Ответить


В целях предотвращения автоматической отправки форм спам-ботами, решите предлагаемое задание.

Смайлики
:smile: :grin: :wink: :sad: :eek: :shock: :dontknow: :pardon: :???: :cool: :clap: :yahoo: :lol: :razz: :oops: :roll: :good: :cry: :cry2: :evil: :mad: :neutral: :coffe: :twisted: :singingintherain: :drink: :mrgreen: :wall: :hat: :boss: :coin: :search: :cowboy: :cleo: :nihao: :witch: :broom: :agressive: :writer: :rose: :fly: :beach: :cold: :cat:

BBCode ВКЛЮЧЁН
[img] ВКЛЮЧЁН
[flash] ОТКЛЮЧЕН
[url] ВКЛЮЧЁН
Смайлики ВКЛЮЧЕНЫ

Обзор темы
   

Развернуть Обзор темы: [15.02.2019] You went so silent

[15.02.2019] You went so silent

Týr Hymirson » 27 май 2020, 01:15

В тумане – зверь или человек, когда до полуночи два часа?
Мельница "Колесо"


Раньше сравнение с Одином вызвало бы глухое раздражение у Тюра - Всеотца уважали все, но быть как он не стремились, слишком много его действий попадало в разряд табуированных для остальных асов. По иронии, в этой отдельно взятой ячейке асовкого общества на Всеотца были похожи оба и Тюр сперва смирился, потом стал воспринимать философски подобные сравнения, а теперь и вовсе начинал понимать, почему Один избрал подобный путь.
- Куда мне до твоего деда? - Засмеялся ас так же негромко. Это выглядело настолько по-семейному, что даже если у Лео и оставались какие-то сомнения, то теперь их не осталось точно. К его счастью и здоровой психике он даже не пытался разобрать их родственных связей, не то смотрел бы на обоих квадратными глазами.

Сдержанно поздоровавшись с Ветле - уже виделись, - Тюр зацепился языком с Лео на животрепещущую тему преимуществ новых консолей с виртуальной реальностью перед реальностью расширенной, которая была доступна с любого телефона. Пришли к выводу, что хороший компьютер решает, перешли на защиту данных, а после Тюр только слушал разговоры Труд с коллегой, да поглядывал за малышкой вполглаза. Мозг приятно шумел и на какое-то мгновение ас подумал, что устал. Это было довольно странно здесь, в Мидгарде. Поэтому, когда Лео сгрёб засыпающую на ходу Свонни и укатил, Тюр с облегчением вздохнул.
- Давай, - откликнулся он, немного помолчав и тоже глядя в небо, - посмотрим.
И снова замолчал. Шумел лес, уютно поскрипывал снег, звёзды и неполная луна здесь, вдали от светового шума, казались особенно яркими, холодные блики ложились на прозрачную кожу валькирии, делая её больше похожей на снежного духа. Ас повернулся к ней и лунный свет проложил на его остроскулом лице хищные тени.
- До полуночи далеко, - он говорил отрывисто, - полнолуние близко.
Внезапно с крыши ссыпалась снежная шапка, обдав обоих асов и Тюр рассмеялся снова.
- Я хотел коварно предложить пробежаться по лесу перед сном, - пояснил он, - но драматичность момента упущена, предложу так: давай, а?
Лёгкий ветерок перебирал волосы, забирался под одежду и звал за собой, то ли просто поиграть, то ли в благодарность за спасение девы.
Снежинки поблёскивали в тёмных волосах и словно парили над сединой. Ас смотрел на жену и в серых глазах не было холода - только любовь.

[15.02.2019] You went so silent

Thrud Thorsdottir » 26 май 2020, 10:18

Светлые глаза богини были полны задумчивости, когда она проводила взглядом Тюра. Она заранее подозревала в шуточке кого-то из братьев, хотя бы по той причине, что ответ на вопрос “зачем мне этот плюшевый монстр” только они могли бы дать “затем, что можем”.
Что ж, возможно, у Фенрира будет новая игрушка, подходящая ему по размерам. Огромный волк, поведя носом, поставил уши торчком и, дождавшись, когда Сереброрукий выйдет из дома, ловко убрался внутрь, придержав мордой дверь. Любопытство Локисону досталось от горячо любимого папеньки.
- Но на самом деле эта ниша занята дедушкой, - пробормотала Труд себе под нос.
В этом был определённый смысл: старый Один не зря носил хейти Отца Лжи, остальные асы не столько лгали, сколько изворачивались, не договаривали или позволяли собеседнику обманываться самостоятельно, тогда как Один просто откровенно врал. Не испытывая никаких угрызений совести.
Остальная семья просто по причине скромной - в масштабах Всеотца - практики не успела дойти до такого же потрясающего успеха.

Подошедшему Тюру Лео кивнул. Они действительно регулярно бывали у сестёр в гостях, причём Хносс принимала их и сама с не меньшим энтузиазмом.
- Ага… С тех пор, как Свонни решила, что научиться верховой езде “как Вигдис” - её главная цель в жизни, приезжаем регулярно. Хоп! - Провозгласил Лео, сажая дочь к себе на плечи.
Несмотря на то, что валькирии и домашние духи держали территорию убранной, пробираться по узким тропинкам, которые к тому же всё равно так и норовил в очередной раз засыпать снег, тяжеловато было даже взрослому.
Свонни весело болтала ногами.

Коты, облюбовавшие себе конюшню для зимовки, отнеслись к явлению двуногих со сдержанным интересом, но, выяснив, что еды их величествам никто не принёс, мгновенно остыли. Баловать этих бесполезных существ своим царственным вниманием просто так коты не собирались, не для того они такие красивые жили.
А вот лошади были весьма рады компании.
Большинство денников было не заперто - в них стояли крылатые дикие кони валькирий, которые при ограничении своей свободы начинали бесноваться не хуже Тора, после чего разносили к троллям всю конюшню. Сейчас эти лошади казались обычными, разве что рослыми, но крыльев не было видно: люди, не желавшие видеть сакральное, его и не замечали, подёрнутое тонкой колышущейся пеленой сейда.

Но любовью Свонни - взаимной - были несколько шетландских пони, коренастых невысоких лошадок, напоминавших телосложением уменьшенных по всем измерениям тяжеловозов. Идея завести пони принадлежала сестре, которая побывала на ферме у кого-то из шведских коллег и прониклась идеей обучения человеческих детей верховой езде.
(Что-что, а предпринимательская жилка у Хносс была очень хорошей.)
Скучавший Руни невозмутимо вышел из своего денника, отворив дверь толчком морды, и пошёл по конюшне дружить с хозяйкой и её гостями.

Люди пробыли у богов пару часов. Несмотря на то, что назвать Лео тихим было невозможно, докучливым он не был: в его присутствии всегда ощущался приятный привкус оптимизма. Он охотно трепал языком почти на любые темы, ловко выбирая те, от которых собеседника не тошнило: Тюру он неминуемо присел на уши с новостями игровой индустрии, Труд - с двумя ближайшими хакатонами, на которые обязательно надо поехать и “Господи, не говори, что ты опять уедешь к шведам”.
На прощание Лео вытребовал с коллеги обещание, что она всё-таки приедет в офис, иначе бедного полковника Вилладсена скоро хватит инфаркт.

Уже сильно стемнело, и, когда машина уехала, мерцая фарами, Труд, запрокинув голову, посмотрела на звёзды, яркую россыпь сияющих искр. Мерцала, мерно и спокойно, Полярная Звезда.
- Давай свяжемся с продавцом, - предложила асинья, - слетаем на выходные в Исландию. Хочу посмотреть, есть ещё тот бар с окнами на Эдлидаау.

[15.02.2019] You went so silent

Týr Hymirson » 25 май 2020, 21:48

Огромные окна, море, лес и небо. Идеальный дом для начала жизни с женой. Всё равно ни он ни она не будут там полностью дома. Она считала своим домом Асгард, у него не было дома вовсе и было решительно всё равно, где жить - он никогда подолгу не задерживался на одном месте, меняя лица и судьбы. Но сейчас всё было иначе и он был этому рад. Карандаш покатился по столу, собирая грани, пока вальраван не решил, что ему эта игрушка по душе. А Тюр улыбнулся смеху жены:
- Два. И кофеварка.
Он завороженно проследил за движениями жены, которая сейчас, сама того не сознавая, была восхитительно соблазнительной.
- Поспорим? - Азартно предложил ас. Приставки у него уже были, а следов в сети он предпочитал оставлять по минимуму. Куртку Тюр надевать не стал - с кожи кровь счистить удалось далеко не сразу и не всю. Зачем пугать людей? Он воздвигся за спиной у Труд молчаливой жердью, с любопытством разглядывая происходящее. Фенрир был в своём репертуаре: Тюр слабо представлял, как этот щенок должен был стать одним из главных противников асов. Нет, в физической возможности волка сожрать Одина Тюр не сомневался: кто угодно, только не он, оставивший руку в пасти того, кого до предсказания кормил. Хюмирсон сомневался в характере Локисона.
Он положил руку на перило крыльца и побарабанил пальцами по деревяшке. Звук вышел неприятно металлический, его заглушила хлопнувшая дверца, но волку хватило этого, чтобы услышать. Он поднял голову - посмотреть на Тюра и Тюр ласково спросил:
- Хочеш, я покормлю тебя в следующий раз?
Сложно было сказать, насколько был исчерпан для них двоих инцидент пятитысячелетней давности, но хитрости Тюра Фенрир опасался больше, чем хитрости собственных отца и матери - не сказать, чтобы безосновательно. Волк фыркнул и прекратил хулиганить, развалившись подальше от аса с видом "чихал я на твои угрозы".
Тюр улыбнулся жене.
- Приятно познакомиться, - он пожал Лео руку и он немного удивлённо посмотрел на аса снизу вверх, видимо не ожидая изящных рук, - Оуэн, - Тюр обаятельно усмехнулся, - сократить ещё сильнее некуда, простите. Я тоже не ношу кольцо - мешает.
Перед Сванхильд ас едва ли не сложился пополам:
- Рад встрече, юная леди.
И, чтобы не смущать малышку отвернулся к Лео, который полез в багажник, лишь краем глаза уловив обнимашки Труд и девочки. Улыбнулся он почти беспомощно, а ощущений Труд коснулась нежность.
- Давайте я унесу это в дом? - Предложил он.
Белка на проверку оказалась лисой с очень странным взглядом. Плюшевый монстр был действительно размером с хорошего пони, в руках у Тюра она смотрелась ещё более странно. Хохотнув Лео вручил асу папки и Тюр невозмутимо ушёл под восторженное попискивание мелкой о том, как классно великанский дядя выглядит с лисой. Лео, наоборот, был заинтересован в Труд.
- Вигдис, а он чем занимается с таким ростом? Он баскетболист?
- Я вру как бог, - Тюр оставил лису и документы в гостиной и ответил от дверей, а, подойдя, пояснил, - юрист я, международное военное право.
Он снова улыбнулся.
- Конюшня? - Уточнил он к вящей радости Сванхильд. - Там, помнился, некормленное стадо котов.
- И лошадки! - Победно закончила Свонни.
- А вы частые гости здесь, - полувопросительно уточнил ас у Лео.

[15.02.2019] You went so silent

Thrud Thorsdottir » 23 май 2020, 12:37

На самом деле, исландские сайты выглядели довольно печально: большим спросом недвижимость на острове не пользовалась, да и было её достаточно мало, но этот факт определённо внушал надежду, что найти место, максимально далёкое от человечества, несложно. Вытянув длинные ноги и закинув их на низкий журнальный стол - привычка, за которую Сиф никогда не переставала бранить дочь и от которой эта самая дочь никак не собиралась избавляться, - Труд одной рукой играла со старым вороном, бросая ему маленький мячик.
Несмотря на целиком отсутствующий разумный подтекст этого развлечения, Лейкни находил его приятным. Когда ему надоело, он, поймав мячик в очередной раз, не стал его возвращать, а спрятал далеко на шкаф, подальше от Фенрира, и уселся на хозяйские ноги с видом тотальной невозмутимости.
Но как-то нехорошо приглядывался в оленям.
- Не смей, - сказала Труд, даже не отрываясь от монитора.
Вальравн недовольно нахохлился, поставил дыбом перья на иссиня-чёрном загривке и, кажется, обругал асинью взглядом.

Сама же Труд заглянула в экран тюрова ноутбука и плавно повела широкими плечами, отчего густая медь её сияющих волос прошла волной, вспыхнула тревожным пламенем.
- Нет, не буду. Через такие окна хорошо видны звёзды, а я люблю смотреть на звёзды.
Ведь, по большому счёту, ей и вовсе не было разницы, где жить: настоящим домом молодой богини был град богов, Мидгард же - что-то вроде затянувшегося туристического похода. Привалы и палатки, но никак не конечная остановка.
Что сто, двести, даже тысяча лет по меркам тех, кто стар даже рядом с солнцем.
- Главное, чтобы там была кухня, - разумно заметила Труд, хотя в прозрачном взгляде её выблеснула ирония, - на которую можно поставить большой холодильник.
И она хрипловато, мелодично засмеялась.

Послышался шум с улицы; Труд поднялась, потянулась с кошачьей грацией, заводя руки за голову. Лео принадлежал к числу немногих людей, которые не вызывали у неё раздражения, если оказывались поблизости. Можно было даже сказать, что асинья была почти рада его приезду.
- Конечно. Мне любопытно, как быстро Лео убедит тебя завести твиттер и купить игровую консоль.
Набросив на плечи тёплую парку, которую она вытащила из платяного шкафа прихожей, Труд натянула сапоги и вышла на улицу. Не то, чтобы она сильно нуждалась в верхней одежде - мидгардские зимы и близко не стояли к морозам Асгарда, - но её могли не понять, если бы по снегу шаманка гуляла босиком.

Причина ругани выяснилась мгновенно и звалась, разумеется, Фенриром. Приличия ради он слегка уменьшил свои размеры и напоминал теперь просто очень, очень большого волка, а не волка-размером-с-бегемота, но даже этого состояния оказалось достаточно для того, чтобы Лео слегка нервничал.
Он не боялся собак, но конкретно эта собака не внушала никакого доверия. Сложно адекватно воспринимать зверя, который, стоя на четырёх лапах, легко заглядывает в окна автомобиля.
- Феня, - укоризненно сказала Труд.
Волк, пристроившийся в трёх метрах от расчищенной парковки перед фермой, отошёл ещё метра на два, плюхнулся в снег всей тушей и начал кататься по сугробу, вычищая пушистую шубу. Замелькали огромные лапы.
- Странные у тебя, конечно, собаки, всё никак не привыкну, - сообщил Лео, наконец открывая заднюю дверь и помогая дочери вылезти наружу из детского кресла.
Звук, донёсшийся со стороны волка, больше всего напоминал плохо замаскированный под чихание смех.
- Феня!
Звук слегка стих.

Лео было чуть за тридцать, он был тонок, худ и едва ли доставал - на носочках - Труд до подбородка, чему ни капли не смущался. За ланьими глазами под стёклами массивных очков таилась ехидная натура со здоровой самоуверенностью. Взглянув на Тюра, асинья слегка кивнула и представила их друг другу:
- Это Оуэн, мой муж. Оуэн, это мой коллега...
- Вот это сюрприз, - восхитился Лео, с большим энтузиазмом протягивая Оуэну ладонь для рукопожатия, - ты ж не носишь кольцо. Очень приятно! Я Лео, просто Лео, а моя дочка - Свонни.
- Он занимается компьютерной безопасностью, - закончила Труд свою мысль.
Сванхильд, серьёзная сероглазая девочка четырёх лет, помахала асам рукой и застенчиво улыбнулась.
- Привет, - Труд присела на корточки, - обнимашки?
Свонни не отказалась.
- А мы пойдём в конюшню? - Спросила она.
- Сначала мы отдадим Вигдис весь её хлам, - сообщил Лео, вытряхивая из багажника монументальную плюшевую конструкцию и бумажный пакет с какими-то папками.

[15.02.2019] You went so silent

Týr Hymirson » 22 май 2020, 22:22

Разливая чай по кружкам, ас улыбался. Очень непривычное было ощущение - после работы сидеть дома, гонять котов и ждать ужина, пока жена накрывает на стол.
- Значит, будет фамильным секретом Уайтов, - засмеялся он в ответ, - буду удивлять по вечерам.
Они неплохо перекусили у Мары в тереме, но Тюр снова был голоден, а уж как голодна была Труд, он боялся представить и потому пиликающий телефон ас воспринял с некоторым раздражением.
- Лео? - Ас вцепился в вилку, как будто её кто-то отнимал. - Это тот парень, который задолжал тебе белку? Хорошо, что только вечером.
Он налегал на еду как будто в последний раз ел позавчера. Вообще, ему был свойственен иной голод - до чужих смертей и страданий, но крайне редко - вот так.
- Ты на меня плохо влияешь, - он с большим трудом оторвался от еды, - я разучусь готовить, начну есть больше и нам придётся как следует распотрошить банковские счета, чтобы прокормиться.
Он засмеялся и сделал глоток чая. Его финансовые активы могли обрушить экономику Мидгарда. Он не страдал собирательством, подобно Тору и не чах над златом, но за пять с половиной тысячелетий жизни с людьми свои средства только преумножил. У Труд, наверняка, тоже не возникло бы проблем с тем, чтобы обеспечить себе комфортное существование, вспади ей охота.
Но им обоим этого было не нужно - к неудовольствию Тора.

Обед или полдник закончился довольно быстро, асы убрали посуду и расположились с комфортом в гостиной над ноутбуков. К их счастью, сайты недвижимости в Исландии были и выбрать было из чего. Но Тюра больше, чем дом, интересовали участки:
- Шут с ним, с домом, - пояснил он жене, - если будет место, где до ближайшего жилья пару часов езды, я буду счастлив. Дом с коммуникациями у нас будет в любом случае.
Они подобрали несколько удачных вариантов, даже с недвижимостью, но вся недвижимость выглядела очень древней.
- Слушай, - нахмурился ас, глядя на дома поближе к цивилизации, с огромными окнами эко-дизайном, встроенные в ландшафт. Очень неожиданно они ему нравились, - ты будешь сильно возражать, если у нас будет такой монстр? Потому что если да, я бы предложил вот эти два участка, смотри, этот сарай можно оставить пока, вот здесь хорошо впишется каркас и можно будет сделать две части дома - обычную и застеклённую.
Он вытащил бумажку и набросал два варианта стен, но его прервал мотор машины и ругань снаружи. Он почти забыл про Лео с дочерью и оригиналами документов. Ас отложил карандаш.
- Будешь знакомить с коллегой? - Спросил он лукаво, поднимаясь с дивана, на котором они сидели до этого.

[15.02.2019] You went so silent

Thrud Thorsdottir » 20 май 2020, 10:12

Подвигая в очередной раз проголодавшихся котов ногой, Труд улыбнулась в ответ супругу:
- Нет, спасибо, у меня почти всё готово. К счастью, это совершенно обычные кошки, без всякого сложного волшебного наследия в десятом поколении. Парочка досталась нам от предыдущего хозяина, ещё кое-кого с прошлой фермы привезли, а остальные сами явились, не знаю, правда, откуда, тут до ближайшего нормального жилья - километров сорок. Хотя котов редко останавливают такие мелочи, конечно…
Но по куску ветчины коты всё-таки урвали и стремительно унеслись куда-то вдаль, раздувшись до состояния меховых шаров. Удивительно, что изящное и грациозное животное - по крайней мере, в задумке эволюции оно однозначно таковым являлось, - умудрялось производить столько топота.
Как они при этом охотились, было загадкой.

На чашке, которую вытащила себе из шкафа Труд, была большая рыжая лиса. Некоторое время она изучала эту посуду с намёком на сдержанный интерес, потом вдруг усмехнулась чему-то своему, поставила кружку на стол и жестом попросила Тюра налить чая и ей.
Не сказать, чтобы Труд была особой любительницей этого благородного напитка, обычно предпочитая кофе и алкоголь в лошадиных дозах, но всё же от случая к случаю - пила.
Лёгкий привкус трав оттенял горечь.
- Думаю, что в приготовлении мёда и браги я достигла значительно больших успехов, чем в заваривании чая, где технология сложнее “насыпь прямо из банки и залей кипятком”, - беззлобно засмеялась она, вставая, чтобы вытащить противень из духовки. - Так что это искусство оставлю Миранде.
Разогретое мясо пряно пахло маринадом. Нашлись и пироги, и даже овощи, которые ещё не успели съесть какие-нибудь из богатого набора местных травоядных.

Выставив на стол тарелки, валькирия упала на стул и вытянула длинные ноги. На гетрах несколько легкомысленно резвились олени.

Пиликнул телефон, и Труд вытащила его из кармана платья, чтобы посмотреть, кому опять не жилось спокойно. В последнее время её и без того невеликая любовь к бюрократическим заморочкам международной полиции переживала не лучшие дни, и на перспективы поработать - то есть написать ещё три десятка отчётов, согласований, рапортов и ответных жалоб на жалобы - майор Асбьёрнсдоттир смотрела с глубокой тоской.
Стоило признать, что в армии порой бывало и получше.
Никто не хотел от неё десять страниц подробного анализа источников идеологии талибов во время командировок, вместо них вполне даже сходили тела в морге, а рапорты требовалось писать примерно в тридцать раз реже.
На другой чаше весов, впрочем, был при этом Ближний Восток, который ничем не напоминал землю мечты.

Но это был Лео с фотографией плюшевой лисы и набором гневных стикеров. В принципе, нельзя было не признать, что масштабы трагедии сравнением с пони он оценил довольно точно.
Хмыкнув, Труд посоветовала в ответ или смириться, или привезти самому вместе с теми оригиналами документов, которые нельзя было оцифровывать ни в каком виде и которые Асбьёрнсдоттир уже дней пять не могла забрать из офиса.
Труд спрятала телефон обратно.
- Вечером заедет мой коллега с дочкой. Надо посмотреть, что с домами в Исландии… Не была там последние лет двадцать, если не больше, даже не знаю, обзавелись они хоть одним приличным сайтом по продаже недвижимости, или нужно ехать в Рейкьявик и искать там агентство с фотографиями в витрине.

[15.02.2019] You went so silent

Týr Hymirson » 18 май 2020, 23:01

Это походило на сказку даже здесь, в Мидгарде. Чай, ужин, горячая купель и мягкая кровать вместе с женой после произошедшего в Нави было очень кстати.
- Хорошо, - не то согласился с предложением жены, не то констатировал своё состояние.
В самом деле, это дело взбодрило аса, разогнало скуку и стало неплохой ступенькой для взаимопонимания с Труд. Пожалуй, для этого можно было бы подобрать более яркий эпитет, но подобными вещами Тюр предпочитал, когда был злее и веселее. Сейча хотелось спокойствия и оно у них было.

Втянув носом воздух в доме, ас усмехнулся. Того молоденького благого он запомнил с прошлого раза и, видимо, он неплохо согревал постель, потому что второй раз случался далеко не у всех.
- Надо же, - беззлобно усмехнулся Тюр, - больше двоих детей Дану на один дом. Весна будет плодородной.
Вряд ли туата вёл Хносс в танце, но даже простого соития хватило бы, чтобы эта местность не знала бед. Вся сила, выплеснувшаяся с полученным удовольствием станет травой, да цветами.
В комнате Труд было уютно, но ас чувствовал себя откровенно грязным: на чёрной одежде кровь была не видна, но ткань прилипла к телу и пока Вилкмерге переодевалась, он стянул с себя рубашку, оставшись в одних джинсах. Жена решила эту проблему со свойственной ей хозяйственностью.
- Спасибо, - улыбнулся он, вытаскивая из стопки футболку с Бэтменом, - я подойду через пять минут.
В кухню он пришлёпал босиком, с длинных волос стекала вода, а от бога перестало пахнуть кровью - только морозом и травами. Перехватив жену, снующую по кухне, он поцеловал её в макушку и понял внезапно, что хочет таких вечеров больше, чем раз в пару недель.
- Тебе очень идёт платье, - улыбнулся он, выпуская её, - помочь чем-нибудь?
Коты считали, что их женщина - одна из - сама как-нибудь разберётся, а вот этот отдельно взятый великан должен трогать и любить только их. И кормить, конечно же. Самого главного они не забывали. Звук, который издал Тюр, был довольно странный, но Кайич убеждал, что другие коты его поймут. Поняли, но, видимо, не совсем так, как ожидалось - джинсам аса пришлось выдержать две лохматые туши и ас, чтобы не расстаться с последней одеждой и не обувать племянника ещё и на штаны, уселся. Два хвоста воткнулись ему в лицо.
- Тьфу, - он рукой отодвинул обе конечности и коты, обрадовавшись руке, попытались её поделить. Ас на всякий случай отодвинулся от стола, чтобы они в неуёмной борьбе за его внимание, не разнесли то, что накрывала Труд, - не то слово. Хорошо, что они не обращаются в людей - Кайич как научился, так холодильник постоянно пуст.
Длинные пальцы кусать было почему-то очень неудобно, пасть почти не закрывалась.
- А если бы здесь Тор был?
Он спрашивал котов, но коты увлеклись вознёй у него на коленях. Сочтя вопрос риторическим, ас ссадил возящихся на пол.
Чай пах бергамотом и какими-то ещё добавками, Тюр не вслушивался. Он вспоминал последнюю жизнь, которая оборвалась и началась снова.
- Почти как дома, - поделился ас с женой, имея ввиду место, где вырос Уайт-младший, - в Ирландии без ума от чая, его пьют, наверное, вместо воды даже. У Миранды был свой особенный рецепт, она его старательно прятала, но я подглядел перед её днём рождения. Хочешь расскажу?
Тюр потянулся.
- Или подождём до своего дома? - Лукаво посмотрел он на жену.
Откуда-то снаружи донёсся волчий вой - Фенрир пользовался отсутствием людей поблизости. По кухне поплыл запах готовящейся еды. Коты, решив что великан из разочаровал, принялись тереться о холодильник.

[15.02.2019] You went so silent

Thrud Thorsdottir » 14 май 2020, 10:06

Снег на норвежской земле был мягкий и пушистый. В отличие от навьего, он казался лёгким и охотно сохранял следы. Выйдя из конюшни, - дремавший на одном из стойл крупный серый кот выскользнул было следом, посмотрел по сторонам с большим осуждением и задом удалился обратно в тепло - Труд довольно потянулась, запрокинула голову, любуясь небом.
Стало неожиданно ясно, тучи унесло дальше, к северу, но звёзд ещё не было видно, только округлый и белёсый лик луны.
- И чай, и ужин, и горячая купель, и мягкая кровать, - усмехнулась она в ответ Тюру, - и всё другое, что захочешь. Оставайся на ночь, тебе рады здесь, а на моей кровати даже тебе не будет тесно.
В конце концов, на её кровати свободно мог уместиться даже Фенрир, когда ему становилось совсем одиноко, и он просачивался в чужую спальню, чтобы незаметно устроиться под бок. С незаметностью, правда, у туши размером с половину быка бывали определённые проблемы, да и топал он как заправский конь, но Труд к фокусам своих четырёхлапых жильцов относилась с ироничным спокойствием.

Что с них взять.

Дома было тепло.
Хносс сбежала было по лестнице, но, перекинувшись с сестрой парой слов, махнула на гостей рукой и убежала обратно. Услышав, как хлопнула, плотно закрываясь, дверь в её комнату на втором этаже, Труд только хмыкнула.
Фрейсдоттир была как всегда.
Впрочем, чем ещё было заниматься посреди зимы?

Побросав всю одежду в большую корзину, спрятавшуюся за массивным столом (домашние духи быстро освоили принципы стирки в машинке, прекрасно сортировали бельё сами и даже почти не путали цвета), Труд переоделась в домашнее, распустила рыжие волосы, лившиеся теперь густым водопадом по её плечам, только подобрала боковыми гребнями, чтобы не падали на лицо. В мешковатом платье крупной вязки и высоких гетрах, расписанных вездесущими скандинавскими оленями, она была почти уютной.
Открыв дверцу шкафа, валькирия вытащила с нижней полки аккуратно сложенную стопку мужской одежды.
- Если хочешь переодеться, возьми, это Улля, она, кажется, тебе может быть в пору. В свитерах Моди утонешь.
Братья-медведи, кряжистые и широкоплечие, телосложением и впрямь до крайности напоминали родного отца.

На кухне, заварив чай в стеклянном толстостенном чайнике, Труд накрывала на стол, недовольным тычком под пушистый зад согнав парочку обнаглевших котов. Вошедшего Тюра они поприветствовали нестройным жалобным мявом, повествуя о том, как тяжко им живётся и как их никто не любит. Лоснившаяся шерсть да ширина морд, правда, с невыносимостью бытия как-то не вязались, но коты очень старались состроить жалобные глазки.
- Сестрица их окончательно распустила, ты смотри, никакой совести, - проворчала Труд.
Коты ластились к мужским ногам.

[15.02.2019] You went so silent

Týr Hymirson » 13 май 2020, 22:42

Ас проводил ворона взглядом и склонил голову. Всё правильно: туда, куда отправилась птица, нет хода никому из чужих. Прикрыв глаза, Тюр потянулся к чужой силе, чтобы понять и почувствовать её. Подумал было отдать Деване, или Маре, но передумал, решив, что неизвестно, как повернётся судьба: вдруг придётся маскироваться так, чтобы ни одна живая душа не заподозрила, что это он? Не всё же Локи использовать тактические преимущество и прикидываться внезапными существами?
- Марья, - пока Девана избавлялась от тела, ас перебросил ей связку ключей, - держи.
- Зачем? - Озадачилась богиня.
- Второй раз через Калинов Мост я не поеду. Соберёшься в Явь, отгони к о'Салливану, я заберу.
- О, - только и ответила владычица Нави, а Тюр вернул своё внимание жене.
- Он поглотил, - уверенно ответил ас, - если потом Син не выдернул их, прорвавшись через печати.
- Мог, - покаянно вздохнула Мара, - тогда, в его воспоминаниях, он тянулся к своим, я попробовала утешить как могла, но посыпались мы совершенно без сил. Обычно так не бывает.
- Пожалуй, - вздохнул ас, - ладно, я предлагаю решать проблемы по мере поступления. Искать сейчас его и его семью - бесполезное занятие.
Он кивнул жене. Из них двоих именно она водила дружбу со светлейшим князем, его контакты ограничивались вежливыми рамками дипломатии и редкого неофициального общения. Их последнюю встречу сложно было назвать удачной, но, может быть, Михаил действовал под влиянием обстоятельств? Так будет лучше.
Мысли о происходящем в мирах перечеркнул яркий отблеск пламени, словно отвечая на мысли валькирии.
- Домой? - Уточнил он, ловя пальцы жены.
Домой.

Возвращались верхом: Руни притащил за собой Ветле. Зачем - ас дознаваться не стал, что с лошадей, хоть и крылатых возьмёшь? Ферма двух валькирий и правда утопала в снегу; было тихо, даже шум от шоссе, обычно слышный в чистом воздухе, сейчас утонул в падающем снеге. Дышать здесь было гораздо лучше, чем в Нави. От хозяйственных построек вели следы в сторону дома.
Тюр соскользнул с коня, погладил его по морде и спросил у жены:
- Найдёшь для меня чаю?
Это было довольно внезапно: Тюр пил кофе, алкоголь, воду и кофе. Можно с кофе, можно - кофе отдельно. Но эта погода, да последние пара дней вместе пробудили его старые привычки. Сигареты на трубку он, пожалуй, менять не станет, но кое-что из прошлого было не настолько неудобным. И очень хотелось есть. Посли Нави - особенно. Мара неспроста кормила на убой: мир принимал существ из Прави, но питался их силами. Перуну было без разницы, но для Тюра, привыкшего отслеживать малейшие колебания силы, это было заметно.
А, может, он просто устал. Догадка о Сине не обрадовала его. Наверное, он годичной давности даже расстроился бы, но теперь принял как должное, только лёгкая горечь была на языке.
Пока асы обустраивали лошадей, снег прекратился и теперь уютно скрипел под ногами.

[15.02.2019] You went so silent

Thrud Thorsdottir » 12 май 2020, 09:20

Завернув оба украшения в плотную ткань своего шарфа, Магура, шёпотом перемолвившись со старым вороном, снова почесала его грудку и отдала свёрток, велев отнести домой. В Асгард, мимо всевидящего Хеймдалля да всезнающего Бальдра, рискнули бы пробраться только полные сумасшедшие, да и те едва ли прожили бы долго. Ровно столько, сколько было нужно для того, чтобы Один спустил с них шкуру.
Места безопаснее, чем Трудхайм, сложно было найти даже тогда, когда хозяин там почти не появлялся.

Крикнув, Лейкни сграбастал украшения когтистой лапой, напряг крылья и исчез, пройдя сквозь запутавшееся время с той же лёгкостью, с какой пролетал через расстояния и миры.
Магура же, присев на корточки снова, протянула обе руки к убитому ангелу, раскрытыми ладонями - вниз, и сказала только одно короткое слово: “Исчезай”. И тело, отданное Нави, стало тлеть, точно запоздалый, залежавшийся снег под весенним дождём; провалился нос, обвалилась грудь, перья превратились в остов, а потом и в перегной, сломался череп, раскрошился…
И всё пожрала сон-трава, скрыла собой, оплела.
Ни воспоминаний, ни судьбы.
Непрошеный гость здесь нашёл не покой, но забвение, и некому было о нём скорбеть.

Поведя сильными плечами, Перуница прикрыла на миг глаза, а как поднялась - так крыльев при ней уже не было. Смерть ушла, исполнив то, что было должно, Девана потянулась, заводя руки за голову, словно только проснулась.
Это было неправдой: все личности её были единым целым, и видела она мир одними глазами.
Улыбнулась Стрибогу, кивнула, показывая, что слышала всё, помолчала.

Она плохо помнила Сина, видела несколько раз: на Совете и вовсе мельком, а потому вряд ли могла сказать о нём что-то точное. Хаос, может быть, и был в его разуме, Девана так пристально не приглядывалась, у неё были другие заботы в те безрадостные дни.
- Меня беспокоит то, - медленно проговорила она наконец, - что для того, чтобы вернуть Иштар, надобно для начала найти её тело. Шумерские боги - не такие, как мы, Иштар родилась во плоти, и её тело не было условностью, я знаю об этом от Эрешкигаль, покуда она была жива.
У валькирии извечно отношения с богами мёртвых бывали получше, чем с богами живых, и все загробные царства, даже чуждые совсем, принимали её охотно, а она, вестница и шаманка, без всякого страха пила с хозяевами вино да мёд.
- Мы считали, что тела богов Дильмуна поглотил Хаос, но если это не так, то, кажется, нам пора задуматься, что ещё может всплыть из той темноты.
Перуница попросила у супруга и розу тоже, повертела в пальцах, понюхала - и вдруг смешно чихнула, поморщилась. Сладковатый, сухой цветочный запах и почему-то - ладан.
- С тех пор, как Яхве нет, Эдем всё время трясёт, Михаил держит там порядок, но отщепенцы, которые считают, что знают истину, всюду попадаются. Син видит время и вперёд, и назад, может, он с этим вот или с тем, кого я видела в памяти, сделку заключил… Какую-нибудь… Не знаю. Я поговорю с князем об этом всём, ежели он не знает, то ему явно пора узнать о том, что происходит за его спиной.

Свободной рукой Девана тронула ладонь Стрибога, и в мыслях её на миг колыхнулись могучие ели, покрытые снегом, да послышался треск камина.
Едва ли в Нави можно было найти ответы, они лежали где-то дальше - и выше.[NIC]Devana[/NIC]

[15.02.2019] You went so silent

Týr Hymirson » 11 май 2020, 23:02

Касание смерти, память на всё посмертие - что же, он мёртв был гораздо больше, чем может уложиться в голове у смертного. Нынче он был неоспоримо, почти бесстыдно жив и наслаждался этим каждый вдох. Возможно тысяч через двадцать лет он привыкнет к этому - и к тому, что несбыточная мечта для любого другого стала ему женой. Но не теперь.
Мара и ветры могли наблюдать редкую картину - счастье на малоподвижном лице Стрибога. Мара даже впечатлилась, по своему, по-женски, фыркнув, что без торжества свадьба - не свадьба, а коли случится, там-то она и оторвётся как следует. Блаженное выражение моментально слетело с лица аса - торжества, да застолья он недолюбливал с того памятного пира, когда они с Тором утянулись к его отцу за котлом.

Ас курил и изучал часы. Идеальный артефакт, он сам вряд ли сделал лучше. Внимание к деталям было потрясающим, именно оно заставило аса едва ли не облизать часы. На крышу он посмотрел позже и только тогда заметил, что к ободу прицепился волосок. Он хотел было стянуть его, но понял, что волосок застрял. А это значило, что под крышкой есть что-то ещё.
- Марья, - позвал Стрибог, - одолжи серп на минуту?
Не отвлекаясь от жертвы, Мара выдернула серп из небытия и швырнула под ноги асу. Что бы он там не нашёл, она не могла отвлекаться.
Подцепив щель, Стрибог ковырнул остриём и крышка раскрылась на манер медальона. Там, внутри, вместе с завядшим бутоном розы лежала медная пластинка с гравировкой, стилизованной под букву "А".
- Где-то я это видел, - он протянул пластинку жене, вернул серп Маре и забрал ожерелье, - не могу вспомнить.
Не ожерелье, кому принадлежали убор и роза он помнил очень хорошо.
- Тригла дело говорила, - подтвердил бог, - я был там, когда запечатывали врата в мир. Пытался помочь, чем мог, но мог не много.
Он передёрнул плечами: энтропия - неизбежное зло, в конце концов каждый мир разделит судьбу Дильмуна, но видеть гибель двух разных, но совершенных в своём творении миров оказалось суровым испытанием для разума бога. Счастье ещё, что человеческая психика вытеснила воспоминания, чтобы сохранить рассудок смертного.
- В связи с этим я вот что вспомнил, - продолжал Стрибог, - твоё предсказание, - он поправился, - ваше с Триглой на двоих. Я всё ещё не уверен, что он стоит за убийством ангела, по крайней мере, напрямую. Но вот за этим вот, - он кивнул на жертву, - стоит безутешный отец Иштар.
- Погоди, - вмешалась Мара, передавая сделавшую первый вздох жертву младшему сыну, - ты говоришь о том мальчике с огромными глазами с Совета? Син, да? Я видела его память накануне твоего возвращения. Что-то в ней меня напугало. Сейчас.
Она прикрыла глаза и развела руки. Между них заплясала тьма, выворачивая наизнанку весь тот день от ошибки владычицы Нави до силы, которая превосходила силы двоих богов.
- Вот оно! - Щёлкнула она пальцами, - Хаос уже жил в его разуме. Я подумала, что это застарелая боль и постаралась утешить. Боюсь, что подарила ему лишнюю надежду, предположив, что коли мир не спасти, то, может получится спасти его жену и дочь.
Стрибог покачал головой, обдумывая увиденное.
- Нет, - покачал головой он, - не бери на себя слишком много. Я боюсь, что всё началось раньше, когда гибла Поднебесная. Там была история в духе боевиков восьмидесятых, если честно, Орден заигрался и попытался призвать Хаос, там нас и коснулась его сила. Мне-то всё равно, я был смертным. Ну извратил он мою силу, но я её всё равно быстро потерял тогда. А Сину досталось крепко, его словно катком переехало после. Я искренне надеялся, что он справится.
Ас вздохнул, с тоской посмотрее на прогоревшую сигарету, но новую закуривать не стал; протянул руку к жене.
- Я только не понимаю, причём тут эдемские курицы, - резюмировал он, - спонсирует их Син что ли?

[15.02.2019] You went so silent

Thrud Thorsdottir » 11 май 2020, 10:36

Зачерпнув огромными крыльями воздух, птица-Магура поднялась на носочки, с лёгкостью балансируя на мягком ковре сон-травы, заглянула в светлые глаза супруга и улыбнулась ему. Она была очень близко, и запах, странный, чуточку горький, запах костров, хвои да мёда, что пьют, поминая павших воинов, не вернувшихся из похода, казался особенно острым.
Так пахнет тризна.
Магура поцеловала Стрибога в лоб, и губы её были нежны и теплы - летний дождь. Людские сказки о поцелуях, что она дарила мужам да девам, не были сказками, только люди по обыкновению своему приукрасили действительность, ведь поцелуй Магуры - касание смерти, память на всё посмертие, которому не будет конца, и вечный привкус несбывшейся мечты.
В светлых чертогах Ирий-сада нет женщины, что была бы краше.

Пальцы Перуницы скользнули по чужой щеке, и она отступила прочь, давая супругу спокойно курить. Терпкий сизый дым лениво стелился с сигареты, точно ручей. В отличие от реального мира, в Нави он падал вниз, слишком тяжёлый, чтобы подняться к небу: воздух здесь выдерживал лишь души да богов.
- Всё так, - ответила она, кивнув на часы, пересадила лениво переступавшего лапами вальравна снова себе на плечо, - поэтому мы не видели и не чувствовали появления живого в царстве мёртвых: для нас оно ещё не наступило. Он двигался вместе с бабочкой назад по времени каждый раз. Ветра тоже ничего не найдут, то время ещё не пришло… Но с учётом того, что его больше нет, оно, возможно, и не придёт. Временные омуты живут по странным законам.
“Больше нет” - очень простое объяснение, в котором, однако, крылась бездна. Магура поглотила душу целиком, и та перестала существовать вовсе.
Ни памяти, ни следов, только то, что сама она захотела бы сохранить из чужой жизни.

Вскоре вернулся крайне разочарованный Посвист, подтвердивший то, о чём асы уже знали, и Магура утешила его гордость коротким рассказом о том, что двери сейчас нет и быть не может. Ветер от того приободрился.

Магура же подошла поближе к старшей сестре, взяла в руки ожерелье.
Причудливое массивное украшение было сделано из золота и ляпис-лазури, широкие золотые пластины с красивейшими узорами перемежались идеально отполированными круглыми бусинами. Вниз отходили несколько цепочек с круглыми бляшками и тонкими жгутами золота, на концах украшенных сердоликом.
Дочь и владычица Вавилона, хозяйка ожерелья не носила ничего, кроме драгоценностей. Пояс, тоже сделанный из золота и ляпис-лазури, ярко сиял, лёжа на траве.
Пропустив длинные цепочки сквозь пальцы, Перуница на обеих ладонях показала ворону, и обе птицы всерьёз задумались.
- Это ожерелье Иштар, - объяснила Магура сестре наконец, - шумерской блудницы.
Мара почесала себе висок кончиком веретена.
- Так она ж померла ещё вместе с Вавилоном?
- Да, - согласилась Магура задумчиво, - Тригла тоже так говорит, и Тригле в этом вопросе можно верить. Но эти украшения - её. Они оставались в Иркалле с тех пор, как Иштар решила покачать права перед Эрешкигаль. В них были заключены её дары и силы. Иркалла уничтожена давно, и забрать оттуда вещи наверняка было несложно, тот мир уже никому не нужен. Стрибог, смотри.

Магура показала на пластинки, что были ярче остальных, на несколько бусин.
- Его реставрировали, мы видели в воспоминаниях. Ожерелье сильно пострадало, его собирали практически заново, и пояс тоже. Вот этот лазурит - местный, из Мидгарда… А вот этот - старый, из Дильмуна. Но он не сам чинил, ожерелье ему дали.
Поморщившись чуть, Перуница тряхнула головой. Вязкое болото чужих воспоминаний, щедро приправленных странными и неприятными для неё чувствами, не приносило особого удовольствия.
- Другой ангел. Этот считал, что… Он собирает силу для своего отца, а бабочки таким образом заслужат искупление за свой блуд. Украшения он надевал на каждую во время ритуала, потом забирал их. Но мне кажется, что он не знал правды, эта сила… Она очень особая, ей может воспользоваться только женщина.
- Почему? - Полюбопытствовал один из ветров.
За что мгновенно заслужил мрачный взгляд от матери, но Магура ему только кивнула всё с той же исполненной покоя улыбкой.
- Потому что все жертвы - бабочки, их сила - ритуальный секс, а не сотворение новой жизни. Посмотри на эту вот, - на девчонку как раз лили живую воду, - она блудница, а не мать.
- Как и сама Иштар, - задумчиво протянула Мара.

Обе богини вопросительно посмотрели на Стрибога.[NIC]Magura[/NIC][AVA]https://b.radikal.ru/b33/2005/ec/049acf6d5437.jpg[/AVA]

[15.02.2019] You went so silent

Týr Hymirson » 10 май 2020, 23:51

Магурой он жену ещё не видел. Хороша была дева-Перуница в истином обличии своём, а крылья, так нелюбимые Тором, совершенно очаровали Стрибога. Он помнил истории про поцелуи, что раздавала она павшим воинам, да, сказывали, руками раны зажимала, но сказки те были лживыми, как истории о нём самом. Кивнув, Стрибог отвернулся. Коль Магура не хочет - он не станет смотреть.
У него и без того было много вещей, которые следовало охватить.
- Посвист, - окликнул он старшего. Витязь оказался рядом с отцом в одно мгновение, - возьми ещё кого-нибудь, отыщите дверь, через которую эти двое попали сюда. Прогуляйтесь на ту сторону, да расскажите мне, что там, только не трогайте ничего.
- Батя, - насмешливо отвечал ветер, - я важняком работаю, не учи.
- В самом деле, чего это я? - Признал неправоту ас, - тогда тебе и карты в руки, буду ждать.
Отойдя в сторону жертвы, он повертел в руках часы и, нажав на заводную головку, открыл. Они выглядели идеально для антикварной и дорогой вещи, такие с удовольствием восстанавливал его старый приятель Нанна. Сквозь прорези в циферблате Стрибог видел крутящиеся шестерёнки и потому не сразу заметил странность: секундная стрелка шла назад. Закрыв крышку, он обернулся на голос жены.
- Мы догалывались, - кивнул он, - но теперь знаем, спасибо.
- Почему бабочек? - Спросил кто-то из ветров.
- Первая была весьма вольных нравов, вторая из лилим, третья, - Стрибог кивнул на жертву, - вообще чья-то постельная игрушка.
Он обернулся к жене, чтобы спросить, сколько жертв было и зачем, но скользнул взглядом по серпу Мары, да украшениям и сдавленно выругался.
- Только не режь, - попросил он, скрипнув зубами.
Головоломка неожиданно сложилась: он видел эти украшения в мёртвом ныне мире. Амулет в виде часов и предсказание Триединой и Труд указывали на того, о ком он старался не думать. Это оказалось очень неприятно на вкус, но, пожалуй, он это переживёт.
- Хочу отдать их настоящему владельцу, - закончил бог и тряхнул головой, принимая догадку как данное.
- Ладно, - согласилась Мара ровно, - сейчас.
Пока она возилась с непривычными застёжками, Стрибог подошёл к Магуре, приветственно кивнул ворону и открыл часы.
- Смотри, - он указал на стрелку, - не знаю, что ты видела, но мне кажется, эта игрушка двигает время назад. И сила, - он прикрыл глаза, наблюдая, как Мара аккуратно обрезает нить жизни, да наматывает оба конца на одно веретено, - ангельская, дурная, использую, коли понадобится прикинуться сыном Яхве.
Он достал из кармана портсигар и прикурил.
- Но то, что он собирал, не принадлежало ему. Не очень понимаю, зачем ему сдалась вавилонская шлюха, может быть ты?
Ас посмотрел на жену несколько беспомощно - мыслей было много и он не знал, с какой начать.

Заявился ветерок, которого послали за водой. Нагружен он был основательно, но на лице была надежда. Три пятилитровые канистры он поставил перед матерью. Мара закатила глаза.
- Она тебе что, павший воин? - Риторически уточнила она и Стрибог невольно улыбнулся, - поливай на руки теперь. Да не живой, сперва исцелить надобно!
Ветерок схватившийся было за канистру с надписью "Черноголовка", перехватил "Шишкин лес" и плеснул матери в подставленные ковшом ладони. Осторожно, каплю за каплей, чтоб не пропала вода, она полила раны.
- Жди теперь! - Велела она, - так что вы там про блудницу говорили?

[15.02.2019] You went so silent

Thrud Thorsdottir » 10 май 2020, 12:36

Сон-трава да чертополох. Яркие красные маки увяли, осыпались почерневшим цветом, оставив вместо себя только сухие коробочки, зато чертополох зло тянул колючки к непрошеным гостям.

Девана ничего не ответила, только на миг хищно раздулись тонко очерченные ноздри, и она изящно склонила голову. Жертвенный зверь, или человек, или ангел - нет никакой разницы, что отдаётся, то целиком становится чужим, и охотница из сил и памяти сплела силки, накинула на убитого, как накидывают на рога коров, когда ведут на бойню.
Душа его, маленькая искорка золота, забилась под сетью, но сейд, сплетённый с жертвой, был много сильнее, чем любое дуновение ветра, что могло бы подхватить бабочку и унести её вновь в Эдем. Шаманка умела плести ловушки на сны и смерть ещё тогда, когда не умела держать в руках копья, и это искусство было таким древним, что вечный Серебряный Град с ним рядом был построен даже не вчера - сегодня.

Магура прошлась по разнотравью, опустилась на землю рядом с мертвецом, подтянула ноги под себя. Склонила голову к одному плечу, к другому, медленная, внимательная, точно огромная птица. Глядя сейчас в её глаза, можно было увидеть, как медленно истекает чернотою зрачок, затапливая бескрайнюю голубизну радужки, гладкую жемчужность белка.
Что-то очень чуждое было в ней теперь.
Из ниоткуда выпорхнул огромный ворон: вот его не было, и вот он сорвался с женского плеча, чтобы упасть на грудь ангела, которого Магура вновь толкнула на спину и оставила слепо смотреть в пустоту.
- Кар, - сказал вальравн.
Низкий, глухой крик, который, казалось, слышно было во всей Нави.
Магура в ответ ему улыбнулась.

Чёрные, до невозможного чёрные провалы её глазниц. От Магуры теперь - лёгкий запах угольев, погребальных костров.

Лейкни выклевал глаза мертвеца, вместе с ними забирая себе всё то прошлое, что они видели, и всю ту память, что в них увязла, вальяжно прошёлся когтями по толстовке, перепачканной кровью, насмешливо вскрикнул и забил крыльями.
Зашевелилась, ещё одной волной прошла сон-трава.
- Отвернись, - неожиданно попросила Магура аса, что всё стоял поблизости, - не хочу, чтобы ты видел.
Мара вздёрнула чёрные брови, но смолчала. Она уже поняла, о чём речь, хотя ходили слухи, будто бы подобное более валькириям делать нельзя, да кто бы стал вступаться за ангела? Одину-то, поди, дела никакого нет, а кого другого девы битв слушать бы не стали.

Валькирия рукой вычерпнула из чужой груди, из ложбинки между ключиц, золотую искру, и тусклый мерцавший свет озарил сжатую ладонь: и не то показалось, не то правда на пальцах не было никакой плоти, только голые кости.
Тонкий, заунывный звук - и души не стало, Магура проглотила её, как чрево Земли поглощает всё, что из неё однажды вышло.
Облизнула затем полные красные губы, и было в её жесте что-то змеиное. В бездне глаз высверкнуло на миг отражением пламени - да всё угасло.
- Иди сюда, - окликнула она ворона, и Лейкни одним взмахом перепорхнул на подставленный локоть.
Прижав вальравна к груди одной рукой, Магура погладила его жёсткое оперение, и страшная птица вдруг издала исполненный нежности воркующий звук, как если бы была домашней кошечкой.

Магура повела плечами, и вдруг вспыхнули её крыла, словно насмешка над ангельскими, что были теперь утоплены в снегу да траве. Слишком белые, слишком яркие, по краям длинных маховых перьев тронутые золотом. Магура - не только посланница, не только вечно выбирающая убитых, Магура - сама живая молния, кровь от крови громовника.
- Их намного больше трёх, этих девчонок. Он собирал этих бабочек давно.
Крылья прочертили по траве длинные полосы.
- Сестра! Девчонку нужно убить. Её рану здесь, - Перуница коснулась пальцами своего лба, прямо над переносицей, - нельзя вылечить наживую, она навсегда останется калекой.
Лица ветров дрогнули, но Мара осталась разумно-бесстрастной: она, ведавшая пути мёртвых не хуже, чем вестница смерти, особенно человеколюбием не страдала и сакрального страха перед убийством не испытывала.
Как умер, так и родился снова. Велика наука, можно вон даже без трёх чанов с кипятком да молоком обойтись.

Блеснул серп, но перед тем, как резать, Мара присмотрелась, коснулась острым кончиком лезвия причудливого ожерелья, закрывавшего девице всё горло.
- А это что за херня? - Спросила она без всякого почтения.
- Сними, - в один голос произнесли Перуница и ворон, - и пояс тоже.
Было в их синхронности что-то столь же красивое, сколь жутковатое.[NIC]Magura[/NIC][AVA]https://b.radikal.ru/b33/2005/ec/049acf6d5437.jpg[/AVA]

[15.02.2019] You went so silent

Týr Hymirson » 10 май 2020, 01:31

Ас ждал ответа жены. Он и сам чуял, что с жертвой что-то не то, помнил, что как минимум одна была под влиянием наркотиков, а, значит, есть немалый шанс повторения ситуации. Но всё его внимание занимала ловушка, которая тормозила действия убийцы. Он словно завяз, но продолжал двигаться уверенно. Не может быть, чтобы они с Деваной ошиблись в расчётах: мертник должен был двигаться гораздо медленнее. Что-то у него было, что ослабляло власть троих богов над временем. Либо это что-то было сильнее их, либо было сделано с большим знанием о времени. А это, в свою очередь значило, что убийцу надо остановить и как можно быстрее.
- Назад, - коротко велел он сыновьям, - не по вам битва.
Ветра расступились, давая пройти отцу. Стихло всё, точно перед бурею. Стрибог постоял мгновение, положив ладонь на границу межвременья, глубоко вздохнул и рванулся внутрь. Это было очень быстро даже сквозь завесу времени, а после она спала, повинуясь тому, кто её остановил. Ас умел убивать болезненно, он даже успел насладиться агонией жертвы прежде, чем убийца испустил дух.
- Тебе, Перуница, - жертва жене в царстве мёртвых - эта парочка определённо была ненормальной в глазах Мары и всех ветров вместе взятых.
Сила, которая высвободилась со смертью убийцы была так огромна, что Стрибог едва не закричал, забирая её себе. Окровавленные руки скользнули по лицу, оставляя багряные разводы. Серебро уходило из глаз неохотно.
- Глаза целы, - проинформировал Стрибог, пиная тело, которое довольно неожиданно обросло крыльями - посмертный облик ангела.

Скопа сорвалась с плеча Деваны, уже в полёте превращаясь в деву. Мара склонилась над ничего не понимающей жертвой прежде, чем рядом с ней оказался её сын. Молоденькая полукровка туата была хороша, но трискель, выбитый чуть ниже живота намекал, что она - чья-то собственность и любительница нестандартного секса.
- Марш за водой, - велела Мара, - две бутылки мёртвой и одну живой.
Девица относилась к своему телу пренебрежительно, или просто любила боль - синяков и кровоподтёков было порядком, кое-где виднелись ожоги от небезопасных верёвок.

Стрибог рассматривал тело убийцы довольно брезгливо, больше для проформы, чем действительно обыскивал. Джинсы, свитер и кроссовки слабо вязались как с образом ангела, так и с образом убийцы. Что-то ас приметил, пока превращал кости крылатого в фарш, но не мог понять, что именно царапнуло его внимание тогда. Носком ботинка перевернув тело на бок, бог принялся рассматривать тело заново и сообразил: его смутила цепочка от часов. Нет, человеческая мода подразумевала цепи на джинсах, он видел, но редко у кого цепь заканчивалась настоящими часами. Присев, он отцепил карабин и вытащил часы из кармана. Простая на первый взгляд игрушка выглядела слишком инородно. Только приглядевшись, он осознал, что это артефакт слабый, но очень точный, почти как швейцарский механизм часов.
- Любопытно, - ас потёр подбородок с уже пробивающейся щетиной. Повернулся к жене и улыбнулся, - мне, пожалуй, теперь, ещё любопытнее. Расскажешь, что увидела?

[15.02.2019] You went so silent

Thrud Thorsdottir » 07 май 2020, 10:36

Ловушка выглядела крошечной червоточиной на идеально ровном рисунке мёртвого царства, и все боги да духи, окружившие её, всматривались в то, как ирреально медленно движется непрошеный гость.

Они снова не почувствовали, как он появился.
Он словно был здесь… Всегда.
Очень давно.
Или вовсе ещё не появился.

Закатав рукава, богиня медленно провела пальцами по предплечьям да локтям, и засияли татуировки матово, тускло; почти неприятно.
- Что убьют - не страшно, - с каким-то глубинным равнодушием ответила Перуница, но тут же объяснила, - сквозь мою сеть душа не сможет уйти, куда бы её не пытались увести, и останется здесь. Тело - просто плоть да кости, живой водой омоем - будет как новое, главное - душу удержать. Не знаю, Стрибог… За ритуалом что-то должно стоять, но здесь они вдвоём, то точно. Третий - али кто ещё - остался снаружи, и я уверена накрепко, что в Нави его нет.

Девана опустилась на одно колено, зарылась пальцами в сон-траву, что росла в Нави повсеместно, притаившуюся под снегом, и синевато-зелёные мягкие листья оплели руки вечно юной охотницы, опутали запястья.
- Не уходит, потому что…
Шаманка прикрыла глаза, чувствуя, как сила её льётся в цветы да корни, и как шепчет сон-трава, в чьём мягком ложе лежала теперь девчонка, вся покрытая символами.
Осколок лета посредь вечной зимы.
Всколыхнувшись, будто морские воды, трава потянулась вверх, к тусклому навьему солнцу, не имевшему ничего общего с живым, стала вдруг высокой, точно лебеда да крапива, сомкнулась над жертвой. Существо в балахоне повернулось, не понимающе взглянуло на разнотравье, сбросило с головы капюшон, склонилось, пытаясь словно что-то рассмотреть в переплетении стеблей.
Распускались красные маки, ярко сияя на густом покрове.
- Не уходит потому, что не может, - протянула-прошелестела Девана.
Травы несли золотую её сеть, неводом черпая из чужого разума да памяти рыбок. Хвосты их почти не трепыхали, плавники лежали безвольно; девчонка словно спала, убаюканная наркотиком и колыбельной, но было что-то ещё. Маков становилось больше, пока нежные пальцы шаманки перебирали чужое “я”, смывали налёт пыли и тусклого червонного золота.

И вдруг Перуница нахмурилась, и юное её лицо потеряло строгую свою красоту, стало резким и злым. Поодаль от маков, замыкаясь в кольцо, поднялся чертополох.

Бесполое существо, должно быть, решив, что то просто сам мир тревожится, снова стало заплетать венец, но жуткие медвежьи глаза с пульсировавшим зрачком смотрели на него извне, из-за стены ветров, из-за сладковатого цветочного запаха, и было в них что-то хуже смерти.
- В ней нет воли, её опутало цепью и якорем уволокло на дно. Она не может сопротивляться. Он что-то сказал… Что-то сказал, что-то, что звучало, как одно слово. Я не могу её пробудить, он что-то повредил внутри.
Девана резко повела плечами, и за ними на миг вспыхнули калёным золотом, искрами молний огромные крылья.
- Стрибог, - и всё выше и выше тянулась сон-трава, и всё медленнее да медленнее казались движения существа, - ежели я нападу - убью на месте и в пепел оберну, ты знаешь, что я такое.
Лунный блеск в черноте зрачков.
Зверь-дева, лесной пожар, чистая ярость, отлитая в девичье тело, что от Матери-Земли досталась её внучке, как всякий тёмный женский дар - через поколение. По лицу Деваны прошла рябь, но покуда Зверь-дева всё ещё не встала в полный рост.
- Сохрани глаза, от него более ничего не требуется.[NIC]Devana[/NIC]

[15.02.2019] You went so silent

Týr Hymirson » 06 май 2020, 22:31

Кофе было много и он был хорош. Вприглядку с женой - так вообще изумителен. Набирая себе еды, Стрибог тихо посмеивался: здоровый мужик ел в разы меньше своей супруги. Со стороны, наверное, смотрелось комично. И сладкое: его ас недолюбливал, жена же была готова поглощать тоннами. Немного подумав, Стрибог подвинул Деване стоящие к нему поближе пирожки с яблоками и придвинул к себе тарелку с мясом.
Иронию Деваны он оценил: ехидно усмехнулся и кивнул:
- Надо будет как-нибудь повторить.
Да кофе отхлебнул как ни в чём не бывало.

Мара листала записи, Стрибог достал сигареты и закурил, но запаха от дыма не ощущалось.
- Зачем ставить? - Он повторил жест Мары, - если уже есть твой терем? От тебя надо будет нити силы указать, я поставлю.
- Поняла, - кивнула хозяйка навьего царства, - сделаем.
Тонкий купол накрыл Навь до смешного быстро. Когда всё посчитанно и пересчитанно десятки раз, всё выходит очень просто. Оставалось ждать, разговаривать, пить, есть, да осаживать дочерей Мары, не понимающих, как это у замужней Деваны, да косы неотрезанные. Но ближе к обеду прямо через окно ворвался полуденник, тяжело дыша:
- Там, - он сделал страшные глаза и едва не рухнул, - силы столько, что старшим только сдерживать получается!
- Веди, - коротко велела Мара. Миг - и огромная чёрная скопа забила крыльями. Она понимала, что ей не угнаться за Стрибогом да Перуницей, но ей и не нужно было, она крикнула что-то вослед ветрам и, подхватив в когти полудника, отправилась туда, куда он указывал путь.

Ветры, все до одного, крутились вокруг защиты, не имея возможности пробраться туда полностью. За колдовскою стеной, точно увязшая в сиропе муха, двигалось бесполое по виду существо в балахоне, да скрючилась на снегу обнажённая девушка, по телу которой ещё не змеились символы. Стрибог остановился за пределами видимости, дав знак ветрам уняться. Он ждал, готовый сорваться сквозь ловушку в любой момент.
- Отец, её же убьют! - В голосе младшего из сыновей звучало отчаяние. Ас удивлённо поднял бровь. Кажется, жертва ему приглянулась.
- Потом, - отмахнулся Стрибог и обратился к жене, - значит, ты считаешь, что возможен третий?
На плечо Деваны тяжело опустилась усталая птица, тоже выжидающе смотрящая на ритуал. Ловкие пальцы как в замедленной съёмке сплетали венок из трав, не обращая внимания на жертву.
- Почему она не уходит? - С мукой в голосе споосил ветерок.

[15.02.2019] You went so silent

Thrud Thorsdottir » 05 май 2020, 16:48

С расчётами провозились долго: изменение течения времени было опасной задумкой, пусть даже в мёртвом мире, куда живые и не приходили (по крайней мере, обычно). Случайный омут, открывшийся на градус левее нужного, мог увлечь за собой в водоворот великий реки половину истории нескольких цивилизаций, не все из которых были человеческими.
Работали боги потому осторожно, по тысяче раз проверяя каждую выкладку. Символы разбегались по бумаге, как паучата, которым пришла пора жить отдельно, и они удирают от матери, пока случайно не стали её обедом. Интегралы нескольких порядков, сведения к пределам, многоярусные дроби и часть того, о чём смертные математики ещё не подозревали и что им ещё только предстояло открыть.

Наутро было в Нави тихо и спокойно. Дня и ночи здесь не было, календарь был бессмысленным - ведь куда было спешить аль успевать душам, но Девана для простоты восприятия отмеряла время по Яви. Если по Осло, как приблизительно представляла богиня, сейчас как раз был или очень поздний вечер, или раннее утро.

Кофе, который принесли Стрибог, определил, что нынешнее время суток будет утром, и Перуница решила, что её это устраивает. Плеснув себе полкружки, добротной, из которой, в принципе, лучше всего было бы пить брагу, она задумчиво посмотрела в чёрную гущу и залила её молоком до того, что от кофе осталась только сама идея.
- Что ж, у меня в рюкзаке стратегический шоколадок ещё не иссяк, - философски ответила она и, отряхнув после пирога руки, подтянула к себе крынку с мёдом, - а вот это вообще испортить сложно.
Бурые медведи, конечно, всеядны, но русский люд не зря даже в имя лесного хозяина вложил то, что медведь любит поболее всего; Девана же была медведицей не только в зверином своём норове.

От Мары исходил лёгкий флёр сытого удовлетворения, и Перуница помахала старшей сестре ложкой из-под мёда.
- И ты здрава будь… То Стрибог всё, понахватался у Матери-Земли плохого.
Светлые глаза богини блеснули чуть иронично; уж на самом-то деле, Маре ли было не знать, как небесный огонь, что в венах Деваны тёк по праву рождения, был горяч.
Мара вновь расхохоталась, запрокинула голову назад, тряхнула густою гривой волос.
А Девана, вопросительно взглянув на супругу и коснувшись узкой тяжёлой ладонью его колена, произнесла уже без всякого шутовства:
- Время. Мы хотим изменить время для живых здесь, чтобы у чужака не было выхода отсюда. Вот, глянь, мы посчитали, как это должно сработать… Артефакт один нашли, ловушку, летом, кое-что в ней поменяли.
Она перебросила сестре свой блокнот; Марена поймала его в полёте, даже не отвлекаясь от кувшина с водой, одной рукой. Поставила после на стол кувшин, открыла и начала читать.

Чуть нахмурившись, хозяйка Нави быстро проглядела выкладки, видимо, прикидывая запас прочности своего царства. Не то, возможно, чтобы Навь кому-то было сильно жалко, душ новых тут уж давненько не появлялось, в том Стрибог прав был, но вот Горыныч однозначно бы расстроился без привычного дома. В самом деле, куда его было отправлять, не под Муром же.
Люди бы не поняли трёхглавого змея посредь леса.
- Ладно придумали, - произнесла Мара наконец, помахала тетрадкой в воздухе, - вижу. Как ставить будете и что от меня требуется?[NIC]Devana[/NIC]

[15.02.2019] You went so silent

Týr Hymirson » 04 май 2020, 22:10

Небом он и был. Это признание значило для бога больше прямых признаний в любви. Её чувства, её ощущения были перед ним на ладони так же, как его - перед ней.
- Значит, буду касаться, - серьёзно ответил он, - и говорить.
Слова значили мало, значила только искренность.
Стрибог грелся об жар, исходящий от Деваны, путал пальцы в её волосах и гладил плечи, наслаждаясь близостью. Заслышав печаль в голосе жены, он привлёк её к себе ближе.
- Да, - согласился он, - мы разгадали один ребус, но у нас не хватает исходных данных, чтобы осознать всю загадку целиком.

Подвинувшись, чтобы жене было удобнее, он стал пояснять:
- Даже если они с жертвой здесь, они - живые. Ну, по крайней мере, убийца. Ты много людей знаешь, которые добровольно в Навь сейчас сунутся?
Он даже засмеялся, припомнив тех молодцев-долбоёбов, которые подрезали у Яги артефакты, да бегали невест спасать в терем Кощеев. Особенная прелесть была в том, что далеко не все невесты соглашались уходить. Кормила Мара вкусно, денег платила хорошо, а дочери её были неплохой компанией. Некоторым царевичам не везло и они попадались по дороге самой Деване-Перунице. Истории эти Стрибог слышал от самой Мары, и иногда от сыновей, залетавших выпить чарку-другую верескового мёда, да послушать тягучие эльфийские баллады.
- О Нави сейчас знает горстка людей, а соваться сюда и вовсе никакого резона. Значит, у нас есть возможность встроить в заклинание условие на живых и смертных. Помнишь, мы ловушку в Сангруде нашли? Я попробовал повторить такое со встроенным триггером на сигнатуру силы ангелов. Судя по ругани твоего отца и не вполне живому Люциферу, сработала она отменно. Я предлагаю немного расширить её. Сейчас.
Он повторил жест супруги и выудил из воздуха тетрадь в синей обложке из тех, которые хранились в его кабинете. Перелистал и показал Деване.
- Вот, смотри, видишь? Общие потоки энергии...
Он углубился в объяснения довольно увлечённо.

На удивление, их не прервали. Когда они выбрались в терем Мары, всё было тихо и чинно, даже стол был накрыт к завтраку. Правда, ждали только двоих. Одна из дочерей мило краснея сообщила, что матушка ещё не вышла от батюшки, а когда выйдет - неизвестно.
Кофе принесли быстро, словно знали, что попросит Стрибог.
- Не бери сладкое, - посоветовал он, седлая лавку, пристраивая локоть на стол и любуясь на жену, - самобранка хороша, но там, где положено быть сладкому, побита молью. Мокошь никак не доберётся залатать.
Он засучил рукава рубашки, татуировки на руках сейчас были особенно заметны.
Мара явилась только спустя час и выглядела растрёпанной, но очень довольной, точно кошка, сожравшая крынку сметаны и получившая за это нагоняй. Воду пила жадно и долго.
- А вы - горячие ребята, - хохотнула она с доброй толикой зависти, - не ждала от вас обоих. Надумали чего?

[15.02.2019] You went so silent

Thrud Thorsdottir » 02 май 2020, 22:09

В ответ на слова супруга Перуница промолчала, лишь улыбнулась загадочно да лукаво, а он, хоть и не мог видеть её лица, расчёсывая волосы, мог заметить, как прокатились по рыжим прядям лёгкие серебристые искорки. Сегодня под осторожными пальцами Стрибога было не пламя, но лунный свет, делавший длинные косы чуточку легче, а кожу - ещё чуточку бледнее.
- В каком-то смысле я и есть жизнь, по матушке, а ещё по бабушке, ведь всё наше существование - колесо вечных сезонов, и новые семена всходят там, где была жатва. Ты можешь касаться меня, когда захочешь, - полушутливо, полусерьёзно заверила Девана.
Она не говорила, что ей это было приятно, но Стрибог наверняка и сам в том не сомневался, подмечая, как ловко избегает его жена прикосновений от незнакомцев. Чужие мысли, чувства, тайны и прошлое, всё то, что в каждом тёмном омуте подсознания, шаманка и лунарность, Девана чуяла это, как иные слышали плеск волн или ощущали дуновение ветра.
Но душа Стрибога, морозная да снежная, металлом пропахнувшая, её не пугала.

Отложив пока гребень, богиня поддалась движению чужой руки, упала рядом на постель, затылком - на твёрдое мужское плечо, и некоторое время лежала, прикрыв глаза.
Тепло. Тепло и покой.
Дыхание Деваны казалось спокойным и глубоким.
- Мне нравится слушать твой голос, - неожиданно произнесла она, - ты звучишь, как небо.
Было непонятно, что она, вечно с небом связанная, и внучка, и дочь, и луна, и молния, хотела тем сказать, но что-то невероятно важное - то отчётливо прозвучало в тягучей, напевной интонации. Сморгнув, Перуница повернула голову и прижалась щекой к груди Стрибога, а волосы, точно живые, хлынули на его кожу, источая аромат хвои да мороза.

Но всё же, прав он был, и здесь они были по делу, тёмному, неприятному - и оттого ещё более важному. Где-то в памяти мелькнул да пропал стеклянный взгляд Дагмар, узкий зрачок молоденькой демоницы в зелёной радужке.
Девчонки, совсем юные, а теперь - ни жизни, ни посмертия.
И диса, и валькирия, дочь громовника ненавидела, когда жизнь отнимали не так, как должно, и лучше бы для убийцы было встретиться со Стрибогом: медведица милосердия на самом деле не ведала так же, как отец её, навечно ставший и защитником, и страхом всех противников пресветлого града богов.
Помедлив, богиня согласилась, и голос её прозвучал неожиданно печально:
- Я тоже подумала, что эти девочки были не первыми в череде жертв, просто первыми из тех, кого мы нашли. Возможно, раньше он оставлял жертвы в мирах, которые никому не нужны, их ведь много, покинутых или умерших, но со временем сил стало нужно всё больше, а может, выбирал те, где его бы не хватились, оставив наши напоследок. Быть может, он и сам мертвец… Тогда бы он мог не привлекать внимания, возвращаясь к другим мертвецам. Сложно сказать, жертвы его неразговорчивы, а по символам да позам - всё равно гадания, пусть даже похожие на правду.

Протянув руку, богиня из воздуха вытянула потрёпанный блокнот да простую шариковую ручку, заложила на пустой странице. Ей нравилось, как деятельно живёт Стрибог - рядом с ним ни одна остановка не длилась слишком долго.
- Определённо, для того, чтобы здесь было веселее, не хватает только временных парадоксов, - усмехнулась Девана. - Если только наш загадочный усреднённый человек - или кто он там - ещё не здесь, ведь часто бывает проще смешаться с толпою заранее… Но, конечно, я тебе помогу. Люблю расчёты, они делают реальность проще.[NIC]Devana[/NIC]

[15.02.2019] You went so silent

Týr Hymirson » 02 май 2020, 15:27

Потянувшись следом за рукой жены, бог упал в поцелуй и был бы не против продолжить, но опасался, что второго захода не выдержит ни Мара, ни её супруг, устроившийся удобнее всех.
Стрибог хмурился, слушая и сопоставляя рассказанное Деваной о сне и сейде. Схема согласовывалась с его представлением о времени и его нелинейности для бессмертных. Он медленно кивнул.
- Звучит логично, - и фыркнул, - насколько это вообще может быть логично.
Он хотел перехватить ладонь жены и заполучить её в обьятья, но замер, любуясь тяжёлой грацией движений. Её прикосновение всё ещё ощущалось кожей. Стрибог улыбался.
- Позавидуешь, - он засмеялся следом, - коли любимая жена, да с такой страстью, - он не договорил, оставляя простор для додумывания и почесал жене спину, - сыновья - это прекрасно, - резюмировал он, - но я считаю отцовский долг оконченным в связи со смертью, поэтому куда охотнее поживу для себя.
И для неё. Отношение к детям у этого бога было своеобразным.
Забрав гребень, Стоибог провёл им по волосам, начиная с кончиков и неспешно поднимаясь выше - иначе эту гриву было не распутать.
- Нравится, - легко согласился он, - мне вообще нравится прикасаться к тебе. Ты помнишь, я видел сны с нашей первой встречи? Ты была в них и видеть тебя я начинал с волос, уж не знаю почему, - он распутал очередную прядь, - а ещё они очень гладкие и тяжёлые, похожи на твой характер. И пламя, - он улыбнулся ей в затылок, - это странно, но мне кажется, что я держу в руках не просто огонь, но то, что разжигает жизнь. Для меня это выглядит так.
И это для него это действительно было так: он выбрался из смерти, потому что в том посмертии, которое обещала первородная сила, не было Труд, каким бы именем она не звалась. Тряхнув головой, ас засмеялся снова.
- Ты делаешь меня сентиментальным.
Некоторое время он молчал, выслушав соображения жены, а потом кивнул. Сообразил, что Девана не видит его спиной и поторопился сказать:
- Знаешь, это тоже выглядит правдоподобно. Зачем-то убийца спешит, иначе озаботился бы тем, чтобы собрать побольше информации о том, что и где совершает.
С сожалением ас провёл гребнем в последний раз, вернул украшение Деване и упал обратно на подушки.
- Знаешь, что мне пришло в голову сейчас?
Она наверняка знала, учитывая недавнюю близость, но он всё равно озвучил:
- Если ты права и он торопится до полнолуния, то он уже в самом конце пути, помнишь сколько символов было на теле жертвы? И силы он собрал немало: довольно, чтобы самому стать богом на час уже теперь. Значит, это силы не для него, вряд ли он хочет скинуть пару миллиардов лет или обеспечить Явь особенно плодородным тысячелетием. Не уверен, что хотел бы видеть доведённый до конца ритуал.
Он помолчал, заложил руки за голову и продолжил:
- Меня во всей этой истории смутило, что никто не уловил появления чужака. То есть, я услышал только момент убийства, но не почуял присутствия в собственном святилище никого до того. И Хель с Гармом, почему не услышали они? Сдаётся мне, нам придётся немного поморочиться, чтобы поймать убийцу - задуманного Марой плана не хватит. Очень продуманный ритуал: я был на месте убийства меньше, чем через минуту и там кроме жертвы уже никого не было.
Стрибог коснулся обнажённого плеча супруги, а после и вовсе увлёк её обратно на ложе.
- У меня есть идея, но, как обычно, до плана ей требуются рассчёты. Если мы угадали с местом, то всё складывается удачнее не придумаешь. Хочу попробовать замедлить время для вновь попадающих сюда. Душам беды не будет, а живые здесь появляются редко. Но к Маре имеет смысл идти с конкретными выкладками. Поможешь?

[15.02.2019] You went so silent

Thrud Thorsdottir » 30 апр 2020, 11:09

Собственной же косой получив по носу, Девана вскинула в притворном изумлении широкие брови, а потом резко подалась вперёд и клацнула зубами. Жест не напоминал принадлежавший человеческому облику: так играют крупные звери, когтистыми лапами зарываясь в шерсть и закусывая за холку.
Белые острые зубы сжались на ладони Стрибога на пару мгновений, потом она отпрянула и засмеялась.
Девана-охотница, богиня, говаривали, дурная и вздорная, много в ней Перуновой жаркой крови, что силой играет под бледной кожей, и веселье её звериное, лунарное, но асу она да страсть её были под стать. Он был ветром, а ветра всегда могут обернуться бурей.
- Коль объявится - подождёт, ему тут добрый приём окажут, - усмехнулась Девана, и блеснули тягучим заревом её светлые глаза.
Строго очерченное девичье лицо пропустило сквозь себя бурую косматую тень, но то мелькнуло да пропало. Медведица была сыта и потому безобидна да ласкова.

- Сон…
Молодая богиня долго молчала, разглядывая Стрибога, потом протянула руку, словно возвращала ему прикосновение, лёгкое да уютное, нежное почти, поманила ближе и поцеловала бледные губы, оставив на них жар и привкус мёда.
- Веришь ли, Стрибог, я не знаю. Сейд - извилистый путь, он не такой, как волшебство туата или колдовство госпожи Ангброды. Сейд можно чувствовать, но невозможно знать. Он связывает миры, но не только наши Девять, он связывает… Разные миры, тот, что на изнанке, тот, что снаружи, что видим и что нет. Я вижу будущее, но я не такая, как Бальдр, Бальдр - пророк, он знает все варианты, а я вижу то, что…
Она хлопнула ладонями, и получившийся сухой звук разнёсся по покоям терема.
- Я вижу, что хотела бы, чтобы произошло, когда дело касается меня самой. Сейд - тропа между сбывшимся и нет, он проходит сквозь сны. Может, тогда я видела отражение сегодняшнего дня, а ты откликнулся, потому что теперь мы уже связаны.
В её улыбке на короткое мгновение отразилось что-то невероятно далёкое, непостижимое. Узкая ладонь коснулась груди, прямо над сердцем, чувствуя пульс.
Потом тень ушла, Девана убрала руку и потянулась, гибкая, сильная, ладно скроенная в своей звериной грации. В широком развороте её плеч таилась сила, в изгибе спины - предупреждение об опасности, как в отпечатках медвежьих лап.
- Здесь это неопасно, Навь - что болото, чужие силы впитаются в почву. Может, и породят чего нового, будут у тебя другие сотворённые сыновья, но уже от меня. Марена не даст буре выйти в Явь. Хотя, - и Девана вновь захохотала, запрокидывая голову, ведьмовская, яростная, что лесной пожар, - уж Чернобогу ныне не позавидуешь, это правда.

Потянувшись, Перуница взяла второй гребень с подушки, сравнила с первым. Они были симметричны, а спинки вырезаны были очень похожими, со сложным переплетением узоров, но, присмотревшись, можно было понять, что они разные. Первый - цветы да травы, второй - зверьё да птицы.
Девана выбрала тот, что был со зверьём и протянула Стрибогу, а после, стянув широкие чёрные резинки, которые удавалось затянуть лишь в два оборота на её густых волосах, стала разбирать пряди.
- Признай, что тебе просто нравится их расчёсывать, - лукаво подмигнула она супругу, повернулась к нему спиною и чуть склонила голову вперёд.
Грива цвета пламени, настолько густая, что кожи шеи да плеч, расписанной сложными узорами татуировок, было не видать вовсе, отблёскивала в полумраке.
- Хотела бы я угадать… Ежели мы правы, и это ритуал, а убийца - колдун, то он собирает силы для чего-то, быть может, мы пока просто не знаем, что произошло и что дало начало. Скоро полнолуние, - добавила она вдруг, - в ночи полнолуния проводят ритуалы на молодость, на урожай, на обмен жизни, когда дитя выкупается ценой родительской смерти.[NIC]Devana[/NIC]

[15.02.2019] You went so silent

Týr Hymirson » 29 апр 2020, 20:43

- Я... здесь, - голос звучал хрипло и немного растерянно, но на лице, точно выцветшем и потускневшем в ярком свете, проступали краски, а сам свет уходил.
Поцелуй освежал, точно вода, возвращал жизнь. Он отёрся немного шершавой щекою о её ладонь. Разум возвращался неохотно, но безумие, смытое силой, которая им повелевала, отступало до тех пор, пока не вернулась воля.
- Девана, - он первый раз назвал её этим именем и оно пришлось по вкусу, лёгкой медвяной горчинкой коснулось языка, - к тебе я вернусь отовсюду, - почему-то ему показалось важным донести то, что осознал на самой грани безумия. Стало очень тихо и тепло. Захотелось обнять жену, пригреться и спать. Странным образом она влияла на него так, что сила, держащая в узде его тело, отступала, открывая для него новые грани мироощущений.
Стрибог осторожно ухватил косу и потянул. Улыбнулся по-мальчишески и стукнул кончиком косы по носу Деваны.
- Сон не идёт ни в какое сравнение с реальностью, - глаза аса вернули свой цвет и стало видно, что он скользит взглядом по телу жены. Немного нахмурился, увидев следы своих рук. - Прости, - повинился он, осторожно убирая их с кожи прохладной ладонью.
Для богини это вряд ли было ощутимо - их прошлое приучало к тому, чтобы выносить боль, но ас не хотел, чтобы его объятия складывались для неё с болью и следами на теле. Довольно с неё и того, что уже было до того, как они встретили друг друга.
Он прикасался к ней осторожно теперь, повторял пальцами узоры татуировок.
- Если убийца объявится сейчас, - признался Стрибог, - я свяжу его в узел прежде чем выпотрошить мозг и убить.
Переломав кости, медленно и с удовольствием.
Потому что сейчас отвлекаться от жены ас решительно не хотел.

- Как так вышло? - Спросил вдруг он, длинные пальцы нащупали вдруг что-то твёрдое и, пощекотав кожу Деваны, вытащил из-под неё гребень. Осторожно пристроил рядом со вторым и уточнил, - со сном. То давно было, но я помню, хотя многое за давностью лет так легко не вспомню.
Он растянулся на кровати в полный рост, подпёр голову рукой и стал смотреть на жену - ему нравилось её тело, нравилось смотреть на неё вне зависимости от ипостаси, он наслаждался близостью, которая была недоступна никому больше. Летящим жестом он обласкал высокую скулу, да запутался в волосах.
- Помочь переплести? - Спросил он и обратил вдруг внимание на беспорядок в покоях, да на силу, гуляющую по Нави. - О, - только и протянул он.
Помолчал, потом со смешком добавил:
- Я был очень неосторожен, - и непонятно было, гордится он этим, или сетует.
Опять помолчал и неожиданно сменил тему:
- Как думаешь, почему убийства происходят в этот промежуток времени?
Он не особенно хотел обсуждать смерти, но это было куда интереснее, чем разговаривать о нём самом.

[15.02.2019] You went so silent

Thrud Thorsdottir » 28 апр 2020, 20:54

Лунный свет да соколиные перья, лежавшие под ногами-столбами тисового ложа.

Смех Деваны колотился о затворённые ставни, о балки высокого сводчатого потолка, и он тоже вторил тому ритму, что бился под сердцем - и вместе с сердцем. На гладких бёдрах, поверх причудливых татуировок-узоров, поверх цветов да лент, виднелись отпечатки мужских рук.
Стрибог держал до боли крепко, но того и не заметить было, всё размывал полнолунный тревожный свет, кроме чувства близости. Поцелуи были горьки.
От Стрибога тянуло металлом; весь он пропах смертью, умиравший и воскресавший тысячи раз, и Девана пила эту смерть, сладковатым привкусом втёкшую в поцелуи, болью слишком сильно сжатых пальцев отзывавшуюся в плечах и запястьях.
Он раз за разом умирал - она жила.
Что ей были теперь царевичи, что волхвы теперь, чьи белые кости устилали дороги от Яви в Навь, когда был он.

Жажда смешивалась со страстью, со смертью, со сладостью.
Жажде, казалось, не было конца.

Наслаждение было очень, до невыносимого острым и почти злым. Крик разметал сероватые перья, когда Перуница, в кровь закусив свои же губы, упала рядом, и объятия её несли тревогу и сладостную, болезненную дрожь.
Прошла вечность, нарушаемая лишь хриплым дыханием.
Не было мыслей, только любовь отпечаталась на разуме и душе клеймом.

Рыжие косы дивы-Деваны растрепались, гребни выбились из них, один темнел у подушки, а где был второй - она и не помнила. Потянувшись, взяла тот, что был под рукою, провела кончиками пальцев по острым зубьям, улыбнулась чему-то своему и коснулась гребнем груди Стрибога, едва уловимо, невесомо, над самым сердцем.
Жест вышел почти нежным, оставил не след, но словно бы память о следе.
- Возвращайся ко мне, сокол, - прошептали полные женские губы.
И затем Перуница поцеловала супруга - в лоб, и лунный свет хлестнул наотмашь, изгоняя безумное и тёмное, загашая, как вода родниковая, пламя. Улыбка её была вновь непостижимой, задумчивой, когда Девана глядела прямо в сиявшие глаза старого бога.

Она теперь полулежала с ним рядом, изящная, длинноногая, с волосами из пламени, и ладонь вновь лежала у Стрибога на груди, но больше не давила, грозя проломить кости. От девичьей руки исходило тепло.
Девана улыбнулась, свободной ладонью коснулась чужого лица.
В ней неуловимо что-то изменилось: резковатые тени, залёгшие у глазниц, ушли, выражение будто смягчилось, и исчезла хмарая печать звериного вечного голода, что заставляло луну искать себе крови и смертей. Вместо лесного пожара стал вдруг костёр, согревавший ночью.
- Стрибог, - окликнула она почти с нежностью.
Кончик невероятно длинной косы щекотал живот аса.

Лёгкий ветер всё так же носил с чуть слышным шелестом перья по полу старого терема.[AVA]https://b.radikal.ru/b07/1808/5c/47b49a117b27.jpg[/AVA][NIC]Devana[/NIC]

[15.02.2019] You went so silent

Týr Hymirson » 28 апр 2020, 16:37

Сильна была Девана, куда ему тягаться с нею? Её ладонь накрепко вдавила его в кровать и он замер, точно зверь, ждущий возможности освободиться. Запахи ощущались ярче, отчётливее, дышать стало сложнее, сталь глаз медленно уходила, оставляя место нестерпимому свету, что вечно над ночною тьмой. Где-то там, на грани сознания, он пожалел, что это происходит с ними в мирах, и потому совсем потерять разум от испытываемых ощущений ему не грозит, а очень хотелось. Но разум плыл, унося сожаление с собой. Конечно бог узнал это ложе, да женщину, что была с ним. Тот сон, явившись единожды, ещё долго тревожил его своей откровенностью, да яркостью происходящего. Он долго искал того же, перебирая женщин разных миров, но понял, что бесполезно. Физические ощущения не могли дать того, что он чувствовал, а любовь приходит к туата лишь однажды и только теперь он понимал всю разницу между сном и явью.

Стрибог знал, что будет наперёд, сон рассказал ему всё в изумительных подробностях, но это не спасало. Не спасал и разум, в лунном свете истаявший, истончившийся, уступивший место безумию.
- Тогда умри со мной! - В отзвук жадного, голодного смеха, всё ещё звучащего для него, вплёлся его рык, низкий и глубокий, как вой ветра в ненастном лесу. И в этом безумии любви было не меньше, чем в ласковом шёпоте накануне.
Что ему была смерть теперь, когда была Девана-Труд? Он выбрался бы из любого забвения, чтобы быть с ней, и горе тому, кто усомнился бы.
По венам текло раскалённое пламя, ритм грохотал в голове. Ас не чуял своей боли, но слышал всё, что ощущала жена. Кинжально острый миг, когда безумие пришло, он не почувствовал, не услышал - воля, что держала его на привязи, была в плену змеиных колец. Птицею билась душа, отдаваясь в ключицах. Душа, которая принадлежала теперь не только ему, жила несчётное количество лет, меняла тысячи масок, которые не были масками, умирала сотни смертных жизней, - вряд ли Деване доводилось пробовать такое, а бог готов был отдать её всю, без остатка.
Поймав её крик, он впился губами в её губы; поцелуем это было сложно назвать, больше походило на укус. Он не был нежен в этот раз - слишком торопился успеть до того, как они вспыхнут в едином пламени. Он причинял боль, но пил её, утоляя собственную жажду, а в бесконечном свете билось "люблю тебя".
Если бы разум остался со Стрибогом, он смог бы охарактеризовать происходящее единственным словом: "война". Это и правда походило на битву в которой нет победителей и побеждённых, есть лишь бесконечный жар вокруг, да неостановимое движение, причиняющее наслаждение на грани муки.
Под руками Деваны билась чистая сила, облачённая во плоть - мужская фигура, выгнувшаяся назад в немыслимом наслаждении. Крик его содрогнул терем, полетел по пустынной равнине, поднимая снег. Длинные пальцы скользили по спине богини, впивались в плечи в попытке удержаться не то рядом с ней, не то вообще на этом свете.

И вспыхнуло пламя, раздуваемое ветром, осветив древний терем. Безумному богу было всё равно, что произойдёт с миром, не спугнёт ли его сила убийцу, не пострадают ли души, что живут в Нави. Мара в своём тереме распахнула глаза, да призвала все свои умения, чтобы удержать бушующую в нижнем мире бурю, оком которой был терем. Ветра выли в восторге, вторя крику Стрибога.
На Девану смотрели глаза, полные света. Лицо бога в отрешённости своей было контрастом к тому, что творилось в чувствах бога.
- Смерть моя, - непонятно было, почудились ли эти слова, зато сжавшиеся руки не почудились, как и поцелуй, обжигающий губы мертвенным холодом, - люблю тебя! [AVA]https://d.radikal.ru/d19/2004/a5/ec9be790e2d5.jpg[/AVA] [NIC]Стрибог[/NIC]

[15.02.2019] You went so silent

Thrud Thorsdottir » 27 апр 2020, 23:18

Отираясь о чёрные волосы лицом, она наслаждалась близостью, и хотелось ещё, а дочь Перунова всегда брала то, что она хотела.
- Тогда закрой глаза, - голос у неё был высокий и мягкий, что шелковистые травы по весне, он струился патокой и можно было, казалось, слушать его невыносимо долго, как слушают журчание ручьёв.
И Девана запахнула их не то в лебяжьи крыла, не то в дым костров, не то в чистый лунный свет.

В тереме было тихо и пыльно, но, словно огонь - сухую траву, присутствие Перуницы оживляло старый дом, пожирая забвение, а ветра Стрибога разносили, разметали по углам пыль, сорвали пустоту вместе с паутиной.
Девана - чистая сила природы и извечной жизни, которой было угодно одеться в девичий облик, волосы её - пожар.
- Узнал белые стены да змеиное ложе, ясный сокол?
В странной улыбке лунной девы - вечность и тайны, тёмные, древние, прятавшиеся в самой глубине души, куда мужам хода нет. Светлые глаза - что звёзды на тёмном небе, они в уютном полумраке чуть заметно сияли, но не отражая свет - ведь света здесь и не было.

Чёрные пятна одежды, что обрывки ночной темноты, лежали на полу, постельный шёлк казался прохладным и гладким, он совсем не грелся от раскалённой кожи и приятно холодил спину. Смеясь и сверкая, как полнолунная ночь, которой она и была, Перуница целовала мужа, перебирала пальцами его волосы, ласкала спину, по лопаткам, по позвонкам.
От неё пахло хвоей, горицветом и лунником, сладким мёдом.
В какой-то миг всё остальное исчезло, Навь или Правь - не было никакого дела, куда вела дорога от этой постели. Выдохнув сквозь приоткрытые губы, Девана вдруг резко толкнула мужа назад и вбок, прижала его к белой простыне, сама оказавшись сверху, и рука её, тяжёлая, хоть и по-девичьи изящная, легла на грудь Стрибога, вжала его в ложе тисовое, не давая шелохнуться.
А затем снова зазвучал её смех, в котором была любовь и жажда, та, которой так опасалась мать, видя в дочери отражение Перуна.
- Дальше смерти нет, ведь вся она - здесь, - прошелестел высокий голос, ласкавший мягкостью лебяжьего пуха.

Лунный свет, расплескавшийся с её кожи, топил собою кровать, точно водой, невесомый и прекрасный, как взгляд Деваны. Она потянула Стрибога к себе, заставляя сесть.
Ритм, что звучал в висках - Девана не сомневалась, что и он слышит его, - был громок и отчётлив, и ему подчинялись движения, каждое. Острые ногти впивались в мужские плечи, но она того и не замечала почти. Влажные поцелуи на шее, на самой артерии, и бешеный такт сердца.

Во взгляде Перуницы плясали искры, когда она смотрела прямо в прекрасное мужское лицо, и не было возможно укрыться от этой улыбки, что змеёй обвивала волю.
В это мгновение она почти желала его убить, но не потому, что он ей был, как все те царевичи да волхвы, не люб, а лишь для того, чтобы оставить Стрибога здесь навсегда. Порывистая, несдержанная, слишком много взявшая пламени от отца и жажды жизни - от матери, Девана вспыхивала, как костёр, как пожарище, и гореть могла, пока не уничтожала всё и даже саму себя.

И она прильнула к его губам, но поцелуя не вышло, только сладковатый на вкус крик.[AVA]https://b.radikal.ru/b07/1808/5c/47b49a117b27.jpg[/AVA][NIC]Devana[/NIC]

[15.02.2019] You went so silent

Týr Hymirson » 27 апр 2020, 20:06

Такого с ним не было с прошлой жизни: обычно это он проявлял инициативу в раздевании. Ас откинулся назад, отеревшись затылком о грудь жены, и вытряхнулся из куртки. Все пришетсва девяти девяти миров Иггдрасиля не могли сравниться с соблазном, который он испытывал сейчас. Так вот это как, оказывается, быть заложником страсти и не желать иного?
- Я помню эту историю, - Стрибог приложился щекой к ладони жены, - из уст отца твоего, да Видара, мы виделись с той поры пару раз до моей смерти, - он усмехнулся, - теперь знаю, какова она с твоей позиции. Раздули из неё порядком, даже Видар преувеличил со слов Тора, а на деле вон оно как.
Дождалась.
- Даже так? - Бог проводил взглядом медальон, да не стал подбирать, только тихо засмеялся. Мягко, словно пером по хребту.
Смерть, сотни раз касавшаяся его, ушла, растворилась в небытие и больше не значила для него ничего. Было непонятно, о чём он спрашивает, об украшении, не несущем за собой никакого смысла, о постели и дальнейшем препровождении сразу во смерть, о детях, или о собственных силах. Ему просто было хорошо: здесь, среди царства мёртвых, в самый разгар расследования заковыристого дела, он просто наслаждался возможности быть живым и любить.
Ответил он на последнюю часть вопроса, потому что про силы свои не мог объяснить, что чует. Пока не мог.
- Сейчас будет ответ в духе твоего батюшки, - смех стал немного громче, но определённо веселее, - оно само. Марье было любоптыно, как это - творить при помощи алатырь-камня, а не более, - он перехватил руку Труд у самой пряжки ремня и поднёс к губам. Жаркое дыхание обласкало кончики пальцев, - традиционным способом. А, поскольку в нашем распоряжении были лишь Тюрфинг, да один из сотворённых мною кладенцов, мы были навеселе, а Марья одним ударом не ограничилась, - детей оказалось больше, чем ожидалось.
Он поймал взгляд Деваны и удержал ненадолго.
"Счастье моё". На его шее всё ещё горел её поцелуй.
Как-то очень быстро всё ушло на второй план.
Кроме жаркого шёпота, продирающего до костей.
- Хочу, - голос звучал хрипловато, а губы обласкали шею женщины, - даже если после - прямо во смерть.

Тисовое ложе было изукрашено резными фигурами зверей, да покрыто дивной чешуёю, Стрибог мимоходом сдёрнул с себя рубашку и потянул с жены свитер. Сейчас его объятия были невесомыми и эфемерными, длинные пальцы забирались под одежду, точно ветер.
Остро полоснуло по нервам ощущение дежа вю, зрачки бога расширились. Обхватив жену за пояс, он поднял её и выдохнул прямо в полные губы:
- Так вот, что это был за сон!
На мгновение в его лице угадывались черты хищной птицы, а после Стрибог шагнул к кровати. Упали они вместе, под его смех, забирающийся под кожу.
Ветер прошёлся по спальне, не посещаемой веками, поднял и сдул столбы пыли, стены укрылись морозными узорами, но на ложе было жарко ветер раздувал пожар. [AVA]https://d.radikal.ru/d19/2004/a5/ec9be790e2d5.jpg[/AVA] [NIC]Стрибог[/NIC]

[15.02.2019] You went so silent

Thrud Thorsdottir » 26 апр 2020, 22:46

Уходя, Марена подмигнула младшей сестре, и Девана улыбнулась чуть заметно, опуская глаза, будто бы ничего и не видела. Но Марена всё, должно быть, и без того знала, будучи богиней и дурною, и благою разом, потому и ушла - видела она, как сильная ладонь сестры касается мужского колена, как пляшут искры в глубине льдистого взгляда.
- Всё зависит от того, как ждать, - улыбнулась вдруг Перуница.
Отставила чашу, поднялась на ноги, стремительная и порывистая, как ветер, каковым был и сам Стрибог. Встав за спиной бога, она положила руки ему на плечи, и даже сквозь куртку да рубашку чувствовалось остро, как они горячи. Поцеловала тёмные волосы, скользнула затем руками по вороту, чуть слышно засмеялась, и её дыхание казалось удивительно жарким.
Вздох - и она вдруг ловко помогла Стрибогу снять его куртку, положила на скамью.
Второй вздох - и от своей избавилась тоже, бросила сверху, закатала рукава свитера. Сложные узоры, переплетения символов, зверей да птиц, хмеля да рун, Девана обняла мужа, сжала ладони на его груди, прижалась лбом к его затылку.
- У меня раньше здесь покои были, - вдруг произнесла она, засмеялась тихо, чуток хрипловато, и смех разнёсся по палатам, ударился о балки потолка, чтобы рассыпаться в мелкое стеклянное крошево, - белый терем с окнами золочёнными, сестра его сохранила, но я там более и не появлялась никогда. Не нужен был, никого там не было, кого бы полюбить могла.

Тонкие пальцы скользнули в чёрные волосы; и она стянула резинку прочь. Чёрный шёлк прядей, густо пропахнувших табаком и вереском, разлетелся по широким плечам.
- Я однажды себе Правь захотела взять, всех богов силою запугала, а они, вместо того, чтобы самим со мной бороться, отца позвали. Думала, что смогу справедливо править и научить богов не свар искать, а мира, но отец меня сам на колени поставил да пристыдил. Я после того луной стала, по небу бродила и мужчин себе искала, чтобы их в терем позвать, из всех миров, на ложе укладывала - да прямо во смерть. Царей губила да царевичей, думала, авось понравится кто, кого губить не захочется, а выходит, всё тебя ждала. Люди сказки потом сложили, будто бы меня отец замуж отдал, но то неправда, он меня Видару-Святобору в воспитанницы отправил. Тот меня в леса забрал, от других богов подальше, научил слушать и слышать, показал, как звери в снегу следы оставляют, как птицы по весне токуют. А я с тех пор всё так и ждала…
“Дождалась.”
Пальцы ловко да нежно скользнули под ворот, расстегнули карабин на цепочке, и медальон с руной мягко упал на стол. Лёг, высверкнув серебристым ребром, показал себя в свечном тревожном свете.

Женские ладони скользили по плечам старого бога, разминая мышцы, даря тепло. Вот теперь всё в Нави для неё стало правильно, вот теперь ни Сокола было ждать не нужно, ни Святобора, никого; теперь она была не одна, и ускользавший взгляд Марены, лукавый, кошачий, обрёл свой смысл.
- Что до сил твоих, - и Девана коснулась пылающими губами мужской шеи, глубоко вдохнула его запах, - то я тебе помогу, коль ты мне позволишь… Я знаю, каково это, я сама с тем научилась жить, мои силы достались мне не сразу, мне пришлось раз ожить и раз умереть, чтобы их познать. Я проводник, коли захочешь, я проведу тебя заново по тропе между прошлым и настоящим. А это что, выходит, у тебя от сестры моей старшей дети есть, Стрибог?
Светлые глаза Деваны смеялись, а ловкие пальцы скользили по мужской рубашке, расстёгивая пуговицы да дразня теплом. Она будто бы сердилась на него, но, лишь на миг вслушавшись в голос этот, искрившийся лёгким да беззлобным весельем, можно было понять, насколько всё то не всерьёз.
Перуница никогда не знала ревности, ей дела не было ни до прошлого, ни до будущего, а в настоящем - вот он, Стрибог, прямо перед нею был, и пальцы ощущали твёрдость его мышц.
“Люблю тебя”, - Девана Перуновна, дочь громовника, вдруг, за вечность - впервые - почувствовала, как не давит на неё иная сторона бытия, и как легко стало здесь дышать. Вот он, тот, кого ей не хватало и кого не хотелось губить.
Воздух был приправлен ароматом вереска.
- Хочешь, терем свой покажу с кроватью тисовой? - Прозвучал шёпот лунной Деваны прямо над ухом.[NIC]Devana[/NIC]

[15.02.2019] You went so silent

Týr Hymirson » 26 апр 2020, 20:59

- Bless you, - машинально произнёс ас и от неожиданности засмеялся. Человеческие присказки заняли в его лексиконе особенное место и большая часть расхожих выражений слетала с языка. Но в применении к божественнной братии, а, особенно, к асам и его жене в частности, это звучало очень забавно. Он завёл мотор и выехал с просёлочной дороги, пропустив мимо заляпанный грязью белый пикап.
- Да хрен знает, - честно ответил ас, - не понимаю, как сказать. У меня нет проблем с моими силами, но есть проблемы с тем, что они с собой несут. Очень странно после стольких лет неиспользования снова иметь возможность касаться их, но я чувствую себя слоном в посудной лавке и, в отличие от брата мне это не комфортно.
Белый пикап скрылся из виду и ас, бросив взгляд в зеркало заднего вида, переключил передачу, выжал сцепление, выкрутил руль и вдавил тормоз. Машина подняла тучи пыли и вылетела на встречную полосу. Разогнав машину до предельной скорости, он резко свистнул.
Машина вылетела с обрыва, над которым тонкий, словно нить, висел мост. Где-то внизу текли воды Смородины, а тяжёлый внедорожник, неуютно скрипнув, приземлился на передние колёса, едва не взрыв радиатором снег, но выровнялся и дальше ехал уже более привычно.
- Не люблю приезжать в Навь на машине, - фыркнул Тюр, - всегда какая-то жопа с этим мостом.

У терема Мары была настоящая стоянка машин на двадцать, но занято было только тринадцать мест. Их уже ждали две крепкие, в мать, девицы с тонкими и болезненными чертами лица. Вопреки сказкам, выглядели они обычно, отличаясь разве что неестественным взглядом глаз без зрачков вообще.
- Привет, - почти пропела одна, ас с трудом вспомнил, что звать её Ксюша, - мама звонила, предупреждала, что вы приедете. Заходите, отдохните, она сама появится чуть поз...
Рёв двигателя оборвал девушку. Ас с ходу опознал прямоток без глушителя. Мара была в своём репертуаре, разъезжая по Мидгарду то на потрёпанном пати-вене, за который местные хиппи удавились бы, то на старом Урале, допиленном Тором до состояния "хрен узнаешь".
Стянув шлем, Мара перекинула косу через плечо и принялась командовать:
- Ты, - она ткнула пальцем в одну из дочерей, - обзвони братьев. Что за моду взяли, опаздывать? Ты, - досталось второй, - стол накрыт?
Стол был накрыт весьма обильно, а сама Мара не стала снимать обтягивающий её как перчатка комбинезон, просто оседлала лавку, посмотрела на гостей и вдруг улыбнулась.
- Дядя, да сестрёнка! Не видела вас с Совета. Скажите толком, что происходит? - Уточнила она. По ней не было видно, что она только что развлекалась.
- Как бы мы сами знали, - пожал плечами Тюр, - кто-то гробит девчонок, забирает их архей и расписывает символами как пубертатный подросток стены. В нижних мирах. Судя по всему, следующий труп будет здесь.
- Это я поняла, - она стянула со стола пирожок и налила себе квасу, - если он выбрал Навь, то очень, очень сильно промахнулся. Сейчас здесь будут сыновья, они точно не пропустят. Изловив вашего долбоёба.
- Посвиста, да ветра позвать хочешь? - Уточнил ас, усаживаясь, чтобы быть поближе к Труд.
- Всех, - просто просто ответила Мара, - нешто твои сыновья не откликнутся на беду, а Стрибог?
Тюр только пожал плечами. Мара была права, у них не было принято оставлять без ответа просьбы старших.
Пару минут спустя стали появляться юноши. Хороши были, что и говорить, кто-то смотрел с обожанием на Мару, кто-то щипал бока её дочерям, а кто-то и вовсе устремлял взор на Перуницу, но заметив суровый взгляд Тюра, да вспомнив ссору её с родителем, отступался. Коротко изложив проблему, ас попросил полуденника да полуночника быть на посылках, а Мара выставила всех.
- Теперь ждём, - она избавилась, наконец, от куртки, оставшись в одном полупрозрачном топе, - кушайте, гости дорогие. Я скоро вернусь.
Тюр проводил взглядом хозяйку, повернулся к Труд и вздохнул.
- Ненавижу ждать.

[15.02.2019] You went so silent

Thrud Thorsdottir » 26 апр 2020, 13:53

Слушая разговор супруга с Аддингтоном, асинья ничем не вмешивалась, только покачивала меж пальцев какую-то подобранную веточку с засохшими почками. Система действительно была, и она теперь не знала, что думать об этом: было ли оно к лучшему или наоборот.
Поведение организованного убийцы вроде бы легче предугадать, потому что оно подчиняется пусть весьма мерзкой, но логике, но неорганизованные куда проще ошибаются. Сколько трупов понадобится для того, чтобы ошибся этот - ещё два, ещё три, ещё десять?
Звучало как-то не слишком вдохновляюще, и Труд чуть слышно вздохнула, коснулась кончиками пальцев переносицы в привычном жесте. Впрочем, предложение позвать её на работу в АМБ немного развеселило. Если бы дочь Тора не зареклась больше никогда не связываться с семьёй на одной работе, она бы подумала об этом с интересом.
Сейчас, впрочем, асинья пришла к выводу, что куда охотнее просто уйдёт в тень и будет копаться в чужих протоколах шифрования и бегать по даркнету за призраками, сидя в своей уютной спальне. Тоска по армии и спецоперациям проходила очень быстро, стоило только вспомнить Афганистан.

Кода Тюр положил трубку, она чуть заметно улыбнулась ему и легко поднялась на ноги.
- Я просто наблюдательная.
Несколько бесконечно долгих мгновений Труд смотрела на убитую девчонку, ставшую камнем, потом протянула обе руки и сделала странный жест, будто бы что-то поднимала из земли.
И, несмотря на февраль, на холодную промёрзлую почву, на иней, что залёг на останках святилища, рванулись к небу цветы, густые, тёмные - фиалки да ветреницы, затянули мёртвую своим ковром.
- Спи, - пролетело позёмкой или шёпотом ветра, но вестница смерти будто бы и не открывала рта.
Больше для мёртвой сделать та, что была проводником между мирами, не могла, пусть той и было уже всё равно. Лёгкий цветочный запах, такой странный посреди зимы, щекотал обоняние.

В реальном мире ничего не поменялось. Сняв с power-банка телефон, Труд подняла его на вытянутой руке, хмуро желая найти сеть, и тот наконец смог.
- Я позвоню.
Мара, судя по-всему, была как всегда: слегка навеселе и готова к любым приключениям, которые попадались ей на пути, даже если они грозили обрушить половину Мирового Дерева. Где-то на заднем плане грохотала музыка и, кажется, доносились характерные звуки оргии.
Впрочем, это не удивляло.
Это называлось “стабильность”.
- Стрибог с тобой? Я встречу вас в Нави, сладкая, - проворковала Марена и хлопнула трубку обо что-то твёрдое, сбрасывая вызов.
Труд чуть заметно покачала головой: это коллективное мужское творение явно унаследовало от создателей всё лучшее. Особенно - от дедушки Вотана.

И асинья забралась в машину, привычно кинув рюкзак на заднее сиденье. От Тюра слегка пахло табачным дымом, он впитывался в одежду, и Труд неожиданно чихнула, совсем как лиса, закрыла на миг лицо ладонями. Тряхнула головой, рыжая коса скакнула, зацепила кончиком бога по руке.

Вытянув ноги, богиня сильно задумалась, и взгляд её вдруг размылся, стал каким-то полупрозрачным, рассеянным. Потом она почти изящно повела плечами.
- Я считаю, в этом нет смысла. Наши силы - часть нас самих, они появились не просто так, они - для чего-то, это не всегда очевидно, но все мы появились потому, что нужны такими, какие мы есть, даже Локи, которого я бы задушила с превеликим удовольствием. Мы можем не любить их или не желать принимать, но это ничего не изменит, кроме того, что постоянно будет портить тебе жизнь. Осознание сил и принятие их примиряет нас с собой же, чем больше отпираешься от них - тем больше они давят. Мне об этом говорил дед, я думаю, он и тебе говорил тоже.

Вернуться к началу