Fidelma Law - Earth

Анкеты всех персонажей, принятых в игру.
Ответить
Fidelma Law
perception
Аватара пользователя
Репутация: 48
Статус: perception
Информация: Фидельма Лоу
26 лет; оборотень, слепая, перенёсшая в детстве серию генетическо-магических экспериментов; член секты авелиан и информатор АМБ, двойной агент
Сообщения: 60
Зарегистрирован: 11 апр 2020, 19:22
Контактная информация:

Fidelma Law - Earth

#1

Сообщение Fidelma Law » 11 апр 2020, 20:16

ЛИЧНОЕ ДЕЛО
<ФИДЕЛЬМЫ ЛОУ>
Имя персонажа: Фидельма Харпер Лоу.
Возраст (реальный и на вид): 26 лет, 1993 г.р.
Раса/вид: оборотень.
Домашний мир: Земля.
Синкретезация (только для богов): нет.
Род деятельности: член секты авелиан, двойной агент, информатор АМБ.
Статус: легальный.
Изображение
Saoirse Ronan
ОСОБЫЕ ПРИМЕТЫ
Среднего (около 170 см.) роста; худая, с тонкими запястьями и лодыжками. Белокожая, с едва заметной россыпью веснушек на лице и светло-голубыми, почти прозрачными глазами. Носит волосы длиной до плеч, но нередко стрижётся ещё короче, либо собирает их в хвост. Ходит с тростью, массивной, тяжёлой и, на первый взгляд, совсем не подходящей такой, как она. Одевается неброско, однотонно; предпочтёт джинсы любым юбкам и платьям. Не носит каблуки, только кроссовки или кеды. Движения у неё аккуратные, точные, несколько медлительные; походка будто бы неуверенная, передвигается Фидельма маленькими шажками, словно боится потеряться или завернуть куда-то не туда, оттого всегда начеку. Взгляд у неё абсолютно отсутствующий, лишённый всякого выражения, из-за этого мало кому приятно смотреть ей в глаза. Имеет несколько шрамов – на правом запястье и под рёбрами.

СПОСОБНОСТИ
Потеряла зрение где-то в десятилетнем возрасте из-за магическо-генетических экспериментов в секте авелиан, и хотя видеть окружающий мир она не способна, отлично его чувствует и слышит. Ориентируется в пространстве с помощью эхолокации – определяет местность и объекты по звукам, щёлкая языком или постукивая тростью. Обладает воистину звериным чутьём и слухом даже в человеческой форме. Чувствует магию – вернее, особо сильные её выплески, энергетические следы после проведения ритуалов, разнообразные аномалии; определяет виды магии (к примеру, разбирается, где использовали кровь, а где прошёл шаманский ритуал). Способность обращаться в животную форму не потеряла, но применяет её редко и неохотно.

О ПЕРСОНАЖЕ
Слепые знают кое-что о доверии.
Ты учишься, кому можно доверять. Чему можно доверять.
И самое главное – ты учишься доверять себе.
Фидельма нажимает на кнопку записи и подносит диктофон поближе ко рту, проговаривая медленно и отчётливо:
– Руки, – что-то внутри устройства слегка скрипит, когда воцаряется секундная пауза. Внезапно побоявшись, что диктофон вот-вот может выйти из строя, Фидельма продолжает, как будто это поможет отсрочить срок его поломки: – Я помню, как чьи-то руки обхватили меня сзади, его пальцы зажали мне рот. «Не кричи» – это первое, что он сказал.

«И я не кричала».

Фидельма не умеет писать. Читать, впрочем, тоже – ровные чернильные буквы давно заменил ей шрифт Брайля, поэтому всё, что её волнует, Фидельма проговаривает на диктофон; нечасто, в терапевтических целях. Только когда совсем становится невыносимо.

В её маленькой, захудалой квартирке никогда не горит свет, и сейчас Фидельма тоже сидит почти в полной темноте: плечи опущены, спина видится мягким полукругом, полосы мутного, затухающего с улицы света мажут стены полосами сквозь щели жалюзи. Но со стороны её белые руки в этом грязном мраке кажутся ещё белее, а бесцветная одежда сливается с обстановкой. Чёрный старый диктофон – как привет из 90-х годов прошлого века; время, которое Фидельма никогда не знала.

Ей – нескладной и увечной, – пришлось стать частью всех тех интриг, из-за которых нынешний мир то и дело штормит из стороны в сторону. Не сказать, что этот факт вызывает в Фидельме восторг. Но, по крайней мере, так она может быть полезной. Хоть кому-то.

Такой она была не всегда. Когда-то она могла видеть, а не только ощущать и слышать этот мир. Когда-то могла писать и в её глазах было осмысленное выражение – не то, что сейчас. Впрочем, обычной она никогда не была, и узнала об этом, как водится, неожиданно.

Её мать была оборотнем; отец – человек, – до поры до времени ни о чём не подозревал. Дафна Коллинз – женщина видная, но психическое состояние у неё оказалось весьма нестабильным. Свою способность она скрывала, как могла, а перепады настроения и внезапные побеги из дома посреди ночи её муж объяснял чем угодно: дурным характером, тяжёлым детством, временным помутнением рассудка, но только не тем, чем, собственно, оно и являлось.
Со своей природой Дафна так и не смогла смириться. В обиход она ввела тысячу ритуалов, с помощью которых пыталась справиться с тревожностью – сколько раз надо мыть руки, в какую сторону повернуть кран, пройти по узорам на полу строго определённым образом... Из дома она выбегала, зачастую не успев переодеться, когда понимала – сейчас она потеряет над собой контроль. Сейчас её внутренний зверь выйдет наружу.

Теперь Фидельма этого уже почти не помнит. Не помнит тревожности, которая будто бы сгущала воздух; которую словно можно было резать ножом. Не помнит она, и какого цвета были шторы на окнах или мебель в родительском доме; какими были узоры на том самом полу. Даже лица самих родителей со временем поблекли, размылись.

А вот запах крови и парализующий страх она, напротив, запомнит очень хорошо.
И только это с годами у неё и останется.

Фидельме было шесть, когда она впервые увидит, сколько крови может вытечь из человеческого – или, в данном случае, наполовину человеческого – существа. Когда услышит, каким густым и в то же время пронзительным может быть крик – и люди так кричать не умеют. Потом будут когти и длинные лапы вместо тонких маминых рук, зияющая рана в горле отца – всё это Фидельма тоже увидит, мельком, прежде чем выбежит из комнаты.

Что было дальше, она уже и не помнит. Воспоминание о том случае Фидельма позже так тщательно примется оттеснять в самые дальние уголки сознания, что оно станет почти таким же нечётким, как сон. Всё останется образами – мутными, как сквозь стекло; неясными, как движения в темноте.

После того, как Дафна убила собственного мужа, а затем, практически сразу, и себя, Фидельма осталась сиротой. Если и имелись какие-то родственники со стороны матери или отца, то они предпочитали не знать, что происходило в их жизнях. Случай о полуобращённой волчице, убившей человека и разодравшей собственное горло, конечно, постарались замять. Но к тому, что она – тоже оборотень, Фидельма оказалась не готова.

Уже живя в приюте, она встретила человека (точнее, не совсем человека), который оказался таким же, как она. Подозрительно быстро он проникся к ней и даже успел дать несколько уроков по обращению. Объяснил, что в мире отнюдь не всё так просто, как может показаться; есть нечто, что обычные люди считают давно ушедшими в небытие сказками.
Это будет нашей тайной – говорил он, прикладывая большой палец к её губам в знак молчания, и почему-то Фидельма прониклась этим ощущением собственной исключительности.

Ей, маленькой девочке, по сути, нужно было не так уж много.

А потом он увёл её из приюта. Ночью, под предлогом занятий. Фидельме тогда было восемь.

Она, конечно, даже не подозревала, что он был из секты авелиан. Не подозревали, возможно, и в приюте – а возможно, все они были повязаны в едином сложном клубке, теперь уже и не разобрать.

Потом была боль. Долгая, она превратилась затем в постоянную и стала почти привычной, яркими всполохами прорезая кожу. Фидельма помнит слепящий тогда свет под потолком, тянущее чувство в венах и под рёбрами. Подробности со временем и здесь размылись, но всё же она знает, как было тогда, когда она ещё могла видеть.

Оказавшись среди авелиан, Фидельма перестала быть человеком; даже зверем быть перестала и превратилась в объект. Её вознамерились сделать орудием, средством для достижения целей, и у сектантов это, в общем-то, получилось. Над ней проводили эксперименты – в самых различных формах. Ей вводили под кожу растворы и наблюдали за реакцией; использовали магию – кажется, за всё время пребывания в секте Фидельма узнала о ней всё, прочувствовала на себе последствия всех возможных ритуалов.

Это сочетание дало свои плоды – из-за образовавшихся в организме патологий Фидельма стала чувствовать магию, точнее, её следы, превратившись в своеобразный «живой радар».
Но ослепла. Полностью.

В секте прошла вся её дальнейшая жизнь. Ей змеиным шёпотом пытались вложить в голову единственно верное, по мнению авелиан, знание об окружающем мире – и о параллельных мирах. Цель, жертвы, догмы, вера – все эти слова, казалось, стали частью её самой. Фидельме часто говорили, ради чего всё это, когда боль снова будто бы прорезалась в самый центр её существа – но периодическое желание умереть не становилось от этого слабее.

А потом Фидельма, в какой-то мере, смирилась.

Её обучили ориентироваться в своём «новом» теле, с учётом слепоты. Дали трость и сказали: слушай. Отныне звуки – твоё зрение.
Она сама научилась достаточно хорошо притворяться, чтобы «выуживать» необходимые сведения – и передавать кому надо.

Но долго так продолжаться не могло. И когда перед ней вдруг появляется перспектива переметнуться в АМБ, Фидельма не собирается упускать этот шанс.

ДОПОЛНИТЕЛЬНО
Родственные связи:
● Дафна Коллинз – мать, оборотень, покончила с собой в 1999 году.
● Мартин Лоу – отец, человек, погиб в 1999 году.

Перечень фактов:
● Животная форма при обращении – серая волчица.
● Не курит и не употребляет алкоголь.
● Совершенно не тактильна, старается по максимуму избегать любых прикосновений, даже деловых рукопожатий. Ситуации, когда без них не обойтись, вызывают в Фидельме сильную тревогу, граничащую с паникой. пункт будет пополняться ПРОБНЫЙ ПОСТ
Пробный пост
Ей ещё не исполнилось пятнадцати.
Она застыла в этом моменте – между прошлым, ускользающим между пальцев, и будущим, что наступало на неё угрожающей глыбой. Всё кажется таким ненадёжным, обретает расплывчатые формы; скоро всё исчезнет, как тьма исчезает под напором солнца, только станет ли лучше – не факт.
Через месяц только Барбри исполнится пятнадцать, но уже сейчас чувствует она себя не по годам старой и больной, будто изъеденной молью и червями.

– Ты плохо старалась.

У отца глаза, как у рептилии: минимум участия, максимум равнодушия. Когда он улыбается, то улыбка эта выходит дурной, лишней; будто бы наклеенной, словно как у ящерицы. Сейчас он не улыбается – нет повода, но от этого не легче.
Сейчас в его глазах, кроме равнодушия, проступает разочарование.

Барбри застыла перед ним, как в ожидании удара.

– А должна была?

Она смотрит на Родрика хмуро и зло; с таким же выражением, как на своего брата, когда тот норовил залезть к ней под майку. Последний раз, помнится, ногти Барбри врезались ему в кадык и она прошипела на ухо гадюкой: тронешь меня ещё раз – разнесу тебе башку к хуям.
Ей рано пришлось научиться себя защищать. Рано она приняла негласные правила игры – в её семье что отец, что брат норовили её под кого-нибудь подложить. Больше всех, конечно, старался Родрик. Едва порог их дома переступил Брандон, как Барбри почти видела, как у отца по подбородку стекает невысказанное удовлетворение: если его ненаглядная дочурка будет стараться, они войдут в семью Старков крепче всех. Отец чуть ли не хвостом перед ним вилял, словно это не Брандон из собачьей породы, а Родрик – «Ещё руки ему расцелуй, дорогой папа. Или предложи отсосать».

Впрочем, яда в её мыслях всё равно было поменьше, чем сейчас.
Она и сама старалась его ублажить.

Барбри тогда знала – всего-то года четыре достаточно так продержаться, и Брандон женится на ней. И её дражайший папенька устроит задницу потеплее. Ей самой не на что будет жаловаться, стать женой старшего наследника Старков – разве это плохо?

Ей он сразу понравился, как только она его увидела. Уверенный, нагловатый, с сытой улыбкой хозяина жизни. Барбри считала, что сможет его приручить – и её завораживал волчий блеск его глаз в её постели.

А теперь отец говорит, что Рикард Старк планирует женить своего сына на Талли.
Из желудка до горла подступает мерзкое чувство, будто её поимели.

– Тебя просто поимели, как дешёвую шлюху. – говорит Родрик, озвучивая её собственные мысли, и цедит это сквозь зубы с нескрываемой неприязнью. – Я же тебе говорил. Я же на тебя надеялся.
– Да пошёл ты. – надоело, как же всё надоело. Каждый норовит ей залезть под юбку, под кожу, сквозь стенки черепа в мозг; подмять, нагнуть, вывернуть наизнанку и уничтожить.

Сожрать, причмокивая от удовольствия.

– Будешь вести себя, как капризная малолетка – и где ты окажешься? Твоя вина, что он недостаточно привязался к твоей пизде, может, хоть после выйдет из тебя какой-то толк. – голос отца настигает её в дверях и Барбри знает, о чём он говорит – по крайней мере, у Рикарда есть ещё один сын. А всё, чего хочется ей самой – это чтобы все от неё отвалили.
*** В ноздри бьёт вонь выхлопных газов и машинного масла. На асфальте радугой расплывается пролитый бензин; тонкими оголёнными ногами Барбри перешагивает через трещину в этой серой, толстой асфальтовой корке. Ей сказали, что он здесь. Ей он не звонил уже... Барбри и не хотелось считать. На все звонки ответом было молчание. Как сейчас она помнит запах его шерсти на её простынях. Как он волком проскальзывал к ней ночью через приоткрытое окно летом; воздух стрекотал и густел от неотступающей жары. Да что там, ещё, казалось, совсем недавно он трахал её так, что в глазах темнело. На простынях наутро остался след крови.
Брандон был у неё первым.

А сейчас ей обидно и она, чёрт возьми, имеет на это право.

К запаху машинного масла примешивается дым сигарет. Брандон сидит, зажав зубами тонкое белое тельце самокрутки. Поднимает глаза – и в его волчьем взгляде, сквозь лёгкую пьяную плёнку, проступает удивление.

Не ждал.

– Привет. – Барбри дёргает плечами, будто поправляя миниатюрный рюкзак за спиной, но на деле ей нужно сделать хоть что-то, чтобы не чувствовать себя такой дурой. Ноги, облачённые в короткие не по сезону шорты уже замёрзли. Колени подрагивают; предсказуемо взгляд Старка проходит по ним. – Я тебя искала. Поговорить надо. – за обманчиво безмятежным тоном угадывается воспалённый нерв; резкими, дёрганными движениями Барбри бросает рюкзак на свободный стул, садится перед Брандоном. На его одежде заметны чёрные пятна от моторного масла. – Слышала, ты с Талли теперь. Помолвку вам хотят устроить и всё такое. – ей, даже глядя в его глаза, даже зная, что слегла его мать, не жалко сцедить эти слова гадючьим ядом. Постучав подошвой кроссовка об асфальт, Барбри наклоняется и улавливает от Брандона резкий спиртовой запах. – Ты что, надрался?

Контактная информация: лс, discord: Falka#9393
аватар от thirdkingdom

Fidelma Law
perception
Аватара пользователя
Репутация: 48
Статус: perception
Информация: Фидельма Лоу
26 лет; оборотень, слепая, перенёсшая в детстве серию генетическо-магических экспериментов; член секты авелиан и информатор АМБ, двойной агент
Сообщения: 60
Зарегистрирован: 11 апр 2020, 19:22
Контактная информация:

Fidelma Law - Earth

#2

Сообщение Fidelma Law » 01 май 2020, 13:49

ХРОНОЛОГИЯ
2018

[18.12.2018] Silence in the Library - with Nina Skorzeny & Alessandro Conte

2019

[26.01.2019] Когда тьма идёт за тобой - with Thrud Thorsdottir
аватар от thirdkingdom

Ответить

Кто сейчас на конференции

Сейчас этот форум просматривают: нет зарегистрированных пользователей и 2 гостя