и развлечениях сводились ко сну или медитации над доской улик. Такие вот моменты с женой он ценил невероятно.
От вспышки молнии столб окутался электрическими разрядами.
Белый плащ ловил на себе серебряные и золотистые всполохи от камней, свет отражался от текущих волос вёльвы, плясал шальными огнями в стальных глазах колдуна. Аргетлам снова улыбнулся, всем телом ощущая близость жены. Поймать её пальцы он не успел и тихо засмеялся, немного ниже, чем смеялся обычно. Шальные огни вспыхнули особенно ярко, когда он встряхнул белое сукно, подбитое мехом. Белый цвет не принадлежал ему более, он отдал его Труд и теперь с удовольствием набросил плащ на плечи супруги так, что она оказалась в его объятьях. Сквозь куртку ощущалось его тепло и очень часто бьющееся сердце.
- Попалась, - опять засмеялся он, - сама пришла, не отпущу теперь!

Зажечь остальные камни не составило труда; земляной камень опутался плющом, а снег вокруг сбежал ручьями, обнажая траву. Камень с символом воды стал прозначным, точно стекло, в нём можно было рассмотреть плескающихся рыбок и водоросли. Лишь последний камень молчал, но свет от других показал то, что должны были видеть асы. Выемка размером с лезвие ножа, который теперь просто лежал на поверхности. Тюр снял его с алтаря, воткнул в выемку и повернул точно ключ. Камень тихо повернулся, собирая свет с остальных. Ослепительный белый луч ударил в небо; разошедшиеся от него лучи переливались всеми цветами спектра, но более всего - зелёным, напоминая диковинную птицу. Северное сияние осветило башню. От цветных витражей на окнах, на снег падали изумительные отблески, изящные балконы парили в воздухе, а дверь гостеприимно распахнулась. От камней в сторону двери снег исчез.
Аргетлам замер, почти не дыша - туата научили его ценить прекрасное. Здесь, рядом, была восхитительная женщина, прекраснее которой в его глазах не существовало, а замок манил своей загадкой, но северное сияние, так похожее на его жену, окончательно заворожило бога.
- Будь я проклят, - задумчиво произнёс он, прижимая к себе жену. Пожалуй, теперь он даже выглядел юнцом - происходящее чудо, довольно обыденное для Ванахейма, живущего волшебством, отозвалось в разуме и сердце возбуждением, желанием творить безумства и, пожалуй, счастьем. Таким, которое невозможно не воспринять.
Изображение

Thrud Thorsdottir
дочь войны, жена войны
Аватара пользователя
Репутация: 2016
Статус: дочь войны, жена войны
Информация: Труд Торсдоттир
33 у.о. | aeons; Девана, Вилкмерге; богиня силы и мудрости, покровительница природы и охотница, дева битв и воинской храбрости, сейдкона, действующий агент NCB Interpol Norway
На форуме: лисонька
Сообщения: 5164
Зарегистрирован: 08 дек 2017, 00:03
Контактная информация:

[12.01.2019] Здравствуй, северное сияние

#12

Сообщение Thrud Thorsdottir » 06 ноя 2019, 20:56

Низкий, тревожный смех Тюра будоражил, мурашками пробегал по позвоночнику, и его хотелось слушать ещё и ещё. Также, как хотелось чувствовать силу его объятий, укрывших поверх плаща.

Полыхали столбы.

Запрокинув голову, валькирия смотрела на северное сияние. Длинные разноцветные полосы разлетались по небу, а белый снег искрился в этих всполохах, отчего казалось, что вся земля горит.
Труд хотелось туда, наверх, упругую твёрдость воздуха ощутить под лебяжьими крыльями; или же ударить мечом о щит, чтобы металлический холодный звон разнёсся над Ванахеймом, чтобы блеск её доспехов вплёлся синевою в фосфорную зелень, но затем женщина улыбнулась и опустила глаза. Сквозь плащ и лиф рубахи она чувствовала лёгкую прохладу зачарованного серебра от руки Аргетлама, что была подобна живой, и чувствовала лёгкость его дыхания совсем рядом, над ухом.

Быть может, ей вовсе не нужно было небо.
Подняв свои ладони, валькирия положила их, живые, горячие, что уголья в сердцевине костра, на его пальцы, сжала. Время замерло, остановилось начисто, точно стеклянная капля, упавшая в воду, и ничего не могло быть более важным.

Затем Труд тряхнула медноволосой головой, и выблеснули лесным пожаром мягкие локоны, что остро пахли хвоей и мёдом, а асинья повернулась к навстречу им распахнувшейся башне. Внутри что-то блестело, почти также ярко, как аврора - наверху, несколько крупных точек, и вдруг они пришли в движение, будто бы почуяв пристальный взгляд своей гостьи.
Зашуршало что-то, мягко и легко, почти нежно, будто шерсть отёрлась о твёрдость камня, а затем показалось гибкое изящное тело цвета белее снега, белее самого белого, похожее на ленту, и острая голова о шести голубых глазах да с мягкими перьями-воротом.

Зимний дух напоминал чем-то дракона или водного змея, только лапы его были шире и крепче, но одновременно он чем-то похож был и на птицу. На кончиках его крыльев виднелись маховые перья, длинные и твёрдые.

Он вытек из башни, обретая плоть, волшебно красивый в своей меловой белизне, издал певучий высокий звук - и обвился вдруг вокруг стен в три оборота, такой же равнодушный к сохранению собственной формы, как стихия - к покою. Глаза его светились.
Затем он снова потёк вниз, точно капель, хвост оставляя на башне, а голову и передние лапы спустив на снег, приблизился к асам и уложился перед ними, моргнул всеми шестью глазами одновременно. Перья его ворота чуть заметно трепетали.
- Кор-роль, - он говорил, не открывая пасти, резонировал только лёгкой дрожью воздух вокруг его морды, - кор-ролева.
У него был тягучий низкий голос с резко выраженными рычащими согласными.

Улыбнувшись, Труд протянула вперёд руку, и дух, потянувшись ближе, потёрся о женскую ладонь носом, как ласковый котёнок; на ощупь он казался холодным и мягким, как первый снег.
- Здравствуй, - сказала асинья, - чего ты хочешь?
Шесть глаз вновь моргнули - все вновь одновременно. В них были круглые тёмно-синие зрачки.
- Я так давно не слышал музыки.[AVA]https://b.radikal.ru/b27/1910/49/67b3eab23dc8.jpg[/AVA]
Чёрные птицы из детских глаз
Выклюют чёрным клювом алмаз,
Алмаз унесут в чёрных когтях,
Оставив в глазах чёрный угольный страх. ©

Týr Hymirson
Зови, зови декабрь, ищи себе зимы
Аватара пользователя
Репутация: 1970
Статус: Зови, зови декабрь, ищи себе зимы
Информация: Тюр
45y.o. | ~20 млрд; глава АМБ, маг, целитель; Известен под именами Нуада МакЭтлиу, Нодент, Аргетлам; воплощённая война, бог законности, неба, воздуха, зимы и стужи.
На форуме: ᛏroll
Сообщения: 10821
Зарегистрирован: 28 ноя 2017, 15:55
Контактная информация:

[12.01.2019] Здравствуй, северное сияние

#13

Сообщение Týr Hymirson » 07 ноя 2019, 22:08

Руки Труд согревали его руки, он чувствовал её тепло даже сквозь колдовской металл. Она не понимала покуда, что небо у неё уже есть, вот здесь, она держится за него в мгновении, застывшем для них двоих целой вечностью. Он тоже не очень осознавал, что в его руках находится живое пламя - то, которое однажды унесло его жизнь и то, которое вернуло его обратно. Но он слышал её желание так же отчётливо, как своё собственное.
- Мы полетим, - пообещал он ей, - обязательно. Я вечность не был в небе.
С самой смерти - когда единение с собственной силой оборвалось. Он дважды вставал на крыло с той поры - один раз случайно, покуда ещё был смертным, второй - здесь же, летом, но тогда они оба были измотаны встречей с Хаосом и должной радости получить не удалось. Быть может, получится сейчас. Он надеялся на это.

Очень неохотно Тюр опустил руки, давая Труд возможность двигаться и выжидательно уставился на дверь. Ожидания были оправданы слихвой - зимний дух был прекрасен настолько же, насколько было прекрасна сама эта ночь. Вежливо склонив голову перед хозяином башни, Аргетлам ответил:
- С радостью, дай мне, - он посмотрел на жену, вспомнил её голос, гармонии, которые складывались в их дуэте. Очень сильно захотелось услышать его снова. Тюр поправился, - нам немного времени.

Здесь было тихо, так тихо, что было слышно потрескивание льда на озере где-то ближе к середине. Даже ветер улёгся у ног своих хозяев, свернувшись призрачным котёнком, опасливо поглядывающим на духа синими глазёнками. Нуада молчал, размышляя о том, что мог слышать этот зверь, а что для него будет внове. Остановил свой выбор на музыке смертных и молча, сквозь пространство и время позвал.
Арфа, та самая, что ждала его в Холмах, усыпляя всех, кто дерзал сунуться к источнику мудрости, тревожно зазвенев, возникла в руках туата - теперь здесь был именно он, бесконечно прекрасный и бесконечно юный сын Дану, из тех, ради кого смертные уходили в Холмы. Улыбка, которую он подарил жене, была совсем другой - лёгкой, беспечной и пьянящей.
- Моя королева, - позвал он, - ты поможешь мне?
Тонкие длинные пальцы скользнули по струнам и мелодия заполнила всё вокруг. Внезапно взвыл ветер, вплетя в музыку шум засохших трав и злой напев вьюги, а Аргетлам закончил вступление.
- От ветра нам становится легче дышать...
Его голос звучал глубоко и чарующе низко.
От северного сияния на снег легли тени, повинующиеся ритму и мелодии, глаза сида сияли расплавленным серебром. Дух смотрел на двуногих, которе не были ни асами, ни духами, и вместе с тем - всем этим.
- И мы стремимся всё выше, и выше, и вверх!..
Сияние полыхнуло ярко, вывернувшись в фигуру дракона, пляшущего в небе вместе со звёдами, голос ушёл вверх, сливаясь со свистом вьюги. Нуада перевёл взгляд на жену, чувства, которые вкладывались в песню, он делил на двоих. Свою любовь к жене, своё одиночество без неё и свою радость быть с ней.
- Мы не пели с тех времен, когда спорили мечи...
Музыка, как и чувства, не давила, просто приносила удовольствие, почти физическое, как это бывало у туата.
Изображение

Thrud Thorsdottir
дочь войны, жена войны
Аватара пользователя
Репутация: 2016
Статус: дочь войны, жена войны
Информация: Труд Торсдоттир
33 у.о. | aeons; Девана, Вилкмерге; богиня силы и мудрости, покровительница природы и охотница, дева битв и воинской храбрости, сейдкона, действующий агент NCB Interpol Norway
На форуме: лисонька
Сообщения: 5164
Зарегистрирован: 08 дек 2017, 00:03
Контактная информация:

[12.01.2019] Здравствуй, северное сияние

#14

Сообщение Thrud Thorsdottir » 08 ноя 2019, 18:38

Рыжие волосы вспыхивали от каждого движения шаманки; вот и сейчас, стоило ей повернуть к супругу голову, прокатились по тугим локонам блестящие, горячие искры. Труд улыбнулась - странной улыбкой, ускользавшей, как сон пред рассветом.
- Валькирии для мёртвых поют и их оплакивают, мой король. Живым их песни слушать опасно.
- Некого уводить в Ванахейме, выбир-рающая убитых, - засмеялся дух, вывернулся своими кольцами изящного тела, свиваясь в восьмёрки и бесконечность, - не будь валькир-рией здесь, будь богиней, будь той, кто ты есть, не кр-рои себя под мир-р, котор-рый готов тебя пр-ринять, какая ты сейчас и всегда.

Он улёгся снова - голова и передние лапы на белом снегу, что казался рядом с его искристой шкурой сероватым и бледным, а хвост снова оплёл тёмную башню, и только лукаво сверкали шесть пронзительных глаз. И когда Труд, подобрав плащ, села, скрестив ноги, подтянув их-под себя, дух пристроил острую голову ей на колени, будто обычный зверь из мира Срединного, опустил ворот из перьев, мягкую шерсть подставляя под сильные женские руки.
Шаманка вплела в неё пальцы, и дух затих.
По одеждам и шкуре блуждали разноцветные всполохи северного сияния.
Помедлив, асинья снова улыбнулась Тюру, отвечая на лукавство в его взгляде. Воздушный и лёгкий, сын Дану посредь снегов был странен - и прекрасен, как мечта, как в легендах людей воспетые эльфы. Вот почему смертные бросали всё, что было у них за душой.

И тогда Труд тоже запела: её высокий голос, сильный и звучный, взвился под самое небо, а мелодия, наигранная умелой рукой на волшебной арфе, всё летела, струясь медовым водопадом, шёлковым отрезом. Холода не чувствовалось, всё замерло - и вьюга, и ветер; вся природа вокруг слушала, как протяжные, тягучие, точно патока, голоса богов звучат в унисон, и дух слушал тоже, а крылья его трепетали.

А затем музыка умолкла.
Не оборвалась, нет; она смягчилась, стихла, а затем угасла, как догоревшая свеча, и она оставила после себя ощущение сказки - на диво, с хорошим концом.

Зимний дух поднял голову, раздул ворот-капюшон, поднимая перья, и оказалось, что они сами - как северное сияние, зелёное с синевой, фиолетовое с лиловым. Он смотрел, долго-долго, на Аргетлама, на арфу в его руках, потом также долго - на Вилкмерге, и потом, спустив тело своё вниз, моргнул.
Медленно, как первые падающие снежинки.
- Благодар-рю вас, - и рык его, низкий и вибрирующий, далеко разнёсся над белым безмолвием, - будьте гостями в доме этом, он ваш - до р-расвета.
- И когда же рассвет?
- Когда в том будет нужда.
И огромное тело рассыпалось в иней, исчезло, превратилось в воспоминания - и только мелькнули цветастые перья, когда в аврору вплёлся ещё один всполох, в который пожелал обернуться дух.

Труд тихо рассмеялась, и лёгкий перезвон её смеха пел спокойствием - и счастьем, тем же счастьем, что чудилось в объятиях Тюра да в его улыбке. Запрокинув голову, валькирия смотрела на мужа и не спешила вставать.[AVA]https://b.radikal.ru/b27/1910/49/67b3eab23dc8.jpg[/AVA]
Чёрные птицы из детских глаз
Выклюют чёрным клювом алмаз,
Алмаз унесут в чёрных когтях,
Оставив в глазах чёрный угольный страх. ©

Týr Hymirson
Зови, зови декабрь, ищи себе зимы
Аватара пользователя
Репутация: 1970
Статус: Зови, зови декабрь, ищи себе зимы
Информация: Тюр
45y.o. | ~20 млрд; глава АМБ, маг, целитель; Известен под именами Нуада МакЭтлиу, Нодент, Аргетлам; воплощённая война, бог законности, неба, воздуха, зимы и стужи.
На форуме: ᛏroll
Сообщения: 10821
Зарегистрирован: 28 ноя 2017, 15:55
Контактная информация:

[12.01.2019] Здравствуй, северное сияние

#15

Сообщение Týr Hymirson » 12 ноя 2019, 18:53

Музыка туата - всегда чары. Здесь, в колдовском мире она не имела той же силы, что в Мидгарде или Альвхейме, но даже здесь она была даром, который требовал ответного служения.
Труд, чей голос вплёлся в голос Нуады, приносила его духу, миру и мужу. Но сидхе пел только для неё и ничего поделать с этим не мог. Змей слышал это и понимал, как понимал его и мир. Самые сложные чары - не те, которые оплачиваются долгом, но те, которые чароплёт накладывает на себя.
Убрав пальцы от струн, Аргетлам слушал, как затихает мелодия и смотрел на жену, единственную во всех мирах, которую любил. Исчезновение змея он, казалось, и не заметил, серебро никак не желало уходить из глаз. Сегодняшняя ночь изменила для него всё и таить свою суть, свои желания по отношению к Труд он не собирался. На прекрасном лице застыло обещание, которое валькирия, быть может, сама не понимала покуда. То была тоска по ней, по тому, что она несёт супругу одним своим присутствием. На губах блуждала улыбка, смысла которой не понимал уже сам Нуада. Лишь смех вывел его из состояния, в которое ввергла музыка. Огладив деку, среброрукий ласково шепнул арфе "пора домой". Инструмент исчез, оставив их с Труд наедине.
Смотреть на неё сверху вниз показалось неправильным; туата сменил облик почти мгновенно и ветром обнял за плечи, пробираясь под плащ и даже рубашку.
- Идём? - Шелестом вьюги спросил он. - Мне любопытно.

Башня не подчинялась никаким законам. Вход одновременно казался и маленькой дверью и огромными воротами. Летящие шаги туата, обычно неслышные, шелестели по плитам пола. Огни освещения зажигались и гасли в хаотическом порядке, а длинный проход с дверьми, который сложно было назвать коридором из-за своей помпезности, уходил куда-то вдаль, сужаясь почти в точку в самом конце. Окажись здесь хрустальный столик с пузырьком с ярлычком "выпей меня", Нуада бы не удивился. Но столика не было, зато был странный, сладковатый запах, да обещание тайны.
Аргетлам посмотрел на жену. Место способствовало иному восприятию, Труд, и так не слишком связанная с земным, казалась ему сотканной из волшебства. Пламя волос, в которых выблёскивали отсветы огней казалось настоящим; изумительно синие глаза - осколки неба, которое он любил, - завораживали; стихией она казалась ему, стихией она была. Живым и живительным пламенем.
- Ты потрясающая, - сказал он вдруг.
Изображение

Thrud Thorsdottir
дочь войны, жена войны
Аватара пользователя
Репутация: 2016
Статус: дочь войны, жена войны
Информация: Труд Торсдоттир
33 у.о. | aeons; Девана, Вилкмерге; богиня силы и мудрости, покровительница природы и охотница, дева битв и воинской храбрости, сейдкона, действующий агент NCB Interpol Norway
На форуме: лисонька
Сообщения: 5164
Зарегистрирован: 08 дек 2017, 00:03
Контактная информация:

[12.01.2019] Здравствуй, северное сияние

#16

Сообщение Thrud Thorsdottir » 14 ноя 2019, 13:03

Сотворённая, не построенная, башня представляла внутри зрелище не менее дивное, чем снаружи, где чёрные камни, вырезанные из тени и полярной ночи, красило в разноцветные блики северное сияние. В ней, казалось, нет никакого ограничения пространства, коридор тянулся много дальше, чем можно было увидеть, высокий свод потолка уходил куда-то наверх и терялся там, а смешливые тени, что танцевали по стенам от неяркого и какого-то даже уютного блеска свечей, исчезали и появлялись снова в своих бесконечных хороводах.

Рыжие девичьи волосы светились и сами - изнутри, горячим и живым блеском, что бывает от жаркого костра. Когда Труд вскинула голову, чтобы посмотреть на супруга, шёлковая волна её локонов, поднявшись от порывистого движения, хлестнула его по плечу да по груди, и от их меди снова густо пахло хвоей.
Асинья же, помедлив мгновение, изящно склонила голову, пряча в глазах отзвук смеха.
Она смутно понимала, что нужно говорить в ответ, даже не совсем была уверена, что ответ вообще был сейчас нужен, и потому просто коснулась мужской ладони, провела пальцами по его коже, оставив след своего тепла. Она тоже находила Тюра потрясающим - во многих вещах, ведь шаманка видела его насквозь, всегда - сквозь обыденное, сквозь плоть и кровь, а потому видела сначала душу и лишь затем - тело.

Белоснежный плащ снежинками, оторвавшимися от бурана, щекотал напольные плиты. Вёльва улыбнулась богу, неожиданно легко и спокойно, как никогда не улыбалась - просто не могла бы, - в Мидгарде. Её лицо казалось юным, моложе, чем обычно, острые и твёрдые черты аса будто смягчились, уступая иной природе, той, которую будил, исподволь, но так упорно, сам мир.
Кожа всё ещё помнила нежные касания ветра, чуткими пальцами небесного бога забиравшиеся под одежду, и эта память была приятной.

Коридор расширился как-то вдруг, резко, словно просто передумал продолжаться - и быть может, так и было. Он вывел своих гостей к огромному внутреннему залу, идеально круглому, с высокими узкими окнами, забранными прозрачнейшим стеклом, сквозь которые продолжала сиять аврора.
По стенам - гобелены, на полу - причудливая мозаика из блестящих камней, что складывалась в зверей и птиц, растения и цветы, а строго посредине, глубоко корнями уходя в сырую чёрную землю, за низкой каменной оградкой - белоснежное, как сам снег, дерево. Аккуратная крона была вся в листве, несмотря на самую середину зимы, но листва тоже вся была белой, и лишь кое-где между ними сияло что-то тёмное.
То были плоды. По форме они больше напоминали гранат, но по твёрдости - яблоки, их гладкая шкурка была багряной. Когда, подойдя ближе, Труд протянула к одной ветви руку, дерево охотно уронило свой плод прямо в её ладонь, и черенок оторвался с тихим звуком, стоило лишь немного потянуть.

Сейдкона засмеялась, тихо, мелодично, и второй плод протянула супругу.
- Ванахейм щедр на дары. Осторожно, их сок пьянит, они утоляют одну жажду, но будят другую.
Как и всё в этом исполненном тайн мире дикой, необузданной природы и самой жизни.[AVA]https://b.radikal.ru/b27/1910/49/67b3eab23dc8.jpg[/AVA]
Чёрные птицы из детских глаз
Выклюют чёрным клювом алмаз,
Алмаз унесут в чёрных когтях,
Оставив в глазах чёрный угольный страх. ©

Týr Hymirson
Зови, зови декабрь, ищи себе зимы
Аватара пользователя
Репутация: 1970
Статус: Зови, зови декабрь, ищи себе зимы
Информация: Тюр
45y.o. | ~20 млрд; глава АМБ, маг, целитель; Известен под именами Нуада МакЭтлиу, Нодент, Аргетлам; воплощённая война, бог законности, неба, воздуха, зимы и стужи.
На форуме: ᛏroll
Сообщения: 10821
Зарегистрирован: 28 ноя 2017, 15:55
Контактная информация:

[12.01.2019] Здравствуй, северное сияние

#17

Сообщение Týr Hymirson » 15 ноя 2019, 17:05

Seven stars and seven stones
And one white tree.
Ответ не нужен был ему, он слышал всё, что она чувствовала так ярко, что её чувства казались его собственными. Лишь суть его, в девяти мирах держащая его чувства на привязи не давала сотворить глупость именно сейчас. В конце концов, должно же быть где-то ложе удобнее каменных плит?
Он поймал руку жены, чтобы не отпустить больше. Так и шли они вместе, покуда башня не решила, что они пришли. В разуме валькирии плеснулось чужое удивление. Чего он точно не ожидал увидеть здесь, так это древо, что даже для богов было сказаниме далёкой древности. Свет падал так, что древо казалось Нуаде бумажным, но запах влажной земли и сладких плодов говорил о том, что оно самое что ни на есть настоящее. Труд подошла к дереву и символизм момента невольно вызвал у Аргетлама улыбку. Вспомнилась история другого мира и других мужчины и женщины, но там ещё фигурировал змей. Впрочем, в их истории тоже фигурировал змей. Даже два, если вдуматься.
Он принял плод из рук жены и засмеялся вместе с нею. Потом примолк, задумчиво изучая плод. Если ему сейчас окончательно снесёт крышу, обо всех с таким трудом достигнутых успехах для них двоих можно будет забыть. Труд права, нужно быть осторожнее.
- Знаешь, - начал он, - не всякую жажду стоит будить.
Подумал ещё немного и, плюнув на все свои принципы, притянул Труд к себе.
Нуада склонился к лицу жены и его дыхание обжигало кожу.
- Как ты думаешь, - в светлых как зимнее небо в безснежный день глазах плясали искры, - дар Ванахейма переживёт некоторое время?
Он коснулся губ валькирии и поцелуй тот был далёк от целомудренного, прикосновение сделало их ближе, чем они были всегда, поделило на двоих чувства, его и её. Моральные дилеммы ушли куда-то на второй план, а после и вовсе растворились на задворках сознания. Нуада желал, но желал не просто близости, но того, что возможно лишь для них двоих. Единения, полёта, танца.
Оторвавшись от жены с разочарованием Аргетлам дал им обоим возможность отдышаться и продолжил мысль.
- Потому что мне пережить будет гораздо сложнее - ты и так сводишь меня с ума.
Отстраниться от неё было непросто, но здесь, в огромном зале, пропитанном сладким ароматом, единственное место, где они могли удобно устроиться, была трава, что росла в корнях дерева. Нуада потянул Труд за собой, легко перескочив через ограду. Он от души надеялся, что объяснять сейчас, почему она сводит его с ума и как она может это сделать, не потребуется. Потому что на это у него точно не нашлось бы слов.
Изображение

Thrud Thorsdottir
дочь войны, жена войны
Аватара пользователя
Репутация: 2016
Статус: дочь войны, жена войны
Информация: Труд Торсдоттир
33 у.о. | aeons; Девана, Вилкмерге; богиня силы и мудрости, покровительница природы и охотница, дева битв и воинской храбрости, сейдкона, действующий агент NCB Interpol Norway
На форуме: лисонька
Сообщения: 5164
Зарегистрирован: 08 дек 2017, 00:03
Контактная информация:

[12.01.2019] Здравствуй, северное сияние

#18

Сообщение Thrud Thorsdottir » 16 ноя 2019, 15:33

Разжав длинные сильные пальцы, что были покрыты рунами и символами, сверкавшими в свете авроры, шаманка выронила крупный багряный плод, но он, вопреки всякому понимаю притяжения, не упал. Не долетев до каменных плит, он просто завис в воздухе, словно крошечная звезда - в объективе астронома, и по его гладкой шкурке танцевали такие же блики, как на невыносимо ярких женских волосах.
Труд же улыбнулась, чуть опустив тёмные ресницы, и синевой, искрами грозы выблеснуло во взгляде. Она подалась, неожиданно податливая, вперёд под мужской рукой, встала на носочки, чтобы стать с ним почти вровень, и Тюр мог бы теперь увидеть безоблачное небо в её глазах.

Снова её ладонь обласкала чужое совершенное лицо, запуталась затем в тёмных длинных прядях, что на ощупь были, как шёлк. У поцелуя был хмельной налёт, точно от старого вина, и лёгкая нота дурмана.
Сейдкона чувствовала чужие желания, читая их, как руны, как сагу; она не могла покуда познавать собственные, не научившись ещё, но охотно шла за отблеском чужих, вглядываясь в них, и осторожно, изучая, пробовала на вкус.
В том, что на озере она просила вести её за собой, было немного больше, чем только первые шаги танца; дочь Сиф, воспитанница Фрейи, ванка - здесь, посреди Ванахейма, она в тенях благоухающих садов и свете далёких звёзд видела таинства близости, и они влекли её.

Тюр влёк её, и он мог прочитать это в чёрных расширенных зрачках, угадать в таком быстром биении сердца.
- Ты слишком много думаешь о том, о чём думать не нужно, - сказали женские полные губы на ухо богу, и они были чудовищно горячи, как и вся дочь громовника, в чьих венах текло пламя. - Зачем ты думаешь, когда нужно чувствовать?
И не разобрать было, говорила ли это она, или то был добрый совет от духов - извечной природы, урожая и жатвы, зелени и свежих цветов, испокон веков шептавших устами шаманов.

Шорох древа стал будто бы громче, пришли в движение его ветви, белоснежные до того, что смотреть на них можно было, лишь как на снег по утру - прищурившись; когда Труд коснулась фибулы плаща на своих плечах, древо подхватило его, как живое, и мягкая опушка светло-серого меха лишь едва мазнула по зелёной траве.
А трава была мягкая, как шёлк, густая, как волчья шерсть, и пахла - тоже пряно да терпко, всё здесь пропитал сладковатый аромат жизни. В шелесте листвы стал чудиться напев, тягучий и древний, как тёмные лесные чащи.
Ванахейм радовался вместе с Тюром, ожидал - вместе с Труд, асы пришли сюда гостями, но мир любил своих гостей - и принимал их, как умел.

И снова был поцелуй, слаще и горячей первого.[AVA]https://b.radikal.ru/b27/1910/49/67b3eab23dc8.jpg[/AVA]
Чёрные птицы из детских глаз
Выклюют чёрным клювом алмаз,
Алмаз унесут в чёрных когтях,
Оставив в глазах чёрный угольный страх. ©

Týr Hymirson
Зови, зови декабрь, ищи себе зимы
Аватара пользователя
Репутация: 1970
Статус: Зови, зови декабрь, ищи себе зимы
Информация: Тюр
45y.o. | ~20 млрд; глава АМБ, маг, целитель; Известен под именами Нуада МакЭтлиу, Нодент, Аргетлам; воплощённая война, бог законности, неба, воздуха, зимы и стужи.
На форуме: ᛏroll
Сообщения: 10821
Зарегистрирован: 28 ноя 2017, 15:55
Контактная информация:

[12.01.2019] Здравствуй, северное сияние

#19

Сообщение Týr Hymirson » 17 ноя 2019, 00:12

Он пообещал, что поведёт, и он повёл, стараясь не утонуть в её глазах, потому что весь опыт пасовал перед лицом этой женщины. Его женщины.
- Я не могу не думать о тебе, - лукаво отозвался он и это было правдой. Он поделится с ней своими сомнениями потом, когда приятная истома оставит их отдыхать в своих объятиях.
Этот поцелуй был дольше обоих предыдущих, Нуада не закрыл глаза, потому что хотел видеть её лицо, глаза и пламя волос, которые струились между его пальцами живым огнём. Дыхание сбилось.
Аргетлам поймал взгляд жены, считая вдохи. На третьем они упали в небо, которое было ими обоими, тёмное, расцвеченное миллиардами звёзд, пульсирующих в такт их дыханию. Вой ураганного ветра торжествовал среди звёзд, гнал прочь облака сомнений и неверия к самим себе, обнажал полную луну, такую же яркую, как волосы Труд. Длинные пальцы распутали ворот рубахи валькирии.
- Люблю, - шепнул ветер.

Как они оказались на траве, как избавились от одежды, Нуада вряд ли вспомнил бы, сейчас он полностью был сосредоточен на Труд и это, пожалуй, было единственным, что могла сейчас суть закона. Он чувствовал и желал точно так же, как там, у них дома, вне времени и пространства. Мир вокруг них ликовал.
Нуада дразнил, слушая и слыша всё, что ощущала Труд. Его пальцы скользили по узорам, которые были частью её тела, оставляя жгучий холод прикосновений и жар собственного тела. Дыхание щекотало шею, а волосы - лицо. Тута открывал для жены её собственное тело так, как она его не знала до этого. Не его реакция, но её была важной сейчас. Он даже что-то говорил ей из тех фраз, которые не остаются в памяти после страстной ночи, но разжигают жажду ещё больше. Он хотел, чтобы она тянулась за его лаской, но ещё больше хотел ей эту самую ласку отдать вместе со своим сердцем. Сердце он отдал ей раньше и потому прикосновения были особенно пронзительными, выворачивающими наизнанку.
Ладони скользили всё ниже и ниже, в ушах грохотала кровь. Нуада не понимал, его это пульс, или он слышит это через разум Труд. Умелый любовник, сейчас он казался себе мальчишкой, впервые касающимся женщины. Но тело его действовало отдельно от разума. Пальцы скользнули по низу живота и внутренней стороне бедра.
Коснувшись губами ключиц валькирии, Нуада поднял голову и улыбнулся. В глазах светилось живое серебро.
Изображение

Thrud Thorsdottir
дочь войны, жена войны
Аватара пользователя
Репутация: 2016
Статус: дочь войны, жена войны
Информация: Труд Торсдоттир
33 у.о. | aeons; Девана, Вилкмерге; богиня силы и мудрости, покровительница природы и охотница, дева битв и воинской храбрости, сейдкона, действующий агент NCB Interpol Norway
На форуме: лисонька
Сообщения: 5164
Зарегистрирован: 08 дек 2017, 00:03
Контактная информация:

[12.01.2019] Здравствуй, северное сияние

#20

Сообщение Thrud Thorsdottir » 17 ноя 2019, 12:49

Трава приняла их в свои объятия, что шёлковая постель, и обнажённые лопатки вёльвы чувствовали её прохладу. Одежды не было, но Труд не помнила, как сбросила её - быть может, её снял муж, а может, и она сама, но сейчас это было неважно. Сейчас вообще всё было неважно, кроме них двоих, на чьей бледной коже танцевали блики северного сияния, проникавшие сквозь высокие стрельчатые окна.

Затаив дыхание, богиня слушала чужие касания, вбирала ласки Тюра - всей собой, открывшись ему навстречу, обнажившись не телом, но собственной сутью, и его руки приносили истому и предвкушение, а прочь уносили усталость и горечь, которой было слишком много за последние годы. Они целовали друг друга так долго, что время, казалось, остановилось и отвернулось, смутившись, чтобы не тревожить самого древнего таинства единения, поделённого на двоих, и жесты становились всё горячей, а объятия - крепче.
Сильные пальцы скользнули по напряжённой спине зимнего короля, пробежались по позвоночнику, то ли дразня, то ли лаская; и Труд улыбнулась ему в ответ, а глаза её, голубые озёра, сияли настолько ярко, что сами казались звёздами.

Она потянула его ближе, ещё ближе, настолько, что невозможно было разобрать, где он и где - она. Было жарко, почти невыносимо, и длинные волосы рассыпавшиеся по густой траве, по белым корням, что показались над поверхностью, тлели, как уголья, на самых кончиках.
Только терпкий запах травы, чьи стебли, раздавленные гибкими телами, истекали соком, да сладкий аромат плодов.

Труд сжала супруга в объятиях, глубоко вгоняя в бледную его кожу ногти, и выдохнула, тихо и протяжно, что-то ему на ухо. Быть может, то было его имя, резкое и короткое, но стон смял согласные, сделав их покатыми и тягучими, и ничего было не разобрать, лишь дурной лунный блеск в глубине зрачков.
Любовь духовная и любовь физическая в Ванахейме всегда ходили рука об руку, природа здесь не знала иных форм - нельзя любить, не желая, нельзя желать, не любя; взращивая высокие деревья и пахучие травы из крошечных семян, почва любит их, дождь, поя землю собой, не может без неё жить.

Слабый, пропитанный наслаждением, что кровью, крик, утонул в почти торжествующем шелесте листвы. Медленно уходила пробежавшая по мышцам ударом молнии в землю дрожь, оставляя взамен чувство глубокого покоя и тепла.
Дерево, щедро хлебнув сил, древних, как мироздание само, рядом с плодами распускало новые бутоны - огромные, в две ладони размером, ярко-синие до того, что на них смотреть было тяжело.

“Я люблю тебя,” - мысль шаманки была отточенной, острой, высверкнула, подобно драгоценности, а затем всё укутал туман, такой плотный и мягкий, почти как снег. Ещё один поцелуй был невыносимо сладок, точно бы мёд, и так же пьян.
Безбрежно голубые глаза смотрели вверх, и Труд видела, что там нет ничего - только ночь, по чьей тёмной шкуре рассыпано было крошево звёзд да сияла огромная луна. Женские ладони медленно бродили по мужской спине и плечам - облака, что ластятся к небу.[AVA]https://b.radikal.ru/b27/1910/49/67b3eab23dc8.jpg[/AVA]
Чёрные птицы из детских глаз
Выклюют чёрным клювом алмаз,
Алмаз унесут в чёрных когтях,
Оставив в глазах чёрный угольный страх. ©

Týr Hymirson
Зови, зови декабрь, ищи себе зимы
Аватара пользователя
Репутация: 1970
Статус: Зови, зови декабрь, ищи себе зимы
Информация: Тюр
45y.o. | ~20 млрд; глава АМБ, маг, целитель; Известен под именами Нуада МакЭтлиу, Нодент, Аргетлам; воплощённая война, бог законности, неба, воздуха, зимы и стужи.
На форуме: ᛏroll
Сообщения: 10821
Зарегистрирован: 28 ноя 2017, 15:55
Контактная информация:

[12.01.2019] Здравствуй, северное сияние

#21

Сообщение Týr Hymirson » 20 ноя 2019, 14:46

Это было странное чувство, когда мир сузился до её глаз, но каждая частичка тела ощущала огромную вселенную, которая принадлежала им двоим. Не танец, его время ещё не пришло - быть может, позже, когда они насытятся друг другом, утолят первую жажду и передохнут немного. Но что-то такое же сакральное, дарующее жизнь и силы им самим и всему Ванахейму. Чем чаще Труд касалась его, чем чувственнее становилось его касания, тем выше поднималась трава вокруг них, тем больше бутонов распускалось на дереве - оно слихвой получило оплату за подаренные богам плоды. Запах стал невыносимо сладким, но не было той тошнотворной духоты и приторности, которая сопутствует плодовым. Он будоражил разум и доламывал все барьеры, за которые усердно прятался бог и которые не доломала ещё Труд. Он чувствовал, как она дрожит и крик её стал последней каплей, чтобы изгнать все сомнения прочь.
Ответа на признание он не дал - словами. Но чувства, которые захлестнули его при этом, были красноречивее всех слов. Поцелуй, сладкий и тягучий, был полон его желания, к удивлению обоих, сильного, даже слишком для девяти миров. Повеяло холодом, на стволе и листьях засеребрился иней, на крыше, сквозь которую проглядывало небо, такое же безграничное, расцвели морозные узоры. Ласки Нуады стали требовательнее и настойчивее, не давая мышцам валькирии расслабиться полностью. Его лицо заслонило звёзды, тёмные волосы осыпались вниз и теперь щекотали кожу Труд. Человеческого в глазах Нуады не осталось, там жила стужа, которая рвалась на свободу; там тёк туман, который забирал жизнь. Вечный голод тянулся к небесному пламени, которым была его жена, чтобы слизнуть его полностью или исчезнуть пытаясь.
- Мне нравится, - осмысленные слова удавались с большим трудом, - когда ты царапаешься.
Следующий поцелуй был не томным и сладким, но жёстким и властным, точно мороз, кусающий за губы. Зато движения были плавными и очень осторожными, когда Нуада подался вперёд. Вокруг звенела тишина, которая присуща лишь зимнему утру, не скованному ещё дымом костров и голосами людей. Не слышно было даже пульса, до той минуты заполошно стучащего в ушах, даже дыхания. Только движение и её глаза.

Он лежал рядом, его руки рассеянно скользили по телу Труд, а тело было расслабленно. Холод вокруг ничуть не волновал владыку стужи, ему было тепло, Труд согревала его тело и душу. Плоды дерева лежали в заиндевевшей траве, источая умопомрачительный аромат.
- Как думаешь, - голос ещё звучал ниже обычного. Длинные пальцы скользнули по рисункам на шее, - есть здесь где искупаться?
Изображение

Thrud Thorsdottir
дочь войны, жена войны
Аватара пользователя
Репутация: 2016
Статус: дочь войны, жена войны
Информация: Труд Торсдоттир
33 у.о. | aeons; Девана, Вилкмерге; богиня силы и мудрости, покровительница природы и охотница, дева битв и воинской храбрости, сейдкона, действующий агент NCB Interpol Norway
На форуме: лисонька
Сообщения: 5164
Зарегистрирован: 08 дек 2017, 00:03
Контактная информация:

[12.01.2019] Здравствуй, северное сияние

#22

Сообщение Thrud Thorsdottir » 20 ноя 2019, 22:01

Женщина с глазами из синего льда ничего не ответила - словами, и только будоражащий её смех ночным холодком, первой росой прокатился по траве, что подёрнута была инеем, да длинные пальцы прошлись по чужой спине. На бледной коже зимнего короля, гладкой, как наст, остались тонкие красноватые полосы - от её ногтей.

Труд чувствовала себя странно, много более странно, чем всегда; она, привыкшая воспринимать мир иначе, шире и глубже, чем видят его даже многие боги, касавшаяся тонких нитей судеб и говорившая с духами, видела и объяла сейчас, казалось, всю вселенную. Но вселенная оказалась на диво крошечной - уместилась в мужских зрачках и привкусе жажды в его поцелуе.
По-прежнему не было слов, да они были и не нужны: достаточно было переплетённых пальцев и плавных, до невыносимого медленных движений, от которых было так жарко и так восхитительно хорошо.

Сильные женские руки обнимали Тюра, и на его плечах расцветали мелкие бисерины следов, а высоко под потолком-зимним небом вились птицами стоны. Жажда жизни, что не отличима от любви, любовь, что не отличима от страсти; в Ванахейме всё чувствовалось иначе.

Тело вёльвы было слишком горячо, и иней плавился там, где касалась её кожа, и лёгкий пар поднимался в воздух, окутывая её странной загадочной дымкой. А асы любили друг друга, забыв обо всём ином, и мир был рад тому, что смог заставить их забыть.
Наслаждение плескалось морским прибоем, нарастая медленно, как волны во время шторма, а потом всплеснуло особенно сильно - и накрыло богов с головою.

И стало совсем тихо, даже дерево больше не шелестело своей листвой.

Сколько времени прошло, Труд не знала - вечность превратилась в миг или миг - в вечность, а может, здесь времени и вовсе не было. Башня на краю мира, сказочное убежище - отчего бы нет. Повернув голову, отчего длинные волосы скользнули по траве, заставив иней сверкать, асинья посмотрела на супруга и улыбнулась.
Она не пыталась избежать его прикосновений, охотно позволяя касаться пальцами сложных, запутанных узоров на коже. В ласке больше не было надрыва страсти, лишь приятная, сладковатая истома.
Было тихо.
- Пожалуй, что да, - потом она смешливо прищурилась и указала взглядом куда-то в сторону окна, - ну или всегда можно надломить лёд на озере, тут ведь вокруг всюду одна вода. Хотя, наверное, я бы предпочла что-то потеплее…

Башня вновь не подвела. Сложно складывая лестничные спирали и дверные проёмы, она провела своих гостей через коридор будто бы сквозь непреодолимые расстояния, изогнулась, скрадывая одно пространство и раздвигая другое, и затем обнажила зал - вновь со стрельчатыми высокими окнами и огромной каменной купелью, от которой поднимался пар.
Тянуло запахом сухих трав и алкоголя, тяжёлые кубки стояли на полу.

Труд присела на край, и её безмятежный в своей небесной голубизне взор скользнул по красивому лицу бога, по его плечам, по сильному телу, лишённому той медвежьей тяжеловесности, что чувствовалась обычно в северных богах. Тюр нравился ей, это ощущалось безошибочно в том, как она изучала его и как спокойны были её мысли.
Но асинье будто бы хотелось спросить о чём-то - о том, что изменилось, что она чувствовала там, на заиндевевшей траве, как будто разом и рассвело, и стемнело в его разуме, - но вёльва не знала, как, и потому лишь смотрела.
По полным губам её бродила задумчивая улыбка.

Было легко: ни надлома, ни дурных мыслей.[AVA]https://b.radikal.ru/b27/1910/49/67b3eab23dc8.jpg[/AVA]
Чёрные птицы из детских глаз
Выклюют чёрным клювом алмаз,
Алмаз унесут в чёрных когтях,
Оставив в глазах чёрный угольный страх. ©

Týr Hymirson
Зови, зови декабрь, ищи себе зимы
Аватара пользователя
Репутация: 1970
Статус: Зови, зови декабрь, ищи себе зимы
Информация: Тюр
45y.o. | ~20 млрд; глава АМБ, маг, целитель; Известен под именами Нуада МакЭтлиу, Нодент, Аргетлам; воплощённая война, бог законности, неба, воздуха, зимы и стужи.
На форуме: ᛏroll
Сообщения: 10821
Зарегистрирован: 28 ноя 2017, 15:55
Контактная информация:

[12.01.2019] Здравствуй, северное сияние

#23

Сообщение Týr Hymirson » 22 ноя 2019, 15:38

Купальня, окружённая десятком колонн по периметру, выглядела очень старой, но вода была чистой и тёплой, Нуада чувствовал тепло кожей. Пока они добирались сюда, бог успел десять раз пожалеть, что не надел плащ, как собирался. Одеваться было мучительно лень, а куртка и штаны, натянутые на голое тело, не способствовали ощущению комфорта. С некоторой завистью он смотрел на жену, шутливо думая, что можно было бы обуть её на плащ и завернуться в него обоим. Но так было бы неудобно идти.
Сбросив одежду и пристроив плоды белого дерева на бортик, Нуада сел на бортик рядом с женой, свесив ноги в воду. Помедлил немного, скорее для того, чтобы привыкнуть к ощущениям, чем решался на что-то, потом счастливо улыбнулся её мыслям и чувствам, и притянул жену к себе. Он слышал её любопытство, но сейчас - именно сейчас - не хотелось говорить. Хотя бы пару минут.
Пара минут растянулась почти на час, или так казалось. Движение со стороны, наверное, казалось неожиданным, но Труд чувствовала напряжение его мышц. Тёплая вода обласкала тела.
Аргетлам окунулся с головой и вылез, убирая отросшие волосы с лица, вода стекала по плечам. Растянувшись около бортика, он залюбовался женой.
- Иди сюда, - позвал он, стаскивая плоды в воду и ополаскивая от пыли и земли. Протянул один из них Труд, надкусил свой и зажмурился от удовольствия. Оно не было похоже на яблоки Идунн, на любые другие знакомые ему яблоки - тоже. Сладкий, как аромат, который источало дерево, сочный, как самый сочный апельсин, он не знал, с чем сравнивать вкусы, потому что пробовал подобное в первый раз за свою долгую жизнь. Фрукт действительно утолял жажду и пробуждал другой голод, но теперь он был вполне управляем и ждал, когда они оба отдохнут от первого раза.

Сейчас Нуаду можно было сравнить с большим и сытым котом, напрашивающимся на новую порцию ласки. Ему нравилось касаться бархатной кожи Труд, нравилось следить за узорами на теле, выглядящими как вторая одежда. Любопытство проснулось и в его разуме.
- Знаешь, - как-то особенно нежно начал он, - я раньше думал, что твои татуировки - это как очередной доспех, но теперь понимаю, что ошибался. Потом думал, что это что-то вроде моих - защитные узоры такие. Но и это не в полной мере правда. Они выглядят изумительно, но я не могу разгадать их. Расскажешь?
А после, если она всё-таки спросит, он расскажет ей, что понял про них двоих там, под деревом.
Изображение

Thrud Thorsdottir
дочь войны, жена войны
Аватара пользователя
Репутация: 2016
Статус: дочь войны, жена войны
Информация: Труд Торсдоттир
33 у.о. | aeons; Девана, Вилкмерге; богиня силы и мудрости, покровительница природы и охотница, дева битв и воинской храбрости, сейдкона, действующий агент NCB Interpol Norway
На форуме: лисонька
Сообщения: 5164
Зарегистрирован: 08 дек 2017, 00:03
Контактная информация:

[12.01.2019] Здравствуй, северное сияние

#24

Сообщение Thrud Thorsdottir » 22 ноя 2019, 22:15

В отличие от супруга, Труд не стала одеваться вовсе и пришла нагой: она, и валькирия, и диса, была безразлична к тому, ведь у духов нет тел - только суть, и суть она берегла, не доверяя её никому. Почти никому - кроме Тюра. Порой шаманка пряталась за дымом своих костров, как зверь, что нуждается в логове и одиночестве, чтобы отдохнуть, но даже тогда она оставляла лёгкую прореху, кусочек чистого неба, не отталкивая мужа прочь.
Он ведал всё, что было в ней.
Так каков при том смысл был скрываться за одеждой? Белый плащ лежал на женских плечах незапахнутым, а остальное платье она принесла в руках. Теперь их вещи, аккуратно сложенные, лежали на каменном полу, а сами асы нежились в горячей купальне.
Длинные медные косы сейдконы быстро намокли и казались бы тёмными, но по ним всё ещё бегали искры, всполохи, отчего тревожное пламя, что бывает от слишком жарких угольев, мерцало и под водой.

Плоть плодов, дара белого дерева и чрез него - всего Ванахейма, была сочной и терпковатой, с той же дурманящей сладостью, что было в ароматах его плодов. Они пьянили, делали разум легче, наполняли его мягким пульсом жизни, раздвигая границы восприятия.
Несколько капель алого сока скатились по длинным пальцам Труд, упали в воду - и вдруг замерцали, как драгоценные камни, обернулись сначала в плавающие огоньки, затем - в живых рыбок с длинными роскошными хвостами и блестящей чешуёй, затем стали багряными цветами на поверхности воды.
Сердцевина их мягко сверкала.
Вёльва улыбнулась: таинственный мир, полный волшебства и чудес, невозможно было познать, и раз за разом он умел удивлять её, знавшую, казалось, каждую тропу в его лесах.

Изящно перевернувшись, Труд нырнула на глубину на несколько томительно долгих мгновений, потом вынырнула и бесшумно подплыла к Тюру, что лежал у борта, устроилась рядом. Её кожа была очень горячей, и сложно было разобрать, парит ли вода от того, что её греет волшебство, или же от этого живого пламени, заключённого в женский облик.
Некоторое время вновь стояла тишина, только руки шаманки задумчиво касались чужого тела, расслабленных водою мышц, гладкой кожи, потом - тёмных волос зимнего короля; полные губы богини улыбались - едва заметно. Она поцеловала Тюра у края рта, отстранилась чуть, обжигающая своим теплом, вытащила из воздуха гребень.
Резной, тяжёлый, из выбеленной временем кости - с узорами из цветов, трав да зверей. Крупные зубья его скользнули по отросшим прядям аса, и в этом простом жесте было что-то очень интимное.
Для колдунов да шаманов, стоящих близко к изнанке, к тонким мирам, кто сети плетёт не только на птиц, но и на души, волосы - великое сокровище, по отрезанным наводят порчу, по выдернутым - ворожат, а чем они длиннее, тем ближе мертвецы - и тем охотнее, принимая за своего, они говорят.

От кожи Труд несильно, приятно пахло чем-то очень терпким.
Её мелодичный высокий голос звучал тягуче, как течение полноводной реки в низине, пока сейдкона медленно расчёсывала волосы супруга, чувствуя, как его чуткие пальцы касаются татуировок.
- И защита, и доспех, и много больше, ты правильно почувствовал. Просто… Их не нужно разгадывать, их нужно читать. Татуировки - это моя история, моя суть, это я сама, это всё, что ценно, и всё, что важно. Поэтому они не исчезают. Если будет что-то чуждое… Оно сгорит. Это память, за которую стоит держаться, то, что привязывает меня к жизни.

Неожиданно светло и мягко шаманка улыбнулась, отложила гребень на бортик и встала - в полный рост. Теперь Тюру нужно было запрокинуть голову, чтобы смотреть на жену, а она, взяв мужскую ладонь, провела кончиками его пальцев по своему бедру, где среди узоров притаился тонкий стебель того синего цветка.[AVA]https://b.radikal.ru/b27/1910/49/67b3eab23dc8.jpg[/AVA]
Чёрные птицы из детских глаз
Выклюют чёрным клювом алмаз,
Алмаз унесут в чёрных когтях,
Оставив в глазах чёрный угольный страх. ©

Týr Hymirson
Зови, зови декабрь, ищи себе зимы
Аватара пользователя
Репутация: 1970
Статус: Зови, зови декабрь, ищи себе зимы
Информация: Тюр
45y.o. | ~20 млрд; глава АМБ, маг, целитель; Известен под именами Нуада МакЭтлиу, Нодент, Аргетлам; воплощённая война, бог законности, неба, воздуха, зимы и стужи.
На форуме: ᛏroll
Сообщения: 10821
Зарегистрирован: 28 ноя 2017, 15:55
Контактная информация:

[12.01.2019] Здравствуй, северное сияние

#25

Сообщение Týr Hymirson » 24 ноя 2019, 02:19

Прикосновения к голове раздражали Нуаду, но ни предупредить жену, ни возразить он не успел, совершенно зачарованный цветами на воде, улыбкой, которая шла Труд неимоверно и лёгким, летящим поцелуем. Когда гребень коснулся волос, раздражение вяло затрепыхалось где-то на глубине души, но исчезло, стоило руке валькирии скользнуть по голове. Очень неожиданно и очень накрепко Нуада понял, что готов переживать это ощущение снова и снова, настолько уютным и интимным оно было. Наверняка она знала, что делает, и это тоже нравилось Аргетламу. Терпкий запах её дразнил, разжигал желание сильнее, чем это сделал волшебный плод. Расслабившись, бог отдался ощущениям, на тонких губах блуждала мечтательная улыбка, а руки касались тела жены очень медленно.
- Память, - эхом откликнулся он, изучая переплетение линий на белой коже.
Перемена была неожиданной, Нуада расстроился, услышав стук гребня о каменный бортик, а после, когда пальцы коснулись цветка, он забыл, как дышать. Он плохо помнил задание, которое ему досталось тогда, не помнил вообще, как добрался до точки сбора, слабо всплыли в памяти дорога обратно в Бельгию и следующая неделя казалась наваждением. Но пляску на поле боя, две песни смерти, сплетённые в одну росчерком копья, увядшие травы, впервые послушное пламя и этот цветок он помнил будто бы это было вчера. Глаза Труд, такие же синие, как лепестки, что навечно теперь жили под её кожей, рыжие косы костра и пряный, свежий запах трав, исходящие от особенного напитка, который Туата пили при заключениях родственных союзов: братания, помолвки, принятия в род. Почему он тогда выбрал его, он тоже не помнил; кажется, была какая-то чушь о возобновлении родственных отношений. Как же он был глуп тогда - не то возвещал мёд, теперь он понимал это очень явно.
- Я, - голос внезапно отказал.
Нуада поднялся и заключил жену в объятья. В голове творилось что-то непонятное, невообразимое, но отгораживаться он не стал, лишь приглушил эмоции, чтобы не причинить супруге боль. Горечь от собственной глупости смешивалась с нежностью и радостью. Он держался за Труд как за соломинку, потому что чувства, обычно приглушённые сутью закона, смели его лавиной.
- Люблю тебя, - наконец смог закончить он, с трудом вспомнив, что надо вдохнуть.
Успокаивался он с трудом - мешал голод, от выплеска чувств лишь усилившийся. Наконец, Нуада оторвался от жены и ласково улыбнулся.
- Знаешь, - поделился он тем, что открылось ему под деревом, - иногда мне кажется, что я ждал тебя целую вечность, а сейчас не могу перестать, даже когда ты рядом. Погоди.
Он выбрался из купели, чтобы вернуться с кубками, которые ждали их с самого прихода. Конечно это было вино - Ванахейм знал, что им обоим нужно. Нужно было лишь пламя, чтобы этот напиток стал подобным тому, что пили они в одной из пещер негостеприимной страны Мидгарда. Лицо Аргетлама стало очень хитрым. Потянув один кубок Труд, он коснулся её волос и на ладони вспыхнуло пламя, по цвету ничем не отличающееся от волос дочери Тора. Бог стряхнул язычки в оба сосуда; пламя вспыхнуло и потухло.
Запах трав усилился.
Нуада поднял кубок, салютуя жене.
Изображение

Thrud Thorsdottir
дочь войны, жена войны
Аватара пользователя
Репутация: 2016
Статус: дочь войны, жена войны
Информация: Труд Торсдоттир
33 у.о. | aeons; Девана, Вилкмерге; богиня силы и мудрости, покровительница природы и охотница, дева битв и воинской храбрости, сейдкона, действующий агент NCB Interpol Norway
На форуме: лисонька
Сообщения: 5164
Зарегистрирован: 08 дек 2017, 00:03
Контактная информация:

[12.01.2019] Здравствуй, северное сияние

#26

Сообщение Thrud Thorsdottir » 24 ноя 2019, 18:30

Если в Тюре полыхали всполохи эмоций, такие жаркие, что о них легко было бы обжечься, то в Труд чувствовалось безбрежное спокойствие, какое можно испытать, глядя на белое безмолвие зимних равнин, ещё не тронутых ни следами, ни ветром. Безграничный океан в штиль, лёгкие силуэты птиц, кружащих над гладкой, как зеркало, поверхностью - вот чем она была здесь, в мире, что воссоздавал их заново, вымывал прочь больное и тревожное.
Вместо пожарища, сжигающего дотла, асу вернулось тепло, вместо бури - причал, к которому после тяжёлого пути пристаёт драккар с истрёпанным парусом, и в женской улыбке притаилось непостижимое. Дочь Тора всю жизнь потратила на то, чтобы доказать всем - и себе самой в первую очередь - то, что она ни в чём не уступает мужам, и так и было, и раньше, и сейчас. Но она оставалась девой: войн, битв, щита, луны; она сама была луной; и в серебристом свете, что прятался в её зрачках, можно было потерять навсегда один покой - и обрести другой, не знанием даже, только чувством.

Это чувство звалось любовью.
Любовью, лишённой надлома, горечи, бесконечного ожидания теперь, лишённой трагической тени тёмного конца, что неминуемо должен был наступить в сумерках богов - вот только Рагнарёк рассыпался в пепел, так и не случившись. Любовью, которая пережила свои сомнения, чтобы расцвести - как багряные цветы, что сейчас на тёмной воде благоухали запахом тайных садов.

Труд подняла руки, и обе её ладони, узкие, сильные и очень горячие, обласкали красивое лицо зимнего короля, коснувшись скул, щёк, краёв губ; и танцевали, почти как живые, узоры, и руны, и силуэты зверей на её пальцах. Там притаился силуэт вороньего пера, там - золотой ободок Драупнира.
История из обрывков разговоров и случайных встреч, что растянулась на двадцать лет.
- Я знаю, - согласилась асинья, и голос её прозвучал шорохом ветвей.
Конечно, она знала, ведь свою жизнь она выбрала одинокой, отказав всем, кто мог её пожелать. По-своему, шаманка тоже ждала целую вечность - вечность, которой была, в общем-то, вся её жизнь.

Когда Тюр вернулся с кубками, сейдкона лежала у самого борта, погрузившись в горячую воду, и смотрела на него теперь снова снизу вверх из-под опущенных тёмных ресниц. Она улыбнулась - загадочная, непостижимая мужскому началу, как и прежде, но не было больше отрешённости, не было и белой ледяной стены между нею и миром.
Вот о чём была её любовь и вот о чём было её доверие; скрытная, как зверь, Труд позволяла Тюру видеть её настоящее, и слов, которые могли бы сказать об истинной близости больше, она не знала.
Приятный жар купели смешался с терпким жаром мёда, и, отсалютовав чашей в ответ, шаманка сделала большой глоток.

Сладкий вкус родом из прошлого.

Труд тихо засмеялась, снова запрокидывая голову, и её густой, хрипловатый смех потёк по купальне, змейками расползся по полу, полыхнул крыльями меж колонн.
- Всё идёт по спирали, всё повторяется, - сказала она, повернулась, и снова остроскулое хищное лицо оказалось совсем рядом с лицом Тюра.
Голубые глаза богини сверкали. Некоторое время она разглядывала супруга, словно любовалась, и женское дыхание казалось очень громким; потом пальцы прошлись по его груди, по плечу.
Она была очень близко, обжигала собой.
- Ты никогда не думал, - вдруг произнесла вёльва, - о том, чтобы больше не возвращаться в Мидгард?[AVA]https://b.radikal.ru/b27/1910/49/67b3eab23dc8.jpg[/AVA]
Чёрные птицы из детских глаз
Выклюют чёрным клювом алмаз,
Алмаз унесут в чёрных когтях,
Оставив в глазах чёрный угольный страх. ©

Týr Hymirson
Зови, зови декабрь, ищи себе зимы
Аватара пользователя
Репутация: 1970
Статус: Зови, зови декабрь, ищи себе зимы
Информация: Тюр
45y.o. | ~20 млрд; глава АМБ, маг, целитель; Известен под именами Нуада МакЭтлиу, Нодент, Аргетлам; воплощённая война, бог законности, неба, воздуха, зимы и стужи.
На форуме: ᛏroll
Сообщения: 10821
Зарегистрирован: 28 ноя 2017, 15:55
Контактная информация:

[12.01.2019] Здравствуй, северное сияние

#27

Сообщение Týr Hymirson » 26 ноя 2019, 17:48

- И я знаю, - улыбнулся в ответ Нуада, - и ничего не могу с собой поделать. Я знаю, что тебе не нравится, когда я появляюсь за твоей спиной, понимаю, что ты всегда меня услышишь прежде, чем я смогу подобраться и, - он отёрся лицом о ладони Труд, - всё остальное тоже знаю - слышу в твоих мыслях. Поэтому перестал так делать. Но это ощущение, когда ты оборачиваешься - его сложно сравнить с чем-то ещё. Оно из моих снов и, - бог смешался и замолк, не зная, как подобрать слова.
Труд успокаивала одним своим присутствием, давала дышать и воспринимать мир нормально, спасала разум от бесконечной борьбы чувств, да сути закона. Только она могла добиться от него таких сильных эмоций в девяти мирах, только она делала его беспомощным юнцом - и самым великим воином одновременно. Ему казалось, что он может сейчас сотворить десятки миров, но он всего лишь поделился с женою огненным мёдом, который появлялся лишь тогда, когда всё было правильно.
Запах вереска да морского бриза после сладких запахов дерева освежал и выносил из головы все лишние мысли. Здесь и сейчас их было двое - вечная история о мужчине и женщине, о небе и луне, которые невозможны друг без друга. Нуаде нравилось смотреть на улыбку жены, изучать её тело, касаться волос и слышать её - настоящую, не скованную бронёй долга, так сильно мешающей в Мидгарде. Нуада был пьян, но с тем же успехом в кубке могла быть вода, - жар тела Труд становился и его жаром, растапливал лёд, которым он был. Совершенно хмельно улыбнувшись, Нуада опустился обратно в воду.
- Всё повторяется, - согласился он, - но всё равно идёт вперёд.

Тех двоих, которые были в Афганистане почти двадцать лет назад, не было больше, они изменились до неузнаваемости, лишь память говорила о том, что это было именно с ними. Вопрос жены застал его врасплох - он думал совсем о другом, но почему её мысли потекли в ту сторону, понимал хорошо. Немного подумав, он отставил пустой кубок на бортик и вдруг его тело покрылось морозными узорами, а после и вовсе утратило человеческий облик. Зимний дух, огромный и очень опасный, свернулся на коленях валькирии, пристроив голову на грудь. Лицо, впрочем, оставалось без изменений, только глаза казались слепыми из-за побледневших радужек. Он давно хотел это сделать, но получилось только сейчас.
- Думал, - признался он после некоторых раздумий, - не только о Мидгарде. Знаешь, моя суть очень мешает нормально воспринимать происходящее. Мне не хватает того, что есть у нас дома, - он повозился, устраиваясь так, чтобы можно было смотреть жене в глаза, - мне не хватает тебя рядом. Меня раздражают постоянные проблемы, которые у меня не получается не собирать на свою голову. Утомляет. А почему ты спросила? Ты устала от Мидгарда?
Они оба знали, что есть огромное "но", которое не даст уйти из мира людей, оно звалось долгом.
Изображение

Thrud Thorsdottir
дочь войны, жена войны
Аватара пользователя
Репутация: 2016
Статус: дочь войны, жена войны
Информация: Труд Торсдоттир
33 у.о. | aeons; Девана, Вилкмерге; богиня силы и мудрости, покровительница природы и охотница, дева битв и воинской храбрости, сейдкона, действующий агент NCB Interpol Norway
На форуме: лисонька
Сообщения: 5164
Зарегистрирован: 08 дек 2017, 00:03
Контактная информация:

[12.01.2019] Здравствуй, северное сияние

#28

Сообщение Thrud Thorsdottir » 26 ноя 2019, 20:17

Я хотел бы остаться с тобой,
Просто остаться с тобой...


Пальцы, окутанные тонкой золотой паутиной, блеском старой волшбы, скользили по телу, такому же сильному и стремительному, как у духа, что отдал им башню на эту длинную и тёмную ночь. Если бы сейчас шаманка захотела, она бы могла слепить из него что угодно, властная над духами и их сутью, умевшая ловить их и заклинать, но они оба знали, что этого никогда не случится.
Её сила была силой обладания, как у самой земли.
- Я не люблю Мидгард, - просто ответила женщина с глазами изо льда, а затем надолго задумалась.
Ладони, невесомые, словно сама богиня потеряла плоть и предпочла стать духом тоже, ласкали зимнего короля, прикосновениями и чарами, и было тепло. Можно было говорить о важном и не чувствовать, что это бессмысленно, можно было рассказывать, не боясь остаться непонятой.
Вилкмерге ценила это больше всего: слишком часто от неё отмахивались прежде, и мало кто вовсе давал себе труд послушать.

Сладковатый аромат допитого мёда и вереска сплетался с цветочным, расслаблял и пьянил.

Когда сейдкона заговорила снова, речь звучала задумчиво и плавно; словно на самом деле только сейчас асинья смогла наконец собрать из букв нужные слова. Впрочем, то было недалеко от истины: раньше она, наблюдавшая, исполнявшая волю Одина, но почти не проявлявшая собственной, попросту не задумывалась о том.
- И я никогда не любила Мидгард. Мои братья находили Срединный мир и его детей привлекательными, они жили среди людей, брали жён из людей, воевали с людьми и пировали с людьми, я же всегда была в стороне. Не только из-за того, что такие как я были сотворены как проводники для павших, живые - не для нас, и нам с ними шумно и тревожно.
Пауза и тяжёлый вздох.

Труд откинулась на бортик и сильнее сползла вниз, прикрыла сверкающие глаза.
- Тебя уже не было в Асгарде. Когда люди развязали Вторую Мировую, папа решил, что вот оно, пришло возрождение его ненаглядной германской нации, и половина нашей славной семейки подхватила эту идею. Дед, как всегда, отмалчивался, а меня никто не стал слушать. Только после того, как оккупировали Норвегию, папа понял, что идеи Адольфа - разрушительные, а методы исполнения - хуже некуда, но было поздно. И как-то всё это… Закончилось, но я была права. Я не хотела оставаться в Асгарде после этого, хлопнула дверью и ушла, потом меня нагнали и Моди, и Хносс. Я живу в Мидгарде с сороковых, до этого я никогда в нём не задерживалась, и сейчас он всё сильнее давит на меня - и мне это не нравится. Это тяжело. Я знаю, что моё место там сейчас, Всеотец так захотел, но этот клятый Мидгард мне противен.
Если бы она умела чувствовать больше и глубже, если бы умела испытывать эмоции, как умели испытывать их живые, Труд могла бы даже сказать о ненависти, но её чувства, даже тёмные и жуткие, были приглушёнными, примятыми, как трава под тяжёлым сапогом, в них не было ничего яркого, и потому они были не опасны - что для неё, что для мироздания всего. Она не умела ненавидеть - к счастью, а потому просто думала о том, что не хочет возвращаться и никогда не сможет хотеть.

- Я бы осталась здесь, - заключила она тихо, - я бы осталась с тобой. Ведь здесь так хорошо.[AVA]https://b.radikal.ru/b27/1910/49/67b3eab23dc8.jpg[/AVA]
Чёрные птицы из детских глаз
Выклюют чёрным клювом алмаз,
Алмаз унесут в чёрных когтях,
Оставив в глазах чёрный угольный страх. ©

Týr Hymirson
Зови, зови декабрь, ищи себе зимы
Аватара пользователя
Репутация: 1970
Статус: Зови, зови декабрь, ищи себе зимы
Информация: Тюр
45y.o. | ~20 млрд; глава АМБ, маг, целитель; Известен под именами Нуада МакЭтлиу, Нодент, Аргетлам; воплощённая война, бог законности, неба, воздуха, зимы и стужи.
На форуме: ᛏroll
Сообщения: 10821
Зарегистрирован: 28 ноя 2017, 15:55
Контактная информация:

[12.01.2019] Здравствуй, северное сияние

#29

Сообщение Týr Hymirson » 27 ноя 2019, 15:13

Нуада смог, наконец, расслабиться - руки Труд творили чудеса и дух разве только не мурлыкал, когда она в очередной раз касалась его сути. Он отвечал осторожной лаской, поддерживая жажду, пришедшую от сока плодов и теперь мёда. Труд взяла напиток из рук туата, но она и без того принадлежала ему так же, как он ей, а, значит, необходимость быть вместе всегда не была для них обоих проблемой. Ободряюще улыбнувшись, дух провёл когтистой лапой по совершенному лицу валькирии.
Пожалуй, разделить её нелюбовь к Мидгарду он не мог - этот мир был его творением, его частью, но понимал хорошо. За тысячи лет смертным, он так и не научился любить людей. Смог перестать их ненавидеть, пожалуй, но ему казалось, что он вообще неспособен ненавидеть больше. С другой стороны, он считал, что любить тоже неспособен.
- Да, - кивнул он, немного поморщившись - я помню Вторую Мировую. Работал военным врачом в Ирландии и, на моё счастье, не слышал обращений от нацистов, которые отчего-то решили, что я стану покровительствовать их битвам. Их слышала моя дочь, отголоском в мироздании, но даже этого ей хватало, - он помолчал, думая, как объяснить Труд, что такое Морриган. Решил, что это не имеет смысла и закончил, - она, в общем-то любит битвы не меньше меня, но даже для неё методы исполнения были перебором. Мерзкое было время.
Лёгкий поцелуй согрел дыханием ухо валькирии, вода плеснулась, вновь принимая всю тяжесть тела бога, который теперь прижимал жену к себе, перебирая волосы.
- Я люблю Мидгард, - признался он, не стараясь, впрочем, уговорить жену на свою точку зрения - просто делился тем, что было, - как часть своего творения. Всё портят люди.
Он помолчал немного, потом покачал головой:
- Сюда хорошо возвращаться для отдыха, - мягко сказал он и тихо засмеялся, - ненадолго, пока местные проблемы не упали нам с тобой на голову.
С ней Нуада хотел быть постоянно и этому не мешала суть закона, сильно сказывающаяся на нём даже здесь. Он коснулся губами макушки жены.
- Вот например, эта башня, - он напомнил слова духа зимы, - наша до рассвета, а рассвет этот придёт только тогда, когда в том будет нужда. В наших силах сделать так, чтобы рассвет пришёл не скоро, но не задерживать его до весны. Пойдём, поищем место, где можно будет, - его губы снова коснулись макушки жены, - растянуть время для рассвета?

На свою одежду он смотрел с некоторой неприязнью, потом вздохнул и вытянул из-за ближайшей створки плащ, подбитый мехом и набросил его на плечи на манер халата. Всё остальное скрутил в тугой узел, чтобы занимало меньше места - руки ему ещё понадобятся. Когда рядом была жена, занимать их чем-то ещё казалось неправильным.
Изображение

Thrud Thorsdottir
дочь войны, жена войны
Аватара пользователя
Репутация: 2016
Статус: дочь войны, жена войны
Информация: Труд Торсдоттир
33 у.о. | aeons; Девана, Вилкмерге; богиня силы и мудрости, покровительница природы и охотница, дева битв и воинской храбрости, сейдкона, действующий агент NCB Interpol Norway
На форуме: лисонька
Сообщения: 5164
Зарегистрирован: 08 дек 2017, 00:03
Контактная информация:

[12.01.2019] Здравствуй, северное сияние

#30

Сообщение Thrud Thorsdottir » 27 ноя 2019, 22:52

Тюр нравился ей: и духом, и богом, и великаном, и туата; в нём было что-то от изменчивого ветра, что-то - от жестокого мороза, но больше всего - от чистого неба. Луна и лунарность, она нуждалась в супруге, по-своему, без той горячечной страсти, которой так любила отдаваться Фрейя, спокойным и ровным чувством искренней привязанности.
И когда мужчина вновь обрёл плоть, сейдкона обняла его крепче, словно не захотела отпускать.
- Я жила здесь дольше, чем ты думаешь, - беззлобно рассмеялась Труд, - иначе я никогда бы не узнала этот мир. Его нельзя познать нахрапом, случайностью, редкими визитами, только став его частью. Моя мать - ванка, Ванахейм для меня - тот же дом, но… Каждый мир правит нас под себя, тебя, меня, моих братьев, неважно. Есть кто-то неизменный, вроде папы или деда, но таких мало, обычно же мы отвечаем тому, что даёт природа. Асгард сделал меня сильнейшей среди асиний, Ванахейм - девой лесов, а Мидгард делает меня валькирией. Всё это части меня, конечно, но они как… Как разного цвета стёкла, сквозь которые бьёт свет. И здесь мне хорошо, потому что здесь всё не так, как там, здесь есть жизнь, и здесь есть я, и эта жизнь не вызывает тошноты. Проблемы Ванахейма не такие, как там, среди людей, он решает их сам и иначе: порой тебе нужно просто посмотреть на звёзды, чтобы всё случилось само. Впрочем…

Она немного помолчала, купаясь в тепле воды и силе чужих объятий, потом, чуть заметно усмехнувшись, гибко извернулась, села на ноги асу и, словно кота, погладила его по подбородку и шее горячими пальцами. Вилкмерге понимала, о чём говорил Тюр, и так же, как он не хотел переубеждать её, она не пыталась заставить его полюбить её мир.
- Я понимаю тебя. Но если ты захочешь отдохнуть, то ты знаешь, куда идти со мной. Здесь тысячи укромных мест, что мне известны. Пойдём… Поищем ещё одно.
Подобрав с бортика костяной гребень, что лежал там, словно дожидаясь, покуда о нём вспомнят, богиня подколола свои густые волосы, мгновенно высохшие, стоило ей лишь тряхнуть головой. На обнажённой от того шее сверкали сложные рисунки татуировок.

И снова башня провела их сложными сплетениями коридоров и залов, зеркал и камней, лёгких шорохов, может быть, гости её спускались, может - поднимались; было не понять.

А потом путь оборвался, заведя их в новую залу, тонувшую в приятном полумраке, и в ней снова были стрельчатые окна с видом на всполохи авроры, а на другой стене - гобелены, от потолка до самого пола, и они уходили куда-то далеко-далеко, во тьму. И ещё горел очаг, огромный, сложенный из чёрных камней, и его охраняли странные звери, вырезанные из такого же камня, с крыльями и головами птиц, но телами - оленей.
Потрескивали дрова, которые никогда, должно быть, не сгорали. Множество шкур, полосатых и пятнистых, белых и чёрных, было брошено на полу - должно быть, вместо ложа и одеял, и рыжие язычки скользили по ним, отражаясь тусклыми бликами.

Когда Труд, упавшая на них с великой охотой, протянула обе руки к пламени, совершенно не боясь обжечься, оно собралось вокруг её пальцев - и стало крошечными птицами, и бабочками, и рыбками; и затанцевало в очаге странный хоровод под мелодию, которой нельзя было услышать. Шаманка подула на ладонь, оставляя крошечных духов в очаге.
Пусть танцуют.
Её прозрачный взор бродил по хримтюрсу, и вдруг богиня протянула к нему руки, как только что ласкала огонь.
- Иди сюда, - позвала она.
Жар костра, запахи Ванахейма и пряная сладость зимних плодов.
Труд улыбалась Тюру; Труд улыбалась своей жажде.[AVA]https://b.radikal.ru/b27/1910/49/67b3eab23dc8.jpg[/AVA]
Чёрные птицы из детских глаз
Выклюют чёрным клювом алмаз,
Алмаз унесут в чёрных когтях,
Оставив в глазах чёрный угольный страх. ©

Ответить

Кто сейчас на конференции

Сейчас этот форум просматривают: нет зарегистрированных пользователей и 0 гостей